Не так ли, Петруш?

Блять? Блять. БЛЯТЬ. - Нет. Пидора ответ, хули ты таким жалким голосом говоришь еблан. - Ну зачем же себя обзывать - Я не обзывал - у Пети накатывает пелена слез от стыда. - Петенька, ну ты же сам все понимаешь, и не надо плакать. Петя попытался закатить слезу обратно, но уверенные руки Евгения Станиславовича притянули того за пояс к себе ближе, и надавив рукой на поясницу Петя чуть не упал на преподавателя, а тот стер слезу которая волшебным образом успела покатиться по скуле смуглого. - Петюш, ты чего? - Евгений Станиславович, вы понимаете как это выглядит сейчас, а ещё мне до жути стыдно Не знаю почему, но Пете сразу же хотелось довериться Жене, встать за его спину, и быть с ним в безопасности, но какой то внутренний голос орал срывая голос на хрип, что он вампир, что это его манипуляции, что вампиры не люди и жить им не дано, ведь суки они, но так ему было хорошо, когда эти бледные руки держали его, когда они гуляли по его телу, например как сейчас, когда его хрипловатый голос из прелестнейшей улыбки говорил ему успокоится, но невозможно успокоится под шум такого голоса, под холодные руки, которые вызывают такую сильную дрожь в животе, аж до боли, такую сильную жару в контрасте с морозным Женей, Женя… Но из раздумий его вырывает язык вампира, что касается его в миллиметре от лобка. Петя невольно простонал, как же это чудно. Аж слеза скатилась. - Петь, я тебе сказал не плакать, раздражаешь уже, ну что же, подойдем к вопросам, щас я сбегаю в кафедру за заданиями, распечатаю и напишите письменно - и скрылся этот кошмар Петра, который будоражит все, что можно и нельзя. Петя наверное свалился на кресло, наверное он щас весь красный и растрепанный, наверное выглядит он сейчас ужасно, наверное. Петя не знает, ничего абсолютно. Какие задания ему сейчас? Все из головы вылетело. Даже мыслей нет. Он смотрит в одну точку, но после переводит взгляд на монитор ноутбука, и там он видит, то чего не должен был. Нет он должен был это увидеть, но не хотел, ну или хотел, но нельзя. Что там? Там Женя, в широких штанах, и с голым торсом, а самое безобразное, что он держит котенка в руках. Петя стало жарко и очень тесно в штанах, но гадкая подпись гласит «Только попробуй тронуть себя». Он издевается, при чем очень хорошо. Ему было запрещено трогать, но от тесноты становилось плохо, и он начал ерзать на стуле и скулить, старался тихо, но не выходило. Он даже не заметил возвращение этого кошмара, а тот подобрался очень тихо, словно летит, и сразу же поставил перед Петей листок с заданиям. Петя подпрыгнул от неожиданности. - Ой, Ирина, ой то есть Евгений Семененко, я не специально - и поспешил встать из-за стула. И Женя сразу же уселся, и на себя Петра посадил, а последний залился краской. - Решай - указал на задание Женя. Но не мог щас Петя думать ни о чем другом, как о холоде бедер нижнего, и пальцев рук преподавателя на своем торсе, вместе с дыханием в шею. Ему было тошно, голова кружилась, и все из-за одного человека, ну или вампира. - А я пока попью. И Семененко наклонился к нижнему шкафчику стола и достал пакетик с кровью, пока он пытался открыть этот злосчастный пакетик, который никогда по нормальному не открывается, Пётр задал интересный вопрос. - Слушайте, я подготавливался именно к той теме, что была у нас сегодня на уроках - немного развернул голову студент. - К чему клонишь. - Я не знаю тем, что вы мне дали. - Прям совсем? - Да - ужасно жалко прозвучало это «да», Пете было стыдно, почему то он не хотел расстраивать препода - Да не расстраиваешь ты меня, но можешь либо подготовиться к этим заданиям, либо сам придумать себе задание - и до сих пор злосчастный пакет не открылся, и Женя бросил этот и достал другой. Но действие студента, заставило его отвлечься. Гуменник снял свой лонг, и отстегнул первые пуговицы рубашки, подставляя свою прекрасную шейку, такая длинную, белую и уж больно девственную. Но то как он сглатывал слюну выдало его. - Сам предложил - усмехнулся Семененко. И вцепился зубами в эту шейку, было ли это больно? Неимоверно. Было ли ему хорошо? Отчасти да. Мазохист хренов. Петя скулил уже во весь голос, и хватался за эти руки и плечи. Секунды две и Женя уже отстранился зализывая рану, а Петя все так же хрипло дышал. - Петь, ты у меня за весь год раз наверное появился, и то на моей замене, этого мало. - А что ещё могу дать - дыхалка уже не работала, и Петя постоянно задыхался. Ответа не послышалось, за то почувствовалось. Женя начал гулять по всему телу, где то помогая языком, где то щипал, где то просто пропускал. И в какой то момент остановился. - И всё? - Нет конечно. Женя разорвал рубашку, и прильнул к ареоле засасывая её, и кусая. Петя застонал, но не долго, в его рот вошли два пальца, и Гуменник как послушный мальчик принялся облизывать эти пальцы. Эти сукины пальцы, которые слишком сильно возбуждают его. Но Женя уже расстегнул ширинку своих джинс, и скинул Петю на землю. - Соси уебок. Было ли обидно Петру? Нет. Возбуждало ли его это? Да. Первый в его жизни минет, но работал он очень старательно, да кончать Семененко не будет, но получить удовольствие же никто не запрещал. Петя старался настолько, что у мёртвого вызвал рык. Но в момент грани оргазма Евгения он поднял того, за прекрасные длинные волосы, отчасти даже женские. И обратно посадил на коленки и прижал к столу. У Пети от боли звездочки в глазах закружились. Но Женя продолжил свой садизм, и засосал бедного Петю кусая его губы до крови и сразу же слизывая. А потом Женя поднялась и растелил Петра по столу, и принялся расцеловывать каждое место на его теле. Хотя расцеловывать это слишком мягко и нежно для того, что происходит. Тело студента покрывается ссадинами и синяками, и от губ со ртом, и от рук с пальцами. Петя стонет и понимает с минуты на минуту, что он сейчас кончит, и да оргазм накрывает его с головой, глаза закатываются, а из горла хочет выйти крик, но выходит лишь жалкий хрип. Петя лежит около 5 минут, но по ощущениям 30. Еле как поднимает голову и видит Женю который сидит за ноутбуком между ног Пети и выставляет тому оценку 5+. - Молодец, а теперь можешь идти