Более тёмный путь

Солнышко Марисса широко улыбалась, помогая вместе с Краусом откровенно ошалевшей от радости Ноэль добраться до душа. Атропос ушла всего пару мгновений назад, забрав с собой Панацею, но с Ноэль теперь всё было в порядке! Правда, ей предстояло заново учиться ходить... О. — О, чёрт, — прошептала она, и радость мгновенно схлынула с её лица. — Что? — спросил Краус. — Джесс. Мы забыли спросить у Джесс, не... — Не переживайте об этом, — сказала Джесс, доносясь из коридора неподалёку. — Мне тоже стоило что-то сказать, но я не стала. В любом случае, было видно, что они сосредоточились на Ноэль, а с ней теперь всё хорошо, так что это уже победа, да? Её слова прозвучали храбро, но Марисса разглядела за ними затаившуюся боль. Ей самой доводилось чувствовать такое пару раз. «Почему приз достаётся им, а не мне?» — В следующий раз, когда будем с ней говорить, спросим, — твёрдо сказал Оливер. — Она же сама сказала связаться с ней, когда мы будем готовы решить, куда хотим двигаться и что делать. Мы просто скажем ей об этом тогда, вот и всё. — Точно. — Коди положил руку на плечо Джесс сзади. — Никого не бросаем. Особенно не сейчас, когда мы так близки к тому, чтобы добраться туда, куда хотим. — Ага, — согласилась Марисса, радуясь, что все они были на одной волне. — Ладно, можем и так. — Джесс попыталась изобразить безразличие, но Марисса снова разглядела за этим правду. — Если это не слишком хлопотно, просто говорю. Я в этой штуке уже большую часть жизни; не конец света, если я так из неё и не выберусь. Марисса встретилась взглядом с Краусом, и он кивнул. Он тоже был с этим согласен, что радовало. Так или иначе, у Джесс будет свой шанс.

<->

Тейлор Возвращаться на место преступления всегда требовало определённого рода храбрости (или глупости, в зависимости от точки зрения). Я уже однажды побывала в Эллисбурге, с миссией «хватай и беги»; конкретно — чтобы забрать немного ДНК Нилбога. Это вторжение также послужило демонстрацией Королю Гоблинов, что со мной шутки плохи. Разумеется, хотя никто за пределами стены не знал, что я уже там была, и никто, кроме Панацеи и меня самой, не знал зачем, на этот раз моё присутствие было полуофициальным. С учётом этого, моей первой остановкой стал командный пункт зоны сдерживания Эллисбурга. Он находился во «временном» сборно-разборном здании, простоявшем там дольше, чем некоторые из более новых построек в Броктон-Бее. Охранники на посту у командного пункта заметно вздрогнули, когда я вышла из портала прямо перед ними. Винтовка и пенный распылитель начали разворачиваться в мою сторону, но как только охранники узнали меня, так же поспешно направили оружие обратно в сторону. В руках у меня не было никакого оружия, что, возможно, поспособствовало такому решению. — Привет, — бодро сказала я. — Я здесь от имени директора Пиггот. Нужно перекинуться словом с вашим командиром. Тот, что справа, потянулся и постучал в дверь. — Сэр? — крикнул он. — Э-э... к вам Атропос! Это были, пожалуй, пять слов, которые никто никогда не хотел бы услышать. Точнее, очень узкий круг людей мог бы воспринять их спокойно. Все остальные тут же начинали перебирать в памяти своё недавнее прошлое, пытаясь понять, чем именно заслужили моё внимание. Меня это отношение вполне устраивало, поскольку оно значительно облегчало мою работу. Спустя мгновение дверь открылась, и вышел офицер. На нём была полевая форма вместо той же брони, что у остальных — к этому моменту на меня уже глазели бойцы со всего лагеря, хотя ближе никто не подходил, — но я подозревала, что его броня была где-то совсем рядом, на случай, если ему придётся экипироваться в спешке. Два шага спустили его на уровень земли, где он остановился и расправил плечи. — Добрый вечер, мэм, — сказал он почти отрывисто. — Майор Холден. Что вам от нас нужно? Я оценила это как его стандартную реакцию на неожиданное появление начальства повыше. Он не отдавал честь, потому что я не была военной, но был вежлив и оперативен. С этим я могла работать. — Это скорее визит вежливости, чем что-либо ещё. — Я указала на стену вдалеке. — Директор Пиггот наняла меня, чтобы окончательно Завершить Нилбога. Через минуту я войду туда и дам ему двадцать четыре часа на то, чтобы сдаться СКП. Если он не сдастся, я вернусь через двадцать четыре часа и убью его. Мне показалось, я расслышала приглушённую брань из-под шлемов охранников, но майор Холден был сделан из более крепкого материала. — Понял, — сказал он. — Вы осознаёте, что если что-то пойдёт не так, мы не сможем отправить людей туда, чтобы вас спасти. — Это не было вопросом. — Майор, если бы вы предложили отправить со мной добровольцев, мне пришлось бы отказать. — Я развернула ладони вверх, за неимением видимой улыбки. — Без обид, но они просто не способны на то, на что способна я. Он кивнул в знак признания. — Видел эту запись, мэм, никаких обид. — Он не уточнил, какую именно запись, но я подозревала, что это неважно. — Хотя могу я обратиться с просьбой, мэм? — Конечно, валяйте. — Я была почти уверена, что знаю, о чём он собирается попросить, и это совпадало с моими собственными целями. — Вся имеющаяся у нас информация о внутренней части поступает с камер и дронов, но там научились очень хорошо выводить из строя всё, что мы устанавливаем для наблюдения изнутри, а спутниковые снимки дают немного. — Он глубоко вдохнул. — Если бы мы установили на вас нательную камеру, мэм, согласились бы вы её надеть туда? Любая запись дала бы нам бесценные данные. Я кивнула. — Могу это сделать. В смысле, часов через двадцать пять он вообще перестанет быть проблемой, но конечно. — Хотя эта запись определённо пополнит собой все остальные кусочки и обрывки, гарантирующие, что никто не станет связываться со мной или с теми, кто мне дорог. Майор Холден почти улыбнулся. — Это отличные новости, мэм. Не могли бы вы проследовать за мной?

<->

Дэнни Похоже, кто-то в участке был начеку. Когда Дэнни назвал им имена Джона Джардини и Пата Бьянки, в правильном поиске наверняка загорелись красные флажки. Не то чтобы они сами когда-либо были осуждены за уголовные преступления, но у каждого из них было по несколько известных сообщников, которые определённо были. Джардини и Бьянки, короче говоря, были тем, что на профессиональном жаргоне официально называется «лицами, представляющими интерес». Бьянки пришёл в себя первым, но к тому моменту Дэнни уже связал их запястья за спиной пачкой стяжек из нижнего ящика стола — он держал их там не для этой цели, но эти штуки были бесконечно полезны — и достал именную хоккейную клюшку с автографом с почётного места в кабинете Курта. Каждый из уложенных им мужчин мудро решил не пытаться освободиться, как только осознал, что теперь у него в руках настоящее оружие. Похоже, никто не хотел ставить на то, что он планирует позже выйти и погонять шайбу. Когда Дэнни услышал сирены, он не был уверен, сколько машин приехало, но судя по мигающим огням, больше одной. Аккуратно прислонив хоккейную клюшку к столу рядом с собой, он поднял руки на всеобщее обозрение и крикнул им. Не меньше шести полицейских вошли в кабинет и уставились на мужчин, лежащих на полу, а затем на Дэнни. — Добрый вечер, офицеры, — вежливо сказал он. — Я Дэнни Эберт. Эти люди только что угрожали мне и напали на меня. Я хочу, чтобы их арестовали. Первый полицейский, вошедший в дверь, — крепкий сержант, — посмотрел вниз на Джардини и ухмыльнулся. Определённо произошло какое-то узнавание. — Полагаю, мы сможем это устроить, сэр. — Что это, чёрт возьми, было? — потребовал ответа Джардини, наконец-то достаточно пришедший в себя, чтобы связать слова в предложение. — Как, во имя всего святого, ты это сделал? Дэнни решил придерживаться буквальной (пусть и вводящей в заблуждение) правды. — Я докер. Всегда им был, всегда им и буду.

<->

Тейлор Пока я ждала, пока разберутся с нательной камерой, я проверила свою мысленную карту союзников и угроз. Эми пела своим грибным эмбрионам, папа разговаривал с полицией, Шери отдыхала на диване перед телевизором, а Райли смеялась над комедией вместе с Айшей — так что всё было в порядке. Валефор планировала внедриться в Уинслоу в понедельник, и... хм. Обо мне думали несколько человек из Скитальцев, причём не в плохом смысле. Ноэль всё ещё была вне себя от восторга оттого, что снова полностью человек (и Фрэнсис радовался ничуть не меньше), но пара других вынашивали намерение попросить меня что-то сделать с параплегией Генезис. Я знала, что ей нужно инвалидное кресло, но мой интерес на этом и заканчивался. Всей моей причиной приезда было Завершить проблему, которую представляла собой Ноэль. Генезис на тот момент даже не появилась у меня на радаре. Исключало ли это меня из числа хороших людей? Возможно, но это я и так о себе уже знала. Было ли мне до этого дело? Ни капли. У меня были дела поважнее. Хотя, если бы я захотела, было два разных способа Завершить проблему Генезис с минимальными усилиями. Эми была первым вариантом; она уже познакомилась со Скитальцами, и у неё начали складываться с ними профессиональные отношения, но я не думала, что снова стану её просить. Во-первых, я не хотела дёргать её слишком часто. А во-вторых, я была почти уверена, что она уже лечила паралич раньше. Я предпочитала подкидывать её способности интересные и необычные задачи, чтобы держать её, образно говоря, в тонусе, и не давать ей заскучать. Скучающие осколки, как я поняла, могли очень быстро становиться очень проблематичными, хотя из первых рук я об этом ничего не знала; моя способность ни разу не скучала с тех пор, как я её получила. Что-то там про «богатую целями среду», как я это понимала. Второй мой вариант была (разумеется) Райли. У неё определённо были нужные знания, чтобы поставить Генезис обратно на ноги, и я сильно подозревала, что она ухватилась бы за такой шанс. Если бы я это сделала, я бы не стала обуславливать это тем, что Скитальцы должны будут помогать с восстановлением Броктон-Бея. Подобные вещи обычно порождают обиду и злонамеренное подчинение, и мне совершенно не хотелось выяснять, какой бардак способна устроить кучка недовольных кейпов, «помогая». С другой стороны, я уже сделала им это предложение, так что был неплохой шанс, что они всё равно вызовутся добровольно. А если они предпочтут вернуться на Алеф — они уберутся из моих волос, так что в любом случае выходило беспроигрышно. С этой мыслью я открыла телефон и отправила сообщение как раз в тот момент, когда мне принесли нательную камеру.

<->

Сумрак Сидя на скамье для отжиманий у себя в спальне, Брайан размеренно поднимал каждую гантель от полного разгиба руки до груди: левая, правая, левая, правая. В гостиной он слышал, как девушки наслаждаются комедией, и на его губах промелькнула улыбка. Приятно было видеть, что Айша получает удовольствие способом, не связанным с вылазками и порчей чужого имущества; рядом с Райли она заметно взрослела на пару лет, хотя, вероятно, сама этого не замечала. Пару повторений спустя он заметил, что фильм отключили, и смех девушек стих. Это было достаточно необычно, чтобы он наклонился и поставил гантели на пол, как раз в тот момент, когда Райли постучала в его открытую дверь спальни. Она выглядела задумчивой, что в последнее время было достаточно редким явлением, чтобы полностью завладеть его вниманием. — Привет, росточек, — непринуждённо сказал он. — Что случилось? — Я, эм, только что получила сообщение, — сказала она, протягивая свой телефон от Стражей. Брайан нахмурился. Это было странно, потому что его собственный телефон лежал у него в кармане, и ему ничего не приходило. Процедура, насколько он понимал, заключалась в том, чтобы держать его в курсе, если её вызывали на задание, поскольку он был её основным опекуном. — От кого, и куда тебя вызывают? — Вообще-то от Атропос. Это привлекло его внимание. Он встал со скамьи и шагнул к ней. — Чего она хочет? — Он прекрасно понимал, что Атропос крайне маловероятно замышляет что-то плохое против девочки, которую он всё больше воспринимал как свою младшую сестрёнку, но его эмоциональная реакция не особо считалась с интеллектуальным пониманием. — Ну, эм, она говорит, что на границе города есть группа бывших злодеев под названием Скитальцы, и одна из них в инвалидном кресле, потому что она параплегик уже целую вечность, и если я захочу, я могу поехать и исправить ей позвоночник. — Она глубоко вдохнула, выпалив всё это на одном дыхании. — Можно мне? В смысле, помогать людям — это именно то, чем я теперь хочу заниматься. «Чёрт. Ладно, как мне с этим разобраться?» Брайан был уверен, что срываться из квартиры, чтобы лечить кого-то в любое время дня и ночи, даже в ответ на сообщение от Атропос, — не самая лучшая идея. Однако Райли выглядела готовой вызвать такси, если он слишком долго будет раздумывать. А лечить людей — это то, чем занимаются герои. «Мы же теперь герои, разве нет? Пора думать, как человек, для которого это профессия». — Я сделаю звонок, — сказал он. Когда сомневаешься — передай выше по инстанции. Меньше всего ему хотелось поставить под угрозу собственный испытательный статус, приняв решение самостоятельно, когда у него была целая цепочка командования, к которой можно было обратиться. Она просияла. — Спасибо! Ты лучший! — Ты тоже довольно крутая, росточек. — Он выудил телефон и набрал номер дежурного телефона Стражей. — Вы дозвонились до Стражей, на связи Эгида. Привет, Сумрак, что случилось? Триумф, должно быть, был не на дежурстве, понял Брайан. Неважно; Эгида был настолько собранным, насколько это вообще возможно. — Привет, да, Мисс Медик только что получила сообщение от Атропос. Судя по всему, на границе города находятся какие-то бывшие злодеи — так, по крайней мере, она их описала. Банда под названием Скитальцы; слышал о них? — Слышал, да. Правда, немного подробностей. — Брайан услышал быструю печать. — Так, посмотрим... телепортёр, кто-то, способный буквально создать солнце прямо в той же комнате, оборотень и стрелок. Это вся достоверная информация, что у нас на них есть. Она говорит, Атропос назвала их бывшими злодеями? — Именно так она и сказала. Причина, по которой Атропос с ней связалась, в том, что одна из них, судя по всему, прикована к инвалидному креслу, и если Райли захочет туда поехать и исправить ей позвоночник, она может. — И она хочет поехать? — Она прямо сейчас смотрит на меня щенячьими глазами. — Уж точно предана делу помощи людям, тут не поспоришь. Ладно, у меня нет полномочий принимать решение по такому вопросу. Позвоню заместителю директора и дам тебе знать, что получится. — Спасибо. Ценю. — Брайан завершил звонок и снова обратил внимание на Райли. — Эгида уточняет у начальства. Он даст мне знать. — О, круто. Мне нравится Эгида. Он классный. Он поднял брови. — Если честно, тебе нравятся все в Стражах. — Ну, да, это правда. — Она рассудительно кивнула. — Но это потому что они все со мной милые. Никто из них не вредничает из-за того, что я самая младшая. — Они хорошие люди, — согласился он. — Мне они тоже нравятся. Они дают мне шанс, хотя вообще-то были не обязаны. — Он потратил время, чтобы узнать получше каждого своего товарища по команде, и усилия окупились. То было не совсем как в старые времена с Неформалами, но в основном потому, что ему не приходилось иметь дело со сплошным сарказмом и собачьей шерстью повсюду. Иногда ему не хватало того товарищества, которое он чувствовал с Лизой и Рэйчел... ну, с Лизой, и Алеком... ну ладно, в основном только с Лизой... но лишь иногда. То были дикие времена, и адреналин определённо бил через край, но он никогда не был в этом деле ради преступлений или даже ради острых ощущений. Всё дело было в защите Айши. А теперь у него было всё, чего он когда-либо хотел, и даже больше. Просто потребовалось вмешательство Атропос, убийство Выверта и смена стороны. — Так думаешь, они меня отпустят? — Она с надеждой посмотрела на его телефон. — В смысле, это же Атропос. С чего бы им отказывать? Лично он считал, что её логика вполне обоснована — сам он не стал бы идти против желаний Атропос, если бы мог этого избежать, — но мир, к сожалению, не всегда работал по логике. — Не могу придумать причину, но это лишь значит, что у меня может не быть всей той информации, что есть у них. — Или у них нет всей той информации, что есть у тебя, — парировала она. Пока он всё ещё обдумывал ответ на это, зазвонил его телефон. Он нажал на значок ответа, затем включил громкую связь. — На связи Сумрак. Мисс Медик тоже здесь. — Отлично! — бодро сказал Эгида. — Вам дали добро. Скоро подъедет фургон в качестве транспорта. Штурм и Батарея будут сопровождать вас в качестве эскорта, а заодно поговорят со Скитальцами об их новом статусе. — И, может, завербуют парочку из них? — предположил Брайан, пока Райли издавала радостный вопль. Эгида усмехнулся. — Это точно не в моей компетенции решать, но всё возможно. — Точно. Спасибо большое, увидимся. — Брайан завершил звонок и повернулся к Райли, собираясь сказать ей идти переодеваться, но она уже вышла из комнаты. «Что ж, — подумал он, снимая свой костюм с манекена, — в любом случае, будет интересно». Любая ситуация с участием Атропос обычно такой и оказывалась.

<->

Тейлор Прикрепив нательную камеру к своему длинному плащу — если честно, я ожидала чего-то более громоздкого, но, похоже, технологии камер с каждым днём становятся всё совершеннее — я телепортировалась в Эллисбург. На этот раз я появилась на открытом месте, содержимое флакона впитывалось в (и испарялось с) рукавов моего плаща. Гоблиноидных тварей здесь было ещё больше, каждая — иного размера и формы, чем та кривозубая мерзость, которую я убила ранее. Следующее, что я заметила, — гирлянды сказочных огней, развешанные между зданиями; из-за этих огней и фантазийного переосмысления самого городка всё это на самом деле выглядело довольно очаровательно. Откуда они взяли эти гирлянды, я понятия не имела, но, впрочем, мне было и всё равно. — Захватчик! — взревело ближайшее гоблиноидное создание, выхватывая ржавый зазубренный клинок из ножен и прыгая на меня. — Убить его! Завершить его навсегда было бы контрпродуктивно, но у меня были и другие варианты. Пока тварь надвигалась на меня, угрожающе размахивая клинком, я шагнула в сторону и врезала задней рукоятью своего хорошего друга мистера Помпового Дробовика ему прямо в лицо, точно между маленькими бусинками-глазами. Его ноги вылетели из-под него, клинок с грохотом упал на булыжники, и он рухнул спиной на землю, потеряв сознание. Я выстрелила из дробовика в воздух, а затем передёрнула затвор, пока они колебались. — Я здесь, чтобы встретиться с вашим королём! — крикнула я. — Я объявляю дипломатические переговоры! Я хочу говорить с ним мирно! Пусть они и были психованными мелкими уродливыми монстрами, но не были глупыми психованными мелкими уродливыми монстрами. Слухи о моём предыдущем вторжении, судя по всему, уже разнёс Ринке — включая то, как я убила двух из них, а они даже не смогли коснуться меня когтем. А теперь я вырубила одного парня и потребовала встречи с самим Ринке. Они образовали вокруг меня круг, бормоча что-то друг другу, пока я держала дробовик направленным в небо. Я знала, что Ринке может видеть их глазами, как и они это знали; мы обе ждали одного и того же. Посланника от короля. Он прибыл на удивление быстро. Судя по тому, как тварь запыхалась, ей пришлось бежать всю дорогу. Ноги у неё выглядели тощими, но я подозревала, что скорость у неё была неплохая. — Переговоры с королём! — пропищала она. — Переговоры с королём! — Веди, — сказала я. — Проведём переговоры. Мы прошли через Эллисбург, точнее, через то, во что этот городок превратило воображение Джейми Ринке. Здания, разобранные и собранные заново в сказочные конструкции, булыжники вместо асфальта, а поверх всего этого — гнетущая угроза. Впрочем, последнее, возможно, было моим собственным воображением. И если бы меня это волновало сильнее, оно, вероятно, действительно бы на меня подействовало. Гоблиноиды ковыляли, важничали и неуклюже топотали (я вполне могла бы прожить всю жизнь, так и не узнав, как выглядит «неуклюжее топотание») со всех сторон, сопровождая меня к Ринке. Находясь так близко, они вдыхали пропитанные вирусом испарения с моих рукавов. Вирус делал три вещи: во-первых, снижал индекс агрессивности. Во-вторых, направлялся прямиком к тому, что они использовали вместо гонад, и делал их бесплодными и нефункциональными. Когда эта болезнь доберётся до порождающих зверей Ринке, у него внезапно образуется нехватка свежей крови. И в-третьих, она полностью открывала иммунную систему для второго вируса в цепочке, который я с собой не принесла. Каждый гоблиноид вдыхал испарения, и вирус размножался внутри них; уже через несколько минут они сами выдыхали ещё больше спор во все стороны. Я знала, что тоже вдыхаю его, но это не имело значения. Не будучи родственницей Джейми Ринке, я была невосприимчива к его воздействию. После извилистого пути через буколическое Королевство Гоблинов мы в конце концов приблизились к собранию под открытым небом, где Ринке восседал на просевшем троне, вершив суд. Дробовик я убрала, зная, что они не осмелятся напасть на меня, пока их владыка и повелитель не отдаст приказ. Даже если бы дробовик был у меня в руках, у меня всё равно не возникло бы соблазна снести Ринке голову, по очень простой причине: Джейми Ринке не был тем, кто сидел на троне. Вместо этого он находился под землёй, связанный со своим раздутым гомункулом через пуповину. — Кто приближается? — потребовал он ответа со своим странным акцентом. — Кто смеет повергать Моих подданных наземь, и при этом расхаживать на свободе? — Я буквально слышала, как он расставляет заглавные буквы в этих словах. — Я Атропос, — сказала я ему, вкладывая в эти два всю интонацию и подачу, на какие только была способна. Моя способность добавила и толику собственного влияния, и я увидела, как он вздрогнул и слегка отшатнулся от меня. — Я Смерть во плоти, и я здесь, чтобы передать тебе послание. Он попытался вернуть себе самообладание. — Жизнь и смерть — Мои игрушки здесь, в Моём Королевстве! Ты смеешь узурпировать это у меня? — Нет, Король Гоблинов, не смею. — Я подождала, пока не стихли бормотание, освистывание и насмешки. — Я здесь не для того, чтобы убивать кого-либо из твоих подданных. Но внешний мир, который так долго сдерживал расширение твоих границ, устал от твоего существования. В его глазах твоё Королевство — это плачущая язва на теле земли. — Ты меня оскорбляешь! — Он, судя по всему, пытался скрыть своё прежнее замешательство, распаляя себя гневом. Одна длинная рука указала на меня когтистым пальцем. — Ты оскорбляешь само Королевство, моё великолепное, прекрасное Королевство! Почему ты говоришь такие вещи? — Потому что это правда. — Я теряла терпение с этим психом. — Я пришла передать послание. Если ты не сдашься, мирно и без коварства, тем, кто снаружи, к этому же времени завтра, я вернусь... и я тебя убью. — Ты? Всего лишь одна ты? Убьёшь Меня? — Он разразился безумным хохотом, который мгновенно сменился яростью. — Схватить её! Связать её конечности! Приведите её ко мне на коленях! Я пригнулась под первой тянущейся ко мне рукой, увернулась от второй и сломала запястье третьей. Под вой существа, попытавшегося меня схватить, я крикнула Ринке: — Тебя предупредили! Двадцать четыре часа! Земля разверзлась почти прямо у меня под ногами, и я откатилась в сторону от появившегося когтистого щупальца. На щупальце тоже был глаз, и оно резко метнулось, чтобы ткнуть в меня. Я увернулась во второй раз, а затем сделала сальто назад, как раз когда сработал телепортер, формируя портал за моей спиной. Когтистое щупальце полоснуло по мне, пока я проходила сквозь портал; я приземлилась на ноги, а три дюйма когтя упали на землю передо мной. Наклонившись, я подняла его. Он был острым, как бритва, и был аккуратно срезан в момент закрытия портала. Охранники у командного пункта на этот раз были не так напуганы моим появлением. Подойдя к ним, я отсоединила нательную камеру от плаща. — Вот, — сказала я. — Послание доставлено, и запись сделана. — Э-э, спасибо, мэм, — сказал охранник, принимая камеру. — Хотите поговорить с майором Холденом? — Не-а. — Я покачала головой. — Всё есть на камере. Пока-пока. С этими словами сработал короткий телепорт, унося меня прочь от командного пункта. Последний прыжок через портал был не особо дальним, так что перезарядка для прыжка домой не заняла много времени. Я едва могла дождаться.