История одного «феминика»

      Дживан помнил, как хорошо его обдала мгновенная ярость, когда он узнал по какой причине они прибыли в суд с госпожой Нилюфер. Тогда неопытный водитель все спрашивал и донимал дочку Алдуров расспросами «Почему мы едем туда?», точно маленький ребенок. А госпожа Нилюфер просто закатывала глаза и оставляла без ответа его вопросы. Не пристало быть таким любопытным простому шоферу, наверное так ей и думалось. «Ему-то какое дело? Аллах-Аллах…»

***

Только остановившись у здания, Дживан собирался было выйти и открыть дверь молодой госпоже, как та быстро дернула ручку и выпорохнула из машины. — Не заходи внутрь, и дожидайся меня здесь, — выпалила брюнетка, даже не оборачиваясь на своего водителя. — Как и всегда, — тихо прошептал младший из братьев Демир, и ухмыльнулся вслед уходящей девушке. Не добившись ответа от своих расспроссов, Дживан решил, что возможно причина их прибытия не так уж важна. Хотя, госпожа Нилюфер всегда рассказывала ему о мелочах предстоящей встречи, если они собирались куда-то. Посмотрев по сторонам, мужчина заметил ещё несколько автомобилей семейства Алдур, а также своих знакомых коллег. Поняв, что в суд прибыли не только они с госпожей Нилюфер, Дживан незамедлительно приблизился к одному из водителей. Те стояли, сгорбившись и о чем-то шептаясь между собой. «Возможно кто-то из них хотя бы знает, почему мы приехали в суд». Дживан хотел иметь хотя бы представление, сколько ему предстоит ждать. — Привет, — дружелюбно улыбнулся Дживан, подходя ближе к шоферам. Молодой водитель, явно младше Дживана по возрасту, взглянул на него без особого интереса и чуть закатив глаза, ответил: — Привет. Ты что-то хотел? Заметив настрой своего коллеги, Дживан отпустил формальности и решил перейти сразу к делу. — А ты не знаешь ради чего мы здесь? — Ради развода, — как само собой разумеющуюся вещь ответил парень. Дживан почувствовал как кровь хлынула в голову, а разум притуплял все чувства. Точно в медленной съемке, все остановилось в одно мгновенье. Мужчина несколько раз потерянно моргнул, думая, что может ему это послышалось. — В смысле «ради развода»? Чей развод? Кто разводится? — протараторил брюнет, чувствуя как жилы стынут в крови и он медленно теряет контроль над собой. — Развод господина Эркана. Ты что не знал? Дживан отчаянно надеялся, что его догадка, пусть даже тысячу раз, окажется ошибочной. Ему хотелось верить, что этого не произошло и не произойдёт. Но ещё больше жгло то, надежда разбилась уже на том, что от него посмели скрыть даже такой факт. И он искренне хотел бы быть рядом с сестрой в такой момент. Мысли путались, эмоции накатывали одна за другой, превращаясь в тяжёлый, невыносимый ком внутри. Винегрет чувств. Его сестру собирались растоптать и отбросить, словно у неё никого нет. Не существует того, кто способен встать за Диджле — защитить её от коварства и жестокости высокомерных богачей. Они были теми, кто привык считать себя всесильными. «Я вам всем сейчас покажу». Не дай Аллах, если этот развод и правда случится — что тогда будет с его сестрой? Этот несчастный посмел дать надежду Диджле, поверить и построить воздушные замки, а затем развестись с ней, даже не поставив этот факт в известность. Дживан и вправду считал, что развод — это конец для любой молодой женщины. А уж для той, кто полюбила всем сердцем, а затем горько собирала частички этого самого сердца — сущий крах. Пока мужчина кряхтел и бубнил себе под нос проклятия, все его мысли омрачались пуще прежнего. Найдя правильную дверь, Дживан заметил Кадира, который мало того, что терпеть не мог его, так ещё и забрал пистолет бедного парня. — Ты ведь знал все, да?! Знал, и мне не рассказал! — кричал молодой брат Демиров. — Да стой ты! Ты что делаешь? Уходи! — заметив настрой нападавшего, армиский друг Эркана прогонял Дживана прочь. Хотя Дживан прекрасно понимал, что отношения с окружающими у него далеки от идеальных, ему казалось, что шаг за шагом он всё же меняет их мнение о себе. Он не был насильником как его старший брат, и уж точно не был убийцей. Понемногу, почти незаметно, мужчина пытался доказать: он не тот, кем его привыкли считать. Что за внешней резкостью есть человек, которому можно доверять. И Дживану действительно верилось, что у него это получается — что его начинают видеть иначе. Стоило ему начать верить, как он сразу же споткнулся об недоверие. Разочарование и злость, застилающие глаза смешивались, создавая опасный микс. Мужчине хотелось ворваться в этот зал, заставить опомнится и Эркана, и Диджле. «Чем они думали, когда шли сюда? Они вообще о чем-то думали?» В голове как мантра крутилась лишь одна мысль — как можно скорее остановить этот чертов бракоразводный процесс. Для блага Диджле. Больно закусив внутреннюю щеку, мужчина прикидывал, как отвлечь внимание старого друга Эркана от себя. Но, видимо сам Аллах решил сжалится над Дживаном, что выход из ситуации разрулился сам по себе. Вся охрана отошла куда-то перекусить, а этому Кадиру, пропади он пропадом, кто-то позвонил, отвлекая от Дживана. Понимая, что это единственный шанс, несчастный водитель Алдуров, не думая ворвался в этот судебный зал. — Эркан! Все находящиеся в зале почему-то стояли на ногах, и их раздраженность чувствовалась на лету. Если до этого они неверяще смотрели на Эркана, то на этот раз их взгляд был прикован только к Дживану. — Что происходит, молодой человек? Выйдите пожалуйста — охрана настойчиво тянула его назад. — Что будет теперь с Диджле?! — но Дживан и не собирался выходить из зала суда, не сказав то, о чем он думает. Брюнет сразу нашел Эркана своими глазами, как только перешел порог. Если Дживан выглядел раздраженным и выбесившимся, то Эркан напротив, совершенно не выглядел растерянным. От него сочилась уверенность в своих действиях, и мужчина подумал: «Они точно разведутся!». — Что с ней будет?! Тебе совсем плевать на неё?! Что будет?! Кадир заметевший переполох, ворвался в зал вслед за Дживаном. Понимая, что ситуация вышла из под контроля, он помогал охране выпроводить незваного гостя за дверь. — Выходи отсюда! Выходи! Лишь уходя, высокий брюнет заметил растерянный взгляд госпожи Нилюфер. В её глазах читалось недоумение, и Дживан понял, что теперь ему срочно нужно найти оправдание своему поведению. — Сынок, ты что творишь?! — рвякнул Кадир на Дживана, толкая его изо всех сил. — Ты хоть понимаешь, что будет если об этом узнает брат Ферман?! — рвякнул в ответ Дживан. Если брат Ферман узнает, конечно была бы полная катастрофа. Ведь, он впервую очередь спросит за эту ситуацию у Дживана. Потому что, это он не доглядел, он не рассказал, и это он будет виновен. Но, все казалось маловажным на фоне того, что и вправду происходило. Казалось маловажным на фоне того, что из-за всего это пострадает Диджле. — Дживан, успокойся! — Что я ему скажу?! — истерично поправляя свой пиджак, гаркнул мужчина. Сразу после своей яркой вспышки гнева, из зала так же яростно вышла вся семейка Алдур. От них точно метались молнии, хоть убивай своим взглядом. Остановившись на Дживане, госпожа Инджи еле сдерживаясь, чтобы не закатить глаза, процедила через зубы своей дочке: — Чтобы такие фокусы больше не повторялись, так и скажешь своему шоферу. Нилюфер услышала свою маму, но удивленно смотрела на Дживана. Словно, она впервые в жизни увидела его. Дживан понимал, что возможно не правильно поступил, так открыто показывая всем, что он против этого развода. И сейчас все могли понять, кем он является на самом деле. По крайней мере, на него уже упала тень сомнения. Но, он ничего не мог поделать со своей злостью, и чувством отчаяния, которое испытывал. Поэтому, лишний раз старался не поднимать глаза на девушку. В скоре вышли и Эркан с Диджле, после чего сразу выяснилось, что развод не состоялся. Эркан, оказывается отказался от своего иска на развод, и таким образом дело автоматически закрылось. Лишь тогда, Дживан смог облегченно выдохнуть и развеять свои мрачные мысли. Диджле, как только вышла сразу же зацепилась глазами за своего брата и прибежала к нему, наивно полагая, что он сделает, то что она хочет. — Брат Дживан, молю тебя, увези меня отсюда, — просила она своими большими оленьими глазами, которые стали казаться ещё больше из-за застывших слез, — Ты поговори с Эрканом, уговори его развестись со мной, ладно? — Не глупи, Диджле! — воспротивился Дживан, будто бы его сестренка говорила самую глупую вещь, которую он только слышал. Чтобы убедится, что никто не слышит, мужчина оглянулся по сторонам, и тихо шепнул, — Как твой муж сказал, так и будет. Хоть никто из них и не замечал, но со стороны на них сомнительно поглядывала единственная дочка Алдуров, отмечая про себя их странную тесную связь, которые могли бы быть у работников. Нилюфер не хотела понапрасну наговаривать на Диджле с Дживаном, но не могла отогнать от себя навязчивые мысли. «Не слишком ли они близки для тех, кто пришёл с одной деревни?» — Посмотри, как хорошо, он не развелся с тобой. Ты вместо того, чтобы радоваться, стоишь тут и расстраиваешься! Иди к своему мужу. Дживан либо не увидел, как потухла единственная искра в глазах сестренки, либо же увидел и решил сделать вид, будто бы не увидел. Смотря вслед расстерянно уходящей сестры, мужчина тешил себя тем, что так и должно быть. И Диджле, и Эркан любили друг друга, хоть возможно и не могли признаться в этом даже самим себе. — Ты, что творишь, блин? — осуждающе обратился к водителю Кадир. На что, Дживан лишь устало закатил глаза. «Только тебя не хватало» Скользя взглядом по стенам здания суда, Дживан на мгновение пересекся взглядом с госпожой Нилюфер. Будто бы пойманная врасплох маленькая девочка, она резко отвела свои глаза, сразу же возвращая взор к родителям, делая вид, что ей и впрямь интересно слушать весь этот балаган. Губы мужчины дрогнули в едва заметной усмешке, но все же он не стал долго задерживать на ней свой взгляд. Стоило ему отвернуться, как Дживан услышал неспешные шаги, которые подходили к нему все ближе и ближе. Развернувшись, мужчина резко втянул весь воздух в себя от неожиданности. Он оказался лицом к лицу с госпожой Нилюфер в такой маленькой близости, что брюнет отчетливо увидел россыпь мелких веснушек на её носу, едва заметные при обычном взгляде. Темные радужки в зеленых крапинках отсвечивали в ярком свете, и ее глаза становились намного красивее, даже притягательнее. Дживан грешно подумал: «Аллах, неужели на свете существует настоящий ангел? Ты ли прислал её на землю?» Заглядевшись на картину, открывшуюся перед собой, Дживан даже не заметил, как девушка опасно подошла ещё ближе, сокращая и без того малое расстояние. Подавляя все свое смущение и стыд, Нилюфер тихо прошептала на ухо мужчине: — Иди и спускайся вниз. Мы потом поговорим о твоей сегодняшней выходке, — бархатный голос с хрипотцой приятно ласкал слух, что Дживан на секунду позабыл, о чем именно шла речь. От томного тона, неволей пробежали табун мурашек в районе шеи. Громко сглотнув ком в горле, мужчине оставалось лишь кивнуть в ответ и идти спускаться вниз. Он развернулся и медленно направился к лестнице, чувствуя, как сбивается дыхание, а мысли путаются одна за другой. «Что это вообще было?»

***

— Где эти Диджле с Эрканом? Что теперь будет? — взволнованно спросил Дживан у госпожи Нилюфер, словно это не она недавно прижала его к стенке и смущала как маленького мальчика. Стараясь не смотреть на парня, девушка проглотила все то, что случилось ранее. И теперь её сейчас волновало совсем другое — причина такого беспокойства её водителя по отношению к жене её же брата. Она всячески пыталась найти этому оправдание, что они из одной деревни, что они схожи и понимают друг друга. Но на этом всё! Вышеперечисленное казалось Нилюфер ничтожно малым, чтобы так интересоваться судьбой двух мало знакомых тебе людей. И сейчас её и так расчатанные нервы наровились выбраться наружу. — Почему ты вмешиваешься во все? Тебе то что с Эркана и Диджле? — спросила в открытую девушка. — Я просто так спросил. — Что значит просто так? Врываешься в заседание суда, кричишь, поднимаешь всех на голову. Ты с ума сошел? В чем твоя проблема, маньяк что ли? — быстро протараторила Нилюфер, выпуская свой гнев на бедного парня. — Да, откуда мне знать, мне жалко девушку. От того, что разводится… — Потому что, эти её мерзавцы братья убьют её, не так ли? — то ли с толикой разочарования, то ли с толикой отчаяния спросила брюнетка. Но, что удивило её больше, так это — бурная реакция собственного водителя. — Чушь! Не настолько же! — Ты мне «чушь» сказал?! От резко остановившейся госпожи, Дживан понял, что возможно ляпнул лишнего. И результатом являлись её холодные, изумрудные глаза, которые продырявили большую дыру в его голове. — Н-нет, нет!… Вы… когда так «мерзавцы» сказали, вырвалось изо рта. — Пусть больше не вырывается, — холодно бросила девушка, от чего мужчине стало неловко и жутко неуютно. Видя, с каким подозрением на него смотрела госпожа Нилюфер, Дживан решил хоть как-то оправдать себя. «Находишь ведь все беды из-за своего языка, парень! Оф, Дживан!» — Мы ведь, сейчас с этой бедной девушки пришли с одного места… Ну, мне стало жалко её. — с каждым словом Дживана, мелкие морщинки на лице девушки медленно разглаживались, так же, как и её зародившиеся опасения на счёт своего водителя, — Упаси Аллах, разведется, и останется разведенкой… После последней фразы у Нилюфер неприятно сморщилось лицо, выдавая ее отношение к этой теме. — Что это за слова такие? Что будет, если останешься разведенкой? — Боже упаси, быть разведенкой это плохо, — невозмутимо ответил младший из братьев Демир, будто объяснял саму собой разумеющееся вещь. — Я тоже разведенка! — возмущенно воспротивилась Нилюфер. Дживану показалось, что он услышал даже нотки обиды, — В каком веке ты живешь? Если женщины захотят выйдут замуж, и разведутся! Что в этом такого? Дживан прикусил язык, понимая, как задели его слова эту женщину. Мужчина понимал, что мировоззрение госпожи Нилюфер и его мировоззрение — это как небо и земля. Из параллельных миров, которые никогда не пересекуться. Но, выходило так, что он порой забывал об этом, когда разговаривал с госпожой Нилюфер. И реальность очень больно заставляла вспоминать об этом. — Нет, в наших местах это так… В наших местах, это считается постыдным, — спокойно ответил мужчина. — Не начинай про ваши места! — гневно выпалила девушка, — Женщины будут делать то, что хотят. Мужчины и женщины равны, они оба люди! Раз будешь жить у меня под носом, учись и этому! Не разговаривай так раздражающе! — и от злости, женщина не дожидаясь водителя, сама открыла двери и села внутрь автомобиля, — Оставь, ладно. Дживану лишь оставалось растерянно смотреть то на дверь, то на женщину. — Она сказала «мужчины и женщины равны»?

***

Со дня развода Эркана и Диджле прошла, наверное целая неделя. А слова госпожи Нилюфер до сих пор гудели в голове Дживана, словно заезжая кассета. Они не просто задели его, они не давали ему покоя, медленно но верно занимая почти все мысли. — Что значит равны?.. — тихо проговорил он, уже садясь в машину. — Это как вообще понимать? Дживан захлопнул дверь, но двигатель заводить не стал. Вместо этого он достал свой новый «умный» телефон, некоторое время просто смотрел на экран, словно ожидая, что тот сам даст ответ. Он не любил искать что-то в интернете и «гуглить». Всегда казалось, что там пишут либо слишком умные вещи, либо слишком бредовые глупости. Но сейчас другого варианта у него не было. Немного помедлив, он начал печатать, неуверенно нажимая на буквы: «мужчины и женщины равны что это значит» Экран тут же выдал кучу незнакомых слов. Дживан нахмурился, пытаясь сосредоточиться, сощурился, читая вслух, почти по слогам: — Фе… феми… феминизм… Он нахмурился ещё сильнее. — Это ещё что за болезнь такая… Открыв первую попавшуюся статью, мужчина начал читать, запинаясь на сложных формулировках: «Феминизм — это общественное движение за равные права женщин и мужчин…» Мужчина замер, перечитывая строку ещё раз. — Движение? — тихо повторил он в пустоту, — Это что, митинг какой-то? Прокрутив ниже, Дживан наткнулся на фразу про «равные возможности», «борьбу с дискриминацией» и «свободу выбора». Свобода выбора. Он откинулся на спинку сиденья и уставился в лобовое стекло. «Это что значит? Женщина вправе сама принимать решение и решать вопросы?» Не успел Дживан подумать, насколько это абсурдно выглядело и резало слух, как перед его глазами всплыл образ Диджле, точно наваждение: «Увези меня отсюда. Уговори Эркана развестись со мной». Её глаза и застывшие слезы в них, дрожащий и полный мольбы голос — все это вдруг взбудоражило в нем что-то именно сейчас. Резкий контраст между госпожой Нилюфер, которая кричала ему, что «Женщины будут делать то, что хотят», и Диджле, которая молила своего брата о помощи, чтобы развестись со своим мужем… Так яро бросалось в глаза, что Дживану вдруг стало трудно дышать. — Да как это вообще возможно… — пробормотал он, — Если каждый будет делать что хочет, тогда… тогда что вообще останется? Он снова уткнулся в телефон, листая дальше, надеясь найти что-то более «разумное». Но чем больше он читал, тем сильнее путались его мысли. «Равные права… равная зарплата… независимость…» — Независимость от кого? — почти возмущённо прошептал он. В этот момент рядом хлопнула дверь — кто-то из других водителей вернулся с перекура. Дживан недолго думая вышел из машины и направился к нему. — Слушай, — окликнул он, стараясь говорить спокойно, — Можно спросить? Тот обернулся, уже готовый отмахнуться, но остановился, заметив серьёзное выражение лица Дживана. — Чё опять? — Ты знаешь, что такое… — мужчина на секунду замялся, — феминик? Парень сначала удивлённо поднял брови, а потом усмехнулся. — Феминик? Или феминизм? — Да-да, второе! — Ты серьёзно? — Да серьёзно я! Тот пожал плечами, доставая сигарету: — Ну… это когда женщины думают, что они равны мужчинам. Дживан нахмурился. — Думают? — специально переспросил он, надеясь услышать что подразумевается под этим словом. — Ну да, — фыркнул водитель, — сейчас же время такое. Умничают, права качают. Мужчина замолчал, снова переваривая услышанное. Но вместо облегчения внутри стало только тяжелее. Коллега вроде и говорил разумные вещи, но внутри что-то воспротивлялось, чему Дживан не мог дать названия. Он стиснул челюсти так сильно, что невольно раздался тихий скрежет зубов. Вспоминая госпожу Нилюфер, мужчине казалось, что что-то не сходится. Она вся уверенная в себе, яро защищая права женщин, казалась такой убедительной, что Джихан невольно задумался «А в чем она неправа?». — А если… — медленно начал Дживан, сам не до конца понимая, зачем продолжает этот разговор, — Если мужчины и женщины правда равны? Парень рассмеялся, выпуская дым. — Тогда ты, брат, скоро будешь не водителем, а домохозяйкой. На кухне будешь стоять и борщ варить. Он отвернулся, явно потеряв интерес к разговору. А Дживан остался стоять на месте, не двигаясь. Через несколько секунд он вернулся в машину и снова посмотрел на горящий экран телефона. Статья всё ещё была открыта. Брюнет перечитал одну из строк, на этот раз медленно и вдумчиво: «Равенство означает равные права и возможности, а не одинаковые роли». Дживан медленно выдохнул и провёл рукой по затылку, чувствуя, как внутри поднимается уже привычная робость и возможно отчаяние. — Равные возможности… — повторил он. Это звучало уже не так абсурдно, как в начале. Но и принять это он не мог. Потому что, лишь одно слово переворачивало вверх дном всё восприятие мира Дживана. Если раньше казалось, что некоторые вещи неоспоримы и имеют моральную принципиальность, то сейчас… казалось все вокруг теряло устойчивость. Будто бы порядок вещей мог в любой момент измениться. Дживан сильно зажмурил глаза, пытаясь отогнать все эти мысли прочь. Но, они уже по маленькому пускали свои корни в его голове. И Диджле… За долгое время, мужчина не был уверен, что поступает правильно. Это ощущение заставляло его тревожится, не давало ему спокойно спать по ночам, и сердце беспокоилось за сестру.