Проверка на прочность
15 июля 2026 г., 18:14
Первое утро в столице встретило сборную пронзительной прохладой. Тренировочный процесс у команды такого уровня был организован по высшему разряду: никаких загородных баз, занятия проходили на культовом льду столичной ВТБ Арены. Под сводами огромного стадиона эхом разносился резкий свисток Антона Антипова.
— Двигаемся, двигаемся! — разносился его голос над площадкой. — Быстрее раскат! Самсонов, не спать на синей линии! Передача должна быть зрячей!
Парни пахали на пределе. Андрей Кисляк стоял у бортика, внимательно фиксируя каждое движение хоккеистов в планшете. Он видел, как тяжело ребятам даются новые тактические связки, но спуска не давал. Система Макеева, которую они с Антоном переняли от своего наставника, требовала идеальной дисциплины.
— На сегодня всё, — наконец объявил Кисляк, когда команда уже едва волочила ноги от усталости. — Быстро в душ. Во второй половине дня — разбор видео.
Хоккеисты, тяжело дыша, потянулись в раздевалку. Нападающий Кирилл Егоров, утирая пот со лба, уже предвкушал долгожданный отдых, как вдруг его взгляд зацепился за фигуру на трибунах. Там, кутаясь в тёплый шарф, сидела Лиза. Её лицо светилось от улыбки.
— Лиза! — Кирилл мгновенно забыл про усталость. Он быстро подкатился к бортику и перешагнул его. — Ты как здесь? Ты же говорила, что приедешь только к самому турниру!
— Не выдержала, — рассмеялась Лиза, обнимая его. — Решила, что моему ассистенту капитана поддержка нужна прямо сейчас. Ты отлично смотрелся на льду, Егоров.
— С тобой я буду смотреться ещё лучше, — улыбнулся Кирилл. Приезд Лизы был лучшим лекарством после изнурительной тренировки.
***
Закончив все дела во дворце спорта, Андрей Кисляк вышел на улицу. Возле служебного входа «ВТБ Арены» его уже ждала Екатерина Сергеевна. Она держала в руках документы для организаторов турнира и куталась в пальто от прохладного московского ветра. Они только собирались пойти к парковке, как вдруг путь им преградил солидный чёрный автомобиль. Задняя дверь открылась, и из машины вышел Фёдор Михайлович Самойлов. Андрей невольно напрягся, шагнув чуть вперёд и закрывая собой Катю. — Фёдор Михайлович? — удивлённо приподнял брови Кисляк. — Не ожидал вас увидеть в Москве, да ещё и прямо у арены. Самойлов подошёл ближе, поправляя воротник строгого пальто. Его взгляд был уставшим, но твёрдым. — Здравствуй, Андрей. Приехал по делам Федерации. Ну и... тебя найти должен был. Я знаю про вчерашний инцидент у Политеха. Яна мне всё рассказала. Точнее, пыталась выставить себя жертвой. Андрей внутренне подобрался, готовый к любому повороту событий. — Фёдор Михайлович, если вы пришли выяснять со мной отношения из-за неё... — Погоди, Андрей, дослушай, — спокойно, но жёстко перебил его Самойлов. Он тяжело вздохнул и посмотрел на Кисляка прямо. — Я пришёл сказать, что рот ей закрыл. Окончательно. Виктора Анатольевича не вернуть... Мне тоже очень жаль, что твоего отца нет. Он был моим другом. Но Яна должна понять: она сама тебя бросила и ушла. Ты её бывший муж. И я потребовал, чтобы она оставила тебя в покое раз и навсегда. Кисляк изумлённо посмотрел на бывшего тестя. В его словах больше не было прежнего высокомерия — только суровая мужская справедливость. — Спасибо, Фёдор Михайлович, — тихо, но искренне ответил Андрей. — Для меня это важно. В этот момент Самойлов перевёл взгляд на стоящую рядом девушку. Катя держалась уверенно, не опуская глаз. — Фёдор Михайлович, познакомьтесь, — мягко произнёс Кисляк, приобнимая её за плечи. — Это Екатерина Сергеевна Азарова, проректор Политеха и моя невеста. Катя, это Фёдор Михайлович Самойлов. Катя вежливо кивнула, сохраняя достоинство. Самойлов внимательно оглядел её, оценил её гордую осанку и понимающе усмехнулся. — Очень приятно, Екатерина Сергеевна. Андрей выбрал сильную женщину. Рад знакомству. Андрей... береги её. И удачи на турнире. Больше моя семья вас не побеспокоит. Самойлов кивнул им на прощание, сел обратно в машину, и автомобиль плавно тронулся с места. — Кажется, самый сложный матч мы выиграли ещё до начала турнира, — тихо сказала Катя, прижимаясь к плечу Андрея. — Это точно, — Андрей поцеловал её в висок. — Теперь все мысли только о хоккее.***
Тем временем в VIP-ложе «ВТБ Арены», скрытой от посторонних глаз за тонированным стеклом, царила совсем другая атмосфера. Вадим Юрьевич Казанцев вальяжно сидел в кожаном кресле, потягивая дорогой коньяк. Напротив него у панорамного окна стоял мужчина с хищным, цепким взглядом — Максим Эдуардович Стрельцов. — Ну что, Максим Эдуардович, посмотрел на наших орлов? — с усмешкой спросил Казанцев, кивая на опустевший лёд. — Как тебе тренерские изыски твоего бывшего подопечного Кисляка? Стрельцов медленно повернулся, на его лице блуждала холодная, уверенная улыбка. — Кисляк пытается копировать Макеева. Те же раскаты, та же плотность в средней зоне. Но копия всегда хуже оригинала, Вадим Юрьевич. Канадцы разорвут эту оборону в первом же периоде. Мои ребята физически сильнее, а тактически я знаю каждый шаг Кисляка и Антипова наперёд. Казанцев довольно прищурился, делая глоток. — Прекрасно, просто прекрасно. Мне нужен зрелищный матч, Максим. Федерация требует драмы. Но помни: если твои канадцы победят слишком легко, наши спонсоры расстроятся. Покажи шоу. А Кисляку полезно будет получить щелчок по носу. Молодые тренеры должны знать своё место. — Шоу будет, Вадим Юрьевич, — пообещал Стрельцов, глядя сквозь стекло на арену. — Но победа всё равно останется за мной. Без вариантов.
