В расписание не значилось

Ангелина удобнее устроилась в кресле и огляделась: кафе, которое полюбилось её сыну еще с детства, почти не изменилось. Здесь было также тепло и комфортно, здесь не хотелось думать о чем-то негативном, здесь она забывала о всех своих трудностях, отдавая себя полностью ребенку. Заметив подошедшего официанта, она выдохнула, чувствуя в горле ком, джинсы и пушистый свитер сдавливают все тело, ей хочется выйти из сознания хотя бы на мгновение, но она натягивает улыбку. - Здравствуйте, уже выбрали, что будете заказывать? - юноша был весьма вежлив, в руках он держал небольшой блокнот и ручку. - Добрый день. Да, выбрала… - на секунду её взгляд задержался в огромном окне, она засмотрелась на людей, что суетливо направлялись по своим делам. - Извините, - тихо, но четко проговорила Изосимова, тряхнув головой, - Буквально через несколько минут ко мне присоединится молодой человек, ему сладкое какао и вишневый пирог, а мне… Привычка просила кофе, но она отмахнулась от этого, думая о другом варианте. - Мне зеленый чай и карамельный чизкейк, - слабо улыбнувшись, она обернулась на звук прозвеневшего колокольчика над дверью и заметила сына, который, развидев её, быстро стянул с себя шапку и куртку, вешая в гардероб и направился к ней с сияющей улыбкой во все тридцать два. Официант, чиркнув ручкой пару раз в блокноте, откланялся. - Мам! - Яша бросился её обнимать, - Мы так долго не виделись. - Да, сынок, прости, это.. - Ангелина покрепче прижала его к себе, - Моя вина. - Перестань, - парень оглядел её, - Я все понимаю, ты работаешь. - Спасибо, - Ангелина тепло улыбнулась, - Садись, чего стоишь, - она слегка махнула рукой на место напротив. Время шло достаточно равномерно, можно даже сказать, не быстро. Яша еще недоел свой кусочек пирога, а Ангелина уже попросила второй чизкейк. Теперь все будет не так как прежде… Мысли заполнили её сознание. Чувство тошноты заставило её приложить ладонь к губам, вдыхая больше воздуха. Если раньше Ангелине хватало одной порции подобного блюда, то сейчас, в нынешнем положении, организм требует больше. Из мыслевого потока её вывел голос сына. Ангелина вздохнула и перевела взгляд на Яшу. - Извини, я… В последнее время у меня часто случается подобное. Но это бог с ним, пройдет скоро, не переживай. - Подожди, - сын серьезно посмотрел на неё, - В смысле «пройдет»? Мам, ты у врача была? Вдруг все серьезно? - Была, сынок, была… - её голос чуть затих, - Не все так плохо, но… - она недоговорила, дрожащей рукой потянулась в сумку за чем-то. Яша поерзал на кресле в нетерпении, а когда у него перед носом оказался снимок узи, то замолк, сначала не поняв, что к чему. Однако, когда на краю снимка он увидел надпись: «восемь недель», то сразу все понял. - Это… - он опешил, не находя слов, - Как вообще это? Ангелина, не поднимая на сына глаз, аккуратно пожала плечами. - Вот так. - Интересно, а отец ребенка в курсе о твоем интересном положении? За мгновение настроение Яши сменилось с радости на негодование. - Еще нет, - ответила женщина сыну, все еще боясь встретиться с ним глазами. Она крепко сжимала край скатерти, стараясь не заплакать. - Я не хочу тебя обижать, мам, ты это прекрасно знаешь, но… - парень неоднозначно помотал головой в воздухе, - Тебе пятьдесят, у тебя вечные съемки, приемы, у тебя, в конце-концов, сердце больное! - Яша… - она вся сжалась, будто готовясь к удару, - Я не думала, что все так получится. - И это твое оправдание? Еще скажи, что ты будешь рожать. - Именно. - Что? - ему показалось, что он ослышался. - Именно так, я буду рожать, - не смотря на не очень хорошее самочувствие, она нашла в себе силы вернуть своему взгляду строгость. - Дело твое, но не рассчитывай на мою помощь. Изосимова смотрела вслед уходящему сыну, чувствуя накатывающее ощущение вины. Он поймет меня. Рано или поздно… Должен понять, он мой сын. Рука сама тянется к новомодному средству связи, сзади которого красовался логотип яблока. Пальцы с черным маникюром словно в замедленной съемке нажали на контакт «Крис». - Ты дома? - голос Ангелины приобрел хрипоту и слабость, - Скажи, пожалуйста, что ты дома… - Ангел, что у тебя с голосом? Ты плохо себя чувствуешь? - по голову сестры было понятно, что она заметно стала нервничать и переживать за ведьму. - Забери меня, пожалуйста. Я сама… Сама не доберусь до тебя, - перед глазами пелена, к горлу снова подкатывает ком тошноты. - Конечно! Где ты? - В том кафе, куда Яша… - она прервалась, вспоминая слова сына, прозвучавшие пять минут назад, - Еще с маленького любит ходить. Господи, я даже не помню название… - Так, Ангел, спокойно. Жди меня, поняла? Невнятное мычание Кристина приняла за «да» и отключилась. Ангелина по памяти дошла до уборной, плотно закрыв за собой дверь. Склонилась над белоснежной раковиной, тяжело дыша. Рвотные позывы не отпускали еще несколько минут. Да, Изосимова… Попала ты. А этот… Казанова хренов, наделал делов. Она смотрела на свое отражение в зеркале, все еще не веря, что буквально через год её жизнь будет совершенно другой. - Ну ничего, веретник ебучий. Не денешься теперь никуда.