Маленькая Русалочка

Береза была тонкой, молодой и явно не рассчитанной на вес сорокалетнего наемника, даже если его нижняя половина теперь состояла из чешуи и плавников. Брок Рамлоу, командир отряда «СТРАЙК», гроза террористов и человек, переживший падение небоскреба, сейчас напоминал очень злую и очень крупную селедку, которую по ошибке забросило на дерево ураганом. Его переливчатый изумрудный хвост, мощный и скользкий, периодически совершал резкие движения, выбивая из белого ствола щепки. — Когда я сказал, что в постели нам не помешает разнообразие, я имел в виду не это! — проорал Барнс, виртуозно уворачиваясь от очередного замаха. Хвост со снайперской точностью просвистел в паре сантиметров от его уха, обдав Баки речной прохладой и запахом тины. — Ты еще и жалуешься, придурок?! — прорычал Брок, пытаясь поудобнее обхватить ствол дерева руками. Его тактические перчатки скользили по коре, а чешуя на животе неприятно зудела. — Я сейчас слезу и засуну этот гребаный хвост тебе... — В следующий раз точнее формируй запросы ко вселенной, Бак. Это как с гуглом, — наставительно вещал Капитан Америка. На лице Стива застыло выражение глубокого философского смирения. — Нужна конкретика. А ты сказал «хочу, чтобы было как в сказке, и чтобы он никуда не мог от меня убежать». Вот, пожалуйста. Русалка на ветвях. Классика. — В следующий раз?! В какой, нах*й, следующий?! — Рамлоу дернулся, и береза угрожающе хрустнула. — Дайте мне только слезть отсюда, долбодятлы! Стренджа они русского нашли! Настоечку попробовать согласились. На травках. По рюмашке. Барнс, падла, сюда иди!!! — Брок, ну объективно, мужик в ушанке обещал, что это «раскроет твою внутреннюю сущность», — Баки попытался сделать шаг вперед, примирительно выставив руки. — Откуда я знал, что твоя внутренняя сущность — это Ариэль с судимостью? — Моя внутренняя сущность сейчас начистит тебе рыло твоей же железкой! — проорал Рамлоу. Его хвост в очередной раз хлестнул по воздуху, и на этот раз Стив едва успел подставить щит. Раздался звонкий «Дзынь!». — Технически, — заметил Роджерс, поправляя лямку щита, — это даже не совсем русалка. В славянской мифологии русалки как раз любят сидеть на ветвях. Тот парень, кажется, называл себя «Потомственный Волхв Геннадий». Он предупреждал, что эффект может быть... экологичным. — Экологичным?! У меня вместо ног — карась-переросток! — Брок вцепился зубами в нижнюю губу, пытаясь удержать равновесие. — Барнс, если ты сейчас же не найдешь этого Геннадия и не заставишь его вернуть всё взад, я клянусь: когда я подсохну, я тебя во сне задушу своим плавником! — Ладно, ладно, иду я! — Баки попятился, бросая опасливые взгляды на переливающееся чешуйчатое оружие массового поражения. — Стив, присмотри за ним. Только не подходи близко, он сегодня особенно кусачий. — Я всё слышу, отморозок! — донеслось с березы. — Стив, — уже тише позвал Баки, отходя к машине. — А если он... ну, захочет в туалет? Или пить? Стив Роджерс, герой войны и символ нации, тяжело вздохнул и посмотрел на Рамлоу. Тот в ответ оскалился, демонстрируя подозрительно острые зубы. — Думаю, — задумчиво произнес Капитан, — нам понадобится очень большой садовый шланг. И, возможно, ведро карасей. На всякий случай. Береза содрогнулась от такого многоэтажного мата, которого эти леса не слышали со времен отступления Наполеона. В небе мирно плыли облака, а Брок Рамлоу, гроза спецназа, продолжал яростно хлестать хвостом по невинному дереву. *** Спустя три часа Баки Барнс вернулся к заветной березе. Вид у него был помятый: куртка в пятнах неопределенного происхождения, в волосах застряли еловые иголки, а в руках он бережно сжимал литровую банку с мутной жидкостью, в которой плавал одинокий соленый огурец. — Нашел? — Стив, сидевший на складном стульчике (который он предусмотрительно прихватил из багажника), с надеждой поднял голову. Брок на дереве к этому моменту уже не ругался. Он пребывал в стадии ледяного философского бешенства. Он просто медленно и ритмично бил хвостом по стволу, отчего на Стива периодически сыпались листья. — Нашел, — выдохнул Баки, опасливо приближаясь к «зоне поражения». — Геннадий сказал, что это «обратный рассол». Нужно вылить на хвост и заставить Брока съесть огурец. — Я тебе этот огурец в жопу вставлю, Барнс, — прошипел Рамлоу, не открывая глаз. — Слышишь? — Брок, ну надо! — Баки подошел вплотную к дереву. — Или останешься тут работать памятником русской фольклористике. Давай, открывай рот. Он подпрыгнул, ухватившись металлической рукой за ветку, и подтянулся, аккуратно сжимая пальцами живой руки волшебный огурец. Процесс де-русализации выглядел максимально унизительно. Стив поливал хвост мутной жижей из банки, а Баки, едва не лишившись пальцев, засунул Рамлоу в рот огурец. Секунду ничего не происходило. А потом лес огласил резкий хлопок, как будто лопнула гигантская шина. Облако дыма на мгновение скрыло березу, и в следующую секунду на траву с глухим стоном рухнуло тяжелое, полностью человеческое и абсолютно голое тело командира «СТРАЙКа». — Ноги... — простонал Рамлоу, зарываясь лицом в мох и болтая конечностями (двумя!) в воздухе аки Лолита. — Мои волосатые, прекрасные ноги... И тут Баки совершил тактическую ошибку. Вместо того чтобы бежать в сторону китайской границы, он облегченно выдохнул и потянулся к Броку: — Ну вот, видишь? А ты переживал. В следующий раз будем осторожнее с... Он не успел договорить. Рамлоу подлетел с земли с грацией разъяренной кобры. В его глазах полыхало адское пламя, накопленное за три часа сидения на ветке. — «В следующий раз»?! — взревел Брок. Первый удар пришелся Баки точно в солнечное сплетение. Зимний Солдат согнулся, и тут же получил коленом в челюсть. Рамлоу, несмотря на отсутствие одежды и холодный лесной воздух, двигался как машина для убийства. — Брок, тише! Это был магический инцидент! — крикнул Стив, благоразумно отступая за дерево. — Магический инцидент сейчас случится с его лицом! Рамлоу повалил Баки на землю и принялся методично вколачивать в него осознание того, насколько плохой была идея «разнообразия в постели». Баки даже не особо защищался. Во-первых, он чувствовал вину. Во-вторых, голый и злой Рамлоу — это было зрелище, которое внушало трепет даже суперсолдату. — Я... три... часа... изображал... гребаную... селедку! — каждый возглас Брока сопровождался увесистым тумаком. — На березе! Перед Роджерсом! Который на меня смотрел, как на экспонат в зоопарке! — Я записывал для истории, — пискнул из-за дерева Стив и тут же прикусил язык. Брок замер, сидя верхом на Баки. Он медленно повернул голову к Капитану. — Ты. Записывал. — Только ключевые моменты! — Стив попятился. — Для отчета в Щ.И.Т.! «Влияние несанкционированных магических субстанций на личный состав»! Рамлоу перевел взгляд на Баки, который лежал под ним с разбитой губой и видом человека, смирившегося со смертью. — Барнс. Даю тебе десять секунд, — тихо, почти ласково сказал Брок. — Чтобы извиниться? — с надеждой спросил Баки. — Чтобы добежать до машины. Потому что если я тебя поймаю до того, как ты привезешь мне пива и пожрать, я найду этого Геннадия и попрошу рецепт настойки, которая превратит тебя в садового гнома. И я поставлю тебя у себя под окном, чтобы на тебя гадили все соседские голуби! Кошки срали тебе под нос и метили все окрестные псы! Баки не нужно было повторять дважды. Он подорвался с места так, будто за ним гнался сам Танос. Стив, подхватив щит и банку из-под рассола, припустил следом. Рамлоу стоял посреди поляны в чем мать родила, тяжело дыша и чувствуя, как по ногам (настоящим, родным ногам!) ползают муравьи. — Барнс! — крикнул он вслед уезжающему джипу. — Если в чизбургере не будет бекона, я тебя всё-таки в гнома закатаю! Из окна удаляющегося джипа высунулась металлическая рука и показала большой палец. Брок вздохнул, сорвал лопух побогаче, прикрыл самое дорогое и присел на Стивов стульчик. В конце концов, это свидание всё равно было лучше, чем то, когда они пытались ловить покемонов в Бруклине и случайно подорвали газовую колонку. *** — Стив, что он проорал, я не расслышал? Чизбургер без бекона?...