Met Gala

Красная дорожка струилась по залу, вспышки глэмбота озаряли помещение одна за другой, а громкая музыка ничуть не мешала оживлённым разговорам Met Gala. Алек сжимал в потных ладонях бокал с вином, как якорь в море сверкающих людей. Его взгляд упрямо держался на Магнусе, который, словно экзотическая птица, переливался шелком и самоуверенностью. Верховный маг Бруклина чувствовал себя как рыба в воде, то и дело обмениваясь приветствиями со знакомыми, делая комплименты роскошным нарядам и комментируя некоторые из них на ухо Алеку. Тема вечера - искусство, автоматически рисовала в воображении античную скульптуру и образы на полотнах, поэтому юноша и согласился пойти, надеясь, что сможет не опозориться, благодаря частому общению с Лоренцо Реем — одним из главных коллекционеров живописи и скульптуры в Америке. Вот только, на практике, ничего из его фантазий не воплотилось. Нет, некоторые образы Алек считывал. Знаменитые картины, статуи... Вот только в разговорах, то и дело, звучали непонятные ему слова и бренды. Александр отошёл в сторону, стараясь не привлекать внимания, но Магнус, до этого беседующий с очередной звездой, немедленно оказался рядом. —Сладкий, все в порядке? - голос мага был немного встревоженным, но глаза искрились счастьем от удачного вечера. Алек не мог испортить его, выдав свою неловкость, как не мог и соврать. —Ппосто не знаю, о чем говорить. Чувствую себя лишним. —Возсодно, тебе все же стоило надеть тот костюм...— начал Магнус, но Алек решительно покачал головой. —Маскировка уровня "ворона в павлиньих перьях". Такие вещи не для меня, и комфорта они не добавят. —Юноша встряхнул головой, собираясь с мыслями, — Да и не в этом дело. Просто, я не понимаю о чем вы все говорите. Что за "ридикюль" и почему Батист это не имя, а материал для костюма? Магнус тихо засмеялся, а юноша приблизился на шаг, осторожно касаясь узкой полоски черного бархата, обвивающей шею Магнуса. —Вот что это такое? Ожерелье? Колье? Магнус прикоснулся к чокеру, и его глаза сверкнули озорным, дьявольским огоньком: —Это мой чёрный пояс по горловому, — произнес он сладким, как патока, голосом, полным игривого вызова. Юноша пошатнулся, мир для него сузился до гула в ушах и жгучего прилива крови к щекам. Волна жара смыла все заученные названия тканей. В его воображении мелькнули мгновенные, обжигающие образы: пальцы в бархате, запрокинутая голова, тихий стон. Хрустальный звон разбитого стекла вернул его в реальность — его собственный бокал лежал у ног, а красное вино растекалось по мрамору. —Прости, — прошептал он, но Магнус уже был рядом. Он не смеялся. Его взгляд был глубоким, понимающим, полным той самой странной ласковости, которая сводила Алека с ума. —Не извиняйся, — мягко сказал Магнус, его голос был тихим, только для них двоих. Он взял Алека за подбородок, заставив того встретиться с его глазами,—Искусство это не просто картины и статуи. Это умение вызвать эмоции у зрителя. И как не назови инструменты, важно лишь то, что ты чувствуешь, глядя на меня. И такая реакция не может не льстить. Лукавая улыбка тронула уста мага и Алек позволил ему увлечь себя прочь. В конце концов, ему никогда не нравились вечеринки.