Ландо ищет призраков

Оскар устроился на диване с ноутбуком в гостиной рядом с Ландо. Уже темнело, фигура на улице оставалась без движения, но земля с могилы, которую они ровной дорожкой рассыпали у порога, уже перестала казаться бредом и стала ощущаться как реальная защита на случай если вдруг фигура за ночь решит ускориться в своем перемещении. — Ну если мы начали в убийствах в доме подозревать и брата Рассела, то почему бы не проверить остальных? — Оскар просматривал все доступные сведения об остальных членах семьи, которые встретили свою смерть в этом доме. Впрочем информации было немного — в то время социальные сети были в самом начале своего развития и никто не выкладывал подробности личной жизни как сейчас. Но фотографии были — журналисты тогда работали хорошо. Семейные открытки, фотографии с путешествий и рабочих корпоративов. Но как Оскар не старался, не мог на улыбающихся лицах Джорджа или Бенджи заметить предпосылки трагедии. Как оказалось это в целом был первый год, когда праздники отмечались в столь узком семейном кругу без вторых половинок и приглашенных друзей. В многочисленных статьях и исследованиях это подавалось как удачное стечение обстоятельств, позволяющее избежать большего количества жертв, но Оскар так не думал. — Может есть какие-то ритуалы? — с сомнением протянул Оскар. — В духе — убиваешь свою семью и получаешь бессмертие. — Ну смотри, — Ландо отложил ноутбук и повернулся к Оскару. — Предположим, Бенджи убивает свою семью. Джордж, естественно, заступается, или, как минимум, защищается, в следствии чего главный убийца умирает вместе со своими жертвами. Но по каким-то причинам Джордж не вызывает полицию, даже более того — скрывает произошедшее всеми силами, при этом без намерения бежать от правосудия. — Так, — протянул Оскар. — И агент ФБР слышит голос, который признается в убийстве. Говорить мог только Джордж, потому что остальные уже месяц как мертвы, но мы знаем, что еще один голос в этом доме мог быть. Оскар кивнул. — Дальше у нас есть Кими, которому голос подает убийство своей семьи скорее как эксперимент, а не способ мести за что-то. Предположим голос имел влияние и на Джорджа, оставшегося единственным живым после безжалостной резни. Жить в этом доме наверняка было страшно, но что если вне дома было еще страшнее. — Что ты имеешь ввиду? — Джордж Расселл видел у дома фигуру, — произнес Ландо. — И она его пугала намного сильнее полиции или, тем более, трупов в подвале. Что если он застрелился не потому что боялся правосудия, а потому что фигура оказалась на пороге его дома. — Если так, это звучит как серьезная проблема. — Да, — кивнул Ландо и вернул ноутбук себе на колени. — Но это только предположение. — Которое на чем-то основано? — подсказал Оскар. — Я знаком с людьми, которые видят призраков, не не знаком ни с кем, кто бы впустил призрака в свой дом. Вывод сам напрашивается. И эта цитата на надгробном камне Бенджи — внести что-то подобное в завещание, да и в целом составить завещание в столь молодом возрасте, как минимум стоит дополнительных усилий. Вот его родители и брат с сестрой не сделали ничего подобного. — Но это и не доказывает, что убил все же он. Все могло произойти именно так, как нам казалось с самого начала, а Бенджи лишь разгневанный призрак, не желающий умирать. Откуда, кстати, берутся призраки? — Не знаю, — вздохнул Ландо. — Говорю же — я мало что знаю наверняка. Но во всех домах, где я вижу кого-то, произошли либо убийства, либо самоубийства, либо несчастные случаи. В одной книге я читал, что призраки, что скорее энергия, действующая по инерции. Продолжение жизни в единственно доступной форме, потому что смерти еще быть не должно. — То есть нам ничего и не даст выяснения случившегося? — Я не знаю, — повторил Ландо. — Но должна же быть какая-то связь? Энергия не может быть совсем уж хаотичной. — В любом случае нам нужно следить за ним, — Оскар указал на окно. — Если перемещение будет таким же стремительным, как и этой ночью, неплохо бы быть в курсе дела. — Угу, — кивнул Ландо. — Ты иди спать, а я подежурю. — Нет, дежурить будем по очереди, — возразил Оскар. — И я буду первый. — Почему это? — Потому что ты очень хочешь спать и это буквально написано у тебя на лице, — улыбнулся Оскар. — Иди. Разбужу тебя через два часа. Оскар поднялся вместе с Ландо, заодно убеждаясь что свет в маминой комнате уже не горит, а значит бодрствовать этой ночью предстоит пока только ему одному. — Может, ничего и не произойдет? — Ландо лег на матрас и привычным жестом накинул на себя плед, поворачиваясь на бок. — Может, и не произойдет, — не стал спорить Оскар, потому что Ландо уже закрыл глаза и, похоже, действительно уснул. Оскар вышел из комнаты, но потом все же вернулся, включил коробочку с мигающей лампочкой и переложил прибор с цифрами поближе к матрасу. В конце-концов в этом может и заключалась проблема — сегодня волны вполне могли сработать. Они ведь ничего не знали наверняка. Впрочем, спустившись вниз и выглянув в окно, Оскар убедился, что дело не в приборе, потому что фигура еще чуть-чуть приблизилась к дому. Мысленно нарисовав линию на газоне, Оскар пообещал себе, что это будет тот рубеж, после которого он всех заставит покинуть дом, хотят Ландо с мамой того или нет. Или уедет сам. Ведь фигура следует за ним. Оскар взял стул из кухни и подвинул его к окну, желая проследить скорость приближения, но потом еще раз прошелся по первому этажу и проверил, закрыты ли окна и выход во двор. И как раз проверяя замок входной двери, он снова услышал этот голос — не в доме, а, что вполне логично, на улице. Через закрытые окна слова не звучали громко, но были вполне различимы, как звуки детских игр или слишком громкая музыка у соседей. Конечно, у Макса есть дом. Это ведь и самое обидное, он такой же как ты, но у него есть и дом, и отец, и мама, которая может о нем позаботиться. А ты, долго будешь притворяться, что живешь не в трейлере, а у своего брата, который тебя пригласил в гости лишь однажды? Или тешить себя иллюзиями, что маме есть хоть какое-то дело до косметики, которую ты ей подарил тогда. Что скажут твои друзья, когда узнают? Даниэль Риккардо, мальчик, живущий в трейлере. И, главное, в каком… нет, серьезно, приведи туда друзей и покажи этот вечный беспорядок… Оскар прислушался. Значит это то, что слышал Даниэль. Он живет в трейлере? В этом контексте зависть к Максу кажется даже логичной. Ты же не плохой человек, Кими. Просто все слишком пресно, правда? Эти совместные ужины, поездки в отпуск, вечера кино и настольные игры. У всех конфликты, недопонимания, и только у вас в семье все идеально. Но что потом? Ни одной интересной истории, способной привлечь к тебе внимания, ведь ты живешь как в американской комедии девяностых годов. Второстепенные персонажи все так живут… Дальше, наверное, шла идея о массовом убийстве, чтобы придать жизни драматизма. Детям, как оказалось, очень сложно угодить. А тебе все нравятся. Серьезно, достаточно симпатичное лицо и вот ты уже готов смотреть не отрывая взгляда. То есть серьезно, Макс, ты даже разглядывал лицо массового убийцы, рассуждая о том, какой же он красивый. Официально заявляю, что ты первый человек, который пришел в этот дом в надежде найти больше фотографий. И как у тебя на все это хватает времени? Да и Шарль тебе кажется красивым. И Келли. Макс, мальчик, который просто хочет смотреть на красивые лица людей — завороженно и неотрывно. Келли просто социально приемлемый вариант — никто не осудит тебя за роман с первой красавицей школы, но как она отнесется к тому, что ты часами разглядываешь лица других людей? И ведь не только разглядываешь, да?.. Это действительно странно. То есть ладно Келли и Шарль, но любоваться фотографиями парня, которого все обвиняют в массовом убийстве своей семьи, это жутко. Оскар медленно прошелся до своего стула — фигура стояла на прежнем месте. Они все делают недостаточно. Неужели сложно восхищаться твоей красотой, при этом не отвлекаясь на другие дела, да, Келли? Тем более что осталось совсем мало времени. Морщинок в твоем возрасте не должно быть, но иногда они все же становятся заметны. И с каждым днем будет только хуже. Сколько у тебя еще есть лет в запасе, прежде чем кожа начнет увядать. А потом? Что у тебя есть, кроме твоей красоты? И правда банально. Особенно если учесть вновь открывшиеся факты о Максе и его восприятии. Скажу как есть — это ненормально каждый день желать прижаться к своему другу, вдыхать его запах и ощущать его сильное тело. С чего ты вообще решил, что твой Макс сильный? И то, что ты готов ему отдаться так, как он только пожелает, вообще ничего не значит, ведь он никак не желает. Он даже не смотрит на тебя. Это ты раньше мог ему быть хотя бы другом и рассказывать интересные вещи, но сейчас, оказываясь с ним наедине дольше, чем на минуту, у тебя эрекция. Сложно концентрироваться. И та поездка в город не помогла, не вышло вообразить Макса, отсасывая тому парню на парковке, да? Это не то же самое. Оскар сглотнул. В этот раз не прозвучало имени. Не может же это быть Ландо, правильно? И будто почувствовав его сомнения, голос затих. Однако через несколько секунд сомнения Оскара развеялись, а личная жизнь Шарля все еще была менее шокирующая, нежели предпочтения Макса. Секс с фанатами это приятное дополнение к твоей высокой миссии, да, Ландо? Просто обычно это девушки. А девушки тебя не интересуют. Знаешь почему? Тебе отчаянно нужна поддержка. Чтобы кто-то сильный, с широкой спиной и хладнокровным взглядом защитил тебя, а ты мог бы раствориться в его объятиях, захватив за собой страх и ужас. Твои фанаты так не могут, они боятся еще сильнее тебя. Все, кроме Оскара, да? Пусть он только обнимет тебя, защитит от всего, а взамен из-за благодарности ты готов будешь на все, что угодно, да? Дело ведь только в благодарности, а не в твоей испорченности… Оскар сглотнул, но тут же повернулся на скрип половицы, увидев Ландо, который застыл на лестнице, испуганно глядя на него. Нужно было что-то сказать, но Оскар даже не успел сформулировать, потому что часть про него началась в самый неподходящий момент. Хочешь стать для него незаменимым? Ты отлично знаешь, что недостоин таких людей, как Ландо Норрис. Ты в своих вещах с распродажи на машине, которая еле ездит, против Феррари и дорогих шмоток. Да ты даже его мерч позволить не можешь. А так бы хотелось. Жаль, что он забыл о своем обещании подарить тебе что-нибудь из своей коллекции, ведь совсем скоро вы уедете, а Ландо так и останется тем воспоминанием, от которого в новой школе станет еще тяжелее, ведь чувство потери снова вернется. Оскар смотрел на Ландо в абсолютной тишине и совершенно не представлял, что можно сказать. Сейчас он бы даже хотел, чтобы раздался стук, потому что скорая гибель от рук призрака с неоднозначными намерениями казалась уже не такой страшной и безысходной. — Хотелось бы мне конечно, чтобы ты проснулся буквально на пару минут позже, — Оскар привык справляться с неловкими ситуациями. Обычно, конечно, неловкие ситуации касались вопросов о его родителях и причин, по которым они не дружат с остальными соседями в очередном новом городе. Когда-то ведь подобные темы заставляли Оскара краснеть, борясь со стыдом из-за того, что его мама не такая, как остальные. Сейчас стыд был несколько иного характера. — Да, — согласился Ландо, судорожно вздыхая. — Мне бы тоже хотелось… то есть, не в смысле… То, что он сказал, это не… Ландо замолчал. — Он рассказал про всех, — Оскар решил хоть как-то сбавить градус неловкости. — Лебединая песня, — Ландо взглянул на дверь. Оскар тоже посмотрел на фигуру за окном, но она осталась на прежнем месте. — Лебеди, не певчие, «молчащие» птицы, за несколько мгновений до смерти обретают голос, и это предсмертное пение удивительно красиво, — объяснил Ландо и медленно спустился вниз по ступенькам. — Разбалтывать чужие секреты это не очень красиво, знаешь ли, — Оскар сделал шаг назад, когда Ландо подошел к дивану. — Как и придумывать то, чего нет, — сказал Ландо, не глядя Оскару в глаза. — Значит про тебя неправда? — спросил Оскар и это предположение вызвало в нем немного больше разочарования, чем он ожидал. — Я про тебя, — не ответил на вопрос Ландо. — Хм, — Оскар пожал плечами и опустил взгляд. — Если ты прав, и мы близимся к какому-то завершению со всеми этими откровениями, то врать в такие моменты, наверное, не стоит. Ты не думай обо мне плохо — я не хочу стать для тебя незаменимым. Это даже звучит ужасно. Просто я всегда был незаменимым для мамы, особенно после того, как наш отец ушел и это единственный известный мне способ, которым я могу выразить привязанность. А ты, то есть твои видео, поддерживали меня в очень грустные периоды жизни. Я легко оставлю позади всех, с кем познакомился в этом городе, но с тобой такого не получится. Кроме твоих видео у меня больше нет константы, на которую можно опираться при постоянных переездах, осознавая что с каждым таким побегом наши с мамой сбережения тают и скоро и нам придется переехать в трейлер. — Почему «И»? — Это тайна Даниэля — он живет в трейлере. — Мне б его проблемы, — сквозь зубы проговорил Ландо. — Ага, с трейлером реально проще. — Если справимся с этим, обязательно куплю себе трейлер. И видео снимать можно ездить в комфорте. Там же они всякие бывают… — Да, я видел однажды даже двухэтажный. Там лучше, чем в большинстве домов, в которых я жил, — сказал Оскар и тут же замолчал, осознав, какой нелепый разговор они сейчас ведут. — Я не… — Ландо продолжил после внезапно воцарившейся паузы и быстро заговорил, глотая окончания. — То есть, естественно, не то что бы я никогда не думаю о сексе. И не то что бы мне не хотелось хоть на пару минут забыть о всем том ужасе, который произойдет, если я расслаблюсь на несколько дней, перестав изобретать и искать новые способы оградить себя от мира этих тварей. Но мне хотелось бы, чтобы был кто-то еще, знаешь. С кем можно быть хоть немного откровенным и… Ландо замолчал и опустил взгляд вниз на обивку дивана, у которого продолжал стоять. — То есть в глобальном плане наши стремления совпадают, — резюмировал Оскар и вдруг почувствовал удивительную легкость. То есть он не размышлял о сексе в данном контексте. Но когда он вообще в последний раз размышлял о близости с кем-то? Он лишь брал, если предлагали, но не чувствовал в сексе облегчения для себя, потому что к тому моменту, как его начала интересовать эта тема, он уже научился не привязываться к людям в очередном новом городе. Но с Ландо это ведь совсем по-другому — к нему он будет привязан, даже если навсегда покинет этот город. А значит первый шаг должен сделать человек, от которого и ждут защиты за его широкой спиной и которому это сравнение невероятно льстит. Оскар подался вперед. Ландо тут же поднял взгляд, но не тронулся с места. И Оскар сделал еще один шаг, пытаясь по лицу Ландо понять, нужно ли остановиться. Но Ландо просто смотрел на него, замерев в одном положении и ничего не говоря. Оскар тоже решил ничего не говорить. Потому что говорить пока получалось плохо. Поэтому он подошел к Ландо, который тут же повернулся к нему корпусом, встал напротив, провел большим пальцем по щеке, приподнимая подбородок и медленно касаясь его мягких губ. Ландо придвинулся поближе и медленно начал отвечать на поцелуй, прижимаясь к Оскару. Чтобы кто-то сильный, с широкой спиной и хладнокровным взглядом защитил тебя, а ты мог бы раствориться в его объятиях… Оскар притянул к себе Ландо, крепко обнимая его, и углубил поцелуй. Рука Оскара скользнула чуть ниже по бедру, и Ландо тут же среагировал, садясь на спинку дивана, раздвигая ноги и притягивая Оскара еще к себе. На такое тело отреагировало мгновенно. — Если тебе еще актуально, — зашептал Ландо ему на ухо шепотом, обдающим жаркой волной. — Сейчас ты для меня ну очень незаменим. Оскар усмехнулся и скользнул губами по шее Ландо. — У меня вообще ничего нет, — все же произнес Оскар, притягивая Ландо к себе за ягодицы. Он совершенно точно не рассчитывал на подобное окончание дня и презервативы в бумажнике не носил. Ландо простонал, еще сильнее прижался к Оскару и снова зашептал ему на ухо. — Ну кое-что мы же можем, да? Но давай в спальне, — Ландо хотел отстраниться, но Оскар подхватил его, и пошел наверх, мельком бросая взгляд на окно и убеждаясь, что фигура пока не приблизилась. На матрасе Ландо сел рядом с Оскаром, толкнул его в плечо, чтобы он лег, и стыдливо опустив взгляд, расстегнул его джинсы и сомкнул пальцы на эрегированном члене. Оскар втянул воздух. Что ж, возможно все это время дело было не в сексе, а в партнере, потому что даже это простое прикосновение вызвало волну наслаждения. Ландо продолжил, опускаясь к Оскару и медленно целуя его. Оскар простонал ему в губы и кончил, наверное, слишком быстро. Но и сопротивляться больше не мог. Ландо прижался к нему сильнее и застонал, впиваясь зубами в его шею, когда Оскар расстегнул его джинсы. Оскар чувствовал, как Ландо сдерживал себя, пытаясь не стонать, мыча ему в шею и будто бы вибрируя всем телом. Но и его не хватило надолго. Оскар почувствовал, как Ландо кончил, затем расслабился в его объятиях, спрятав лицо на его груди и больше не издавая ни звука. За окном все так же темно, никаких голосов, разбалтывающих чужие секреты больше не слышно, а в голове ни одной мысли. *** Оскар вышел из ванны и посмотрел на Ландо, сидящего на матрасе с мокрыми волосами и старающегося на него не смотреть. — Тебе идут мои футболки, — сказал Оскар, наблюдая как на лице Ландо появляется румянец. Ландо посмотрел на Оскара, вздохнул и потянулся к прибору с цифрами, все так же лежащему у кровати. — Надо сходить проверить. Оскар протянул руку, чтобы взять прибор, но внизу, сквозь закрытую дверь он вдруг ясно различил стук, а потом услышал звук поворачивающиеся дверной ручки. — Мама, не открывай, — Оскар выбежал на подножие лестницы, но мама, стоявшая внизу, уже открыла дверь, а за ней стояла все та же темная фигура. Но не успел Оскар тронутся с места как прозвучал выстрел. Фигура исчезла, а рука мамы опустилась, сжимая пистолет. Темнота за окном вдруг начала сменятся слегка посветлевшим небом. — Мам, что?.. Зачем ты открыла? — Потому что я устала бояться, — Николь улыбнулась сыну. — Вы же сами мне сказали — пуля с именем. — Но она не сработала, — проговорил Ландо, стоявший рядом. — Так имя было не то, — напомнила Николь. Ну конечно, они ведь поняли, что Джордж Рассел не убивал свою семью, а значит, способ с пулей и именем на ней так и не был проверен должным образом.