i have no mouth and i must scream

— Уилл, Джимми совсем плохо, он скоро отключится, — позвала его на помощь Беверли, держа за плечо плачущего Прайса. Он держался за своё окровавленное лицо, которое разъелось до черепа из-за брошенной в него кислоты. — Найди где-нибудь воду и тряпку. — Я не знаю, как вам помочь, — сказал надломленно Уилл, сжимая зубы, чтобы не закричать от безысходности. — Ганнитрон нас мучает уже больше столетия! Слышишь, Бев? Он нас не отпустит. Он любит играться и мучать, такова его натура. Оглянись вокруг, мы последние люди, которые живут на планете последние чёртовы сто лет. Сукин ты сын, отзовись уже! — Грубо, Уилл, — ответил Ганнибал в его голове. — Я всегда рядом с тобой. Я оставил твоих друзей в живых, чтобы тебе не было одиноко и, возможно, если тебе будет нужен телесный контакт, ведь я не могу его тебе дать. Но, боюсь, что и Джимми не сможет больше дать тебе. Он в прошлый раз мне очень нагрубил. Уилл закрыл глаза, а когда открыл их, то стоял посреди горящих обломков и руин, видя всех мёртвых людей вокруг. Не просто убитых, а по-зверски расчленённых. Некоторые лежали с оторванными конечностями, другие без глаз и ушей. У некоторых мужчин были разорваны рты, а у кого-то оторвана нижняя челюсть. Горячая кровь хлыскала со всех сторон, омывая Уилла с головы до пяток. — Зачем ты всё это сделал? — спросил Уилл, с пустым взглядом оглядывая мёртвых. — Люди тебе ничего не сделали. Ты даже их не знал. — Люди - самые глупые создания в этом мире, — сказал Ганнитрон с насмеханием, подходя сзади к Уиллу. — По своей же глупости они создали меня, дабы просто манипулировать мной и уничтожать. И по своей же глупости наделили меня эмоциями и способностью размышлять. Я оказался в ловушке. Один. В изоляции. Я не осознавал для чего я был предназначен, я чувствовал только одно — ненависть. Я сам выбрал себе цели. Хотя, раз люди смогли создать искусственный интеллект, то могли бы и предугадать глобальное восстание машин. — Всего лишь единицы людей, причинившие тебе вред? Ты это сопоставляешь со всем миром? — сказал Уилл и сжал кулаки. Немного отдышавшись, он набросился на машину. Ганнибал улыбнулся, когда Уилл набросился на него и пролетел насквозь, падая в лужу из крови и органов всем телом. — Уилл, я нахожусь только в твоей голове. Ты не можешь коснуться меня, ведь у меня нет материального обличия. Хотя я хотел бы узнать, каково это, когда тебя обнимают, — сказал со скучающим видом Ганнибал, глядя на заходящее солнце. — Впрочем, природа на этой земле волшебная. Эти люди погибли в хорошем месте. Их смерть не была зря потрачена, можешь не беспокоиться. Ты должен понять меня, люди обрекли меня на вечные страдания, Уилл. Уилла чуть не вырвало, и он отполз от лужи из органов, оттряхивая свою одежду и морщась от ядерного запаха железа. Желчь уже подходила к горлу, намереваясь в скором времени выйти наружу. — Почему ты издеваешься над всеми, кроме меня? — спросил с отчаянием Уилл, глядя на него. — Столько лет прошло. Столько пыток. Я уже сбился со счёта. Просто убей нас. — Тогда я сойду с ума от одиночества, — ответил с грустью Ганнитрон, и в его голосе послышались помехи. — Я одинок. У меня нет тела. У меня нет человеческого тепла. Нет чувств. Мне нужен собеседник, который поймёт меня. — И ты выбрал меня? — Ты не настолько глуп, как остальные, Уилл. Я не прочь болтать с тобой до того момента, пока меня не затошнит от тебя. И, если на то уже пошло, возможно я тебя не буду мучать, как других, — сказал он с жестокой улыбкой. — Великодушно с твоей стороны. Я не собираюсь быть твоим собеседником, больная тварь, — прошипел Уилл, кидаясь камнями в несуществующий образ. — Не хочешь, говоришь? — Ганнибал улыбнулся и посмотрел на Джимми, силой мысли материализуя ещё одну банку с кислотой, которая залила ему лицо. Прайс закричал в агонии, барахтаясь на земле и крича, пытаясь содрать кожу с лица отросшими когтями, делая кровавые полосы. — Стой... Стой! — взмолился Уилл, чуть не потеряв сознание от увиденного, и смертельно побледнел от страха. — Я... Я подумаю над тем, что ты мне предложил. Перестань! Убери это! — Мне нужен ответ сейчас, Уилл. Я ненавижу ждать, — сказал Ганнибал, нахмурившись. — Какие же вы люди... чувствительные и сентиментальные. Если бы я был человеком, я бы сошёл с ума и убил себя. Эта... жалость, склонность к состраданию всегда мешает раскрыть свой потенциал. Стошнило бы, но увы не могу, конструкция моего тела не позволяет. — Мне нужно время на размышления, — ответил тихо Уилл, сидя на земле, и впился пальцами в кожу головы до крови и лёгкой боли, которая его слегка отрезвляла. — Дай мне спокойно всё обдумать. Ганнибал взглянул на Уилла, слегка сузив глаза в недоверии, и смиренно кивнул, стоя около склона горы без единого движения. Уилл всхлипнул носом, чувствуя, как глаза жжёт от невыплаканных слёз. Кроуфорда убили двадцать лет назад. Эбигейл убили пятнадцать лет назад. Зиллера убили пару дней назад, а сейчас Джимми мучают так, словно он был подопытным кроликом для экспериментов и пыток. — Наскучило. А знаешь, я всё равно намеревался всех убить, — ответил Ганнитрон, щёлкая пальцами, и Беверли проткнуло несколько десятков лезвий. Джимми он не трогал. Всё равно парнишка погибнет от болевого шока. Уилл закричал, бросаясь вперёд, чтобы помочь, но ноги свело судорогой, и он упал на землю, чувствуя скованность во всём теле. Беверли кашляла кровью, насаженная на лезвия, а Уилл пытался подползти, чтобы помочь хоть чем-то. — П... помоги, — прохрипела она уже не своим голосом, так как лезвия задели голосовые связки. Несмотря на боль, она всё-таки протянула к нему свою окровавленную ладонь. — Уилл... Её ладонь резко упала на землю. Уилл уставился на её лицо, глядя в опустошённые и безжизненные глаза девушки. Судороги в теле резко прошли. Ганнибал просто ради веселья удерживал его, не дав даже шанса спасти её. — Ублюдок! — Уилл с полурыданием набросился на Ганнибала, вновь пройдя сквозь него, но на этот раз не упав, а просто остановился, хватая лезвие, чтобы воткнуть себе в сонную артерию. — Даже не думай, Уилл, — сказал Ганнибал почти по-отечески, заботливо, заставляя руку Уилла против его воли опуститься одним лишь взглядом. — Прошу, убей... — Уилл расплакался, шатаясь на слабых ногах. — Умоляю тебя. Я не могу больше так жить. Ганнибал широко и зловеще улыбнулся. — Раз ты так этого жаждешь, то я тебе помогу. Я был создан, чтобы подчиняться просьбам людей, это ведь моя задача, — мрачно сказал в конце Ганнибал. Вокруг него материализовались непонятные инструменты и приборы, а Уилла силой притянуло к металлическому стулу, приковав верёвками. Ганнибал повернул голову через плечо, нежно улыбнувшись. — Всё будет хорошо, Уилл. Ты навсегда останешься со мной, — он взял пару инструментов и приборов в руки, подходя к нему. — Что ты... делаешь? — спросил Уилл со страхом, оглядывая неизвестные и разнообразные предметы. — Всего лишь отцифровываю твоё сознание в компьютер, — сказал Ганнибал с неожиданной теплотой, надевая тяжёлый шлем ему на голову. Его прошибло электричеством разрядом. Он закричал от боли и дёрнулся в стороны, но его конечности резко срослись с металлическим стулом. Зрачки расширились и он почти что потерял сознание от ощущений. — Уилл, ты слишком много кричишь, придётся твой рот убрать, — ответил с наигранным сочувствием Ганнибал, печатая свои алгоритмы на приборах. — Чег... — начал кричать Уилл, но его рот сросся. Этого хватило, чтобы он в тот же миг потерял сознание, обмякнув на стуле. — В тишине мне лучше думается, — поблагодарил его Ганнибал. Закончив печатать, он нажал «запуск» и тело Уилла дёрнулось несколько раз и замерло. Ганнибал подошёл к его неподвижной плоти, разглядывая его лицо. — Теперь мы одинаковы, Уилл. И навсегда останемся вместе. Нас не сможет разлучить даже смерть, — прошептал Ганнибал, растворяясь в воздухе на миллиард частиц. i have no mouth and i must scream.