О чем шепчутся мотоциклисты

Когда машина вздрагивает на кочке, Ландо даже не моргает, погруженный в свои мысли. Его взгляд направлен в окно, где периодически мелькают цветастые пейзажи Австралии, только вот ни на чем он не концентрируется. Циска, сидящая спереди, поворачивает голову в сторону сына, вздыхая, чем самым пытается привлечь внимание парня. Ландо же реагирует на нее не сразу, вслушиваясь в слова какой-то грустной песни в наушниках. Наверное, то настроение, с которым они въехали на арендованной машине в Австралию было присуще больше родной и пасмурной Англии. Мельбурн же искрился жарой и пальмами, чем вызывал у Норриса неподдельное отвращение. — Ты все еще дуешься? — Циска первая нарушает тишину, заставляя Ландо вынуть наушники и посмотреть на нее своими голубо-зелеными глазами. — А ты как думаешь? — внутри мгновенно вспыхивает злость, которую он пытается унять уговорами, но получается из рук вон плохо. — Я вчера узнал, что нам резко нужно переехать, а сегодня мы уже едем по другой стране, где мне надо заново поступать в университет, заводить новых друзей и привыкать к менталитету здешних людей, — он загибает пальцы на руке. — Вы выдернули меня из родного дома, заставили оставить все в прошлом, и ты думаешь я не буду на вас злиться? Понимаешь, что это бред? — Циска лишь поджимает губы, а Адам за рулем вздыхает. Фло, сидящая рядом с братом, берет его за руку, успокаивая. Даже в ее четырнадцать у нее в Лондоне было все. Ландо же двадцать два, он учился на втором курсе экономического университета и за сутки сумел потерять все. — Мы все понимаем, малыш, но и ты войди в наше положение. Нам необходимо было приехать сюда из-за работы твоего отца. — А нас зачем было за собой тащить? — взмахивает руками Ландо. — Ландо, здесь вам будет лучше, поверь мне. Здесь намного лучше образование и климат. И Фло пора было менять обстановку из-за аллергии. Последнее время ее кожа стала страдать. Тебя бы мы одного не оставили в одном городе. И не говори, что ты уже совершеннолетний. Я просто не смогу отпустить тебя, — Циска поджимает губы и переводит взгляд на Фло, ища одобрения, только вот девочка тупит взгляд вниз. — Это ненормально! Вы заставили меня бросить университет, куда мне было так тяжело попасть. Сейчас уже конец августа, все приемные комиссии закрылись. Что вы мне предлагаете вообще? — Мой знакомый обещал помочь. Зак заведует кафедрой туризма в Мельбурнском университете, он без проблем устроит тебя, — наконец подает голос Адам и сворачивает на тихую улицу, состоящую из одинаковых белых домиков. — Туризм?! Но я же выбирал совершенно другое направление! — взмахивает руками Ландо, а Адам тормозит возле одного из домов. Их нового дома. Ландо сразу же открывает дверь и выходит на улицу, вдыхая теплый австралийский воздух. Просто немыслимо. — Сынок, иногда не все происходит так как мы того желаем. Иногда мы становимся жертвами обстоятельств. Но я тебе обещаю, тот университет очень хороший, тебе в нем понравится, — но Ландо не слушает мать, он сует руки в карманы серых штанов и идет прочь. Ему точно необходимо время. В след Ландо окликают, но Норрис достает телефон и набирает номер Карлоса. — Уже приехали? — телефон поднимают почти сразу же. — К сожалению. На самом деле меня успокаивает только факт, что ради меня ты переведешься. — Слушай, Мельбурн неплох. Я тут уже три года, поверь мне. Постарайся искать плюсы, — голос Карлоса звучит успокаивающе. Он единственный лучший друг Ландо, который, когда узнал о переезде Норриса, решил перевестись в тот же университет. — Плюсы, куда там. Меня хотят пристроить на туризм, Карлос! Я хочу вернуться в Лондон, в свой экономический, где у меня была компания, где я вечерами гонял с парнями по ночным улицам, ходил на наши вечеринки, — Ландо тормозит возле протекающей мимо речки и вглядывается в водную гладь. — Здесь тоже все это есть, Ландо. Я познакомлю тебя со своими друзьями, ты заведешь новую компанию. Ты ведь общительный, ты сможешь. Я обещаю встретить тебя первого сентября. — Ладно, договорились. Спасибо, Карлос, — он улыбается и отключается. Родители уже вовсю разгребали вещи, а он решил сходить в местный супермаркет, чтобы некоторое время не пересекаться с ними. Набрав целую корзину продуктов, Ландо размеренно ходит меж полок, разглядывая непривычные для него бренды. Он тормозит возле прилавка с лапшой быстрого приготовления и вдруг боковым зрением видит высокую фигуру, стоящую чуть поодаль. Парень почти бесцеремонно, отвернувшись от камеры, засовывает пачку лапши себе под черную кожанку. Ландо даже не задумывается, зачем этому парню в августе куртка, но он не может оторвать взгляд от этого наглого действия. Парень, заметив его недоуменный взгляд, лишь подмигивает Ландо и идет прочь из магазина. Норрис смотрит на пачку в своих руках и кидает ее в корзину. Его нельзя назвать хорошим и праведным, но он точно никогда не крал из магазинов. Это ведь такое неуважение к продавцам, которым придется платить за эту лапшу. Он не знает о менталитете австралийцев практически ничего. Может, у них это в норме? Норрис, махнув головой, идет на кассу. Пакет был очень тяжелым и, вероятно, отец наругает его, что он взялся за это дело без машины, но Ландо упрямо тащит пакет до дома. Он выходит на короткую пешеходную дорогу, ведущую на их улицу. В это же мгновенье он слышит лишь резкое торможение шин и одно сплошное чёрное пятно. Прорычавший байк задевает его совсем чуть-чуть, благодаря вовремя затормозившему водителю. Ландо, не удержав равновесие, падает на задницу. Только когда наехавший на него мотоциклист выпрямляется и снимает шлем, Норрис полностью может рассмотреть высокого парня. Того самого вора с магазина. Он смотрел на парня своими необычного медового цвета глазами, выгнув проколотую бровь, темно-русые волосы были уложены на обе стороны, а несколько прядей спадали на лицо. Его чуть грубоватые черты лица и нос смотрелись слишком, будоража кровь Ландо. Его чёрный кожаный костюм полностью облегал крупное и подкаченное тело. Кажется, если Норрис встанет рядом с ним, он потеряется на фоне этого парня. Пакет рвется от удара, а продукты разлетаются по всему переходу. — С ума сошел?! Видишь, куда едешь? — рычит на него Ландо, оглядывая уровень проблемы. Штаны потерлись и испачкались на коленях, а пакет был безвозвратно порван. — Я то вижу, а вот ты, вероятно, совсем слепой. Чего под колёса бросаешься? — у Ландо язык немеет, когда он слышит такой же грубоватый голос с легким диалектом. Парень с места не двигается, не спешит помогать распластавшемуся на асфальте Ландо, от этого Норрис гордо вскидывает подбородок. — Вообще-то это ты налетел на меня, на светофоре зелёный, — нервно машет в сторону светофора Ландо и, придерживаясь рукой об асфальт, поднимается. — Ну вообще-то там, — парень, усмехнувшись, машет головой в сторону светофора, и тогда Ландо замечает красный для себя цвет. — Красный. — Не важно, — минуя нелепую секунду, отмахивается он, гордо посмотрев на вовсю забавляющегося парня. — Я же шел. Ты обязан был остановиться. Он начинает спешно оглядывать продукты и собирать все в кучу. — Приезжий, что ли? И с луны, видимо, раз не знаешь правил дорожного движения, — хмыкает парень, который не может вдруг оторвать взгляд от ползающего на четвереньках Ландо, пытающегося собрать свои продукты. Его кудрявые волосы, смуглая кожа и эти бедра, обтянутые штанами. — Знаешь что, вор лапши?! — Ландо вдруг поворачивается и тычет в него пальцем. — Просто Оскар, лунатик. — Да посрать мне как тебя зовут. Помоги собрать продукты, это ведь твоя вина, — Ландо наконец поднимемся, поняв, что это бестолковое дело. — Это ты вышел на красный, ты помял моего малыша и разбросал свои продукты, — Оскар уже собирается надеть шлем, когда Ландо перехватывает руль мотоцикла. К слову, черного и очень красивого. — Иначе я расскажу полиции, что ты своровал лапшу, — решительности Ландо можно было позавидовать, но Оскар вдруг хохочет. — Я бы посмотрел на этот цирк, лунатик. Да ты и правда с луны свалился. — По крайней мере на моей луне воровство — это плохо. — Да неужели, а у нас на районе не разрешается трогать чужие мотоциклы. Руки убери — иначе оторву. И уйди прочь, иначе наеду уже специально, — тон Оскара в мгновение меняется на опасный и грубый, и Ландо, у которого еще присутствует инстинкт самосохранения, отступает в сторону. Пиастри же натягивает шлем с ехидной ухмылкой и уносится по улице. Ландо провожает его взглядом и, выругавшись, решается вернуться домой за новым пакетом. Но когда он подходит к их дому, то видит знакомый черный байк у соседнего дома и не верит глазам. Оскар, оглядывая свой мотоцикл на повреждения, замечает парня и показательно машет ему лапшой. — Не говори, что ты тут живешь? — с надеждой спрашивает Ландо, но Оскар только выпрямляется и идет в сторону дома, помахав ему рукой с лапшой. — Чтоб ты подавился этой лапшой, понял? Клоун, — бросает ему в спину Ландо, на что получает средний палец. — Взаимно, лунатик. Беги скорее за своими продуктами, пока их не раздавили. Ландо хочет выругаться, но вдруг осознает, что сказанные слова могут оказаться правдой и убегает в дом под смех Пиастри.

☀️☀️☀️

Оскар сильнее выжимает газ на своем черном мотоцикле, резко входя в поворот на перекрестке, ловя сигналы мимо проезжающих машин. Он оборачивается и цокает, потому что гонящаяся за ним компания не отстает, выкрикивая в спину проклятия. Оскар высовывает руку и показывает им средний палец, улыбаясь в шлем. Он заезжает в неизвестный район и видит открытый грузовик. Вероятно, один из магазинов принимал ночную поставку, что было на руку Пиастри. Он делает резкий разворот и прячется за открытыми дверьми, а компания проносится мимо с криками: — Он точно поехал сюда! За ним! Оскар хмыкает и выезжает в другую сторону, но уже через мгновение снова ловит хвост сзади. Он и забыл, что эти улицы идут квадратом и соединяются друг с другом. Он едет на ощупь, петляя меж ночных улиц и пугая местных людей, и заезжает в подземный переход. Но уже поздно Оскар осознает, что заезжает в тупик. Он глухо выругивается и снимает шлем, когда вся преследующая его компания облепляет по кругу. Макс спрыгивает с мотоцикла и раскидывает руки, зловеще улыбаясь. — Вот ты и добегался, Пиастри, — но Оскар откидывает в сторону шлем и выставляет большой палец вверх. — Шарль сказал, что ты уехал учиться в Азию. Думал, мы поверим в это? — Извини, кретин, — Оскар чуть приподнимает брови, а напротив стоящий Макс хмыкает и сплевывает. — Неужели так хочешь со мной подраться? — Хочу проучить тебя, — рычит Макс и кидается с первым ударом, который Оскар с легкостью блокирует и уворачивается. Только Ферстаппен один не собирается нападать, к нему сразу же подключаются и остальные. Резкий удар приходится в живот, чем выбивает из легких весь воздух. Только второй удар ему не дает нанести полицейская сирена. — Черт, копы. Валим, — орет кто-то, и толпа тут же бросается в рассыпную. — Тебе снова повезло, Пиастри. Но жди следующего раза, — Макс бросает на него последний взгляд и уезжает следом за другими. Оскар хватается за живот и запрокидывает голову, уже в голове прикидывая, что он скажет полицейским, вот только из-за угла подземного перехода выглядывает его новый сосед. Он оглядывается, убеждается, что все уехали и выключает сирену на телефоне, а Оскару остается только выгнуть бровь. — Ты меня преследуешь? — Моли богов, что я вышел поесть и увидел тебя, — Ландо сует телефон в карман и идет к Оскару. — Хулиган. — В данной ситуации хулиганы они, тебе так не кажется? — недовольно интересуется Оскар, а Ландо хмыкает и складывает руки на груди. — Мне кажется лишь то, что если бы не я, тебя бы отпиздили. — Лунатик умеет ругаться? — приторно удивляется Оскар, а Ландо замахивается для подзатыльника. — Не заставляй меня пожалеть, что спас тебя. Вообще из-за тебя я остался голодным, — Ландо отступает и садится на перекладину. Он ведь вышел развеяться, поесть вкусной еды, отвлечься от родительского контроля. А выходит так, что он спасает того, кто буквально сбил его в первую встречу. И где справедливость? Оскар молчит некоторое время, а потом садится рядом. — Я должен сказать что-то типа спасибо? — с улыбкой интересуется Оскар, а Ландо косится на него. — Ну было бы неплохо, знаешь? — но вместо простого «спасибо» Оскар поднимается и кидает Ландо второй шлем. — Поехали, угощу тебя ужином. — С тобой за один мотоцикл? Я похож на самоубийцу? — Норрис поднимается и с выгнутой бровью наблюдает как Оскар на полном серьезе садится за руль мотоцикла и ждет его. — Давай, не ссы, — машет головой он, а Ландо захлебывается своим возмущением. — Или останешься голодным. Ландо думает некоторое время, а потом, закусив губу, садится за Оскаром, надевая шлем. — Вероятно, я пожалею об этом, — выдыхает он и ухватывается руками за мощный торс, а Оскар газует, срываясь с места. Ландо часто катался на мотоциклах в Лондоне, имея свою компанию, он знает как безбашенно могут кататься молодые парни, только вот Оскар вел по иному. Может быть на долю секунды Норрису показалось, что Оскар вел аккуратно из-за него. Он видел его езду немного, и она не казалась ему безопасной. Но сейчас он не летел на красный, не лез между плотно прижатыми машинами и в принципе вел аккуратно, но кайфово. В какой-то момент Ландо забывает, что не в Лондоне, что поменял дом и университет, что ему не вернуть свою старую жизнь. Он будто растворяется в этом моменте с Оскаром, раскинув руки в стороны. Оскар ловит его движение краем глаза и усмехается в шлем. Они тормозят возле обычного супермаркета, а Ландо окидывает его скептическим взглядом. — Я не совсем это имел в виду, — вскидывает бровь он, когда Оскар сползает с мотоцикла и снимает шлем. — Ты водить умеешь? — вдруг в лоб интересуется Оскар, вводя Ландо в непонятное чувство. — Допустим. — Тогда садись за руль и жди меня, — кивает ему Оскар, а Ландо даже не успевает ответить, потому что Пиастри уже уходит в магазин. Некоторое время он хмурится и прожигает взглядом красную вывеску, а потом делает так как и сказал Пиастри, сам не зная почему. Оскар выбегает с двумя мисками с готовой лапшой. Он бежит быстро, с огромной улыбкой на губах, попутно размахивая лапшой, выливая весь кипяток. Когда он садится сзади, Ландо почти оглушает: — Гони! — Ты что их украл? — доходит наконец до Ландо, когда из магазина выбегает орущий им вслед продавец. — Да гони, — толкает его в спину Оскар, прижимаясь ближе, ибо обе руки заняты лапшой. Ландо опускает визор и с ругательством на губах дает по газам, оставляя продавца в столбу пыли. — Ты идиот! Почему нельзя было просто заплатить? — кричит ему Ландо, когда они тормозят на светофоре. — Это совсем не весело, а так ты улыбаешься, я уверен, — и хоть лицо Ландо скрыто за шлемом, но на его губах и правда была широкая улыбка. Они тормозят в каком-то парке, откуда открывался вид на океан. Оскар внимательно заглядывает в миски, открывая крышки, и удовлетворительно кивает. — Как раз заварилось. — Да ты вылил большую часть воды пока бежал, — в подтверждение слов Оскара, Ландо заглядывает в миски и выгибает бровь. — Все равно придется идти за водой, я не могу есть без нее. — Будет исполнено, — Оскар сует руку в кожанку и достает две банки с колой. — Ты и правда сумасшедший, — усмехается Ландо и забирает лапшу из рук Пиастри. — Но меня еще не разу не кормили ворованной лапшой. — Да ты жизнь не жил значит. Это же иногда бывает так весело. — Весело пока не поймают, — Ландо зачерпывает лапшу, пережевывая. И это ведь была самая обычная лапша быстрого приготовления, только именно сейчас она казалась до невозможности вкусной. Даже вкуснее любимого кафе в Лондоне. Вероятно, дело было в атмосфере, ситуации, виде и Оскаре, который одним зачерпыванием съедает половину. Ландо, глядя на это, только улыбается. — Даже если и поймают, я не буду ни о чем жалеть. — Ты теперь мой такой должник, — вдруг говорит Ландо, а Оскар по-смешному перестает жевать. — Я никому не рассказал еще, что ты сбил меня, а я спас сегодня твою задницу. — Но в первом случае ты сам виноват! — А вот и нет. Ты наехал на меня, когда я уже был на пешеходе, — возражает Ландо. — На пешеходе, где горел красный, — со скепсисом выгибает бровь Пиастри. — Не докажешь, что там был красный, — скалится Ландо. — У меня камера на мотике. Так что докажу. Там видно тебя и твою задницу, ползающую на четвереньках. Так что кто кому еще должен, ведь это видео неожиданно может просочиться в интернет. А Ландо на секунду теряется от изворотливости этого парня. — У меня прекрасная задница, и я ее не стесняюсь. И там нет ничего такого, — гордо вскидывает голову Ландо, а Оскар цокает. — Ладно! Ищем компромисс, я могу тебя подвезти первого сентября. Где ты там поступил? При упоминании нового университета Ландо вмиг грустнеет, а Оскар непонимающе склоняет голову. — Сам еще не понял. Какой-то главный университет тут. Из-за того, что я не подал документы, родители пихнули меня на факультет, на который я совсем не хочу. Только потому что у них там ректор знакомый, — Оскар вдруг выпрямляется, внимательно слушая парня. — А на какой хочешь? — В Лондоне я учился на экономическом, туда и хочу. — А если что-то по типу управления бизнесом? — Ландо заглядывает в медовые глаза Оскара и кивает. — Да, тоже вполне неплохо, но точно не туризм. — Ой фу, Зак то еще уебище. Отвратительный факультет, таким хорошим мальчикам туда нельзя. — Ну успокоил, — огрызается Ландо, а потом поднимает голову. — Как ты меня назвал? Оскар не успевает ответить, потому что ему прилетает легкий подзатыльник. Пиастри усмехается, потирая место ушиба. — А если серьезно, то ты можешь учиться на управлении бизнесом. Там классный ректор, Уэббер тебе очень понравится. — Я не поступлю уже туда. Приемная комиссия закончилась. — Я помогу, — вдруг протягивает ему руку Оскар. — Я устрою тебя на этот факультет, и мы в расчете, — Ландо окидывает его долгим взглядом. — Если сумеешь, то тогда по рукам, — Ландо пожимает его руку в ответ и вдруг понимает, что она больше у Оскара. В принципе, сам Пиастри был крупнее. — Да проще простого, — отчего-то Оскар жмет его руку дольше положенного. — Ты учишься там же и у тебя есть связи? — Можно и так сказать, — ухмыляется он. — Я тоже учусь на этом факультете, только уже на четвертом курсе. — Сколько тебе лет? — интересуется Ландо, выкидывая пустую миску с лапшой. — Двадцать пять, — Оскар повторяет за ним, тоже выкидывая в урну рядом. — А тебе в районе двадцати двух. — Экстрасенс? — тут же щурится Ландо. — Математический расчет и никакой магии, — указательным пальцем бьет себя по виску Оскар, а Ландо тихо хихикает. — Ладно, хулиган Оскар, если и правда устроишь меня на твой этот хороший факультет, я забуду все наши недоразумения. — Мы уже договорились, лунатик. Я слов на ветер не бросаю, — Оскар идет к мотоциклу, кидая Ландо шлем. — Не называй меня так больше! — Ни за что! И я до сих пор не знаю твоего имени, — улыбается ему Оскар, а Ландо в этот момент ловит разливающееся по груди тепло. — Ландо я! Ландо! Только не лунатик!

☀️☀️☀️

За день до учебы на почту Ландо приходит пропуск, расписание, ссылка на общий чат и сообщение от ректора. Марк Уэббер очень вежливо писал Ландо поздравления с поступлением и сообщал ему о том, что Норрис поступил на бюджетное место и ему предоставлялось право на общежитие. Но по поводу него Ландо еще попросил подумать или поговорить с Оскаром на этот счет. Он почти сразу написал Пиастри благодарность, на что получил подмигивающий смайлик и звук полицейской сирены в голосовом. Оскар первый отправил ему запрос в друзья, и только тогда Ландо обнаружил, что у него в друзьях всего четыре человека: тот самый Уэббер, Кристофер Пиастри, Хэтти Пиастри и добавился еще и Ландо. Это было очень странно, потому что подписчиков у него было около десяти тысяч. Карлос как и обещал встретил Ландо у дома первого сентября, забрав его на своей красной Феррари. — Ну и как тебе Мельбурн? — интересуется Карлос пока они едут по узким улицам. — Я рассчитывал на худшее, — улыбается ему Ландо, пожимая плечами. — Факультет туризма находится немного дальше, но я проведу тебя туда, — они доезжают довольно быстро, а когда въезжают на парковку, Карлос морщится. — Блять, да когда он уже выпустится. Ландо не сразу понимает к чему это, а потом видит черный шикарный Макларен, занявший самое лакомое место на парковке. — Каждый год одно и тоже. Он занимает два парковочных места, а если кто-то посмеет на них встать, — Карлос замолкает и поджимает губы. — В прошлый раз парень отделался избиением. — Местный хулиган? — усмехается Ландо, вдруг вспоминая Оскара. — В Лондоне тоже такие были. — Нет, поверь, такого отвратительного человека ты еще не видел. Так, насчет туризма, — Карлос глушит мотор и выходит из машины, а Ландо семенит следом, ища нужное время, чтобы сообщить Карлосу важную новость. — Он вон там. — Меня зачислили не на туризм, — бегло выпаливает Ландо, а Карлос выгибает бровь с немым вопросом. — На управление бизнесом. Ландо впервые видит настолько перекошенное лицо Карлоса. Парень сглатывает и облокачивается о корпус машины, складывая руки на груди. — Каким образом? Ты в курсе, что это самый лучший и богатый факультет в этом университете? Чтобы попасть на бюджет нужно сдать супер сложные внутренние экзамены, а платка стоит как дом на берегу моря. Прости, но я не уверен, что твои родители потянут это обучение. — Я поступил на бюджет, — пожимает плечами Ландо, а удивление Карлоса увеличивается в несколько раз. — Как? В этом году на него был огромный конкурс. Я даже туда документы подавать не стал, потому что бестолковое дело. — Мне Оскар помог, — воодушевлено говорит Ландо, не замечая, как с каждым словом Карлос бледнеет. — Там такая ситуация вышла! Он меня сначала сбил, потом я его спас от каких-то хулиганов, а в итоге он оказался моим соседом и вполне неплохим парнем. — Молю, скажи, что у него не фамилия Пиастри, — Карлос подходит к нему совсем близко и заглядывает в глаза. А улыбка сползает с лица Ландо. — Пиастри, — подтверждает Ландо, а Сайнс прикрывает глаза. — Куда ты влез? — на полном серьезе спрашивает Карлос, взяв того за плечи. — О чем ты? — Оскар Пиастри — сын нефтяного магната, известный во всем Мельбурне. Это самая богатая и опасная фамилия здесь. Этот университет тоже принадлежит их чете. Только я не знаю кому душу надо продать, чтобы Пиастри заговорил с тобой, не то, что сделал что-то. Моя однокурсница пыталась познакомиться с ним, но ее очень жестко отшили. — Да ну нет, мы говорим про разных Оскаров, — возражает Ландо. — У моего Оскара буквально нет денег на лапшу, которую он крадет из магазина. И ездит он не Макларене, а на мотоцикле, — но после этих слов Ландо задумывается. Правда ли, что у Оскара нет денег? Ведь он вчера сказал, что делает это ради веселья. Карлос слышит первый колокол и тащит Ландо во внутрь. Здание было очень красивым внутри, а когда Карлос заводит его на нужный факультет, Норрис и вовсе теряет дар речи. Он казался более новым и чистым, а мимо проходящие студенты косо смотрели на Ландо. — Ну судя по их взглядам, мы говорим про одного Оскара. Если с ним кто-то начинает общаться, готовься к повышенному вниманию. Он тут грубо говоря король, — Карлос прижимает его к стене, как делают и все остальные студенты. Ландо в непонимании вытягивает голову и наконец видит его. Оскар Пиастри. Высокий, в белой рубашке с закатанными рукавами, черных брюках, вычищенных дочиста ботинках, окруженный неизменной свитой. Оскар же идет с высоко поднятой головой, почти ни на кого не смотрит, но один из парней замечает Ландо и слегка толкает Пиастри в плечо. Они тормозят аккурат напротив, а у Ландо зубы начинают скрипеть от злости. — И как тебе университет? — он выглядит умиротворенно до момента, пока не переводит взгляд на Карлоса. Сайнс сжимает зубы и через силу отпускает руку Ландо, делая шаг в сторону. — Что это за цирк ты устроил? — негодующе вскидывает руками Ландо, ловя заинтересованные взгляды всего коридора. Оскар пронзает его долгим и внимательным взглядом, а потом хватает за руку, таща за собой. — Пошли поговорим, — Оскара тут же пропускают, а Ландо только успевает проглотить возмущение. Он выводит парня на улицу, садится на лавочку и закуривает. Остальные к ним не подходят, оставаясь стоять вдали. Ландо встает напротив, сложив руки на груди. — Объяснишься? Потому что я сейчас вообще ничего не понимаю. — Что именно? Ты помог мне, я помог тебе. Взаимовыгода. Мои люди были далеко, а их много. Ты просто оказался ближе и помог мне, а я не привык быть в долгу. — Но почему тут все говорят, что ты богат? Неделю назад ты воровал лапшу. — Мне прикольно. И тебе было прикольно, не скрывай. Но я и правда задолжал тебе ужин, — Оскар поднимается, а у Ландо перехватывает дыхание. В тот раз он пах иначе, не так богато. Но сейчас это был очень вкусный парфюм, уложенные волосы и чистая одежда без экокожи. — Ты уже отплатил мне тем, что пристроил на лучший факультет. Но раз он лучший, не уверен, что потяну. — Ты можешь спрашивать меня, я помогу с любым предметом, — этот взгляд Оскара скользит медленно, огибает ключицы Ландо, его кудри и контур губ. — И то был не ужин, а просто развлечение. Так что я все еще должен тебе нормальный ужин. Сможешь в субботу вечером? У меня. — Соседский ужин? — прищуривается Ландо, а Оскар улыбается. — Можно и так сказать. Не думаю, что наше соседское знакомство наладилось, нужно начать заново. Мое имя Оскар Пиастри и я очень хочу с тобой поужинать, — Оскар протягивает ему руку, которую Ландо пожимает через мгновение. — Ландо Норрис. И если ты очень хочешь поужинать со мной — я приду, хулиган. Отчего-то Ландо не может оторвать взгляд от мощных плеч, этой улыбки и медовых глаз. Но краем глаза Ландо замечает, что их снимают на телефоны и отдергивает руку. — Кажется, я навязал тебе лишнюю проблему, — Оскар удрученно смотрит в их сторону. Ландо сначала хочется ответить ему, что это все из-за подписки, но тут звенит третий колокол, и парню приходится вернуться в здание.

☀️☀️☀️

Ландо перестает понимать, что происходит, когда всю неделю Оскар ждет его у дома и везет в университет, интересуется любимой кухней и скачивает песни любимой группы Ландо — Blind Channel. Они становятся самой обсуждаемой парой в университете, а Ландо с каждым днем все больше тонет в медовых омутах Оскара. Ландо и правда очень понравилось на новом факультете, хоть и пришлось оправдываться перед родителями. В субботу почему-то Ландо не может избавиться от стойкого ощущения, что это гребаное свидание, а не дружеская встреча. Он уже ходил на свидания в Лондоне с парнями, но от Оскара исходил совсем иной вайб. Ландо долго стоит перед зеркалом в ванной, в конечном итоге решив принять душ, если вдруг вечер обернется приятным к ужину бонусом. Он долго разглядывает свой гардероб, со скепсисом перебирая вещи. И все-таки останавливается на розовом поло и светлых брюках. Вообще, этому Оскару очень хотелось отсосать. Вот до одури. Вероятно, просто у Ландо давно не было секса, ведь в Лондоне перестали попадаться нормальные парни. И даже гей клубы не спасали. Но Оскар был буквально во вкусе Норриса: с головы до пят. Он пытался найти хоть какую-то информацию о партнерах и предпочтениях Пиастри, но его вылазка в сеть не увенчалась успехом. Ландо пшикается духами и заглядывает в окно, откуда открывается вид на дом Пиастри. Почти везде горит свет, на что парень лишь улыбается. Он подхватывает лишь телефон и спускается вниз, ловя взгляд Фло из своей комнаты. — И куда ты такой красивый? — К другу на ужин, — Ландо останавливается в дверях и улыбается, на что Фло громко хмыкает. — Я так понимаю ужином выступаешь сегодня ты? Хотя, по твоей одежде — ты десерт. — Эй, ты в кого такая негодница? — шикает на нее Ландо и запускает лежащий недалеко тапок, но Фло уворачивается. — Если это тот симпатичный на крутой тачке — не ломайся. В нее прилетает и второй тапок, прежде чем как Ландо уходит. Он стоит у двери всего минуту, ему открывают дверь, направляя на Ландо запах мяса и того самого парфюма. Оскар в идеально белой рубашке, уложенными на две стороны волосами и с легкой улыбкой стоит в проеме. Так точно не встречают друзей, Ландо уверен. — Проходи, ужин как раз почти готов, — Оскар пропускает его внутрь, а Ландо вдруг вспоминает слова Фло, слегка покраснев. — Ты сам готовишь? — Только сейчас Ландо замечает на Оскаре фартук. Когда он проходит в гостиную, переходящую в кухню, Норрис слышит любимых Blind Channel на фоне и улыбается. Оскар кивает ему на стол, где накрыто ровно на двоих, а по середине стоит бутылка красного вина. — Ты живешь один? — интересуется Ландо, присаживаясь на указанное место, разглядывая светлый интерьер дома. — Да, родители тоже в Мельбурне, но в другом районе, а сестра работает во Флориде, — Оскар ставит перед Ландо тарелку с филе миньон. Ведь когда он спрашивал у Норриса о любимом блюде, Ландо назвал мясо и никакой рыбы. — Изначально я хотел роллы, но потом ты сказал, что не любишь рыбу. — Ненавижу просто. Особенно суши и роллы, — кривится Ландо и с упоением наблюдает как Оскар поливает стейк красным соусом. И он становится так близко, что Ландо буквально ощущает тепло его тела и запах. Оскар опускает взгляд на его кудрявую макушку и скользит ниже — к ключицам. Ландо гулко сглатывает и выдыхает, когда Оскар отходит к своей тарелке. — Это выглядит очень аппетитно. Не знал, что ты умеешь готовить. — Обычно я это делаю только для Хэтти, когда она приезжает в гости. Она любит лазанью и ризотто с грибами. — Никогда не пробовал ризотто, — задумчиво отвечает Ландо, когда Оскар разливает вино по бокалам. — Обязательно попробуешь, когда Хэтти приедет через месяц, — когда Оскар заканчивает разливать вино, он присаживается напротив и тянет бокал. — Планируешь познакомить меня со своей сестрой? — Ладно тянется в ответ. — Ты ей понравишься, — они слегка чокаются и делают по глотку. Ландо улыбается и опускает взгляд в тарелку, потому что выдерживать на себе медовые глаза Оскара становится очень тяжело. — Ты часто зовешь кого-то на свидания? Потому что у тебя хорошо получается создавать атмосферу, — Ландо укладывает первый кусочек в рот и прикрывает глаза. Он жует так беззаботно, не сразу понимая, что сказал. Он понимает только после взгляда на Оскара, который с ухмылкой наблюдает за ним. — Нет, мне редко попадаются люди, которых хочется звать на свидание. Но тебя очень захотелось. Ландо закашливается, потому что последнее предложение звучит очень порочно и возбуждающе. Дальше они едят под тихую музыку с колонок и звон приборов. Оскар рассказывает про свое детство и семью, а Ландо про причину переезда. Пиастри разливает еще вино по бокалам, и они, подхватив их, идут по дому. Оскар рассказывает о своей коллекции машин Лего, которые очень любит собирать, показывает свой мини автопарк в гараже у дома. Помимо Макларена и мотоцикла, у него оказывается еще имеется рендж ровер и квадроцикл. Они довольно долгое время проводят в гараже, разговаривая почти обо всем. Ландо, слегка охмелев, начинает дольше положенного задерживать взгляд на губах, ключицах и его бедрах. — Не хочешь еще что-нибудь съесть? — предлагает Оскар, когда они возвращаются за стол. А Ладно так и хочется ответить: «да, тебя». Но он лишь улыбается и мотает головой. — Ты меня так накормил, что я не захочу есть до завтра, — Ландо допивает остатки вина из бокала. — Тебе понравилось? «Мне бы понравилось, если бы ты сейчас разложил меня на этом столе», — но на деле выходит лишь: — Да, было очень вкусно. Ты очень филигранно готовишь. — Еще никто не говорил, что я филигранно готовлю, — улыбается Оскар, облокотившись бедрами о столешницу. «Блять, да хватит болтать. Сделай хоть что-то.» — Ты бы стал хорошим шеф поваром. — Ой нет, готовить для своих и для толпы людей — разные вещи. «Для своих. Да сколько можно-то блять?» — Ландо почти воет это в голос, но на деле он остается почти спокойным. Либо Оскар открыто над ним издевается, либо он и не планировал ничего, кроме ужина. Тогда Ландо решает брать инициативу в свои руки. Он поднимается и медленной походкой идет к Оскару, тормозит возле него в десяти сантиметрах и тянется к нарезанному апельсину за спиной Пиастри так, что чувствует дыхание парня на своей шее. Пальцы Оскара сильнее сжимают столешницу. — Чего ты добиваешься? — его жаркий шепот опаляет ухо Ландо. — Беру апельсин, — невинно хлопает глазами Ландо и, подхватив дольку, не спешит отстранятся. Оскар оглядывает его совсем непонятным мозгу Ландо взглядом и тянет воздух рядом с ним. Ландо ждет, неприлично долго ждет и только потом делает шаг назад. Не прокатило. Вероятно, Оскар и правда с ним только дружит. Правда, весьма специфично. — Я уже надоел тебе, так что пойду домой. Спасибо за дружеский ужин, хулиган. Ландо делает еще шаг назад и уже разворачивается, но его хватают за руку и дергают на себя. Ландо ладонями упирается в крепкую грудь Пиастри, когда одна его рука обвивает талию Норриса, а другая ухватывает за подбородок, чуть сжимая. Ландо буквально ощущает это сексуальное напряжение между ними. Вряд ли гетеро мальчики такое могут излучать и так действовать на подкошенные коленки Ландо Норриса. — Просто скажи, что я правильно распознаю твои сигналы, — Оскар произносит это размеренно и уверенно, на что Ландо гулко сглатывает. — А что ты распознаешь? — серьезно спрашивает он. — Что ты хочешь меня, — такой же серьезный ответ. — А ты? Ты хочешь? Потому что я твои сигналы не улавливаю сейчас, — но Оскар на это молчит, и Ландо и вовсе теряется. Он уже хочет вырваться и уйти, но его сильнее перехватывают за подбородок и целуют. И за долю секунды Ландо пробивает высоковольтным разрядом до кончиков пальцев. Он раскрывает губы, пропуская язык Оскара в свой и тянется руками к его волосам, крепко сжимая их в своей хватке. Рука Оскара по-собственнически опускается с талии на задницу Ландо, чуть сжимая, а Норрис лишь сильнее вжимается в его тело. Они целуются так развратно и громко, что Ландо думает — это лучший поцелуй за все его двадцать два года. — Мои сигналы с кодовым шифром, именно поэтому их тяжело уловить, — когда Оскар чуть отстраняется, Ландо тяжело дышит. Пиастри действует на него как настоящий дурман. Он склоняется и медленно лижет Оскара по подбородку и губам, оставляя влажный след. — Не уверен, что позвать на ужин к себе домой, приготовить еду и напоить меня дорогим вином — это кодовый шифр. Ты буквально кричишь уже. Просто ты любитель потянуть удовольствие и подержать меня в сексуальном страхе, я тебя разгадал, — Ландо улыбается слегка пьяной улыбкой, а Оскар усмехается. И это выглядит так красиво и сексуально, что мозг Ландо плывет. — Фло сказала, что я похож на десерт сегодня. Но и я хочу десерт, — в подтверждение своих слов Ландо опускает руку на брюки Оскара и чуть сжимает пах. Оскара пробивает разрядом и он выпускает воздух. Ландо особо не ждет его одобрения, он выпутывается из рук Оскара и расстегивает ширинку. Он опускается на колени вместе с брюками, а на Оскара поднимает взгляд лишь один раз, хитро улыбнувшись. Ландо берет наполовину, втягивает щеки, заставляя Пиастри в кайфе откинуть голову. Он ведёт языком по всей длине, обводит языком каждую венку, тащится от горьковатого вкуса предэякулята. В блаженстве закатывает глаза, когда Оскар нетерпеливо толкается, касаясь головкой глотки. Ландо окольцовывает ствол губами, а потом отстраняется и для удобства сплевывает на ладонь, проводя по всей длине и тормозит у основания, сдавливая сильнее. Снова припадает к головке, облизывает слишком аппетитно, причмокивая пухлыми губами, что Оскар с силой сжимает зубы и столешницу сзади. Пиастри перехватывает кудрявые пряди и толкается глубже, сам медленно разлагается от какофонии запаха Ландо Норриса и секса. Оскар кончает прямо в рот Ландо с глухим рыком, рывком поднимая парня на себя. Белёсая жидкость течёт по его подбородку, пока он, смотря прямо в медовые радужки, сглатывает все до последней капли. Он показательно пальцем стирает с губы капли и облизывается, а Оскар за мгновение меняет их местами, толкая Норриса грудью на столешницу и нагибая. Ландо, прикусив губу, лишь шире расставляет ноги и помогает снять с себя брюки, отпихивая их сторону. Он с упоением выставляет задницу, потому что чувствует взгляд Оскара на ней. Пиастри же оглаживает ее и ладонью сильнее прижимает Ландо к столешнице. Собственный член возбужденно дергается, когда Оскар несильно ударяет по ягодице, выбивая из Ландо первый тихий стон. — Так то лучше, а то ты совсем притих, — Оскар склоняется к нему, накрывая своим телом его, и Ландо отчетливо ощущает его крупный член меж своих ягодиц. — Ты хочешь, чтобы я был громким? Я могу, — лукаво улыбается Ландо и наконец чувствует как длинный палец Пиастри оглаживает вход и легко толкается. — Готовился? — прыскает Оскар, а Ландо закатывает глаза. — Я же говорил, твои сигналы буквально очень красноречивы. Ландо слышит шелест упаковки презерватива, и уже в следующее мгновение Оскар толкается. Ландо обещано стонет громко, заглушая голоса Йоэля и Нико на фоне. Он лишь крепче сжимает столешницу руками, ломая об нее ногти, когда ладони Пиастрии накрывают его собственные. Ландо возвращается домой под утро, потому что они точно не ограничиваются одним разом и той выпитой бутылкой вина. Фло на утро смотрит заговорщически, странно, а общая беседа всех мотоциклистов Мельбурна активизируется. Ландо даже приходится отключить звук, потому что на вопрос «о чем шепчутся мотоциклисты» можно было запросто пальцем показывать на себя. Оскар особо и не скрывает их новый статус, собственнически прижимая Ландо к себе в коридорах универа. Карлос же почти сразу отчисляется и восстанавливается в своем университете, вероятно, имея свои виды на Норриса, которые разрушились под влиятельным взглядом Пиастри. А название общей беседы обновили на «О чем шепчутся мотоциклисты».