Время чудес

      Кажется, этот новый год займет первое место в моем личном топе самых худших праздников за всю мою жизнь. Я намеренно отказался от всех мероприятий и в целом от всей работы, а в итоге на главный семейный праздник я остался один, если, конечно, не считать кота. Родителям я подарил путевку на море, так что сейчас они уже где-то в небе, по пути в солнечный Таиланд. Естественно, мама с папой хотели остаться, но я настоял на их отъезде, так как отдых им явно нужнее. Не страшно, переживу. Что же касается друзей — у всех уже давно свои семьи, и они отмечают с ними. Если не знать меня близко, то я могу показаться вполне счастливым без обязательств в виде брака и детей, но так только кажется. Да, работа артиста прилично выматывает, что заставляет приходить домой только поспать, и то не всегда. Но в такие дни, как сегодня, когда дети счастливо смеются и бегают во дворе, играя с родителями в снежки, мне хочется туда же. Но, увы, мне не с кем. Никто в меня не кинет комочек снега и не прибежит с криком «папа» в мои объятия. Бывают редкие минуты, когда я задумываюсь над тем, действительно ли я делал все правильно в этой жизни. Несколько раз у меня был шанс создать, так сказать, ячейку общества и перейти в новый для себя статус, но я ни одним из них не воспользовался. Может быть, и к лучшему. Зато теперь я окончательно состоялся и твердо решил, что готов перейти на новую ступень в жизни. Осталось только найти ту, которая захочет того же и не сбежит от меня при первых же трудностях.              Мою внутреннюю речь прервал звонок домофона.              — Да, — равнодушно ответил я, смотря на молодого парня в форме курьера через экран домофона.              — Билан Дмитрий Николаевич? — на том конце провода слышался мужской голос.              — Это я, да. Что вы хотели?              — Я курьер. Конверт просили передать лично в руки.              — А от кого это?              — Без понятия, — молодой парень пожал плечами. — Отправитель предпочел остаться анонимным. Распишитесь о получении, — сказал парень.              Я открыл дверь, быстро подписал документ о получении посылки и, вежливо попрощавшись с молодым парнем, присел на кресло, чтобы изучить столь неожиданный подарок.              На лицевой стороне конверта была написана лишь одна фраза: «Чудеса ожидают вас». Я ухмыльнулся — невероятная детская чепуха. Я тихонько рассмеялся, но отчего-то открыл конверт. Раньше бы просто сжег его — мало ли что в головах у людей. Внутри была лишь маленькая записка с адресом, судя по всему, отеля, и с пожеланием счастливого нового года.              — Дурость какая... — я ухмыльнулся и кинул конверт на стол. В кармане завибрировал телефон. Звонила Полина. Неужели Гагарина вспомнила о том, что у нее есть друг?              — С наступающим, дружище, — услышал я радостный голос подруги. — Как твои дела?              — Да никак, — честно признался я. — Родителей отправил в отпуск, сам сижу один. Всем, как оказалось, не до меня.              — Ты прекрасно знаешь, кому ты нужен всегда, а особенно в семейный праздник, — Полина явно говорила с намеком. И я отлично понимал — на кого.              — Я ей не семья, Полин, — серьезно ответил я.              — Ой, я тебя умоляю, — Гагарина театрально вздохнула. — Вы вообще себя видели, когда вы вместе? Между вами искрит так, что я удивлена, почему вы еще, как минимум, не переспали.              — Гагарина, не начинай...              — Это я еще не начала, знаешь. Вам стоит только по-человечески поговорить — и вы все сами поймете. Ваши ссоры и истерики очень быстро сменятся на томные крики из спальни.              — Боже, Полина, что ты несешь... — я тяжело вздохнул и закатил глаза.              — Правду. Я знаю, что ты ее хочешь, как и она тебя. Даже не думай отрицать.              — Хватит, я прошу тебя, — уже взмолился я.              — Ладно, ладно, я молчу. Так какие планы на Новый год?              — Дождаться двенадцати и сладко уснуть.              — Скучный ты, вообще никакого волшебства с тобой.              — Волшебство, между прочим, есть, если это можно так назвать, — я хохотнул. — Представляешь, мне курьер сегодня принес конверт от неизвестного отправителя с непонятным адресом и пожеланиями.              — Очень интересно. Не хочешь узнать, что там?              — Я что, дурак что ли, ездить по каким-то адресам, уж тем более из таких странных записок.              — Постарел ты, мой друг, постарел, — я даже через телефон чувствовал, как Полина осуждающе качает головой. — Никакого азарта в тебе. Ну не хочешь по тому адресу ехать — езжай к Поле. И будет у вас роскошная новогодняя ночь.              — Гагарина, ты несносна, — я вздохнул и закатил глаза.              — Все-все, удаляюсь, — она засмеялась. — Мой тебе совет: езжай туда, вдруг действительно тебя чудо настигнет. Я все понимаю, ты взрослый дяденька, крутой артист и все прочее, но хотя бы в Новый год побудь просто человеком, — Полина тут же отключилась.              «Хотя бы в Новый год побудь просто человеком» — эхом отозвались слова подруги.              — Все равно здесь меня ничего не держит, — посмотрел на несчастный конверт в своей руке и, откинув его на кофейный столик, ушел в спальню собирать чемодан. Чудеса, так чудеса.              Первое, что я сделал, — это забил адрес с конверта в приложение с картами. Место, в которое я направлялся, оказалось элитным отелем под названием «Mövenpick». Хорошо. Едем праздновать в отель. На сколько дней туда еду, я понятия не имел, поэтому вместо чемодана я отдал предпочтение рюкзаку, чтобы уместить все самое необходимое. Остальное докуплю, если нужно будет. Сам же я оделся в черный свитер под горло, штаны в цвет и сверху серое пальто. Взглянув на себя в зеркало, я усмехнулся собственному отражению. Это пальто подарила она. Та самая, которая променяла меня на другого. Помню, с какой кислой миной я таскался за ней по торговому центру, пока она довольная прикладывала ко мне разные вещи, чтобы понять, подходит ли оно мне или нет. У меня вырвался смешок. Иногда я скучал по тому времени. Сначала я действительно был обижен и где-то даже зол из-за того, что она меня, грубо говоря, променяла на пустое место, но спустя годы, когда она уже успела пережить развод и сама успела понять, что я был прав в отношении ее мужа, неприязнь к друг другу у нас стала взаимной. Мы всегда расставались в тихой ярости, которая оставляла за собой ощущение горечи. Горечи и одиночества.              Поняв, что стою перед зеркалом слишком долго, я тряхнул головой и отправился к машине.              Атмосфера полностью располагала к ощущению того самого чуда, о котором сейчас кричат из каждого утюга. Белоснежный покров приятно хрустит под ногами, в воздухе порхают снежинки, которые все те же дети на площадке пытаются поймать языком. Проходя мимо, я не смог сдержать улыбку. Я быстро сел в авто, настроил навигатор и, толком не прогрев автомобиль, рванул с места. Нужно убираться отсюда — я не готов снова погружаться в свои мысли.              А дальше я просто ехал. Ехал, стараясь ни о чем не думать. Пытался сосредоточиться на дороге, изредка отвлекаясь на музыку из колонок, либо на голос навигатора, который вел меня в место назначения. Скорее всего, так бы и было до конца пути, если бы не одно обстоятельство. На обочине я увидел ее. Ту, о которой я вспоминал перед выходом из дома. Блондинка стояла у своей машины и, судя по ее выражению лица, произносила в небо гневные проклятия. Стоило бы, наверное, проехать мимо, сделать вид, что я ничего не увидел, но я припарковался рядом с машиной Пелагеи и вышел из теплого салона. Совершенно нелогично, учитывая наши отношения.              — Давно стоишь? — спросил я, подходя ближе.              — Часа два... — Поля вздохнула, грея ладони друг о друга. — Тебе какое дело вообще? — она с недовольством посмотрела на меня. — Что ты вообще тут делаешь?              — Ехал в отель, смотрю, а тут ты стоишь, мерзнешь. Решил остановиться, помочь, — я пожал плечами.              — Ты мне решил помочь? Серьезно? — девушка вопросительно подняла бровь. — Ты ничего не перепутал?              — Серьезно. Я же нормальный человек, а не мразь. Иди ко мне в машину, там тепло, а я пока посмотрю, что с машиной, — сказал я, открывая капот автомобиля.              — Еще чего, — фыркнула Пелагея. — Вдруг ты совсем сломаешь ее. Ты же любишь мне пакостить.              — А, раз так. Стой тут одна, а я поехал праздновать Новый год в шикарный отель с горячей ванной, — сказал я, оставляя Полю в одиночестве.              Гордая. Замерзла же ведь, но делает вид, что все замечательно и ей вовсе не холодно. Дура. Неисправимая дура. Заболеет же, к гадалке не ходи. А у нее ребенок дома.              — Пошли со мной, — я вернулся к Поле и, взяв ее под руку, повел к своей машине.              — Куда ты меня тащишь? — пытаясь вырваться , спросила Поля.              — Туда, куда ты по своей воле никогда в жизни не пойдешь. В мою теплую машину, которая может тебя отвезти туда, куда нужно, — я отпустил блондинку и открыл дверь на переднее пассажирское сиденье. — Садись давай, не беси меня. Не хочу, чтобы из-за меня ты потом провела праздники с температурой.              — Как будто тебя прям заботит мое здоровье, — она тут же села внутрь авто.              — Думай как тебе угодно, — я вздохнул и закатил глаза.              — Можно подумать, я неправду сказала, — она отвернулась к окну. — А как быть с моей машиной?              — Я позвоню знакомым из хорошего автосервиса, ее прямо отсюда заберут. Можешь не волноваться, я к ней даже на шаг не подойду.              — Ну, других вариантов у меня нет, так что говори, сколько нужно будет денег, я тебе...              — Я сам все оплачу, — перебил я Полю.              — Давно страдаешь альтруизмом? — девушка в недоумении посмотрела на меня. — Ты же меня терпеть не можешь.              — Если бы я не мог тебя терпеть, то оставил бы здесь, на морозе. Так что делай выводы. Давай говори, куда тебя везти, и я не буду тебя больше мучить своей компанией.              — Отель «Mövenpick» знаешь? Мне туда.              Ничего себе. Поля едет ровно в то же место, что и я. Забавно. Я бы подумал, что наша встреча устроена кем-то из наших общих друзей. Но я искренне сомневаюсь, что они могли специально для этого сломать машину Поли. Они все-таки не идиоты.              — Надо же. И мне туда, — я ухмыльнулся уголком рта. — С новым ухажером едешь новый год встречать?              — Если бы ты хоть немного подумал головой, то понял бы, что если бы у меня был ухажер, то я бы поехала на его машине и не сидела бы сейчас в твоей, — Поля сняла шапку и, открыв козырек над лобовым стеклом, стала поправлять прическу, смотря в зеркало.              Она была красива. Безумно красива. Даже в девичьем розовом пуховике, когда обыденно поправляла волосы. И мне нравилось на нее смотреть. Просто наблюдать за ней. Смотреть, как общается с другими, улыбается, смеется. В общении со мной она так себя не ведет. У нас все слишком испортилось.              — Я еду просто отдохнуть и встретить новый год. Одна, — добавила она и отвернулась к окну.              — У тебя что-то случилось? Новый год просто так не отмечают в одиночку.              — Все у меня нормально. Тася у мамы, так что могу себе позволить. В конце концов, ты тоже один, как я посмотрю, или...              — Нет, — прервал я Полю. — Я тоже один.              — А чего так? Ты же у нас альфа-самец, явно мог найти спутницу на праздник.              Я промолчал, совершенно не желая развивать эту тему. Тихо вел авто, постепенно утопая в мыслях. Наверное, мы бы так и молчали, лишь изредка отвлекаясь друг на друга или на природу за окном, если бы не сугроб. Сугроб, в котором мы застряли намертво.              — Ну и что мы будем делать? — Поля спросила, скрестив руки на груди.              — Я пошел толкать, а ты пересядь на мое место и жми на газ, — скомандовал я, выходя из автомобиля.              Так мы и провели следующие сорок минут. Я толкал, Поля давила на педаль. Результата, к слову говоря, мы совершенно не добились, так и оставшись в сугробе, где практически не было людей, не считая нас двоих.              — Надо было все-таки положить лопату в багажник, — я сел в машину, пытаясь отдышаться.              — Но ты ее не положил, и поэтому мы вынуждены торчать тут, где нет ни души, — съязвила девушка.              — Сейчас я передохну немного и снова пойду толкать, — пропустил я слова Поли мимо ушей, заводя машину, чтобы согреться. Но она лишь пару раз прокряхтела. — Сука, только этого не хватало, — я ударил кулаком по рулю.              — А теперь что ты предлагаешь? — голос Поли буквально сочился сарказмом.              — Пойду попробую поймать сеть, — я вздохнул. — Нужно поймать сеть и вызвать эвакуатор, — сказал я и, покинув салон, пошел вперед по дороге, держа телефон на вытянутой руке, чтобы поймать хоть какую-то связь.              — Дим, ничего не получается, — окликнула меня Поля, которая вышла на поиски сети вместе со мной. — Давай вернемся в машину, уже ветер поднимается.              — Ладно, идем. Я потом еще сам попробую поймать хоть что-то.              Мы вернулись в авто, и между нами повисла снова эта ненавистная тягучая тишина. Медленно, но верно это становилось невыносимым, но и о чем говорить с Полей я мало представлял.              — Может, расскажешь, как ты?.. — неуверенно спросила Пелагея, стараясь не смотреть на меня. — Раз уже мы в такой ситуации.              — Да никак я. Ни семьи, ни детей. Только кот, — я пожал плечами. Я снял куртку с себя и отдал блондинке. — Возьми. Печка больше не работает, а ты замерзла.              — А как же ты? — она все-таки подняла на меня взгляд.              — А я как-нибудь переживу, — ответил я. — Так что бери.              Поля взяла мою куртку и укрыла ею ноги, продолжая время от времени поглядывать на меня.              — Все хорошо, не прожигай меня взглядом. Мне иногда можно болеть, знаешь. А у тебя дома ребенок, тебе нельзя.              — Спасибо, — на лице девушки появилась смущенная улыбка. — Неужели за столько лет у тебя так и не появилась дама, которой ты можешь открыться? — вернулась к первоначальной теме нашего разговора.              — Единственная дама, которой я открылся на полную и был готов посвятить ей свою жизнь, меня, увы, не выбрала, — этого говорить мне явно не стоило, но оно вырвалось само, вопреки здравому смыслу.              — Дим... — Поля замолчала, судя по всему, не зная, что сказать дальше.              — Не нужно этого всего. Просто в чем-то он оказался лучше, — я тяжело вздохнул. — Только я так и не понял, в чем.              — Ты постоянно был занят работой... — робко начала Поля. — А я уже в то время хотела семью и... детей. Но для тебя это не было главным. Было полное ощущение, что этого всего вообще не было в твоих планах, — она посмотрела на меня. — А я хотела получить то, о чем мечтала: крепкую семью и любящего, ответственного отца и мужа.              — Ну и что ты скажешь? Получилось? Счастлива? — выпалил я. — Оно стоило того? Бросить меня оказалось проще, чем поговорить со мной, исправить хоть что-то? Пускай это было бы откровенно и больно, но я бы стал лучше. Ради тебя. Я любил тебя, Пелагея. Да, я не идеал. Я признаю : я слишком много пропустил, я о многом сейчас жалею. Но разве я не заслужил шанса?              — Вить... — Я вздрогнул. Она одна из немногих, кто так меня называл. — Я жалею... Правда, жалею, — Поля дотронулась до моего плеча, но я скинул ее руку.              — Не надо... — прошептал я, снова возвращаясь к попыткам завести автомобиль. — Ну давай же.. Заводись, — умолял я снова и снова, поворачивая ключ зажигания. К моему удивлению, с четвертого раза машина завелась, а из сугроба я выехал и того с первого раза, будто до этого ее удерживало какое-то волшебство.              До отеля мы ехали в полной тишине, которую разбавляло лишь радио. Пока стояли на светофорах, мы с Полей обменивались короткими взглядами, но заговорить так и не решились.              При входе в отель нас встретила миловидного вида девушка, стоя за стойкой ресепшена.              — Рады приветствовать вас в нашем отеле. К сожалению, сейчас свободных номеров не осталось. Так что ничем помочь не могу.              — У меня забронирован номер на имя Виктора Белана.              Девушка улыбнулась мне, явно узнав меня, и, состроив глазки, отвернулась и стала искать на крючках нужный ключ.              — Да, вот, нашла. Ваш двухместный люкс, — все с той же улыбкой сообщила мне рыжеволосая девушка, положив на стол карту-ключ.              — Двухместный? Но я один... — в недоумении сказал я. — Может, это какая-то ошибка? Можно как-то поменять на одноместный?              — Увы, нет. Как я уже сказала, свободных номеров у нас нет.              — Но как же я?.. — в наш разговор вклинилась Поля.              — Ничем помочь не могу, простите. Сейчас праздники, и все занято, — девушка виновато пожала плечами.              — Ничего страшного, — ответил я девушке и, взяв ключ от номера со стола, повернулся к Пелагее. — Идем.              — Никуда я с тобой не пойду, — тут же заупрямилась блондинка.              — Какая же ты упрямая. Ужасно просто, — я уже развернулся, чтобы уйти, но, сделав пару шагов, я остановился и снова повернулся лицом к Поле, тяжело вздохнув. Не могу я ее оставить. Она же возьмет и уйдет. А куда она пойдет? Ключи от моей машины у меня, а ее машина в ремонте. На улице усилилась метель, и общественный транспорт тоже не работает. — Поля, идем, — я смягчился. — У нас обоих сейчас нет выбора, — я взял маленький чемоданчик Поли и покатил за собой, а сама блондинка шла за мной.              Больше мы с Полей не говорили. Каждый из нас был занят своим делом. Удивительно, но некто, кто нас с Пелагеей отправил сюда, позаботился даже о маленьком романтике. Шампанское и фрукты стояли на кофейном столике в ожидании, когда же у людей до них доберутся руки. Праздник все-таки. На самом деле, до Нового года мне по-прежнему не было дела. Даже больше, чем в начале этого серого дня.              — Мне срочно нужно выпить, — я сел около панорамного окна на пол, поставив рядом бокал и бутылку.              — Дим... — тихо позвала меня девушка и села рядом. — Может, обсудим все по-человечески?.. Я же вижу, что тебя это беспокоит.              — Ой, вот не надо делать вид, что ты обо мне волнуешься, — с сарказмом ответил я. — Да и говорить не о чем. Сделанного не вернешь. Ты хотела ответственного и любящего. Немножко прогадала, ничего страшного, — я открыл бутылку и Поля от хлопка вздрогнула. — Не бойся, все под контролем, — я ухмыльнулся. — Будешь? — предложил я блондинке, наполняя свой бокал.              — Не буду... — она тяжело вздохнула. — Если ты не хочешь со мной разговаривать, так и скажи, а не переводи тему.              — Я просто не вижу смысла обсуждать то, из-за чего мы снова с тобой поругаемся и окончательно испортим друг другу праздник.              — Я устала, Дим. Я очень устала делать вид, что мы чужие... — пока Поля изучала меня взглядом, я молча смотрел в окно на заснеженный город. — Но мы ведь ни капли не чужие. Посмотри на меня, — попросила девушка, но я сделал вид, что не услышал. Я не был готов снова вступать с ней в спор. А он в любом случае будет. По-другому мы не умеем. — Ну же! Посмотри на меня! — она взяла меня за подбородок и сама развернула меня к себе. Теперь я видел, как она плачет, видел слезы, которые градом скатывались с ее лица.              — Поль... — ошарашенно прошептал я, совершенно не ожидая такого поворота. Я аккуратно, почти нежно убрал руку Поли со своего подбородка и молча ее обнял, оставив все речи на потом. Первые секунды она пыталась брыкаться, но когда я усилил хватку, Пелагея сдалась и окончательно дала волю своим эмоциям. Успокоилась она лишь через несколько минут, а я в это время не только гладил ее по волосам, но и кое-что для себя понял.              — Легче? — спросил я, глядя на блондинку, когда она затихла. Девушка немного отстранилась и посмотрела мне в глаза. — Я тут понял одну вещь... — я слегка улыбнулся и заправил выбившийся локон Поле за ухо. — Мы с тобой заигрались во врагов, Полюш. Когда ты меня оставила перед тем, как я хотел сделать тебе предложение, я злился, да. Когда ты вышла за Телегина замуж, родила ему дочь и стала делать вид, будто я невидимка, я, может быть, временами тебя даже ненавидел, местами я ощущал себя преданным. Поэтому я и начал с тобой огрызаться. А потом, с годами, это просто превратилось в привычку, — я ухмыльнулся и пожал плечами. — Препирательство стало нашим стилем общения. Я уже давно не злюсь, ни капли, — честно признался я. — Если бы не эти события, все было бы иначе. Может быть, лучше, а может быть, и гораздо хуже, чем было в итоге. В конце концов, не было бы Таси. А я очень люблю эту маленькую непоседу, — стоило заговорить о дочке, как на лице Поли появилась улыбка. — У нее твоя улыбка.              Потерять ее снова было бы равносильно пытке. Как сократилось расстояние между нашими лицами, я и сам не понял. Я аккуратно взял ее лицо в руки и ласково коснулся ее теплых губ своими. Первые секунды у меня промелькнула мысль, что Поля меня оттолкнет, но любые сомнения исчезли, как только девушка прижалась ближе, а через секунду вовсе пересела ко мне на колени, углубив поцелуй.              Все бы, наверное, было хорошо, и мы бы, возможно, уже переместились на кровать и провели бы там всю оставшуюся ночь, совершенно позабыв, что сегодня новый год. Но я зацепил этот чертов кофейный столик, заставив бокалы на нем зазвенеть.              — Нет, Дим... — Поля мягко и, готов поклясться, нехотя отстранилась от меня и, вскочив с моих колен, отошла к стене, повернувшись ко мне спиной. — Это ошибка… все из-за эмоций, понимаешь?              — Не понимаю, — я тут же подошел к Поле, оставив между нами расстояние лишь в несколько шагов. — На первый раз я бы поверил, но между нами все происходит далеко не первый раз. Первый раз — случайность, второй раз — совпадение, третий раз — уже закономерность, милая, — я положил ладони блондинке на плечи, после нежно притягивая к себе. Она расслабилась в моих руках и, ни слова не говоря, тихо всхлипывала. — Я понял тебя, когда ты ушла от меня впервые, я понял тебя даже, когда ты сбежала от меня после той ночи в гримерке Мосфильма. Прошло слишком мало времени с твоего развода, и ты просто испугалась, это нормально. Но я совсем не понимаю тебя сейчас. Мне кажется, ты готова выбрать любого относительно адекватного мужчину, кроме меня. Почему, Поль? — я развернул девушку лицом к себе и посмотрел ей в глаза.              — Потому что я боюсь снова предать тебя! — выпалила она. — Пускай бы ты меня ненавидел, всегда бы препирался, но нашел бы другую хорошую девушку, а я бы осталась как еще одно веселое воспоминание.              — Хорошо, допустим, так и получилось. Жалеть не будешь? Только честно ответь на вопрос. Не мне — себе. Для себя я уже знаю ответ. В любом случае решать тебе. Нужен я тебе все-таки или...              — Не продолжай... — Девушка притянула меня за футболку и легко, почти невесомо, коснулась моих губ.              — Ничего себе, с чего такие перемены? — я обнял Полю за талию, притянув ближе к себе.              — С того, что ты оказался прав. Снова. Я бы жалела. Скорее всего, я бы никому никогда не призналась бы в этом, но жалела. А эта ночь — наш с тобой последний шанс, — она ухмыльнулась. — Я же тебя знаю, местами даже лучше, чем ты сам, — блондинка улыбнулась, запустив пальцы мне в волосы. — Ты бы не стал пытаться вновь. Ты ждал слишком долго, и любому терпению приходит конец. Даже такому ангельскому, как у тебя, — Поля улыбнулась, снова целуя меня в губы, но на этот раз куда увереннее, чем в первый.              За стенкой были слышны веселые голоса и, кажется, уже били куранты. Пока кто-то праздновал с друзьями или родственниками, я был в одном из лучших моментов своей жизни. Эта блондинка была тем самым драгоценным глотком свежего воздуха, в котором я так долго нуждался, отпустить ее сегодня было бы главной ошибкой моей жизни.              — С новым годом, получается... — прошептал я с улыбкой, немного отстранившись и тяжело дыша.              — Получается, так... — Поля подарила мне улыбку в ответ и снова вовлекла меня в поцелуй.              Не разрывая поцелуя, я снял с волос Поли резинку, распуская их. Сейчас для нас не существовало никого, кроме друг друга, поэтому мой вибрирующий телефон так и остался без внимания, даже когда он упал с тумбочки после того, как я не глядя отключил его. К черту всех. В данный момент для меня важна только эта девушка и это мгновение. Когда мы с Полей, собрав спинами все стены в номере, нашли кровать, я не смог удержаться от соблазна самому уложить ее в постель и подхватил Полю на руки.              — Вот и все, теперь ты в моей власти... — я ухмыльнулся, не отрывая взгляда от Пелагеи, и, положив ее на кровать, навис над ней.              — Ой, знаешь, я бы еще поспорила, кто в чьей власти, — Поля подарила мне хитрую улыбочку и поцеловала меня в шею. Медленно и ласково.              Я не собирался с ней спорить, я был готов капитулировать. Снова потерять голову от этой блондинки было мне только в радость. Спустя минуту на нас обоих не осталось ни одного элемента одежды. Остались только оголенные чувства и раскаленные до предела ощущения. Я снова жадно целовал ее, ловя стоны с губ блондинки. Поля крепко обнимала меня за спину, не забывая оставлять отметины на моей спине своими алыми ногтями. Хотелось всему миру прокричать, что она теперь моя, и я был уверен, что Поля хочет того же в отношении меня — чувствовал это ровно так же, как запах ее бархатной кожи. И я был совсем не против этого.              За окном уже рассвет вступал в свои права, когда мы, как два подростка, нежились в постели, прижавшись друг к другу.              — Кому-то спать уже пора, разве нет? — я с улыбкой посмотрел на Полю.              — Ровно то же самое я могу сказать тебе, — девушка улыбнулась и погладила меня по волосам. — Как твоя спина? — с виноватым видом спросила Пелагея, намекая на последствия нашей ночи.              — Шикарно. Даже лучше, чем было до этого, — я поцеловал Полю в макушку и зарылся носом в ее волосы. — И не вздумай обрезать ногти, мне нравится. Будет у меня своя кошечка, — я улыбнулся и поцеловал Полю в макушку.              — С кошечкой может быть очень сложно, ты же знаешь. А еще у кошечки есть котенок. И куча тараканов в своей голове.              — Если ты опять думаешь сбежать на утро, то я тебя свяжу, — как можно серьезнее сказал я и приподнялся, смотря на девушку. — Тебе ясно?              — Ясно... — Поля улыбнулась уголком рта. — Просто я трусиха, — она пожала плечами. — Вот сейчас нам хорошо вместе, а потом... — Поля замолчала, подбирая слова. — А потом вдруг все испортится, вдруг мы снова начнем ругаться? Я не выдержу, если в третий раз тебя потеряю, понимаешь? Статус друга всегда был как-то надежнее, — Поля улыбалась мне, но на глазах стояли слезы.              — Поль, ну вот что ты творишь? Мое сердце не выдерживает столько слез за одни сутки. Я ведь старенький уже для таких аттракционов.              — Я ему серьезные вещи говорю, а он шутки шутит, — девушка толкнула меня в плечо и отвернулась.              — Я пытаюсь разрядить обстановку, чтобы ты больше не плакала, — я развернул блондинку лицом к себе. — Я не могу обещать тебе жизнь из сказки, где в конце истории все слаще шоколада. Я слишком для этого сложный, — я ухмыльнулся. — Мы будем ругаться, возможно, до такой степени, что ты снова захочешь от меня избавиться. Но сейчас, лежа с тобой в одной постели, я готов поклясться всем, что у меня есть, — я взял лицо Поли в ладони и посмотрел ей в глаза. Вот сейчас она смотрела на меня, как раньше. Большими зелеными глазами, полными любви и доверия, которое теперь было так страшно не оправдать. За этот взгляд я был готов сделать все, что она попросит. — Я больше не позволю нам потерять друг друга.              — Вить... — она погладила меня по щеке и прислонилась к моему лбу своим. — Спасибо тебе, — Поля улыбнулась.              — Совсем не за что. Ты заслуживаешь всего самого лучшего.              — То есть тебя? — девушка слегка отстранилась, смотря на меня с ухмылкой.              — Может быть, если тебе так хочется, — я поцеловал Полю в висок.              — Нам, наверное, нужно лечь спать, завтра выселяться, скорее всего, — блондинка крепко меня обняла, при этом по-хозяйски закинула на меня ногу.              — Слушай, открою тебе секрет, но номер можно продлить. Побудем еще день тут, а потом поедем к Тасе и проведем вместе все зимние каникулы.              — Ну, раз так, — Пелагея быстро выскочила из кровати и через пару секунд уже вернулась с тарелкой фруктов. — Налетай. А то они зря тут стоят, что ли? — жуя яблоко, сказала Поля .              Вот она, девушка, которую я уже много лет слепо продолжал любить даже неосознанно. Без макияжа, без шикарного платья, а вот такая, лохматая, домашняя, закутанная в одеяло, жующая яблоко и, самое главное, счастливая. Я засмотрелся на нее.              — Что так на меня смотришь? Пытаешься мысли прочитать? — она ухмыльнулась уголком рта.              — Поль, я люблю тебя, — вырвалось у меня, не отрывая от Поли взгляда.              — Что ты только что сказал? — судя по ее лицу, кажется, Пелагея действительно не ожидала услышать эти три слова именно сейчас.              — Ты слышала, не притворяйся, — я не смог сдержать улыбку. — Пелагея, я всю жизнь был и буду от тебя без ума.              — Я так боялась, что уже окончательно потеряла тебя... — она взглянула мне в глаза.              — Все, все... больше ни слова о грусти, хватит с нас, — сказал я, стискивая Полю в объятиях. — Иначе я тебя не выпущу.              — Скажи правду, ты просто хочешь меня задушить в объятиях и тусить с Тасей на каникулах вдвоем?              — Хм-м... — я сделал вид, что задумался. — Как ты вычислила мой коварный план? — только и успел произнести я, как в меня полетела подушка, и я не смог сдержать смех. Спустя еще пару мгновений я поймал Полю за запястья и повалил на спину, нависая сверху. — Спокойно, дорогая. Неужели ты до сих пор не поняла, что без тебя мне не нужны даже каникулы?              — А если Тася попросит?              — Тут я, конечно, подумаю, но с тобой все равно будет еще лучше, — я улыбнулся, накрывая губы девушки своими, ласково целуя.              *Месяц спустя*              — Вить, иди забери торт с кухни. Скоро гости придут, а ты тут стоишь меня у стола зажимаешь, — отчитала меня Поля, но при этом не спешила выбираться из моих объятий.              — Сама виновата, нечего быть такой красивой, — я заправил выбившийся локон девушке за ухо и поцеловал ее в губы, прижимая ее ближе к себе.              — Ну нет, милый мой, — Пелагея улыбнулась и, приложив к моим губам указательный палец, аккуратно освободилась от моих объятий. — Торт. Тебя на кухне ждет торт.              — Ладно, иду я. А вообще, могли бы обойтись без него, — с нотками недовольства произнес я, но все-таки ушел за десертом.              За то время, что прошло с нашей совместной новогодней ночи, изменилось, вроде бы, и не так много. Но эти изменения были едва ли не лучшими за всю мою жизнь. Поля с Тасей переехали ко мне в новый дом, и теперь каждое мое утро начиналось с того, что под дверью спальни меня ждала Тася и с ворчанием, что я опять проспал все самое интересное, брала меня за руку и вела меня на кухню завтракать. А потом в нашей обязательной программе были мои жалкие попытки научиться делать Тасе прически. Конечно, Поля потом все переделывала, потому что с тем, что получалось у меня, Таисия отказывалась выходить на улицу, и я ее понимал. Моих девочек это веселило, и я был согласен сделать все, что угодно, лишь бы слышать их звонкий смех, не говоря уже о каких-то там косичках. А сегодня мы решили устроить наш первый ужин в кругу самых близких людей. Поля даже настояла, чтобы не было никакой еды из ресторана, весь день у плиты стояла.              К вечеру все гости сидели за большим столом и просто болтали обо всем на свете, пока я их не прервал. То, что хотел сейчас сделать, изрядно заставляло меня нервничать.              — Поль, — я взял Полю за руку, чувствуя, как бешено бьется сердце. — У меня есть к тебе один очень важный вопрос, — я посмотрел на блондинку, которая явно была в недоумении от происходящего, выдохнул и встал на одно колено. — Ты станешь моей женой?              Секунда — шок. Следующая секунда — на ее щеках уже дорожки слез, я даже не смог сдержать улыбку.              — Ну и чего мы слезы льем? — я встал с колена и, подойдя к Поле, ласково взял ее лицо в ладонь, нежно стирая слезу большим пальцем. — Думаешь, я буду настолько ужасным мужем? — в ответ Поля издала смешок. — Так каков будет твой ответ? Я заслужил быть твоим мужем?              — Конечно, да, разве может быть иначе? — она улыбнулась мне сквозь слезы.              — Позвольте вашу ручку, — сказал я и, взяв руку Поли, надел колечко на свое законное место.              — Раз такое дело, то у меня тоже есть новость, — Поля с улыбкой убежала в другую комнату, оставив меня ожидать. Через пару мгновений она вернулась и отвела меня в сторону от остальных. — Хочу, чтобы ты узнал первый.              — Милая, я, конечно, понимаю, что, возможно, делать предложение при всех было не лучшей идеей, но неужели ты решила меня заставить сегодня нервничать еще больше из мести? — Поля рассмеялась и чмокнула меня в щеку.              — Ну ты же сделал его не перед полным стадионом. Они наши самые близкие люди. Так что никакого наказания. Просто не знаю, с чего начать... — девушка замолчала, очевидно, собираясь с мыслями. — Ты же помнишь наш Новый год?              — Конечно. Амнезии, вроде бы, не было, — я посмотрел на Пелагею в ожидании продолжения.              — В общем, я знаю, что мы пока не планировали и вообще не говорили об этом, но, кажется, в этот Новый год у нас получилось чудо, — Поля достала из-за спины черно-белый снимок УЗИ вместе с положительным тестом на беременность и посмотрела на меня.              — Это... Серьезно? — в шоке спросил я, бережно взяв снимок из рук Поли. — Ошибки ведь не может быть? — с надеждой произнес я, глядя в глаза девушке.              — Конечно, серьезно. Я же у врача была, он сказал, что срок ровно четыре недели, — в глазах блондинки стояли слезы, но по ее улыбке было видно: она счастлива.              Ребенок. У нас с Полей будет ребенок. Я стану отцом. Боже, почему это звучит настолько странно? Я же, вроде бы, взрослый человек, и это логичное продолжение, и я так сильно этого ждал. А сейчас я стою перед любимой девушкой как полный идиот, не в силах вымолвить даже слова.              — Ты не рад? — улыбка понемногу стала сходить с лица блондинки. — Вить, у него уже сердечко бьется...              Вместо всех слов я просто поцеловал ее. Это казалось гораздо правильнее и лучше любых слов. Вся моя любовь, нежность и эмоции сейчас были здесь, в этом поцелуе. И то, что у нас сейчас был полон дом гостей, меня волновало в последнюю очередь.              — Как ты могла об этом даже допустить мысль? — я прислонился лбом ко лбу Поли, смотря ей в глаза. — Я очень рад. Я теперь самый счастливый человек на земле, — с улыбкой произнес я, чувствуя, как по щеке скатывается скупая мужская слеза.              — Ну ты чего? Я думала, за эмоциональность в нашей семье буду отвечать я, — Поля тихо засмеялась.              — Мы оба с тобой в этом хороши, Полюш, — я поцеловал Полю в лоб. — Идем к остальным. Им явно требуется объяснение.              — Идем, — Поля взяла меня за руку, и мы вернулись к столу.              — Семья, у нас новости, — с улыбкой сказал я, когда мы вернулись к остальным.              — Мы так и поняли, — подала голос Добрякова. — Раз вы позволили себе прилюдно поцеловаться, то дело правда серьезное.              — Зришь в корень. Это правда очень важно, — мы с Полей переглянулись. — У нас будет ребенок.              — Да ладно? — первая вскочила Катя, следом подключились остальные и побежали все вместе нас обнимать. — А я знала, что все у вас будет хорошо. Затея с Новым годом была прекрасная, я сразу говорила тебе, — она посмотрела на Полю.              — Та-ак, девочки. Я чего-то не знаю? — я обнял Полю со спины. — Я думал, это была твоя затея с этими загадочными письмами, Кать.              — А вот и нет, я лишь помогала с воплощением, а идея была полностью твоей будущей жены, — с улыбкой сказала Катя и, быстренько поздравив нас еще раз, поспешила ретироваться.              — Любовь моя, зачем столько сложностей? — я развернул девушку к себе лицом. — Могла бы просто прийти ко мне домой. Мы бы поговорили... и не только поговорили... Но все бы так же было хорошо.              — Шутишь? У нас были такие отношения, что ты бы вряд ли вообще пустил меня в дом, — она обняла меня за шею.              — Страстные — вот такие вот отношения, знаешь, — я ухмыльнулся и спустил ладони ниже талии, за что следом получил по рукам. — Ай, вообще-то больно…              — Руки на талию, дорогой, не ниже!              — Все-все, больше не буду. Я вообще теперь с тебя должен пылинки сдувать, — я чмокнул блондинку в висок.              — Да и потом, я хотела в этот Новый год чудес. И я их получила, — Поля погладила меня по волосам.              — Мы оба получили. Наше самое главное чудо теперь здесь, — я положил руку на животик Поли, поглаживая его.              Теперь у меня есть семья. Своя собственная, с любимой женщиной и двумя дочками (я уверен, что вторая тоже будет девочка). Вот так один день, один праздник и один шаг навстречу друг другу может изменить всю жизнь. А самое главное — на всем жизненном пути не переставать верить в чудо. Оно играет очень важную роль.