Drunk

      Тянь смотрит на его сомнения, а после подготавливает несколько стопок и оставляет открытую бутылку рядом, им понадобится много раундов.       — Давай я начну. Любимое блюдо? – решает начать первым, с таким пугливым игроком, как Мо, вопросы стоит подбирать острожно.       — Карри, – он буркнул себе под нос, смотря на Хэ исподлобья.       — Умеешь танцевать?       — Нет.              — Ты умеешь готовить, – Хэ улыбается, придвигая к нему стопку, — Видишь, всё просто! Теперь ты.       Мо пьёт осторожно маленькими глотками, а после закусывает, продолжает смотреть на него недоверчиво, но пока остаётся, это прогресс.              — Любимый цвет?       — Белый, – Тянь отвечает, не задумываясь.       — Ха, символ чистоты и невинности? – с усмешкой Шань будто поддакивает своим мыслям, конечно, этот мажорчик ведь такой ангелок.       — Вечная память и уважение*. Ты потратил свой второй вопрос. Теперь факт.       — ... Ты не умеешь готовить, – неужто Мо смущён?       Тянь пьёт первую свою стопку, в голове разыгрывая ставки, сколько им понадобится, чтобы ужраться вусмерть.

***

      — У тебя есть порножурнал? – преодолев уже все безобидные вопросы про любимое блюдо и фильмы и выпив добрую половину бутылки, Хэ решается повысить градус.       — Да.       — Твой типаж?       — Высокие блондинки с большой задницей.              — Но теперь заглядываешься ты и на высоких брюнетов тоже, – Тянь протягивает ему стопку, подмигивая, Шань лишь сильнее нахмурился.       Ничего страшного, Хэ умеет ждать, он продолжает прощупывать почву.

***

      Если Мо Гуаньшань и был пьян, то всеми силами старался скрыть это, но заплетающийся язык выдавал его с потрохами.       — Зачем тебе так много свободного пространства? Серьёзно, у тебя всё большое: и кровать, и кухня, и потолки...       — И член тоже.       — ...       — А если серьёзно, мне всё равно, что дали — там и живу. Могу здесь, могу и в квартире поменьше, важно не где, а с кем.       — Кхм, а где твои родители? – Мо сразу тушуется, отводит взгляд и растерянно проводит рукой по голове.       — Отец здесь где-то, но скоро опять уедет заграницу, мамы нет, – Тянь же отвечает без заминки, такое ощущение, что ему приходилось проговаривать это много раз.       — Тебе бывает одиноко... - спустя некоторое время звучит предположение, которое скорее отдаёт вопросом.       И Тянь пьёт.

***

      Музыка вокруг не утихает, и толпа веселящихся лишь набирает обороты. И именно поэтому можно так спокойно общаться на столь провокационные темы, ведь никто не прислушается... По крайней мере, таким оправданием заручился Шань, когда от Хэ звучит очередной вопрос, вопрос, которым тот хочет выбить из него весь дух.       — Ты с кем-нибудь встречался? – он продолжает наблюдать за ним, следит за каждой толикой изменения в лице, в жестах, в настроении, чтобы понять, когда стоит остановиться.       — Нет.       — А был кто-то на примете? – если какой-то голос совести и шептал Тяню закончить допытываться, тот к нему не прислушался.       — Да.       — Ты не признался ей, – звучит победоносно.       Но Шань смотрит на него затравленно, и Хэ понимает, что в этот раз действительно стоило остановиться. Парень опрокидывает в себя очередной шот.       — Признался, но это плохо кончилось, - дополнил Мо, а после отошёл в уборную, Хэ оставалось только терпеливо ждать его.

***

      — Ты нравишься себе?       Тянь удивляется столь искреннему вопросу и поначалу даже не сразу находится с ответом.       — Не в полной мере.       — И что там тебе может не нравиться... - пробурчал Рыжий себе под нос.       — В детстве я был худощавым и часто болел. Пару лет назад начал заниматься спортом и набирать массу, но даже сейчас, мне кажется, я не достаточно хорош, – несвойственно себе он скрещивает руки на груди и вжимается в диван, Мо не сразу замечает его состояние.       — Пиздишь, как дышишь. Да на тебя же все девчонки вешаются!       — Иногда мне кажется, что когда ты нравишься всем, по итогу ты не нравишься никому.       — Философ хренов. Что, тебе и родители никогда такого не говорили? – Хэ лишь покачал головой, — ...Ты красивый.       Мо тихо передвигает к нему стопку.

***

      — Думал обо мне в душе?       Очередная бутылка отправляется под журнальный столик, но они оба не обращают на это внимания.       — ...Нет, – Мо Гуаньшаню требуется несколько долгих минут на размышления, после чего он покраснел, но всё же ответил отрицательно.       Конечно, если Рыжий и думал, то, возможно, в комнате, в коридоре и на кухне, по дороге в школу, в автобусе, на работе и на игровой площадке, но в душе действительно ни разу.       — Я тебе снился?       — Пф, да, конечно, я там столько раз выбивал из тебя всё дерьмо, — Шань с усмешкой откинулся на спинку, гордый, что смог уйти от неловкого вопроса.       — У тебя был мокрый сон со мной.       Звучит, как удар молота, которым этот мажор прибивает крышку к его гробу. Звучит, как поражение, но Мо со всей стойкостью и достоинством, какое ещё могло у него остаться, пьёт.

***

      — Ты девственник? – Малыш Мо не перестаёт удивлять.       — Дааа, – тянет Хэ с улыбкой на всё лицо, если Мо задаёт подобные вопросы, то он уже, пиздец, как пьян.       — Даже с девушкой не было? – недоумение на его лице заставляет тепло посмеяться, он что, считает его таким плейбоем?       — Ни с кем, Малыш Мо.       Рыжий тупит взгляд, сказать, что это самое неожиданное, что он слышал за последнюю неделю — значит ничего не сказать. Он смаргивает пелену перед глазами и только спустя время выдаёт:       — А ведёшь себя так, будто пол света переебал.       Хэ молча выпивает, всё ещё пытаясь прекратить улыбаться.

***

      — Любимый жанр порно?       — Всё равно, выбираю из популярного, – Мо продолжает закусывать, будто сможет вернуть себя на предыдущий уровень трезвости.       — Пробовал трогать себя сзади?       — Нет, никогда, – даже не смутился?       — Я буду сверху, – Хэ откидывается на спинку дивана и с самодовольной лыбой смотрит на него, ждёт.       — ... Хватит нести хуйню! Пей давай за свои сказочные предположения!

***

      — Блондинки или брюнетки?       — Рыжие, – он действительно ожидал другого ответа?       — Еблан, – не теряется Мо.       — Это вопрос? – у Тяня уже рот болит, он не помнит, когда в последний раз так много улыбался.       — Это факт! А вот в догонку ещё один: ты озабоченный.       Хэ решает не донимать его, пока Малыш Мо веселится, всё неважно. Он закусывает, стараясь не отключиться раньше Рыжего.

***

      — Как часто думаешь обо мне?       — Постоянно, чёрт тебя дери. Вот проснусь с утра и вижу входящее, думаю, кому это я понадобился в шесть утра, а это Хэ-ёбанный-Тянь опять хуйнёй страдает, и так на протяжении всего дня, ты не даёшь забыть о себе даже на пару часов!       Малыш Мо раздражается, ранее расслабленное выражение лица вновь приобретает нахмуренные брови и взгляд исподлобья. Малыш Мо очарователен, когда злится.       — Я стараюсь, Малыш Мо. Ты ревнивый?       — Не знаю, у меня не было никого, кого можно было бы ревновать, – Хэ сам не верит, насколько Гуаньшань втянулся в игру, что отвечает настолько серьёзно.       — У тебя он есть.       И пока до Мо не дошёл смысл его слов, Хэ вливает наполненную доверху стопку Шаню в рот.

***

      — Я не знаю, что спросить, – Мо устало потирает глаза, он чувствует, что пьян, но прекращать отчего-то не хочется.       — Спроси, что угодно.       Мо пробегается взглядом по снующим туда сюда людям. Кто-то бежит танцевать под любимую песню, кто-то уходит в соседнюю комнату, чтобы уединиться, кто-то зовёт компанию на перекур. Неожиданно для себя он фокусируется на парочке возле окна. Девушка влюблёнными глазами смотрит на собеседника и нервно потирает бумажный стаканчик у себя в руках. Парень, перехватывая её взгляд, мило улыбается, смутившись.       — Тебе нравится кто-нибудь? – Мо сам не понял, что вышло из его рта.       — Да, – твёрдое, уверенное в ответ. От Хэ другого и ждать не стоило.       — Этот человек знает об этом? – Мо слишком пьян, иначе он не может понять, зачем влезает в это дерьмо.       — Должен. Все мои действия намекают на это.       Если бы Мо сейчас посмотрел на него, то увидел бы надежду во взгляде напротив, но он не осмелился.       — Хуёвые у тебя намёки.       Шань произносит это раздражённо и залпом выпивает стопку, откинув голову назад. Он произнёс неверный факт и оба об этом знают.

***

      — У нас будет долгая прелюдия в первый раз?       — Нет! – да он совсем стыд потерял?!       — Скорострел?       — Да нет, блять!       — Ты скорострел. Пьёшь дважды за враньё.       "Хэ-ёбанный-Тянь!" – хочется закричать что есть мочи, но Мо лишь раздражается ещё больше и пьёт снова, чувствуя, что проигрывает сам себе.

***

      — Ты смотрел гей-порно?       — Да. Много раз, – Мо выглядит удивлённым, — Что? Ты думал иначе?       Шань кивает.       — Мне нужно было изучить теорию, чтобы не облажаться на практике, – Хэ по истине не знает, что такое стыд.       — И как... удачно?       — В основном попадался только грубый трах, было мало полезного, позже я читал обсуждения на форумах, вот там кладезь информации! Там и про смазки рассказали, и как подготовиться, растянуть себя, сделать клизму и т.д., и сайты знакомств подсказали.       — Ты точно озабоченный...       Хэ с гордостью наливает себе стопку.

***

      — Сколько сантиметров?       — Я не измерял, – интересный факт: Мо Гуаньшань чешет нос, когда врёт.       — Хочешь выпить штрафной?       Хэ — искуситель, каких поискать, а если ещё и градус в крови повышен, то вообще никаких тормозов. Мо хочет разбить эту самодовольную рожу об этот маленький журнальный стол, да так, чтобы вся стеклянная столешница потрескалась и въебалась осколками в это миловидное личико... В морду! Он имел ввиду: в эту хитрую морду!       — ... Сука, тринадцать, блять! А у самого-то сколько?! – в конце концов он выпаливает, чувствуя, как краснеет лицо.       — Если так сильно хочешь узнать, дождись своей очереди, но спойлер: там всё как надо, чтобы в полной мере удовлетворить тебя.       — Бля... – Мо Гуаньшань закрывает глаза и откидывается на спинку, запрокидывая голову.       И всё могло бы быть нормально, если бы спустя пару секунд не прозвучало:       — Представил?       — Пошёл нахуй! – Хэ слишком удачно для пьяного человека уворачивается от полетевших в него чипсов.       — Факт: ты пьёшь штрафной за отказ от ответа.

***

      Людей вокруг стало значительно меньше, некоторые уже отключились на ближайших поверхностях, кто-то, попрощавшись, ушёл домой. Даже музыка будто бы стала тише, по крайней мере Хэ Тяню так казалось, потому что внезапный вопрос прозвучал слишком громко.       — Любишь долго или по-быстрому вздрочнуть?       Держи себя в руках, Хэ. Ты не можешь себе позволить упустить такого открытого к новому Мо Гуаньшаня.       — Я предпочитаю растягивать удовольствие. Так оргазм намного красочнее, – он быстро вошёл в образ, вряд ли Малыш Мо заметил его заминку.       — Ну и на какое порно ты наяриваешь? – Мо нарочито скучающих голосом спрашивал такие вещи, за которые, Хэ уверен, утром ему будет стыдно.       — На то, что сидит передо мной, так самонадеянно раздвинув ноги.       Вмиг он замер, табун мурашек прошёлся по всему его телу. Малыш Мо медленно свёл колени вместе, а после, стараясь сделать голос твёрже, выдал факт:       — Ты не представлял себя в нижней позиции.       И Тянь молчаливо выпивает, соглашаясь.

***

             Хэ вдруг вспомнил, как узнал одну интересную деталь, теперь он жаждал подробностей.       — Опиши, что тебе снилось.       — Ты про что? – Мо пил стакан колы, хотя на вкус она была, как виски.       — Ты знаешь.       Мо огляделся, и только убедившись, что их никто не подслушивает, начал говорить.       — Ты был в моей комнате и смотрел на меня, – хоть в помещении было и темновато, но Мо готов поклясться, что горит сейчас, как опознавательный знак, щёки и уши пекло, — Потом начал снимать одежду и кидать её...в меня... А потом я проснулся.       — Ты подрочил после этого? – смотрит на него, заставляя краснеть ещё больше.       — Да, – Шань не решается посмотреть ему в глаза.       — Ты дрочил на меня.       Мо пьёт, зажмурившись. Заставляя себя продержаться ещё немного, ведь повода вот так посидеть и поспрашивать Хэ обо всём больше не будет, он сам не осмелится больше.

***

      — Тебе нравились парни, ну... до... – Мо не может произнести "до меня", Хэ неожиданно не требует этого.       — Была небольшая симпатия.       — И кто это был? – он вскинул на него заинтересованный взгляд.       — Я выпью штрафной, – Хэ выпивает, поморщившись, ему некомфортно?       — Я не знаю этого человека.       Шань говорит, не сомневаясь, считая тему закрытой, и уже тянется к бутылке, чтобы налить Хэ, но Тянь лишь молчаливо придвигает стопку ему, отводя взгляд. Шань выпадает в осадок.

***

      — Как ты считаешь, тебе больше понравится быстро или медленно?       Голос Хэ доносится до него будто сквозь толщу воды, голова кружится, а мысли путаются. Но это приятно.       — Быстро, нехуй медлить.       — Грубо или нежно?       — Грубо, ты свои телячьи нежности для девок прибереги.       Мо тянется к бутылке с колой или что там у него?       — Ты обкончаешься в первые минуты, когда я нежно вылижу тебя сзади.       Удивительно, насколько бесстыжие бывают люди, Тянь даже взгляд от него не отводит и пожирает глазами. Похоже, только самому дьяволу известно, что у этого извращенца в голове.       Мо замер с недонесённой до рта бутылкой, а Тянь отставляет наполненную рюмку в сторону, давая понять, что проигравшего они определят позже.

***

      — Он из нашей школы?       — Малыш Мо... – Хэ избегает взгляда и жалобно смотрит на него.       — Отвечай!       Не для того Мо весь вечер позорится, чтобы даже не узнать, на кого там Хэ Тянь наяривал раньше. Тому ничего не остаётся, кроме как ответить. Против пьяного и настойчивого Шаня Тянь бессилен.       — Да.       — Я часто с ним пересекаюсь?       Не допытывайся, Малыш Мо, прошу.       — Малыш Мо, я лучше выпью штрафной...       — Ты говорил, я могу спрашивать что угодно!       Давит на больное, нет ничего хуже, если Мо перестанет ему доверять. Но Тянь не готов так рисковать и опрокидывает в себя рюмку, а после давится, услышав:       — Это Цзянь И.       — Кха, кха, с чего... ты взял?       Не может быть.       — Не знаю, вкинул рандомное имя, но судя по твоей реакции, так и есть.       Какой же ты идиот, Тянь.       — Шань, я могу объяснить...       — Просто пей уже.

***

      — Тебе неприятно?       После последнего раунда они сделали перерыв. Музыка стала тише и теперь они разговаривали на полутонах.       — Что именно?       — Я, – надрывно. Тянь не помнит, когда в последний раз чувствовал себя таким жалким.       — ... Нет, – Шань даже не смотрит в его сторону, погружённый в свои мысли.       — Ты бы мог предположить меня рядом с собой?       Гуаньшань пьёт штрафной.       — Я тебе небезразличен, но ты ещё не определился в каком смысле, – говорит Тянь, думая, что пора ввести некоторые ограничения на количество штрафных стопок.

***

      — Почему ты всегда так настойчив?       — Иначе ты быстро засомневаешься, – Боже, он что плачет?       — Засомневаюсь в чём?       А нет. Это Хэ просто облился. Вон как спиртным пахнет.       — Во мне. В нас.       — А ты оказывается, ебать, какой тревожник.       Тянь усмехаясь тянется к бутылке, но та опрокидывается и пол стола заливает спиртное.

***

      — Да я же жить без тебя не могу...       Сколько прошло времени? Мо не в курсе, но видимо достаточно, раз Хэ уже настолько не соображает и кидается такими выражениями, будто они ничего не значат.       — Ты очень пьян, – Мо устало поднимается с дивана, его немного ведёт.       — И это факт!       Тянь радостный с блаженной улыбкой тянется за стопкой.       — Хватит с тебя, пошли спать.       Его буквально отрывают с насиженного места и куда-то ведут.       — Категории приказов не было в этой игре, но для тебя я готов изменить правила, – Хэ опирается на его плечо и позволяет вести себя куда бы то ни было, с Малышом Мо хоть на край света!       — Еблан.       Тянь чуть ли не висит на нём, и в любой другой ситуации он мог бы даже смутиться.       — И это факт!       Последнее, что ещё могли услышать участники вечеринки, прежде чем парочка скрылась в отдельной комнате.

***

      — Я тебе нравлюсь?       Голос далёкий. Будто не здесь.       — Да.       Но даже так Тянь всегда узнает голос Малыша Мо.       — И ты меня хочешь?       Будь Хэ немного трезвее, он бы знал, что сам Мо был таким же пьяным, как он, иначе не разбрасывался такими вопросами.       — Да.       — Хах, я буду сверху!       Звучит победоносное и Тянь готов выпить хоть целую бутылку сразу, была б она рядом.       И Шань действительно был сверху, когда забрался на Тяня, удобно устроившись, положил голову на его грудь, да так и уснул на нём. Хэ мог бы упрекнуть его в этом на утро, но сам отключился ещё раньше, как только голова коснулась подушки.