Последный след

Глава 1. Тишина в доме Блэквудов Утро в Риверсайде выдалось серым и промозглым. Туман, словно саван, окутал старинные особняки на Холм-стрит, скрывая их за ажурными оградами и раскидистыми кронами лип. В этом районе время будто остановилось: здесь не было ни суеты деловых кварталов, ни шума строек. Только тишина, нарушаемая редким шорохом шин по мокрому асфальту. В доме номер семнадцать, величественном особняке в викторианском стиле, этой тишине суждено было взорваться. Звонок в полицию поступил в 7:45. Голос экономки, миссис Пенниуэзер, дрожал и срывался. Она говорила что-то про мистера Блэквуда, про то, что он не отвечает на стук и что дверь в кабинет приоткрыта. Когда патрульная машина затормозила у крыльца, Эвелин Харт уже стояла на нижней ступеньке, кутаясь в пальто. Она прибыла первой, опередив даже детектива Рида. Для неё это было делом принципа — увидеть место преступления до того, как его затопчут стандартные процедуры. — Харт, — раздался за спиной знакомый ворчливый голос. — Я же просил дождаться опергруппы. Эвелин обернулась. Детектив Джеймс Рид выглядел так, будто его только что подняли с постели: галстук съехал набок, а в глазах читалась вселенская усталость. — Я и дождалась, — спокойно ответила она. — Опергруппы. Вы здесь. Рид хмыкнул, но промолчал. Он знал эту девчонку из столицы. Слишком умная, слишком дерзкая и слишком упрямая. Но хватка у неё была бульдожья. Внутри дома пахло старым деревом, дорогим табаком и чем-то ещё... чем-то неуловимо тревожным. Экономка проводила их на второй этаж, к массивной дубовой двери кабинета. — Я только заглянула, — прошептала она, заламывая руки. — И сразу же позвонила вам. Эвелин осторожно толкнула дверь. Та поддалась с протяжным скрипом. Кабинет Артура Блэквуда был похож на музей. Стены от пола до потолка занимали стеллажи с книгами в кожаных переплётах. В углу стоял глобус звёздного неба, а на каминной полке выстроилась целая армия шахматных фигур из слоновой кости и чёрного дерева. В центре комнаты, за огромным письменным столом из красного дерева, сидел хозяин дома. Артур Блэквуд был мёртв. Его голова безвольно упала на грудь, а руки всё ещё сжимали подлокотники кресла, словно он до последнего пытался встать. На белоснежной шёлковой рубашке расплылось тёмное багровое пятно. Эвелин медленно вошла в комнату, её взгляд скользил по деталям. Никаких следов борьбы. Мебель не тронута, бумаги на столе лежат в идеальном порядке. — Ограбление? — тихо спросил Рид, подходя ближе и натягивая перчатки. — Не похоже, — Эвелин покачала головой. — Слишком чисто для ограбления. Её внимание привлёк предмет на краю стола. Среди стопки старинных фолиантов и пресс-папье одиноко стояла белая шахматная ладья. Она была выточена из цельного куска белого мрамора с тонкими серыми прожилками. Эвелин подошла ближе и осторожно взяла её в руки. Фигура была холодной и тяжёлой. — Что это? — Рид заглянул ей через плечо. — Это не просто украшение, — задумчиво произнесла Эвелин, рассматривая основание фигуры. — Смотрите. Она перевернула ладью. На гладком дне виднелась крошечная гравировка: «Белая ладья». В этот момент тишину дома нарушил вой приближающейся сирены криминалистов. Эвелин поставила фигуру на место и посмотрела на мёртвого коллекционера. — Игра началась, мистер Блэквуд, — прошептала она так тихо, что её услышал только туман за окном. Глава 2. Первый ход Криминалисты работали молча и слаженно, словно хирурги в операционной. Вспышки фотоаппаратов выхватывали из полумрака кабинета то застывшее лицо Артура Блэквуда, то идеально ровные стопки книг, то одинокую белую ладью на краю стола. Запах химикатов начал вытеснять аромат дорогого табака. Эвелин стояла у окна, наблюдая за улицей. Туман рассеивался, обнажая мокрые крыши соседних домов. Она не любила суету на месте преступления. Ей нужно было пространство, чтобы увидеть картину целиком, а не отдельные мазки. — Харт! — голос Рида вывел её из задумчивости. — Иди сюда. Есть кое-что интересное. Детектив стоял у огромного дубового шкафа, который служил витриной для коллекции шахмат. Стеклянная дверца была распахнута настежь. — Пропала одна фигура, — констатировал Рид, кивая на пустое бархатное ложе в центре верхнего ряда. — Остальные на месте. Король, ферзь, кони... А вот здесь должен быть слон. Эвелин подошла ближе, всматриваясь в стройные ряды чёрных и белых воинов. Действительно, в расстановке зияла дыра. — Вы думаете, это ограбление? — спросил Рид, скептически приподняв бровь. — Убить человека ради шахматной фигуры? Даже если она из золота? — Не думаю, что дело в деньгах, — медленно произнесла Эвелин, проводя пальцем по холодному стеклу рядом с пустым местом. — Посмотрите на расстановку. Это не просто коллекция. Это партия. Она указала на фигуры. Белые и чёрные были расставлены друг напротив друга в начальной позиции. — Кто-то играет? — хмыкнул Рид. — Или кто-то сообщает нам, что это игра, — поправила его Эвелин. — На столе мы нашли белую ладью. Здесь не хватает чёрного слона. Это не кража. Это ход. В этот момент к ним подошёл один из криминалистов. — Детектив Рид? Мы закончили с телом. Причина смерти — проникающее ранение в область сердца. Орудие... что-то узкое и очень острое. Возможно, стилет или тонкая шпага. Следов борьбы нет. Похоже, жертва знала убийцу и не ожидала нападения. Рид кивнул и повернулся к Эвелин. — Ну что, мисс Холмс? Какие будут версии? Блэквуд проиграл партию и получил мат? Эвелин не ответила. Её взгляд был прикован к гравировке на основании белой ладьи, которую криминалисты упаковывали в прозрачный пакет. «Белая ладья». Название звучало знакомо. Городская библиотека Риверсайда встретила её запахом пыли и старых книг. Эвелин прошла мимо стеллажей с современной литературой прямо в архивный отдел. За массивным столом сидел пожилой библиотекарь в очках с толстыми линзами. Он поднял голову от газеты и близоруко прищурился. — Чем могу помочь, мисс? — Я ищу информацию о клубе «Белая ладья», — сказала Эвелин, присаживаясь напротив. Лицо старика мгновенно изменилось. Улыбка сползла, уступив место настороженности. — «Белая ладья»? Давно никто не спрашивал... Это закрытое общество, юная леди. Очень закрытое. — Я из полиции, — Эвелин показала значок. — Веду расследование убийства Артура Блэквуда. Имя подействовало как катализатор. Библиотекарь снял очки и начал протирать их краем свитера. — Блэквуд... Конечно. Он был одним из... главных игроков. — Игроков? В шахматы? Старик горько усмехнулся. — В шахматы? О, это лишь ширма, моя дорогая. «Белая ладья» — это элита Риверсайда. Судьи, банкиры, коллекционеры... Люди, которые привыкли выигрывать. И не только за шахматной доской. Он понизил голос до шёпота: — Говорят, они решают судьбы города так же легко, как переставляют фигуры на доске. И горе тому, кто нарушит правила их игры. Эвелин достала телефон и нашла фотографию Артура Блэквуда. — А этот человек? Вы его знаете? Библиотекарь надел очки обратно и внимательно всмотрелся в экран. — Конечно. Это же... — он осёкся на полуслове, его глаза расширились от ужаса или удивления. Он быстро оглянулся по сторонам и захлопнул рот так плотно, что губы превратились в тонкую белую линию. — Что? Кто это? — настойчиво спросила Эвелин. Старик покачал головой и отодвинулся от стола вместе со стулом. — Я ничего не знаю, мисс полицейский. Ничего не видел и ничего не слышал. Прошу вас уйти. Эвелин поняла, что больше из него ничего не вытянуть. Но она успела заметить кое-что важное: когда библиотекарь смотрел на фото убитого коллекционера, в его глазах был не просто страх перед тайным обществом. Там был ужас узнавания. Как будто он увидел призрака.