Молодежка. Новая смена - Кубок Континентов

После изнурительной тренировки тренерский штаб дал ребятам пару часов свободного времени перед теоретическим занятием. Кирилл Егоров, накинув на плечи лёгкую спортивную кофту сборной, вышел на внутренний двор «ВТБ Арены», чтобы подышать свежим воздухом. Прохладный московский ветер приятно остужал лицо после душного льда. Кирилл достал телефон, собираясь набрать Лизе, как вдруг дорогу ему преградила изящная фигура. — Привет, Егоров, — раздался вкрадчивый, кокетливый голос. Перед ним стояла Соня Валенцова. Без тренировочного костюма, с безупречной укладкой и ярким макияжем, она выглядела эффектно. Соня сделала шаг ближе, заглядывая Кириллу прямо в глаза и слегка накручивая прядь волос на палец — её излюбленный приём. — Привет, Валенцова, — нахмурился Кирилл, инстинктивно делая шаг назад и пряча телефон в карман. — Ты чего здесь караулишь? — Тебя, конечно, — Соня мило улыбнулась, сделав ещё один шаг к нему, сокращая дистанцию до минимума. — Смотрела на твою тренировку с трибуны. Слушай, Егоров, ты так возмужал в сборной. Прямо настоящий лидер. Я вот подумала... может, мы забудем все эти глупые старые размолвки? Ну сколько можно бегать за этой пресной Лизой? Она же скучная. Ни характера, ни искры. Да и из танцев ушла, испугалась трудностей. А мы с тобой... мы ведь на одной волне. Она потянулась рукой к лацкану его кофты, пытаясь поправить воротник, чтобы вернуть Кирилла, зацепить его и заставить Лизу остаться в полном одиночестве. Это была её личная, извращённая месть. Но Егоров оказался абсолютно непробиваемым. Он резко, но аккуратно перехватил руку Сони за запястье и отвёл от себя. Его взгляд мгновенно стал ледяным. — Валенцова, ты берега попутала? — жёстко отчеканил Кирилл. — Руки убрала. И рот свой закрой по поводу Лизы. Она — лучшее, что есть в моей жизни, и я её люблю. А твои дешёвые манипуляции на меня не действуют. Иди строй глазки кому-нибудь другому. Соня отдёрнула руку, её лицо на секунду перекосило от злости и уязвлённого самолюбия. Она не привыкла получать такие жёсткие отказы. — Да что ты в ней нашёл?! — зло прошипела она. — Она же тебя предаст, как... — Соня! — раздался сзади резкий, сильный голос. Из-за угла административного корпуса быстрым шагом вышел Олег. Он был в гражданской одежде, всё ещё немного прихрамывая, но держался уверенно. Олег подошёл вплотную и жёстко положил руку сестре на shoulder. — Ты что здесь устраиваешь? — гневно спросил он, глядя на сестру. — Я же просил тебя не лезть! Оставь его в покое. И Лизу оставь. Тебе мало было позора в Политехе? — Олег, я же для тебя стараюсь! — попыталась оправдаться Соня, но брат прервал её взмахом руки. — Иди в машину. Живо. Нам ещё домой ехать. Соня Валенцова злобно зыркнула на Кирилла, затем на брата, резко развернулась на каблуках и, громко цокая каблуками, направилась к парковке. Когда они остались вдвоём, наступила короткая, напряжённая пауза. Кирилл и Олег молча смотрели друг на друга. Воспоминания о том злополучном матче, жёстком столкновении и тяжёлой травме Олега незримо стояли между ними. Олег тяжело вздохнул, засунул руки в карманы куртки и первым нарушил молчание. — Извини за неё, Кирюх. У Сони пунктик в голове на почве защиты меня. Сама себе сказку придумала, сама поверила, девчонок в команде рассорила... Устал я её тормозить. — Да ладно, бывает, — спокойнее ответил Егоров, расслабляя плечи. — Главное, чтобы больше к Лизе не совалась. — Не сунется, я проконтролирую, — пообещал Олег. Он помолчал секунду, а затем протянул Кириллу руку. — И ещё... Кирюх. Я сказать хотел. Я не в обиде на тебя из-за того, что на льду произошло. И за травму эту... я тебя простил. На самом деле, я сам виноват. Не надо было мне тогда личные обиды и эмоции на лёд тащить. Хоккей такого не прощает. Из-за моей горячки всё и случилось. Кирилл удивлённо посмотрел на Олега, а затем уверенно и крепко пожал его протянутую руку. Это было настоящее, честное мужское рукопожатие без камня за пазухой. — Спасибо, Олег. Для меня это важно слышать. Как нога? — Заживает, — усмехнулся Олег. — Скоро начну восстанавливаться. А ты давай, шведов там раскатайте завтра. Буду болеть за вас. — Раскатаем, — улыбнулся Егоров. — Куда мы денемся. Олег кивнул на прощание и пошёл догонять сестру. Кирилл проводил его взглядом, чувствуя, как с души свалился огромный, старый груз. Теперь он был абсолютно чист и готов к бою. Завтра на льду «ВТБ Арены» его ничто не сможет отвлечь.