500 секунд по Брэдли

"А ты знаешь что свет от солнца до земли летит 500 секунд? Это 8 минут 20 секунд."       Мы лежали на траве и сквозь закрытые веки смотрели на солнце, так что все казалось оранжевым в зеленую крапинку, когда она вдруг спросила меня. Интересно, что тогда ей казалось важным чтобы я непременно узнал и понял о чем она, так что, не дождавшись ответа она продолжила.       "Это Брэдли подсчитал, Джеймс Брэдли, еще в 1727 году. То есть мы видим солнце таким каким оно было 8 минут и 20 секунд назад, ты понимаешь? Если в какой-то момент оно просто исчезнет мы не будем знать об этом еще так долго!"       Я открыл глаза и проморгавшись пару секунд, посмотрел на нее, она все еще лежала плотно зажмурив веки. Она чуть нахмурила брови и обиженно прикусила нижнюю губу, будто этот отрыв в 8 минут сделали специально чтобы она в неведении пялилась на уже несуществующее солнце еще целых 500 секунд, как дура. Я наклонился и поцеловал ее пухлые губы, как делал всегда когда она начинала думать о чем-то как мне казалось не подходящем для нее. Мне больше нравилось когда она раздраженно топала ножкой в ответ на мое ворчание о том что мы опаздываем из-за ее гардероба или как она невинно хлопала ресничками когда я рассказывал ей о крахе акций. Такую ее я любил и узнавал, но иногда она часами задумчиво смотрела в одну точку или же становилась слишком серьезной, такую ее я выносить не мог.       Эти моменты я воспринимал как личное испытание для себя, не может ведь девушка быть полностью идеальной. Я брал ее за руки и целовал до тех пор пока ее тело не отвечало мне пышущим жаром. Я увлекал ее за собой в спальню и любил так чтобы она поняла что в этом мире все еще есть я который нуждается в ней и не может позволить ее уход куда-то туда. Потом слушая ее мерное дыхание у себя на груди я спокойно выдыхал понимая что и в этот раз она осталась со мной и где-то на подкорке моего мозга теплилась мысль что так и должно быть и будет всегда.       Но на этот раз складка между ее бровей стала лишь глубже и она оттолкнула меня. Хоть ее рука и была очень мягкой, но в ней чувствовалась стальная уверенность так что, ошарашенный, я упал на спину, раньше она никогда не отталкивала, всегда была податливой и гибкой как размякшее масло. Она приподнялась на локтях и круглыми глазами посмотрела на меня, будто я упал сам по себе, совсем без ее участия. После этого случая прошло еще несколько лет, но в итоге одним днем она просто исчезла из моей жизни не оставив даже записки. В тот день, придя в пустую квартиру я даже не удивился, ведь где-то в глубоко в душе в тот солнечный день я понял что это должно случится и так даже будет правильно.       Она всегда была идеальной поэтому исчезнуть из моей жизни ей тоже удалось с блеском. В доме не осталось ни одной вещи напоминающей о ней кроме кольца на кухонном столе. Но оно совершенно не выделялось из общей композиции холодного дома, но наоборот только дополняло ее. Скользнув по нему взглядом я достал из ящика над плитой макароны и поставил воду на огонь. Убедившись что непослушная конфорка наконец зажглась я пошел в спальню попутно ослабляя галстук и снимая пиджак. В шкафу не осталось ни одного ее розового носочка, ни одной блузки или шарфика. А с прикроватной тумбочки исчезли все ее многочисленные резиночки и заколочки. При этом все мои вещи остались абсолютно нетронутыми. Каждый брошенный носок остался на своем месте, а выглаженная рубашка на своей вешалке. Переодевшись в домашнюю футболку и штаны я снова пришел на кухню. В глаза сразу бросилось кольцо. Когда я оживил дом теплым светом и звуком кипящей воды оно сразу начало выбиваться так как в отличие от дома осталось обжигающе холодным.       Она знала что так будет. Ушла идеально, так чтобы я не смог забыть. Забрала все кроме самого главного. Причем выставила его как можно заметнее, чтобы дом сам начал его отторгать как только оттает после ее ухода. Поморщившись я все же не стал его убирать. Хотя бы одна вещь должна была пойти по моему. Насыпав себе полную тарелку макарон я с отвращением заметил что осталось еще на одну порцию, не долго думая я открыл мусорку и кинул их туда вместе с кастрюлей. Сев за стол я вперил свой взгляд в кольцо, оно лежало прямо напротив меня и блестело в свете люстры. Я нахмурился, но не отвел взгляд продолжив медленно жевать макароны.       На следующий день ближе к двум я шагал по узкой аллее парка направляясь на солнечный склон на котором все началось или если посмотреть по другому, закончилось. Он все еще был такой же, даже цветы на нем были все те же и мне показалось что на нем все еще виднеются наши силуэты на траве. Я лег туда где мне чудился мой силуэт и посмотрел на ее. Она лежала с закрытыми глазами и рассказывала мне о Брэдли. Если бы мне дали шанс вернуться туда я поступил бы так же, я бы наклонился и поцеловал ее, и ни о чем бы не пожалел.       Я закрыл глаза и смотрел на солнце сквозь сомкнутые веки. И вдруг начал считать. 499,                   498,                         497..       Когда счет достиг нуля я открыл глаза и понял что солнце исчезло. Я снова закрыл их и улыбнулся. Все таки она была слишком идеальной.