Диплом

—Здесь и здесь лишние запятые. Тут дефис вместо двоеточия. И почему у тебя почти целая страница без ссылок на литературу? Так, — Зерие пробегается дальше по листам бумаги, нещадно оставляя ярко алые полосы — вот, тут ты зачем-то вспоминаешь сразу группу вещества и всё структурные формулы, а в следующей подглаве сразу же рассматриваешь промышленное использование. Фрирен, что за логические ошибки? У меня даже первокурсники так плохо не писали. — Переделать.— И заведующая кафедры ставит последний красный росчерк.       Фрирен с каким-то приходящим спокойствием и безразличием смотрит на стопку листов. Каждый из которых писала в ручную, выводя букву к букве. Потому что иначе её научная руководительница не будет даже читать. Сразу порвет все листы. Проходили. — Поняла. — Только и говорит девушка, забирая свои бессонные ночи, и торопится уйти. Пока эта Зерие не решила снова сменить план эксперимента.       А все из-за того, что её родной, выбранной ещё на первом курсе, научной руководительнице Фламме в этом году не дали ни то что ни одного курса с курсовыми работами. Даже дипломников! А все из-за иностранцев и расширения международного сотрудничества!       Видите ли, мало кто так хорошо говорит и понимает на трех языках!       Они даже заставили Зерию, которая уже много лет не брала себе дипломников, занимаясь своими патентами и кураторством над будущими кандидатами наук, понизить планку и взять выпускной курс.       Не волнуйся Фрирен, наставница Зерие была моим научным руководителем все годы учебы. Она лишь придирается к оформление, зато сразу видит все недоделки! Вы взрослые люди, сработаетесь! *** — Ты работа на водяной бане в стеклянных стаканах? Надо было в керамике! — Переделывай. *** — У нас пара. — Но по расписанию эта аудитория свободна. — Случился перенос из-за симпозиума, что был в прошлом месяце. — Твердо говорит преподаватель Генау. — Тебе придется уйти Фрирен. — Я могу примоститься на самом краю. — В одной подгруппе 14 человек. Желторотых, невнимательных студентов. В химической лаборатории. — Ясно…       Итог, на всей кафедре нет ни одной свободной лаборатории и все даты экспериментов сдвигаются. Снова. Она просто так час ехала в одну сторону. В субботу. Снова. *** — Перманганат калия. Простоял час в бюретке.* — Зерие смотрит на Фрирен как на дождедового червя, вылезшего поздней осенью. — Я даже не буду спрашивать, зачем тебе перманганат калия. Интересно только, как ты сдавала экзамены. Пожалуй, мне следует самой принять у тебя Химию Биологически Активных Веществ, вы же на ней работали с перманганатом магния? — Не стоит, заведующая. Я просто по привычке…да по привычке потянулась к перманганату, а потом поняла свою ошибку и стала работать как надо. А из дневника эксперимента просто забыла все вычеркнуть, — быстро оправдывается Фрирен, подхватывая черную ручку и с силой черкая свои записи.       Ну не говорить же что она полностью перепула свои записи и взяла тетрадь за прошлый год. А невыспавшийся мозг не заметил никакую подоплеку, даже когда она самолично вписала своей рукой в нынешний дневник точно такие же результаты. Если бы не Ферн, что работала над своим проектом, а в том году помогавшая ей… — Переделывай. *** — Дистиллированная вода закончилась? На всей кафедре? Попроси лаборантов сделать, что ты у меня спрашиваешь. — Недовольно останавливается Зерие посреди коридора. Редкие студенты и преподаватели обходят их стороной. Уважительно кивая и сразу же ускоряясь, а кто-то вжимает голову в плечи, надеясь что незаметят. — Они сказали, что дистиллятор сломался. А мне нужно сейчас, если через 7 минуты сорок секунд не промою образцы, то вся сегодняшняя работы пропадет.— Смотря на наручные часы, говорит Фрирен. — Сломался? — Зерие недовольно хмурится и складывает руки на груди, вечный халат с защитными перчатками и очками в карманах выглядит неестественно идеально. Так как даже у медиков не отпарены и не выбелены халаты. — Почему я узнаю об этом только сейчас. И от тебя. Где лаборанты? — Эм, ну вроде Зензе и Фальшь шли вам рассказать, но их, кажется, преподаватель Лернен остановил, ему что-то из кладовой понадобилось. — задумчиво вспоминает уставшее лицо старика и раздраженную Зензе, та не любит выполнять сразу несколько задач. — Вроде, Юбель разбила стеклянную воронку пока делала раствор йода из фиксанала*, а воронка нужна ещё нескольким подгруппам. Так что они срочно начали подметать полы и искать посуду.       Кажется именно об этом ругалась Ферн, когда её идущую с лаборантами к Зерие остановил Лернен.       Зерие массирует висок. — Вот как. Ладно, пусть разбираются сами. Пойду позвоню мастеру.       Вот же, не научный институт, а балаган. Если бы не живой ум и нестандартный подход к задачам, Зерие бы давно самолично завалила эту девчонку, и её дружка списывальщика. Вечно пишет на идеально средний бал, и говорит тоже. Зато научные статьи публикует слишком часто для таких посредственных результатов. А Генау все равно, лишь бы не взорвали лабораторию, себя и не отравили никого. И не важно, что в лучшем случае раз в несколько недель Юбель обязательно что-то сломает или разобьет. А посуда, реактивы и тем более оборудование, конечны! И лишних денег на кафедре нет, ей и так каждый раз под конец года чудом удается закупить всё требующееся с учетом будущих «экспериментов»       Как жаль, что у них в институте не диктатура, Зерие бы сразу же издала несколько указов. — А что с дистиллированной водой? — Поспешно моргает Фрирен, не оставая от быстро разгоняющейся Зерие. — Переделаешь.—Бросает она и захлопывание дверь своего кабинета перед чужим носом.       Фрирен недовольно морщится, украдкой оглядывается по сторонам и передразнивает заведующую. Вот же. Когда она работала с Фламме, все шло идеально, даже патент, в который её каким-то образом втянули в конце первого курса.       А с этой…старая карга.       В итоге Фрирен находит промывалку с дистиллированной водой на соседней кафедре. Биотехнологи легко с ней поделились всем нужным, а Методе, их лаборант, даже угостила шоколадкой!       А старший преподаватель Крафт лишь понимающе вздохнул, стоило ей вкратце описать свой разговор с заведующей, когда возвращала промывалку в конце дня. И он даже разрешил, официально! Обращаться к ним если что-то понадобится!       Всем в институте известен тяжелый характер заведующей кафедрой химиков.       Пожалуй, в тот день Фрирен как никогда жалеет о выбранном направлении. Но потом приходит домой и садится за диплом, смотри на свои прекрасные таблицы и графики. И проваливается в расчеты до глубокой ночи. Подобное ей нравится! ***       Фрирен лежит в коридоре на мягкой лавочке.       Приходи в понедельник, у тех у кого шестидневка это не выходной! Никакие праздники не действуют. Вуз работает!       Цт, что бы она ещё раз послушала Зерию?! Наверняка же специально сделала. Небось сейчас попивает свой утренний чаек из фарфоровых чашечек и смотрит на цветочные клумбы. Идиллия!       Но не у неё!       Фрирен обессилено смотрит на закрытые двери аудиторий, на каждой из которых виднеется белая бумажка: «Опечатано»       Сейчас она понимает, что это крайне логично. Кто пустит студентку, пусть даже с парой патентов и научными статьями в лучших журналах, на официальный праздничный день в химическую лабораторию.       Наверняка, Зензе сейчас вместе с Фальшем сладко спят, а потом будут есть разные вкусности. А она как дура приперлась в пустой университет.       Из соседнего коридора слышится звук шагов. И какой-то шум, Фрирен лишь лениво ведет взглядом туда где коридоры встречаются в расширителе, а после выходят на общую лестницу к нижним этажам. Ей почти интересно, кто тоже пришел в институт сегодня. Кто такой же несчастный и глупый как и она? — Наконец-то! Я подписал Отчет и дневник! Пошлите в бар! — Хайтер, ещё только 11 утра, все бары закрыты. И, между прочим нам с Химмелем ещё только надо сходить на свою кафедру. И уговорить преподавателя Вирбеля наконец расписаться и написать отзыв. — Доносится до неё голос Айзена. — О, Фрирен, а ты что тут делаешь?       Она, не поднимаясь с лавочки, машет рукой на закрытые двери. — А у нас заведующий Денкен сидит и Методе тоже. Она, кажется, инвентаризацию проводит. — Говорит Хайтер и самодовольно улыбается. — Ясно. —Кривит губы Фрирен. Вот почему так всегда? У других как у людей, а неё одни приключения на ровном месте. — Слушай, Фрирен, а мы сейчас хотели сходить в наш спортивный комплекс подписать свои дневники, а потом посидеть в кафе. Давай с нами, — Тепло улыбается Хмммель. — У меня денег нет. — Так стипендия пришла три дня назад? — Переглядываются парни. — А вчера вышло новое пособие. — И ты потратила на него всю стипендию?! — Химмель давится воздухом, прекрасно зная размеры чужой стипендии.Потому что сам получает такую же! Пусть и не за научные заслуги, а за физические достижения. Но все же…сколько стоят те книги? — Ну, там их несколько. И издание красивенькое, с картинками. А ещё сразу комплект на двух языках будет, если купить весь набор по предзаказу.— Отводит взгляд Фрирен, неловко садясь и поправляя волосы. Спина затекла.       Айзен тяжело вздыхает. Он ещё помнит, как однажды занял Фрирен на новую методичку какого редкого издания. Почти полгода ему не возвращали долг. И самое неприятное, что не по злому умыслу, а потому что это рассеянная Фрирен, которая не помнит ничего кроме химических реакций. Даже почистила ли она сегодня зубы и ложится спать или просыпается. — Ну, ничего страшного! Мы заплатим за тебя! — самоуверенно говорит Химмель, спустя недолгое осознание чужих трат. — Точно-точно? — Точно! — Эй, Химмель, подожди! — Химмель, не смей! — Тогда идемте быстрей! Сейчас все подпишем и пойдем вкусно поедим! — Фрирен с небывалой прытью вскакивает с лавочки и тянет за руку Химмеля, пока он не опомнился.       Хайтер, почти плачет, несчастно плетясь за тянущим его Айзеном. В прошлый раз после таких поседелок его кошелек был совершенно пуст! ***       Зерие внимательно вчитывается в каждую букву, красная ручка раскачивается между пальцами.       Стопка с отложенными чистыми листами — все полнится. Фрирен пытается не нервничать.       Она против воли вспоминает все ошибки, настоящие и выдуманные.       Запятые, она все поставила? А сделала сноску под расчетами? А точка?! Она точно ли поставила точку в конце?! А тот странный абзац, такой прям красивый и лаконичный, но не вписывающийся никуда. Она его в итоге написала или нет в чистовик? А она хотя бы чистовик отдала на проверку?! Фрирен не помнит.       Она закусывает губу, незаметно переминается с ноги на ногу, пытаясь заглянуть в собственноручно написанные страницы. Пытаясь подглядеть в строки между чужими пальцами.       Чем дольше заведующая Зерие читает, тем сильней и сильней себя накручивает Фрирен. Она не верит в то, что уйдет сегодня без единой помарки. Это Зерие, она невзлюбила её с первого же взгляда во время приветственной речи. Так же, как они сошлись с Фламме, с первого разговора на подготовительных курсах.       Фрирен замечает, как чужие зрачки расширяются, а губы едва заметно подрагивают. Она чертыхается про себя. — Вот тут, — жирно обводит Зерие столбики цифр, не жалея пасты — ты пишешь цифры как в моль на дм кубический. Но тут должны быть литры на дециметр, судя по твоим расчетам.       Фрирен с болью смотрит на свои беленькие листы. А ведь Зерие сама ей говорила считать в молях! — Но вы сами мне дали эту формулу и сказали считать моли на дециметры кубические. И я проверяла по справочникам, все было верно. — Она достает приготовленные методички и в раскрытом виде кладет на чужой стол.       Зерие испепеляет её взглядом, но вчитывается в чужие записи машинного текста. Минута идет за минутой, Фрирен кажется, что за это время можно изучить каждую крупицу страницы и запомнить её наизусть. — Хм, все верно. Только вот, я давала тебе формулу, что бы ты с этими, — она ярко подчеркивает цифры в конце расчетов — значениями, после сделала ещё выкладку и получила — моли. А тут, все ещё литры.       Заведующая кафедрой снисходительно смотрит на студентку. И зачеркивает большими крестами каждую страницу чужого рукописного текста. Начиная с самого первого и до последнего. На оставшиеся десять страниц Зерие даже не смотрит, лишь черкает бумагу. — Переделывай.       Фрирен поджимает губы и проклинает про себя новые изменения, в связи с которыми в этом году все студенты обязаны сдавать свои дипломы в рукописном виде. Хотя ещё в том году можно было быть нормальными людьми и оформлять все в электронном виде. — Поняла.       Она выходит в коридор и сталкивается со вторым курсом. Тяжело вздыхает пытаясь передать всё отчаяние в человечеством разуме, подходит к Ферн и говорит: — Бегите, пока не поздно.       После чего обиженно чешет руку, которую ущипнула Ферн. А в детстве сестра Хайтера была такой милой. — Фрирен! Нечего было до поздней ночи смотреть сериалы, а после спешно разыскивать расчеты по клочкам бумаги в комнате. Сама из-за свое невнимательности виновата. Иначе бы давно вторую главу сдала! — Ты же спала. — Подозрительно косится Фрирен, делящая в общежитие одну с Ферн комнату. — Пыталась. Потому что у меня зачеты, но ты слишком шумела! — И ты совершенно точно за день до того не гуляла со Старком, — едва слышно бормочет Фрирен, печально идя по коридору. Никто её не любит, не ценит и не заботится. Вот так вот.       Но Ферн каким-то образом её слышит и начинает ругаться. Грозясь перестать готовить на двоих и убираться за двоих и требуя, что бы Фрирен ничего не придумывала.       Юбель в сторонке тихо хихикает, прячась за спиной высокого Ланда. Ещё не хватает, чтобы Ферн и на неё ругалась. А то ещё не поделится конспектами. Но надо бы выяснить, что за Старк, и можно будет шутить над подругой. Только после зачетов. И экзаменов. Однозначно! ***       Фрирен выступает на предзащите, представляя свою работу. Хорошо хоть презентации для дипломов не заставили делать, как в молодости Зерие на пергаменте из динозавров, которых самостоятельно загнали и разделали.       Она уверенно отвечает на все вопросы и чуть расправляет плечи под ободряющей улыбкой Фламме, что впервые за год видит её работу. А завтра наставница обещала провести с ней весь день! Фрирен уже предвкушает дискуссию о её сегодняшнем выступлении и то, как они будут обсуждать безответственных иностранцев, что тянут со сдачей до последнего.       Совсем не как Фрирен. Вот ни капельки!       Даже завкафедрой Зерие, на удивление, задает ожидаемые вопросы. Потому что Фрирен не верила, что она будет молчать и не попытается её поддеть. И не важно, что она так-то пишет диплом у Зерие и уж она должна знать материал своей подопечной.       Фрирен заранее заставила всех младшекурсников, лаборантов и даже Методе с преподавателем Крафтом и заведующим кафедрой биотехнологии Денкеном слушать ее выступление и задавать вопросы. Много вопросов. Очень много.       Обед во вкусном ресторане и домашняя наливка творят чудеса. Зря она что ли на химика учится?       Зерие как раз вчера была на конференции в соседнем городе, и все удалось вовремя провернуть. Конечно, она наверняка сегодня узнает о её небольшой хитрости, но это будет после предзащиты. К тому же подобным хитростям Фрирен научила Фламме! Прямая ученица Зерие, что под её руководством стала самым молодым доктором химических наук в их университете!       Фрирен выдыхает, только когда двери за её спиной закрываются. Она была последней, и в ближайшее время преподавательский состав никого из студентов видеть не желает.       Она точно знает, что после подведения всех итогов Лернен достанет откуда-то чайник, заварит всем чаю, а Генау будет незаметно попивать из фляги очередную перегонку и предлагать её Зерие. Только вот Лернен внимательно бдит за здоровьем любимой заведующей кафедрой, которую безмерно уважает, и отберет чужую самодеятельность ещё до того, как жидкость коснется стакана.       За дверью кабинета для экзекуц…предзащиты её уже ждут. Химмель расхаживает туда сюда, рассуждая вслух, где им надо будет сфотографироваться. Айзен поучает Старка, как правильно делать отжимания от стены. Хайтер с Ферн выбирают новое кафе для посиделок. Ферн хочет возле реки тюльпанов, а Хайтер то, где его кошелек останется хоть немного цел.       В итоге побеждает конечно же Ферн.       Фрирен от чего-то улыбается. — Ну как? — Первым замечает её Химмель и тревожно спрашивает, вглядываясь в чужое лицо. — Все в порядке. — Даже заведующая не поставила в тупик? — Осторожно спрашивает Старк, который со вчерашнего дня не мог уснуть от передозировки новой информации и кучи непонятных терминов. — ДА! — Фрирен довольно улыбается, когда её начинают все поздравлять и хвалить.       Они идут, растянувшись на весь коридор, и громко смеются, совсем позабыв о чужих экзаменах, парах и предзащитах.       От чего-то на сердце так тепло.