Безмолвные волны.

- Вставай давай, соня, - Николаас тормошил меня за плечо. Я с трудом разлепил глаза. Не помню, чтобы засыпал. Мистер Хуммель стоял у дверей морга, закуривая. - Ждём трупы и моих коллег, - мистер Хуммель заглянул в телефон. - Мистер ван Неес приедет? - Он над другим сейчас работает, - Николаас снова встряхнул меня за плечо. - Вылезай. Я послушно вышел из машины, потирая глаз. Немного пошатываясь, я по инерции полез в карман за пачкой сигарет. Пора бы их купить. Хотя, можно ли курить с таблетками, которые врач выпишет? Почему я вообще об этом думаю? Трупы были мокрыми с белой кожей. Я пил воду, пока трупы готовили к вскрытию. Мы обсуждали убийц и наконец-то пришли к общему мнению, что их двое или немного больше. - И какой у них может быть мотив? - Николаас рассматривал чехол от своего телефона. - Думал про миссионеров, - я пожал плечами. - Но насильник может быть и гедонистом , это больше вероятно. Вот про других не знаю. Скорее всего не визионер - задания были бы разными. Властолюбец может? - Почему не каннибал? Хотя там же есть еда, - Николаас раздражённо махнул головой. - У меня вариантов нет. Я покосился на Николааса, который был готов уснуть прямо сейчас. Ещё и на меня ругается. - Идём, - мистер Хуммель выглянул из-за двери. Мы зашли в секционную. На столе лежал Левен Оомен, он был непривычно розовый. - Умер не больше двух часов назад, - сразу заключил мистер Хуммель. Он вместе с коллегой осматривали тело снаружи. Мы с Николаасом стояли около головы трупа. У Левена были синие губы и вырванный клок волос на виске. - Следы удушья, но, видимо, он выжил - время смерти не сходится, - мистер Хуммель заглянул под веко трупа и скривился. - Сильное сотрясение, возможно, черепно-мозговая травма. Я ткнул Николааса в бок, когда тот слишком явно начал засыпать. Сам был неуверен, что смогу продержаться все три вскрытия. Но кто, если не мы? - Следы грубых действий сексуального характера. Скорее всего до смерти, - мистер Хуммель взял мазок семенной жидкости и крови. Мистер Хуммель разрезал грудную клетку. Сколько раз бывал на вскрытиях, каждый раз мерзко смотреть на мёртвые внутренние органы. Когда органы доставали, я честно повернул голову немного в сторону, чтобы не смотреть на прямую. - Был наркоманом, - мистер Хуммель кивнул сам себе. - Это объясняет откуда у него были силы плыть и почему кожа осталась розовой. - Николаас, - я показал на шею Левена. - Тут тоже двух пальцев нет. Слушай, надо осмотреть всех пассажиров и экипаж с круиза, там у кого-то точно не должно быть двух пальцев. Проморгавшись, Николаас посмотрел на шею парня, приподняв голову Левена за подбородок пальцем в перчатке. Мистер Хуммель с его коллегой профессионально быстро осматривали труп, изредка переговариваясь. Они затомпонировали тело, сшивая его. - Можете выйти. Нам надо убрать Левена Оомена и положить Яру Шефнек. Выйдя из секционной, я усадил Николааса на стул. - Восемь трупов это многовато даже для круиза. Там сколько человек максимум? - Николаас приподнял бровь. - Около шести тысяч, считая персонал, - я пожал плечами. - У Ной спрошу. Мы увидимся скоро. - Мы смотрели статистику сколько людей пропадает и умирает в год на круизных лайнерах этих. Не более трехсот, - Николаас достал телефон, открывая заметки. - За год примерно тридцать семь миллионов человек передвигаются на круизных лайнерах. Я начал мысленно высчитываться вероятность пропажи или смерти, когда мистер Хуммель снова нас позвал. Яра Шефнек выглядела ужасно. Примерно так же, как Моузс Аарле. - Левая нога от стопы до колена обглодана - все мягкие ткани съедены, - мистер Хуммель оглядывал ногу. - В воде была около пятнадцати часов, её нашли на берегу, как и первого парня. Пальцы на руках, уши, нос и губы предположительно откусаны. Её тоже душили. Приподняв веки Яры, мистер Хуммель поморщился: - Глазные яблоки вырваны, либо очень плохо вырезанны. Волосы на обоих висках вырваны. - Язык тоже отсутствует, - сказал коллега мистера Хуммеля. Не могу вспомнить его фамилию. - Странно, брекеты остались целыми. Они разрезали живот, когда я все же высчитал вероятность пропажи или смерти на круизном лайнере: 1 из одного миллиона триста тысяч человек. Я прошептал это Николаасу. Выгнув бровь, он так же тихо ответил: - А у нас восемь человек с одного. - При этом, никого не украли, - я пожал плечами. - Всех убили. Мистер Хуммель, а все органы в телах? - У Кортик ван Ачтерен не было аппендицита, но его вырезали в больнице. Мистер ван Амстел проверял, - не отрываясь, ответил мистер Хуммель. - У всех остальных органы на месте. Николаас кивнул. Наверно, я спал тогда, не помню. - Значит, их убивали для себя. Или кто-то заплатил. Но вряд ли. - На внутрненних органах много гематом. У прошлых жертв их было меньше. Кстати, на теле тоже больше кровоподтеков. Мы снова вышли из секционной, когда в наш с Николаасом и Юрритом пришло новое сообщение. Он прислал видео. Я включил его, вставая рядом с Николаасом. На видео была стена и кусок приоткрытой двери. - Ты можешь прийти завтра? Я уже собирался спать, - Юррит говорил привычно спокойно. На фоне кто-то еще говорил, я прибавил звук. - ...просто Альдерт на отвечает, а я ключи потерял. Мы вроде сдружились. - Нет, Ной, я не думаю, - камера немного поднялась и стало видно чьи-то ноги. Кажется, Ноя. - Давай я напишу Альдерту? - Он спит, видимо, - Ной помолчал. - Ладно, тогда до скорых встречи. Когда допросы будут? - Не знаю еще. Альдерт тебе напишет. Пока. Видимо Юррит убрал телефон в карман. Щёлкнул замок и он куда-то пошёл. - Короче, ко мне Ной ломился или что это было? - Юррит достал телефон и положил его на стол, камерой в потолок. - Я сначала не додумался включить камеру. Мы с Николаасом переглянулись. - Альдерту звонил Ной? - на этом видео кончилось кончилось. Я быстро набрал сообщение: «Не звонил. Мы даже не списываемся». - А я с самого начала говорил, что он больной, - Николаас закивал. - И что ему надо было от Юррита? Впервые оставили его одного. - Может поехать к нему? - я помолчал. - Откуда Ной знает адрес Юррита? Вы говорили? Николаас помотал головой и с недовольным лицом посмотрел на меня. - Кое-кто дал Ной свой аккаунт в Signal. Радуся, что мы в WhatsApp переписываемся. Я кивнул, почёсывая шрам. Еще когда у меня появился первый телефон, Ной получил мой аккаунт. Ладно, я понял почему все считают, что у меня суицидальные наклонности. Я думал, что могу умереть в любой момент. - Надо будет удалить, - я почесал шею. - Последнее время я особо не пользуюсь Signal. Не знаю откуда он может знать адрес Юррита. Николаас потер переносицу и кивнул. У Эспена Нагеля были глубокие гематомы на шее в виде пальцев. Я не могу сосредоточится на вскрытии, думая о Юррите. Он там живой хотя бы? После вскрытия, мы с Николаасом поехали к Юрриту. «Скоро будем. Ты живой?» «Ага. Ной не ломится пока что», - Юррит прислал улыбающийся смайлик. Я потёр шрам. - Как вы вообще познакомились? - Николаас покосился на меня. - На детской площадке. А что? - Он манипулировал тобой уже тогда? - Нет конечно. Ной был как обычный ребёнок. Все нормально. Николаас помолчал, перестраиваясь. Потом все же продолжил: - Зная тебя, Ной мог нагло пользоваться тобой. Сколько вам было? - Я не понимаю, зачем ты это спрашиваешь? - это начиналдо бесить. - Хочу понять, насколько Ной въелся в твои мозги, - Николаас беззаботно пожал плечами. - Я тебе доверяю, но не этому еврею. - Да не еврей он, - я раздражённо махнул рукой. - Около шести лет. Ной никогда не казался мне странным. Но я согласен, что последнее время он странно ведёт себя. Ной эмпатичный. И все эти убийства пугают его. - Поверь, все люди на этом круизе боятся. Это не оправдание. Ты не поверишь, но Ной такой всегда был, - Николаас сделал притворно удивлённое лицо. - Я не осуждаю, что ты этого не понимал. Я снова начал расчёсывать шрам. - Ты сейчас серьёзно хочешь это обсуждать? - я начал рассматривать свои пальцы. Все, лишь бы отвлечься. - Да, будем, - с нажимом ответил Николаасом. - Кто ещё откроет тебе глаза? - Я ему больше не доверяю, успокойся, - я помолчал и все же добавил: - Пожалуйста. Николаас закатил глаза, но кивнул. Юррит встретил нас за закрытой дверью настороженным вопросом: - Кто это? - Мешочники , - Николаас фыркнул. - Открывай давай. - Кто это? - настойчиво повторил Юррит. - Николаас и Альдерт. Юррит приоткрыл дверь, а, увидев нас, распахнул. - Я этого Клеща ненавижу, - Юррит карикатурно сморщил лицо, пропуская нас вперёд. Квартира Юррита была очень светлой. - Вы уже Ною прозвище дали? - Ага, с первого же дня, - Николаас сразу сел на стул. - Мы на вскрытие трупов был, ты знаешь? Выгнув бровь, Юррит перевел взгляд на меня. - Теперь знаю. Какие трупы нашли? Все? - Нет только троих. Сесилию де Вис ещё не нашли. Наши уже все берега прочесали, - я сел рядом с Николаасом. - Что сказал капитан, вы его допрашивали? - Что его это очень пугает, - Юррит вытащил откуда-то потрепанную тетрадь. - «Я почти уверен, что это кто-то из пассажиров. Я лично знаком с каждым из экипажа. Поверьте, это не они. Надеюсь, что наша полиция все расследует». Мне кажется, что он причастен. - Ой, Юрри, у тебя все причастны, - Николаас привычно улыбнулся. - Но я согласен, что он странный. - Что там со вскрытием? - закрыв все окна шторами, Юррит тоже сел. Мы с Николаасом быстро ввели Юррита в курс дела. Когда я решил добавить, что все органы на месте, об мою ногу потёрся кто-то мокрый. Вздрогнув, я посмотрел на пол. Там была белый кот с таким недовольным лицом, что я даже опешил. - У вас есть аллергия на шерсть? - Юррит уже был рядом, поднимая кота на руки. - Не должно быть, - я пожал плечами. Юррит кивнул и отнёс кота в комнату, закрывая дверь. Кот недовольно заголосил. - Что ты с Клещом сделал? - Николаас сделал скорбное лицо. - Чтобы неповадно было гулять тут, - Юррит улыбнулся, садясь обратный. - Это Турок. - Так он еврей. Я закатил глаза: - Поговорю с ним. - Чтобы он больше не лез в чужие дома? Появилось чувство, что это я странно веду себя, а не Ной. - Я думаю, что это точно кто-то из экипажа, - заключил Юррит через пару часов болтовни, когда было далеко за полночь. - Вывод все тот же, - Николаас зевнул, прикрывая рот ладонью. - Мистер де Грот уже сказал, кто будет нам помогать на допросах? - В числе нас всего десять человек. А допросить надо ещё семьи и друзей пропавших. Это много. И надо их каюты досмотреть. И не только, - я потёр шрам. - Есть чем заняться. Завтра начинаем? - Мы с Юрритом да, - Николаас кивнул. - Ты нет. Я даже спорить не стал. Уже через час мы с Николаасом ехали в машине домой. - Забыл спросить, давно Лике с той девочкой встречается? В салоне повисло молчание на бесконечные секунды. - Кто встречается? - Твоя дочь встречается с девочкой, которая была у вас в гостях, - спокойно сказал Николаас, будто объясняя всё маленькому ребёнку. - Мне интересно, когда они начали встречаться? - Они не встречаются. То есть Лике мне не говорила. То есть... Я вздохнул глубже, пытаясь собрать мысли в кучу. - Лике сказала, что она встречается, но не с кем. - И ты не догадался? - Николаас по-доброму улыбнулся. - А то что они обе красные вышли, ты не заметил? Лике ещё на неё так смотрела. Ты так на Лотте смотрел, когда только влюбился, - он немного помолчал. - Нет, плохой пример. До конца пути Николаас продолжал развивать тему о подростковой влюблённости. Домой я зашёл в начале второго часа ночи. Решив не мучить Лике, сразу пошёл в душ. Меня привычно вырвало перед сном - под кроватью уже стоял тазиик. Завтра будет тяжёлый день.