Разговор за закрытыми дверьми
28 мая 2026 г., 14:42
Когда Антон вышел, закрыв за собой дверь, в кабинете стало невыносимо тихо. Андрей медленно подошел к столу и сел напротив Кати. Та даже не подняла глаз от бумаг, делая вид, что крайне занята.
— Долго ещё будешь играть в «начальника и подчиненного»? — спокойно спросил Кисляк. Катя отложила ручку и наконец посмотрела на него. В её взгляде смешались вызов и та самая искра, которую он помнил годами.
— А разве это не так, Андрей Викторович? Ты — тренер, я — проректор. Ты просишь базу, я её даю. Всё по правилам.
— Правила — это не про нас, — Андрей чуть подался вперед. — Ты ведь знаешь, что Калинин поставил условие из-за меня. Ты могла отказаться, могла найти другого спонсора. Почему согласилась?
Катя встала и подошла к окну, спиной к нему.
— Я вернула тебя не для того, чтобы вспоминать прошлое. Я вернула тебя, чтобы доказать самой себе, что могу построить империю, в которой ты будешь играть по моим правилам. Ты — мой главный проект, Андрей. И я не прощу себе, если мы проиграем этот кубок.
Андрей молчал. Он понимал, что она не лжет — в её глазах было столько амбиций, что они перекрывали любые чувства. Но он видел и то, что она всё ещё смотрит на него так, словно они не расставались.
Андрей уже взялся за ручку двери, но замер. Он не обернулся, но его голос прозвучал мягче, чем обычно.
— Кать... — он помолчал, подбирая слова. — Когда-то я сказал тебе, что ты — самый дорогой для меня человек. И я не брал своих слов обратно. То, что было у меня с Яной... это была попытка жить дальше, но там не было общего будущего. Мы просто разные люди.
Катя замерла. Её уверенная поза «властной хозяйки кабинета» вдруг стала чуть менее жесткой. Она медленно повернулась к нему, ожидая продолжения.
— Я отпустил прошлое. Полностью, — Андрей наконец обернулся и посмотрел ей прямо в глаза, без тени иронии. — Я не хочу играть в «начальника и подчиненного». Может быть, у нас есть общее будущее? Просто... подумай об этом. Без политики, без спонсоров, без Казанцева.
Он сделал шаг обратно, к её столу, и добавил почти шепотом:
— Вечером, в «Том самом кафе». Я буду ждать. Если ты придёшь — значит, мы начинаем с чистого листа. Если нет — я пойму, что для тебя важнее всего власть.
Он не стал ждать её ответа, потому что в тишине кабинета было слышно, как она шумно выдохнула. Он просто вышел, оставив Катю один на один с вопросом, на который она сама не знала ответа.
***
В это время, в совершенно другой атмосфере, Антон вернулся домой. Оля сидела на диване, перебирая детские вещи. — Тош, ну что там? — спросила она, заметив его задумчивый взгляд. — Самсонова берем. Кисляк придирается к Сокол, но я его додавлю. Мы с ним как будто снова в «Медведях» — спорим, но понимаем, что без этого не победим. Антон обнял её за плечи. — Оль, я боюсь... Вдруг я не справлюсь? Работа, сборная, дома — ты, скоро малыш. — Ты справишься, — Оля приложила его ладонь к животу. — Ты ведь всегда был тем, кто не сдается, когда тяжело. Кисляк — твой мозг, а я... я буду твоим спокойствием. Всё будет хорошо.
