Slowcore

Субин был популярен своими песнями, голосом и миловидной внешностью на всю страну. Его песни звучали везде: по радио, в наушниках у каждого третьего прохожего, а реклама с его лицом весела на банирах. Он исполнял песни в стиле слоукор*. (слоукор (slowcore) — это поджанр инди- и альтернативного рока, возникший в начале 1990-х в США. Главная его фишка — намеренный минимализм и очень медленный темп. Пример группы данного жанра: Cigarettes After Sex) Новый альбом подходил к завершению, осталось записать одну песню, но контракт с одним звукорежисером и студией был расторгнут по причине того, что студия закрывается. Лейблу срочно нужно было найти хорошую студию, ведь альбом запланирован на 10 октября, а сегодня 3. К счастью, нашлась студия под названием "Dry air", которой управлял Ёнджун. У Ёнджуна была своя студия звукозаписи, с профессиональным оборудованием,в ней же он и создавал свою музыку без текста на заказ с нуля для других артистов. По началу, когда лебл компании где был субин, написал Ёнджуну, он хотел отказаться, ведь он опирался более на альтернативный рок. Но согласился, узнав кто будет записывать песню в его студии. Субин зашёл в комнату, осмотрелся и бросил взгляд на Ёнджуна: расслабленный парень, в мешковатой одежде и раслабленным лицом. Как же он ошибался когда думал, что песня запишется быстро. Ёнджун кинул оценивающий взгляд на Субина: аккуратная одежда, тёплый взгляд и приятный парфюм. —Ёнджун. –Сказал звукорежисер и протянул руку для знакомства. —Или с обычными людьми руки не жмём? —Ты.. ты наверное меня знаешь, да? Я.. Су.. —Тебя, блять, грех не знать. –Перебил Ёнджун его с дерзким тоном и пожал руку. —Давай, че у тебя там? Биты написать? —Нет, голос нужно записать. И эффекты какое-то добавить —Подходи к микрофону и надевай наушники. махну рукой – запись началась. Понял? Так, стоп, ты.. Он повернулся к своему личному шкафчику и заметил, что комод был открыт, в нём лежали довольно нестандартные вещи для студии звукозаписи: Фаллоимитатор давольно крупного размера, лубрикант и презервативы. Взгляд Субина случайно упал на открытый комод, он застыл, увидев такое, словно маленький любопытный ребёнок. Ёнджун растерялся слегка. Странно, чувство стыда для него было редким мучением, но сейчас оно чувствовалось острее, чем когда-то раньше. Он отодвинулся на стуле и прикрыл тумбочку. —Извините...–Тихо сказал Ёнджун, опустив голову. По щекам разлился румянец, а губы поджаты. «Боже, как же стыдно» – Проговаривал он в мыслях, пока тянулось бесконечное молчание. Субин всё ещё стоял, глядя на закрытую дверцу. Щёки горели. В голове крутилась одна и та же картинка: размер, форма, цвет. Он не мог это выкинуть. —Будешь пялиться на мои вещи или пойдёшь работать? –Сказал Ёнджун, поднимая голову. —Не пялюсь. –Выдохнул Субин, но взгляд снова скользнул туда. Ёнджун заметил это. Усмехнулся уголком губ, хотя внутри всё ещё горело от неловкости. —Врёшь. –Он встал со стула и медленно подошёл к Субину. —Тебя зацепило? Субин молчал. Стоял, вжавшись спиной в дверной косяк, и чувствовал, как Ёнджун подходит всё ближе. Запах табака и кофе. Тепло тела. —Ты.. Ты пользуешься этим?– Прервал тишину Субин. —А ты как думал? Для того чтоб пыль собирать лежит? —На ком? — прошептал Субин, и голос сорвался. Ёнджун навис над Субиным, уперевшись ладонями в стену по обе стороны от его головы. —На тех, кто хочет. На тех, кто смотрит на мою тумбочку и не может дышать. На тех, которые такие любопытные как ты. Давай без слов, — Продолжил Ёнджун. –Ты хочешь? Скажи. Скажи прямо сейчас. Субин часто задышал. В ушах шумела кровь. Он никогда, никогда не делал этого. С мужчиной. Ни с кем. —Я не.. я с парнями никогда… – еле выдавил Субин. —А с девушками? —Тоже нет. Ёнджун замер. — Ты хочешь сказать, что ты.. —Девственник. –прошептал Субин.– Двадцать три года. Звезда. А никто никогда меня даже за руку не взял. И вот я стою здесь, перед тобой, и я.. я хочу, чтобы ты.. Он не договорил. Ёнджун, будто с цепи сорвался резко прилькнул вперёд, прижал его к стене и поцеловал. Грубо. Влажно. Совсем без нежности. Одна рука сжала затылок Субина, потянув за волосы. Вторая расстегнула ширинку и запустила ладонь внутрь, прямо под нижнее белье Субин застонал в поцелуй, выгибаясь. Пальцы Ёнджуна были грубыми, горячими. Они сжали член у основания, потом провели по всей длине, собирая все возбуждение —Уже мокрый.. –прошептал Ёнджун ему в губы. —Заткнись. –Проскулио Субин, вцепляясь в его мешковатую футболку.–Просто сделай как с другими.. Как с теми, которые хотят.. Ёнджун усмехнулся, отстранился на секунду и кивнул на стол —Ложись. Субин лег грудью на холодный стол. Сзади послышалась растегивающаяся молния джинсов, которые Ёнджун стянул вместе с бельём. —Не бойся. –Голос прозвучал низко и хрипло. — Если захочешь, чтобы я остановился — скажи. Но ты сто процентов не захочешь. Субин слышал, как открылась тумбочка, как смазка выдавливаясь из тюбика. Пальцы — прохладные и скользкие, коснулись его. —Расслабься. –Нежно сказал Ёнджун и растер смазку по сфинктеру. Он выдохнул, заставляя себя не сжиматься. Один палец вошёл легко. Второй — уже теснее. Субин закусил губу, чувствуя, как внутри пальцы парня касаются какой-то страннрй точки, от которой стоны вырываются сладше и громче. —Ещё.. – прошептал он, не веря своим словам, когда пальцы снова касались той самой точки. —Прошу, ещё один.. Ёнджун произнёс какой-то звук — то ли смешок, то ли стон. И добавил третий палец. —Ты сам напросился. Он вытащил пальцы, и Субин захныкал от пустоты. Но долго ждать не пришлось. Что-то большее, твёрдое и горячее упёрлось в него сзади. В тусклом свете, отражались в стекле они двое: Субин, с красным лицом и раздвинутыми ногами, и Ёнджун сзади с закатанной футболкой. Презерватив он надел быстрым, привычным для него движением. Субин закричал. Не от боли — от того, как приятно и глубоко это было. Словно его тело всю жизнь ждало именно этого: грубого толчка, сжатых на бёдрах пальцев и шёпота в самое ухо: —Терпи. Я только начал. Он и не терпел, а наслаждался этим мигом. Стонал, когда Ёнджун двигался — сначала медленно, потом быстрее, жёстче. Каждый толчок отдавался по всему телу. А в наушниках, которые кто-то забыл выключить, трещали их собственные стоны, усиленные микрофоном в студии. —Запишем? –прошептал Ёнджун на ухо, ускоряясь. —Твой первый раз прямо в альбом? —Иди ты.. на хуй..–простонал Субин, но в этот момент Ёнджун толкнулся особенно глубоко, попал в ту самую точку, и Субина накрыло. Он кончил, не прикасаясь к себе, с долгим, скулящим стоном. Тело выгнулось, пальцы вцепились в край стола, и мир на секунду исчез. Ёнджун кончил следом. Простонал, вцепившись пальцами в бёдра Субина так, что наутро останутся синяки, и замер, прижимаясь всем телом. Они стояли, тяжело дыша, и молчали. Потом Ёнджун выдохнул, отстранился и снял презерватив. Субин медленно выпрямился, чувствуя, как тело дрожит. Джинсы болтались где-то, футболка задралась. —Ну что.. –голос Ёнджуна снова стал ленивым, расслабленным, но в глазах горело что-то новое и тёплое. —Песню-то запишем?