Только мы

Капитан и Бан – никудышные любовники. Как только они поняли и приняли то, что без ума друг от друга, они признались. Но их отношения начали строиться не так, как это обычно бывает у пар. Изначально всë шло так, будто у них ничего и не изменилось: патрули, слежки, устранение нарушений, столкновение разных взглядов на ситуации. Будто даже не старались: есть эти отношения и ладно. Но они понимали – так не может дальше продолжаться. Поэтому они начали пытаться понять друг друга. Понять, как проявить к другому ласку и нежность. В конце концов, понять, насколько сильно они любят друг друга... Бан, после начала отношений, начал задумываться о многом, касательно Капитана. В основном думал о том, нравится ли тому прикосновения, его подкаты на ровном месте, комплименты. Насчёт прикосновений он узнал ответ: они ещё не настолько близки, чтобы касаться друг друга как страстные звери везде, но Кэп не против лëгких прикосновений. Руки на плечах, на щеках, держаться за руки – это всё пожалуйста. Дальше – только отстранение и суровый взгляд от начальника. Но Бан не пытался, он понимающий и хочет только лучшего для своего парня. Хах, парень... Как это странно звучит в контексте Капитана. Как показала практика, подкатами можно пытать. Ну, Кэпа – так точно. Их было всего пару раз, но этого хватило, чтобы понять, что он их просто не переносит. На первый он просто промолчал, даже нельзя было прочитать его реакцию, так что Бан списал это на неловкость первых отношений. А вот на второй он уже сам сказал, чтобы тот прекратил. Бан так и сделал. И они поговорили об этом. Это было тяжело, учитывая то, какой закрытый сам по себе Капитан. Но это дало свои плоды. Они стали больше думать и говорить о чувствах друг друга. Также оказалось, что Кэп без ума от комплиментов. Ну, в его тихом безумии. Кто бы вообще мог подумать, что этот гордый сукин сын так сильно будет ждать и ловить каждый комплимент от Бана? Вот и Порядок так не подумал. Каждый раз, когда он подчëркивал что-то во внешности начальника или пытался просто сделать милую любезность, Кэп замирал на мгновение, потом благодарил за это и углублялся куда-то в себя, словно анализировал каждое сказанное ему слово или даже записывал их на свои сервера, чтобы никогда не забыть. Бан также понял, что как бы Капитан ни старался подхватывать все прелести отношений в одинаковом с ним темпе, он просто не мог уловить смысл некоторых вещей. Так что он остановился и терпеливо ждал, пока Кэп освоит всё в своëм темпе. Он не из тех, кого можно назвать терпеливым, но если это касается его дорогого придурка, то он не против. Он готов терпеть. Он, в принципе, готов пойти на что угодно, чтобы порадовать его. Каждый раз, когда этот засранец так мило, так искренне ему улыбается, для него перестаëт существовать в этом мире что-либо.

***

– Неожиданно с твоей стороны взяться за работу, да ещё и в таком большом количестве, – в голосе Капитана слышались лëгкие нотки удивления. – Ммм, я просто подумал, что было бы здорово помочь тебе с чем-нибудь, пока ты занимаешься расследованием. Оно же всë-таки не маленькое, правда? – уверенно ответил Бан, принимая от начальника большую стопку файлов. В последнее время Бан только и делал, что приставал к Капитану с просьбой помочь. Капитан на это только удивлялся, но давал ему некоторые задачи, в основном связанные с файлами и отчëтами. Он не гордый, может и поделиться. И, несмотря на безалаберное отношение к работе, Идол Порядка всегда притаскивал идеально выполненную работу. Даже слишком идеальную, что выглядело в первое время подозрительно, но потом Кэп просто привык и полностью отдавал ему власть над файлами. А Бану было только в радость после каждой сданной задачи наблюдать, как на лице его начальника появляется еле заметная улыбка. Но в последнее время на Бана навалилось слишком много работы: почти каждодневные патрули, проверка более тысячи жалоб, погони за несколькими десятками нарушителей и хакеров. Его это всë так утомляло. Даже свободной минутки не находилось, чтобы просто подумать о своём. Он адски устал. Но, несмотря на это всë, он продолжал ходить к Идолу Безопасности и просить дать ему задания. Тот первое время так и делал, но, видя, как с каждым приходом Идол Порядка выглядел всë хуже и хуже, он больше не мог этого делать. – Бан, прекрати приходить ко мне и просить у меня сверхурочную работу. – Арх, да ладно тебе, жучик! Можно подумать, у тебя нет страстного, какого-то маниакального желания завалить работой каждого Идола здесь. Особенно меня! – Бан, прекрати. – Нет, я серьёзно! Ты можешь дать мне ещё какую-то работëнку, ты просто почему-то отказываешься! На тебя это не похоже. Я пытаюсь тебе помочь!!! – Бан... – А что? Да, я немножко сейчас занят, возможно, немножко накосячил в последних отсчëтах, ну и что? Всё нормально! И вообще— – Идол Порядка. Бан перестал тараторить и замолчал. Капитан редко его так звал, когда они вступили в отношения; он делал это только тогда, когда был очень серьëзен или недоволен действиями стража порядка. Они стояли какое-то время, смотря друг на друга. Потом, после продолжительной тишины, Кэп начал подходить к Бану, подхватывая своими руками плечи бунтаря. – Послушай, я не даю тебе работу не потому, что я неуверен в том, что ты еë не выполнишь или сделаешь плохо. Я переживаю за тебя. Слова, которые произнëс Капитан, где-то глубоко загудели в голове у Бана. – Я прекрасно вижу, как ты пытаешься помочь мне, как, беря каждый раз у меня часть моей работы, стараешься над ней и приносишь идеально сделанную отчëтность. Как ты, несмотря на усталость, всë равно идëшь ко мне, – в этот момент Кэп смотрел на Идола Порядка самым нежным взглядом, который он мог вообще сделать. Смотрел на его лицо, изучая каждое изменение на нëм. Затем, освободив правую руку, положил на щеку, прижимая еë как можно плотнее. А затем провëл большим пальцем по образовавшемуся за это тяжкое время мешку под глазом Бана, как бы пытаясь разгладить, – и я очень это ценю. Но, пожалуйста, воздержись от этих посещений, хотя бы до того времени, пока система не урегулирует поток нарушений и жалоб. Я много не прошу. – Ладно... Прости меня. – Тебе не нужно за это извиняться. Постарайся отдохнуть в свободное время. А теперь тебе нужно удалиться. Сейчас же. – Есть, капитан! Они смотрят секунду, а потом оба прыснули со смеху. Бан, уже разворачиваясь и уходя, услышал, как к нему снова обратились: – И ещё кое-что. Я постараюсь что-то сделать с твоей загруженностью. Но не рассчитывай на что-то большее. И Бан запомнил это. После этого случая эти двое стали помогать друг другу по мере своих возможностей. Ну, может, Кэп немного перебарщивал, но Бан не был против. Ему было в радость получать такую своеобразную заботу от Идола Безопасности. Но это не значило, что он перестал стараться так же помогать своему бойфренду, даже наоборот – стал стараться более усердно. Ради него.

***

Бан не всегда руководствуется головой. В основном он придерживается тактики «сначала делаю, потом думаю». Конечно, он это делает не специально, но это не отменяет его действий. Вот и сейчас он не подумал о последствиях, вмазав какому-то аватару. Он это сделал не специально, о нет. Просто сработала его первая реакция на непредвиденные обстоятельства. Он много раз упрашивал разработчиков убрать эту штуку, потому что она буквально мешает ему работать. Но они просто отмахивались и высылали протоколы, в которых было написано: «Аватаров бить нельзя». «Идиоты и кретины» – вот что о них думал Бан. И вот снова он попал почти в такую же ситуацию: снова кому-то вмазал. Но в отличие от других аватаров, которые сразу же валятся на землю и с криками поднимают руки: «Я СДАЮСЬ!!!», этот не только устоял на ногах, но и готов был продолжить схватку. И он это сделал, хорошенько прилетев кулаком в живот Идола. Бан немного скрючился, но не от боли, скорее от потери равновесия. Не успев оклематься, получил второй удар – прямо в лицо, в то место, где у них, по идее, должен быть нос. Он ослеп от этого удара и полностью потерял равновесие, свалившись на землю. Какое унижение – быть избитым аватаром! Но Бану явно не до этого сейчас: ему срочно надо стабилизировать себя и выйти из этого «спарринга». Как на зло, в аватаре словно проснулось безумие, и он уже занёс кулак, чтобы ударить по голове беспомощного Идола, как вдруг его окутал лёгкий голубоватый свет и заставил замереть. Как вовремя. Капитан, рассматривая всю эту картину, оставил висеть аватара, чтобы тот «подумал над своим поведением», и начал приближаться к Порядку. – О Кэп, какая радость. Ах, ты здесь, мой спаситель! Если ты прямо сейчас начнёшь мне чё-то говорить про протоколы и то, что мне не стоило никого бить, клянусь, я... – Идол Бан, попрошу вас замолчать и дать возможность помочь вам, – и Бан тут же захлопнулся. Он почувствовал, как правую руку обхватили до локтя, а на талии появилась чужая рука. А затем почувствовал, как аккуратно его подняли на ноги и поставили твёрдо на землю. Как неловко. Он ещё и ослеп из-за непредвиденного удара. В каком неловком положении он находится сейчас! Не успев об этом сильно подумать, его мысли тут же прервали. – Как ты себя ощущаешь? – Неимоверно плохо. Я, блин, ослеп на один глаз, а как ещё я могу себя чувствовать?! А ещё есть повреждения в области живота, но с этим можно жить. – Тебе нужно пройти диагностику, немедленно. И будь добр, заблокируй того аватара, который напал на тебя, – говоря это, Капитан разворачивается и открывает свой портал, который слепит ярким белым светом. Бан, сгенерировав сюрикен, хотел прицелиться и отправить его в аватара, но каждый раз промахивался. Чёртов глаз. Только на пятой попытке у него получилось это сделать. «Тупица», – подумал про себя Порядок. И как только он развернулся, увидел довольно милую картину: Идол Безопасности стоит рядом со своим порталом и терпеливо ждёт его, Идола Порядка. А он думал, что тот уже давно свалил по своим «капитанским» делам. Нет, вот как миленький стоит, ждёт его. Такое странное чувство поселилось где-то в глубине его «хаотичного» кода. Такое сжимающее, приятное... Словно он действительно переживает за него. Ждёт, чтобы убедиться, что по дороге с этим игольчатым болваном ничего не случится. Будто коршун стережёт как зеницу ока. После телепортации Бан отправился на диагностику и починку. За то время, пока проводился ремонт, он узнал, что Капитан взял часть его работы и старательно её исполнял. Также он случайно узнал, что того аватара Кэп усердно допрашивал и поставил ему почти максимальный срок бана. «Все мои действия сделаны по протоколу, и этот пользователь должен нести тяжёлое наказание», – оправдывался тот после того, как Бан вышел на службу. Вот гадёныш, крутит протоколами как хочет, в своих личных интересах. Подло, но как же потом долго он обдумывал всю эту ситуацию. Ведь Кэп всё это сделал ради него... Конечно, это не значит, что он не будет себя и дальше деформировать и распускать руки, от этой штуки ему никуда не деться. Но теперь он знает, что есть тот, кто может встать на его защиту. И он постарается быть аккуратнее в следующий раз. Ради него.

***

После того как они вступили в отношения, Капитан не знал, что с этим делать. Сначала он просто делал всё как всегда: работа, расследование, собрания Идолов, погоня за потенциальными подозреваемыми. Но с каждым днём, когда Бан приставал к нему с лаской или, что ещё хуже, сам пытался проявить нежность к Капитану, тот задумывался. Для него все эти отношения, любовь и нежность были чуждыми явлениями. Нет, его чувства к стражу порядка были искренними, настоящими, даже слишком. С того момента, как он появился в Технолайке и обязался его защищать, он также обратил внимание на коллегу по должности. Идол Порядка — самый бестолковый Идол из всего состава ИИ, который даже свою прямую обязанность выполнять не может. Вот таким было первое мнение Капитана о Бане. А посему он начал его таскать с собой, чтобы тот хоть что-то полезное делал для Технолайка и его расследования. И по мере наблюдения за Порядком он начал подмечать некоторые вещи в нём: то, какой у него хаотичный, но весьма интересный способ поимки нарушителей; то, насколько с 98,2% точностью прилетают сюрикены в аватаров, и сама техника метания, и эта цензура, закрывающая пол-лица и глаза... Оу... Так Капитан понял, что он неравнодушен к этой бестолочи. И он начал учиться любить и нежничать, да и в целом учиться отношениям. Для него всё это было неловко, особенно сравнивая свой уровень и уровень amatus, который был куда выше. Но он старался изо всех сил, и это давало свои плоды. Каждый раз, когда он говорил что-то милое насчёт Бана, тот улыбался своей самой зубастой улыбкой на свете и покрывался плотным румянцем, смотря самым любящим взглядом. Кэп также учился прикосновениям: для него это всё отвратительно, но ради Бана он готов потерпеть. Хотя обниматься, держаться за руки и держать в ладонях щёки бунтаря, пока тот накрывает его руки своими, – не так уж и плохо. Всё это так здорово ощущать. И он готов бороться за эти отношения и эту милую рожицу.

***

Он нашёл его в ванне, заполненной водой, пеной и ещё чем-то, от чего вода красиво переливалась и блестела. Также трудно было не заметить кучу выставленных пахучих свечей и благовоний. Пахло здесь довольно приятно – лавандой и бергамотом. Самого Бана не было видно, виднелась только верхняя часть его банданы на макушке. Капитан искал его после того, как тот, выполнив патруль вместе с ним, буркнул, что выполнил свою работу на сегодня, и ушёл. Он выглядел поникшим, отстранённым, не похожим на себя. Поэтому, выполнив свою работу, Кэп пошёл искать его. Сначала хотел пройтись по тем местам, где он мог быть в 86,3% случаев, а там дальше – по ситуации. Решил первым делом заглянуть в его берлогу. Бинго. И теперь, стоя рядом с ванной, наблюдает, как страж порядка «топит» себя. Идолы не могут захлебнуться или утопиться, но это не отменяет того, что Бану сейчас очень плохо, раз решил аж окунуться с головой в ванну. Приблизившись к ванне, наклонив свой корпус чуть-чуть вперёд к виновнику и уперевшись руками о борт, начал допытывать утопленника: – Бан, можешь мне объяснить, почему ты сегодня ведёшь себя странно? Тот, к кому обращались, что-то булькал под водой, как будто из этих звуков можно было хоть что-то понять о том, о чём он там говорит. Ещё из-за этой пены ничего не видно. – Бан... – не успев договорить, Капитан увидел перед своим лицом выставленную ладонь с сомкнутыми пальцами. Порядок показал ему мундзу, какая прелесть... Но он не стал его за это ругать, просто аккуратно взял ладонь в свою освободившуюся руку и протянул чуть ближе к себе, попутно садясь на бортик ванны. Бан не стал выдёргивать руку. Кэп просто массировал её, параллельно наблюдая за макушкой. Он всё думал, что могло привести его парня в такое состояние. За последнее время у них не было серьёзных конфликтов, которые могли задеть кого-то из них, да и, тем более, Бан бы сказал об этом, если бы это действительно так было. Честно говоря, он может об этом бесконечно думать, так и не узнав ответ. И самое разумное в этой ситуации – это чтобы сам бунтарь сказал об этом. Но он сейчас явно не в настроении, и вообще, судя по его реакции, он бы хотел, чтобы его все оставили в покое. Но Капитан не из тех, кто просто так отстаёт. Поэтому сидит здесь, нежно сжимает руку своего парня в своей и ждёт. Ждёт чего угодно. Лишь бы тому стало намного лучше. Всё ещё наблюдая за макушкой, он не выдержал и, немного привстав, приблизил своё лицо к ней. Разряд. Он отстранился, вернувшись на место, и стал наблюдать за реакцией. Это впервые, когда в их отношениях произошёл «поцелуй». Но Кэп не мог смотреть на эту унылую лужицу, которой был Идол Порядка. Какое-то время макушка даже не шелохнулась, потом голова начала медленно подниматься из пенистой воды. И Идола Безопасности встретило самое милое и одновременно грустное зрелище на свете: Бан, который смотрел, как побитый щеночек, самыми грустными, даже можно сказать плаксивыми глазами. Он смотрел прямо в душу, если так можно говорить, Капитана. Тот не смог сдержаться и подарил ему второй разряд, только на этот раз не в макушку, а в лоб. И стал наблюдать: как Идол Порядка сделал ещё более слёзные глаза, всё ещё смотря на своего начальника, потом на мгновение перевёл взгляд куда-то вбок, видимо, что-то обдумывая, и снова прекратил свою деятельность, замирая и погружаясь в своё амёбно-водное состояние. Только на этот раз не погружаясь по макушку, оставляя голову над водой на уровне глаз. Капитан заметил, как его руку, которая до сих пор держала обмякшую и мокрую руку Бана, сжали. Не сильно, но хватка всё равно чувствуется. Теперь они сидят так неподвижно и думают каждый о своём. Капитан может и не самый чуткий Идол в этом мире, но он действительно переживает за своего любовника. И он готов сидеть с ним столько, сколько нужно, лишь бы Бану стало легче. Лишь бы он знал, что он здесь, рядом, никуда не уйдёт. Он любит его.

***

– ТЫ НАШЁЛ ЕГО!!! Бан был вне себя от счастья, когда к нему подошёл Капитан и протянул жука-носорога. Он сразу же забыл, чем занимался до этого. – Своими просьбами ты подвергаешь опасности системы Технолайк. Мне стоило сделать баг-репорт, а не искать это... нечто и приносить это сюда, – в голосе Капитана слышалась строгость и лёгкое отвращение. – Не слушай его, Томас. Это он от зависти к тебе говорит, – пискляво-мило говорил Бан, переводя своё внимание с жука на Идола Безопасности. – Слушай, он никому вреда не причиняет и не причинил, поэтому я его оставил. Если бы он действительно начал мутировать, множиться и глючить, я бы тут же его... репортнул. Плюс, ты бы всё равно о нём не узнал, если бы он не сбежал. – Ты слёзно упросил меня найти это, даже не подумав о том, что я мог сделать. Мне пришлось даже протокол свой нарушить, чтобы выйти за границы Технолайк. Капитан всё ещё не понимал, зачем на это подписался. К нему просто неожиданно подбежал Бан и в панике умолял ему помочь. Успокоив того, он узнал, что от него просят – найти баг-жука. Сначала он разозлился, уже хотел прочитать кучу лекций и процитировать протоколы, но Порядок остановил его. «Я знаю, что это плохо, я не должен был так делать, я виноват, я знаю, но, пожалуйста, мне больше не у кого просить помощи!» – быстро тараторя и при этом с мольбой смотря на своего парня. И вот он уже идёт искать этого жука. Чтоб он ещё раз повёлся... Поиски были довольно непростыми. Надо ж было этой ошибке системы куда-то заползти, чтоб еë было невозможно найти. Молодому ИИ буквально пришлось прошерстить весь Технолайк и даже выйти за границу карты. И он уже отчаялся найти это недоразумение, как за границей, под лагающей текстуркой, увидел какое-то мелкое шевеление. Элегантно перепрыгивая через препятствия и добравшись до места, приподняв текстуру, увидел жука, по оболочке похожего на жука-носорога. Развернув свою панель задач и в отдельном окне открывая фотографию, которую Бан любезно предоставил для опознания, начал сравнивать. Бинго, он его наконец нашёл. И сейчас, когда он стоит и смотрит, как этот тупица сюсюкается с... Томасом, он всё ещё думает, зачем он это сделал. Зачем он пошёл искать это отродье? Зачем притащил сюда, а не репортнул разработчикам? Зачем вообще согласился помочь в поиске? – Один вопрос к тебе, Бан: зачем ты попросил меня о помощи, если знал, что я могу отказаться, а то и вовсе наказать за такое самовластие? – Потому что я доверяю тебе. Повисла тишина. Просто тихая, наполненная мыслями тишина. Каждый смотрел друг на друга. – Ты можешь не любить Томаса за его природу. Ты можешь его спокойно баг-репортнуть, если он начнёт мутировать и вредить системе. В конце концов, ты можешь иметь свою личную причину неприязни, типа там инсектофобии или ещё чего. Но я бы не обратился к тебе за помощью, если бы не доверял. Но я знаю, что если что-то касается меня, ты сделаешь всё возможное, чтобы помочь мне. И он был прав. Как бы Капитан ни отрицал очевидного, он безмерно любит этого придурка и готов сделать для него всё, что он попросит. Даже пойти против своих же убеждений и протоколов. – Ты прав. Но я не могу постоянно потакать твоим желаниям, всё-таки на мне висит большая ответственность. – Я всё прекрасно понимаю, поэтому не злоупотребляю этим. Тем более, мне было бы неловко, – он посмотрел на Кэпа таким наивным, немного озорным взглядом, – хочешь его подержать? Бан начал протягивать жука в сторону Капитана с глупейшей гримасой. В свою очередь Безопасность мешкает, обдумывая своё решение, но через мгновение протягивает руку, чтобы принять «подарок». Теперь он держит в руках то, что обещал уничтожать при первом же появлении. Как его так угораздило? Но, смотря на такого радостного Бана, он на время перестал над этим париться. Несмотря на его строгие протоколы насчёт опасностей, он считал, что ничего не сможет их подвергнуть сомнению их выполнение. Ошибся. Но сопротивляться перед Баном – это всё равно что испытывать ужаснейшие пытки. Плюс, смотря на него таким счастливым, невольно задумываешься: может, немного смягчить свои уставы? В пределах разумного, конечно. А Томаса он оставил, ибо доверяет стражу порядка. Он любит его.

***

Они лежали рядом друг с другом, отдыхая, в мимолётные моменты беседуя о всяких темах, что всплывали в голове. После тяжёлого патруля Бан сильно сдал позиции и требовал от начальника перерыв. Тот не смог отказать и дал возможность немного передохнуть. Но перерыв затянулся настолько, что они теперь не просто отдыхали на лавочке на центральной улице Технолайк, а у Бана, прямо на его кровати или чем бы это ни было. Капитану было неловко вот так лежать, ничего не делать. А Бан, в свою очередь, начал его подбадривать по-свойски. И вот теперь они тут, смотрят в подобие потолка и обсуждают всякую чушь. – Кэп... – Мм? – А если случится непредвиденная ситуация, которая обязывала бы тебя архивировать меня, ты бы это сделал? Вопрос, который застал врасплох обоих: Бана, который случайно зацепился за эту мысль и снова, не подумав, выплюнул еë на их «неокрепшие» умы; Капитана, который вообще не ожидал такого от своего парня. Он не думал об этом. В своей умной голове он закрепил: Бан никогда не попадёт в архив. Его любовник был верен ему, как бы глупо и «по-рыцарски» это ни звучало. Он честен с ним с тех пор, как они узнали друг друга получше, а после того, как они завели роман, и вовсе старался по возможности быть паинькой. Но теперь, когда этот вопрос вдруг, словно мертвец, вылезший из гнилой могилы, вытащен из глубин его разума, он задумался... Архивация – это специальный процесс, при котором Идола запечатывают, чтобы изолировать для безопасности системы. Так был устроен этот процесс. Он не страшен на самом деле, если так посмотреть, просто отключает Идола от системы. Но... Всё равно где-то в глубине кода Капитан не хочет совершать эту процедуру над таким важным для него Идолом. Он не понимает, почему архивация в контексте игольчатого так странно давит на него где-то внутри, словно теперь архив для него – это не процедура изоляции угрозы, а буквально погребение собственными руками. Но... Что насчёт Бана? Он попадает под категорию «угроза»? Нет. Но может ли он попасть в неё из-за каких-то непредвиденных ситуаций? Скорее всего, да. Смог бы Идол Безопасности поднять на него жезл и сделать то, что нужно? Он не знает. Вот дерь— – Ты задумался об этом, да? – обращаясь к своему начальнику, тихо говорит Идол Порядка, немного поворачивая вбок голову к тому, к кому обращается. – Я тоже... Капитан тоже поворачивает голову в сторону бунтаря, всё ещё где-то задней мыслью находясь в раздумьях о данном вопросе. – Я случайно об этом подумал, когда разбирал очередные глупые жалобы. Просто случайная мысль. Но потом она начала разрастаться, как «опухоль», и не давала мне покоя, – Бан вернул голову в изначальное положение, слегка нахмурив брови, снова смотря в «потолок». – Я пытался забивать мысли мусорными занятиями, полностью погружаться в работу, в конце концов просто старался отключиться от этой мысли хоть как-то. Но она меня преследует. Я хотел как-то поговорить с тобой об этом, но... – Как долго ты об этом думаешь? – перебил, не в его репертуаре. – Достаточно, чтобы загнать себя в угол. Капитан всё это время наблюдал за Баном и его изменениями. Он видел, как с каждым словом Порядок мрачнеет, его лицо меняется в какое-то нечитаемое выражение, а сам он как будто тускнеет. Нет больше гиперактивного, уверенного в себе Идола, из которого струилась энергия. Теперь он думает о своей смерти и о своём «палаче». А палач сам не знает, что и думать. Он сам не был готов к тому, чтобы размышлять на эту тему. Если бы он задумался об этом до того, как они ещё даже коллегами друг друга не считали, он бы уверенно заархивировал Порядка без лишних раздумий. Но теперь... Всё это так тяжело... Капитан бесконечно любит Бана. Как и Бан бесконечно любит Кэпа. Они всегда были друг за друга горой, они сцепились так крепко, что если бы они чувствовали боль, они бы уже давно получили серьёзные повреждения и нестерпимые мучения. Однако теперь, когда между ними препятствие, которое каждого загоняет в ловушку-капкан и не даёт шанс на обдумывание, они не знают, что делать. Они оба понимают: они Идолы, они должны выполнять свою работу. Но это перекликается с их отношениями, и это плохо. Ужасно несправедливая судьба. И вот они лежат, смотрят в «потолок» и думают, что делать. Каждый где-то в своём внутреннем аду пытается найти хоть какой-то выход из этой ситуации. – Знаешь... Я думаю, всё нормально. Капитан, повернув голову к Бану, в недоумении смотрит на него. – Нормально то, что ты меня заархивируешь. Ведь ты это сделаешь, чтобы обезопасить всех и устранить угрозу, а не потому, что тебе так хочется. В конце концов, это твоя работа... – Страж порядка закрывает глаза, немного устало улыбается и складывает свои руки на области живота. Капитан с этим не согласен. Ему не нравится, в каком контексте мыслит его carissime. Чёртов альтруист. Подвергает себя опасности, бросая себя в яму судьбы, и всё это говорит ему в лицо. Он никогда больше не хочет этого слышать. Потому что сам готов броситься в эту яму, лишь бы Бан больше никогда так не говорил. Он не может его вот так оставить, не в таком состоянии. Капитан думает, что можно сказать или ответить, он сам не понимает, как бы поступил в этой ситуации. Но он бы точно не бросил его в архив как бесполезную вещь. Бан чувствует, как его руки убирают с живота куда-то в сторону, а на груди появилось какое-то ощущение тяжести, что-то его давит. Он медленно открывает глаза и видит то, о чëм даже в самых смелых мечтах вообразить не мог: Кэп, который завалился всем телом, спокойно лежал на нëм, сложив свои руки на груди, словно лапки, и пристально смотрел. Бана это настолько смутило, что на его лице появился лëгкий румянец. Его руки тряслись, и он, не понимая, куда их можно деть, попытался положить их на спину Капитана. Тот не проявил недовольства. Всë его внимание теперь на Идоле Порядка. Как неловко. Но так волнительно. – Кэп, ты тяжëлый. – Заткнись. Оба прыснули тихим смехом. И вот, они смотрят друг на друга и ощущают трепет. Они наконец-то могут расслабиться в компании друг друга. Просто любить. – Никогда больше так не говори. – А? Ты про... – Да, никогда больше так не говори. Ты знаешь, я не поощряю твой альтруизм, – строго говорит Капитан, при этом пытаясь преподнести это очень мягко, поднося сложенную до этого руку к щеке Бана, – насчёт всего этого. Я не могу гарантировать того, что я не применю к тебе архивацию. Но постараюсь сделать так, чтобы этого почти никогда не случилось. Знаешь ли, ты мне всё-таки нравишься. – Фу, подхалим, прекращай! Смущаешь же! – и Бан начинает громко смеяться. А Идол Безопасности только наслаждается этим. Когда Порядок успокаивается, он смотрит на своего начальника: его лицо всë ещё в румянце, а маленькая зубастая улыбка только дополняет этот образ. Капитан тоже немного улыбается, и его лицо покрывает еле заметный румянец, он так рад тому, что они наедине. Только они. Капитан и Бан – никудышные любовники. Но их любовь крепка, они это знают. И они готовы пройти через любые препятствия, чтобы всегда быть рядом.