Двенадцать легенд и один календарь

Давным‑давно, когда время текло бессчётно, а люди не знали, как разделить год на отрезки, мир был хаотичен. В стародавние времена, когда мир был юн, а люди жили в гармонии с духами природы, не существовало календаря. Времена года сменялись бессистемно, дни путались, а люди не могли предугадать приход весны или наступление зимы.Мир был не изведан, он хранил магию и много тайн, много сказаний и легенд одни из них я вам и расскажу.

«Январь»

Где-то далеко на северо-востоке, в густых и суровых лесах, где облака рвутся из-за кончиков зелëных елей. Где неожиданный снег стелится как грубое одеяло на эту землю, стоял могучий и старый дуб. Его корни уходили в недра земли, а ветви касались снежных, несущих холод тучь. Он первым встречал первые снежинки и последним провожал последние лучи солнца перед долгой зимой. Он был один, и не только в лесу, а на всей суровой земле. И как бы не было ему одиноко он часто встречал путников что забирались в чащю леса. Что они искали? Зачем бродили по тропам там где и серые хозяева не смеют ступать? Они искали духов, что помогли бы им пережить следующую холодную и мрачную зиму. Но так не сумев отыскать надежды в мëртвых лесах, путникам помогал выбраться тот самый дуб. Дуб был не просто деревом, в нём жила душа ветра и мороза, мудрость веков и сила земли. Каждую зиму он покрывался инеем, словно серебряной мантией, а весной не спешил распускать листья, ждал, пока земля окончательно проснётся. Тогда великий страж леса и не знал что принесëт миру самый великий дар. Однажды духи стихий решили, что миру нужен порядок. Хаос времени истощал землю, люди страдали, а шаманы не как не могли предугадать когда же можно садить картошку, выращивать лекарственные травы и просто жить. Духи поняли: чтобы установить гармонию, нужны хранители времён года — те, кто воплотит в себе силу каждого сезона.. В одну из страшных и суровых зим, металь покрывала ветви деревьев, поля и дома деревень что сотрясались от воя вьюги. В один момент метель обозлилась на столько сильно что стала зарывать дома и ели под горы снега. И что бы еë усмерить еë сестра вьюга просила духов усмерить обезумевшу. Тогда они расказали ей о могучем дубе, что рос в этих землях. Она вилась и плыла по таëжным местам и вскоре нашла его, стала умолять остановить метель. Она плакала и пела песню о том что когда то давно договаривалась с сестрой править зимой вместе. Из-за грустной песни дуб раскололся и от туда появился юноша он назвал себя Янвирь потому ветер что пел в обломках дуба издавал звуки что образовывали слова Январь. Древний дуб, простоявший тысячи лет, был избран первым. Силы стихий даровали ему человеческий облик — так появился Янвирь. Янвирь остоновил метель, он долго тягался с владычицей снегов и морозов. Но успокоил еë, в это же время спасая животных и людей. Метель стала лишь частью Янвиря, а вьюга в благодарность отдала и себя. Каждый шаг Янвиря оставлял на земле узорчатые следы, похожие на морозные рисунки на окнах. Когда он смеялся, с неба начинали падать лёгкие снежинки, а если взмахивал рукой — вьюга успокаивалась. Ещё во многих легендах побывало его емя. Янвирь был тëплым и добрым человеком не смотря на свою связь с холодом. Он любил детей и часто устраивал для них зимние забавы. создавал ледяные горки, которые не скользили опасно, а несли плавно и весело. лепил снеговиков и зверей, устраивал ночные танцы снежинок, когда они кружились в воздухе, словно звёзды, упавшие с неба. Но если кто‑то проявлял жестокость или жадность, Янвирь мог и наказать. дыхание злого человека превращалось в густой иней, сковывающий губы. путь жадного путника запутывался в метели, пока тот не осознавал своей ошибки. Дом скряги промерзал до основания, пока хозяин не начинал делиться теплом с нуждающимися. С того героического поступка прошло много лет и на один из двенадцати тронов Янвирь предстал мудрым и весёлым стариком с длинной серебристой бородой, в которой мерцали искорки инея. Его глаза напоминали два голубых озера, застывших под тонким льдом, но в глубине их горел тёплый, живой огонь. Он носил плащ из снежных облаков, подбитый мехом северного ветра, а в руках держал посох — кусочек того самого древнего дуба, что когда‑то стоял в густых лесах.