Gasolina

Следующие несколько дней Айрис старательно делала вид, что ничего не произошло. Она избегала Райли, как могла. Выходила из комнаты, только убедившись, что та ушла. На кухне появлялась либо очень рано, либо очень поздно. Если Райли заходила в гостиную, Айрис мгновенно вспоминала, что ей нужно подняться наверх по делам. Райли, разумеется, все прекрасно понимала. И явно наслаждалась ситуацией. За ужином, когда Блейк рассказывал про новый салон, Райли вдруг невинно заметила, глядя на Айрис: — А ты сегодня какая-то особенно напряженная, Айри. Всё хорошо? Айрис чуть не поперхнулась вином. — Нормально, — сухо ответила она, не поднимая глаз. Райли улыбнулась уголком губ и добавила ещё тише, но так, чтобы услышала только она: — Если что, я всегда могу помочь тебе… расслабиться. Айрис вздрогнула и уронила вилку. — Qué mal… — усмехнулась Райли. — Yerna, знаешь такую примету? Если падает вилка, в доме скоро появится мужчина… — Где она этого нахваталась? — раздраженно сказал Блейк, обращаясь к Айрис. С тех пор как они установили хрупкое перемирие, он не разговаривал с сестрой. Если хотел что-то сказать, обращался к Айрис. Это выглядело так глупо и инфантильно… — А как сам думаешь? — ответила ему Райли напрямую. — Где я была последние семь лет? — Надо было оставить все эти суеверия и привычки в том месте! Изображаешь тут из себя бандитку из наркокартеля… — раздраженно сказал Блейк. — Надо было верить мне… — ответила Райли. — Верить! — Веру надо заслужить! — Ты такой же cabron, как и мамаша! — Не смей так о ней говорить! — Хватит! — Айрис стукнула кулачком по столу. — Хватит! Немедленно извинитесь друг перед другом! Она вскочила со стула и тяжело дышала от нахлынувшей злости. Райли фыркнула: — Ладно, только из уважения к la dueña. Блейк, прости недостойную тебя сестру! Блейк молчал, со злостью глядя то на Райли, то на Айрис. — У тебя еще две недели, Райли. Потом убирайся ко всем чертям! И забери свою машину. Мне надоело об нее спотыкаться в гараже. — Что? — с Райли будто слетела маска, она удивленно посмотрела на брата. — «Ламбо». Я хранил ее для тебя. Ключи отдам после ужина. Ищи работу и потом, чтобы ноги твоей не было в этом доме! — Ладно, Блейк, — серьезно кивнула Райли. Он посмотрел на сестру, как показалось Айрис, без прежней ненависти, а с какой-то жалостью. Но не стал ничего говорить в ответ, допил вино и пошел в гостиную. Райли все еще серьезная и взъерошенная молча сидела за обеденным столом в задумчивости. Ночью Айрис лежала в постели и не могла уснуть. В голове крутились обрывки мыслей, воспоминания, стыд. Почему она оказалась в такой ситуации? Почему она не может выбросить из мыслей этот поцелуй? Почему даже от воспоминаний ее соски твердеют, и становится тепло? Она ведь всегда все делала правильно. Воспитывалась на диснеевских мультиках и тихих историях бабушки. Принцессы, верные принцы, свадьба, домик с белым заборчиком. Бабушка всегда говорила: «Настоящая женщина должна быть мягкой, терпеливой и ждать своего единственного». И Айрис искренне в это верила. Дед умер рано, ему было всего пятьдесят два. Инфаркт во дворе, когда он чинил старый пикап. Бабушка нашла мужа уже без сознания. После его смерти она так и не вышла замуж. Хотя ухажёры были, она всем отказывала. «У меня был один мужчина, — говорила она. — Мне другого не надо». Двадцать три года вдовства. Фотография деда стояла на комоде, его любимая клетчатая рубашка до сих пор висела в шкафу, а каждый год в день его смерти бабушка пекла яблочный пирог и ставила прибор на стол, будто он всё ещё был с ними. В университете Айрис будто попала в другой мир. Свободные отношения, гендерная теория, феминизм. На нее смотрели, будто она сбежала из секты амишей. Друзей завести не удалось, но это было нормально. Их не было и в школе. Но она часто сидела на лекциях по соседству с замкнутой девушкой по имени Сара. Она не слушала, что говорит преподаватель, вместо этого рисовала на планшете красивые арты с диснеевскими героинями. На них они обнимались под дождем, нежно целовались или держались за руки. Айрис они нравились. Они время от времени проводили время в студенческой кофейне. И однажды Сара осторожно намекнула, что «можно было бы попробовать получить новый опыт». Она имела ввиду, чтобы она и Айрис вступили в отношения, как героини ее рисунков. Айрис деликатно, но твердо ее отшила. Они так и оставались хорошими знакомыми, пока Сара не нашла себе синеволосую неформалку с соседнего факультета. Но и в жизни Айрис произошли изменения. Однажды она столкнулась с красавчиком Лео и уронила учебники. Помогая ей собрать упавшее, не сводил с нее своих пронзительных карих глаз. Еще будучи подростком, Айрис однажды, щелкая каналы на кабельном, наткнулась на какой-то фильм про бокс. Там Сталонне дрался с советским боксером. И Айрис, как ни странно, запала на этого злодея. По ночам ей часто приходили эротические сны с этим накачанным блондином с ледяным взглядом. Он крепко сжимал ее в объятиях, прижимался к ней идеальным атлетическим телом, которое блестело от пота в бликах свечей. Лео внешне был его полной противоположностью, смуглый брюнет. Но он был похож фигурой и мужской силой, которая исходила от каждого его слова и жеста. Он был звездой университетской команды по футболу. С ним было ярко и страстно. Но однажды на игре он сильно повредил колено. Конечно, Айрис была рядом. Утешала, поддерживала, отвлекала от грустных мыслей, как могла. Но это не помогало. Лео жалел себя, курил что-то мерзко пахнущее, запивая это мексиканским пивом. А потом срывался на нее, орал, что она ничего не понимает. Спорт — вся его жизнь. Что ему теперь делать? Айрис отвечала, что жить дальше. В мире столько возможностей. Можно попробовать какой-то бизнес. В ответ Лео в ярости бросил бутылку из-под пива в стену так, что она разлетелась мелкими осколками. Его выгнали из университета за дебош. А когда Айрис пришла его утешить, он в ответ на ее слова поддержки врезал ей по лицу так, что она упала и сильно ударилась затылком. Он, конечно, подскочил к ней, начал извиняться. Айрис не стала этого терпеть. Вскочила, сказала, что все кончено, и ушла. Она сидела на лавочке в кампусе и плакала. На затылке набухала шишка, на щеке синяк. Ей было больно и очень стыдно. Мимо время от времени проходили студенты, кто-то косился, кто-то отводил взгляд. Никто не останавливался. — Держи, — сказал кто-то. Айрис подняла голову. Перед ней стоял Блейк. Тихий парень с бизнес-факультета, который всегда сидел в заднем ряду и ни с кем не разговаривал. Он протягивал ей бумажный платок. — Спасибо, — всхлипнула Айрис. Блейк сел рядом, молчал. Просто сидел и смотрел прямо перед собой. — Может, тебе нужно к медпункт? — спросил он через минуту. — Нет. — Айрис вытерла щёки. — Я… просто посижу. Блейк кивнул. Они сидели так несколько минут, пока дыхание Айрис не выровнялось. — Если понадобится помощь, — сказал он, вставая, — я буду в библиотеке. И ушёл. Айрис смотрела ему вслед, думая, что он странный. Но почему-то от его слов стало легче. Примерно через месяц они пошли на первое свидание. Он неожиданно приехал за ней на дорогущей черной машине. — Это твоя? — удивилась Айрис, любуясь идеальными изгибами «Порш 911». Не стоило так тратиться на прокат, чтобы произвести на нее впечтление. — Моя, — ответил Блейк. — Отец держит салон с такими красотками. Точнее, держал… На третьем свидании они решили просто покататься за городом, потом заехать в автокинотеатр. Блейк свернул с шоссе на пустынную трассу. Айрис смотрела в окно на мелькающие столбы, не понимая, зачем они сюда поехали. — Ты боишься скорости? — спросил он. — Не знаю, — пожала плечами девушка. Она сама не умела водить, а родители никогда не превышали скорости. — Давай это узнаем, — сказал Блейк, улыбнувшись. Он нажал на газ. Автомобиль взревел, прижимая её к сиденью. Мир за окном превратился в размытые пятна. Айрис вцепилась в поручень, сердце ухнуло куда-то вниз. Она хотела закричать, но ветер срывал голос. — С ума сошел?! — выдохнула она, когда стрелка спидометра перевалила за двести. Блейк засмеялся, впервые за всё время их знакомства, открыто, свободно, не скрываясь. — Не бойся, — крикнул он, перекрывая рёв мотора. — Я знаю, что делаю. Он вёл машину так, будто родился за рулем. Жестко и уверенно, ни одного лишнего движения. Айрис смотрела на его профиль. Блейк был сосредоточен, глаза горели темным пламенем. Этот тихий застенчивый парень превратился в кого-то другого. На мгновение ей показалось, что на его месте сейчас сидит советский боксер. Потом они остановились на обочине. Айрис дрожала от смеси страха и адреналина. — Ты гонщик? — спросила она. — Нет, — ответил он. — Просто умею. Айрис почувствовала жар. Она прильнула к Блейку и они поцеловались. В тот вечер они не доехали до кинотеатра. Почти всю ночь страстно занимались сексом на заднем сидении черной хищной машины. Айрис так и не кончила, но это нормально. Ей надо было привыкнуть к новому человеку. Айрис вынырнула из пучины воспоминаний. Она все поняла. У Райли просто слишком атлетичная фигура. Она немного мужская. А у Айрис играют гормоны, вот так и получилось. Девушка включила ноутбук и стала искать бады, снижающие либидо. Это наилучший выход. Она больше не даст ситуации выйти из-под контроля. Блейк уже спал, а Райли, она, едва получив ключи, тут же с ревом укатила куда-то на своей оранжевой машине. Айрис вспомнила мощь, что вдавливала ее в сиденье, ветер в лицо, и покачала головой. Пора было принимать душ и в постель. Позже она нежно прильнула к спящему мужу. Он застонал во сне и крепко прижал ее к себе. Айрис нежно вздохнула и заснула в теплых объятиях.