Koti on lämpö

Миша бренчал какую-то неопределенную мелодию, невпопад перебирая струны. При этом он так сильно вжимал струны в гриф, что огрубевшая кожа покраснела. Сегодня всё шло не так, как хотелось бы. Несмотря на то, что уже потихоньку темнело парень никак не хотел возвращаться домой. Приятный прохладный ветерок развевал покрашенные пряди волос, последние дневные птички допевали свою чирикающую мелодию, уют и спокойствие окутали парня посреди леса. ‎-Сорокин, вот ты где, - окликнул его знакомый грозный возглас. Михаил вздрогнул от резкого нарушения тишины. ‎-Ты вроде в кураторах только у Яна, что от меня нужно?- спросил Миша, нехотя отрываясь от инструмента и смотря в сторону приближающегося к нему старшеклассника. Борис шёл размеренной важной походкой, хотя и можно было считать с его лица ругательства на ветки деревьев, которые цеплялись за патлы. Надо же было Сорокину лезть в такую чащу, мог же поближе к нормальным дорожкам пристроиться. ‎-Миш, тебя весь день никто не видел, на завтраке не было и обеде. Варя с Крис обеспокоились и попросили тебя найти, потому что Ян им сказал, что ты с утра на него психанул и ушёл из комнаты. Я вам не собака ищейка. Сейчас время ужина, сходи поешь, и покажись, что ты жив-здоров. - спокойно обратился к 10 класснику Голицын, останавливаясь в паре шагов от него. ‎-Я не голоден, ещё что-то?- буркнул Сорокин, отвечая максимально отрешённо и сухо, почти не смотря в сторону парня. ‎-Ну тогда просто возвращайся в кампус, пока все преподаватели не забили тревогу, и это не дошло до твоих родителей, не вытворяй глупостей, пожалуйста - серьёзно и твёрдо парировал Борис, прожигая Сорокина в спину недовольным взглядом. ‎Миша хотел было что-то возразить, но услышав упоминание родителей промолчал, ещё больше погрузившись в себя. Он не хотел расстраивать их своими проблемами. ‎Борис заметил ещё более печальный прогиб в спине Миши и поспешил исправить ситуацию. ‎-Никто разумеется им не будет звонить по пустякам, но лучше чтобы ты вернулся поскорее. - более спокойно и участливо произнёс Борис, одаривая парня даже сочувственным и понимающим взглядом. ‎- Хорошо, Борь,- тихо произнёс Миша, соглашаясь и наконец-то посмотрев на собеседника. ‎-Слушай, а я не могу куда-нибудь переехать от Яна?- уточнил он невзначай, запихивая гитару обратно в чехол. ‎Борис был несколько удивлён, что этот вопрос он задаёт ему. Голицын не мог отвечать за переселение и прочие организационные вопросы, хотя частично, возможно, мог повлиять, только никаких поводов для этого не было. ‎-Ян настолько плохой сосед?- насмешливо протянул он, необдуманно. Миша вспыхнул, ему резко захотелось послать Борю куда подальше и остаться здесь, в принципе по сравнению с соседством с Яном, жизнь в лесу была очень даже комфортна, вот только в ту сумму, что отдавали за обучение в Ильвесе Мишины родители входило и жильё, так что с отшельничеством можно и повременить. Он стерпел приступ злости и лишь сквозь зубы бросил: - Да, настолько,- посмотрел на старшего исподлобья. Боря заметил этот насупленный напряжённый взгляд и понял, что сказал лишнего, точнее выразился не с той интонацией, которую подросток хорошо считывал и понимал. ‎-Прости, не хотел задеть, случайно ляпнул, - сказал он, поспешив исправить ситуацию. ‎-Тебе помочь с гитарой? - неожиданно участливо даже для самого себя предложил Борис следом. ‎Миша приподнял бровь удивлённо уставившись на парня, завтра видимо солнце взойдёт на западе, что сам Борис Голицын извинился, хотя в сложившейся ситуации виноват далеко не он, да ещё и предлагает руку помощи. ‎-Извинения приняты - всё так же сухо ответил Миша, показательно закидывая гитару на плечо, а-ля "мне ничего от тебя не надо, можешь топать своей дорогой". ‎ Парни направились из леса по тропинке, что вела к Ильвесу. ‎"Обратно в этот дурдом ", - пронеслось где-то в голове Сорокина. ‎-Насчёт переезда от Яна, я конечно подумаю, что можно сделать, но не обещаю чего-то конкретного, - послышалось со спины. ‎-Я понял, помощи могу не ждать, - как отрезал Миша, выворачивая сказанное Голицыном. ‎Боря лишь покачал головой, уже нагоняя Сорокина, при этом идя всё так же размеренно, просто широкими шагами. ‎-Я этого не говорил. - вообще этот диалог надо было бы уже прекратить, судя по степени закипания Миши, но повтора этой ситуации не хотелось и Борис решил расспросить подробнее. - Что у вас вообще с Яном случилось? Если это из-за Лейно, то у тебя и так не было шансов, - ух опасную выбрал формулировку, пронеслось в ответ в голове у парня, но переформулировать уже было поздно и точно не в характере Бориса. Будет как есть – грубая констатация факта. Хоть это было понятно давно, у Миши всё равно что-то больно закололо в груди, а потом заныло, не отпуская. Взгляд его совсем поник и он был готов даже расплакаться, если бы сейчас рядом никого не было. Хотелось сказать "А у этого придурка , неделю назад поступившего, значит есть? ", но это значило бы, что они начнут обсуждать Яна, а говорить о нём Мише совсем не хотелось. ‎- Спасибо, что любезно напомнил, без тебя-то я не знал.- Миша ответил как-то рвано подбирая слова на ходу, так, что интонация сказанного ощущалась сдавленно и зажато. Он пнул со злости какую-то корягу, а затем камень, попавшийся под ногу. Внутри забушевала война разочарования, обиды, зависти и даже ревности, которая была не совсем обоснованная, учитывая то, что с Эриком поправде, кроме его глупых мечтаний их ничего не связывало, но всё равно было неприятно до тошноты. ‎-Миш, это факт и глупо его отрицать, присмотрись уже к кому-нибудь другому или отвлекись чем-нибудь, чтобы не мучить в первую очередь самого себя - коротко и прямолинейно посоветовал Борис, несмотря на то, что заметил отрицательную реакцию Миши, трудно было не обратить внимания на потускневший и расстроенный взгляд, но подкреплять Мишины мечтания ему точно не хотелось. ‎-Спасибо за совет, могу рассмотреть твою кандидатуру, если ты так печёшься обо мне- закатив глаза пробурчал Миша. Борис немного опешил, а потом в мозг въелось это "печёшься", а вообще, почему он тут идёт с Мишей бок о бок, хотя мог спокойно уйти вперёд, продолжает этот диалог, несмотря на холодные и отрешённые ответы, зачем он попёрся в лес, чтобы найти Мишу быстрее чем учителя, потратив попусту своё драгоценное время. Да, его попросила Кристина, но можно же было соврать о каких-нибудь делах в клубе. Ну нет же, пошёл искать беглеца. Борис перевёл взгляд на профиль Сорокина и его опущенные плечи. Крис частенько упоминала, о своих попытках помочь Мише разрулить его проблемы и загоны, что, как мухи на мёд, налетают на эти плечи. М-да, пожалуй, из-за подруги Боря даже очень хорошо был посвящён в лор Михаила. В моменте в груди, что-то защемило и Мишу захотелось обнять, вот просто пока никого нет, взять и обхватить руками, скрыть на несколько минут от внешнего мира. Однако даже для простых обнимашек они были явно не в тех отношениях, и закрытый по себе Миша, тем более сейчас, вряд ли бы, принял этот жест доверительно. Что именно это сейчас было, простая жалость или возможно какие-то другие чувства вызывали такие ощущения, Борис пока не понимал, да и разбираться сил не было, просто нужно механически поддержать Мишу сейчас, дальнейшие действия продумает он потом. ‎-Это не обязательно, просто выкини из головы Лейно для начала, тебе пойдёт на пользу - ответил Борис. "А потом уже подумаешь, кого рассматривать"- подумал, но говорить всё же не стал. ‎На этот раз Сорокин ничего не сказал, да и не хотелось, он понимал подсознательно, что Боря прав, но вот эти слова "выкинь из головы" у них всех звучали слишком просто, клишированно, а оттого противно. Как будто человек может по щелчку пальцев разлюбить, на деле это было гораздо проблематичнее, как минимум с точки зрения ощущений самого Миши. Они дошли оставшуюся часть пути в тишине, и, когда вблизи уже показались домики, Борис коротко бросил на прощанье. ‎-Всё же поешь, и постарайся поменьше забивать голову придурками. ‎Миша нехотя кивнул, наблюдая за уходящим в свою сторону Голицыным. Пока они шли с Сорокиным, на улице окончательно стемнело, поэтому можно было идти к своему домику. Комнату он занимал один, очередной бонус от отца- главного спонсора Ильвеса. Поэтому его необычно раннее возвращение в спальню никого удивить бы не смогло. "Надо бы подготовится к завтрашнему дню. Так, доделать домашку, подготовить план по направления финского кружка на этот год, завтра собрание, вроде бы по экономике свою часть доклада он доделал, надо ещё раз проверить презентацию и посмотреть, какие страницы по истории Финляндии нужно прочитать, задали вопросы в конце параграф, сможет ли Миша к занятиям подготовиться, в комнате же по-любому будет Ян, а Миша ещё не отошёл?... Миша?... А почему о нём подумал?", – Борис завис перед экраном ноутбука, который он открыл, чтобы посмотреть презу. Машинально мотнув головой , отряхнувшись, он спихнул всё на то, что сегодня просто было многовато Сорокина, да и его "могу рассмотреть твою кандидатуру", нахуя такое вообще кидать, Голицын же не гей. Да, и гомофобом он тоже не был, вообще в Финляндии, где он собирался поступать в университет, однополые браки легализованы, так что... "И что "так что.." ?" Борис тяжело вздохнул, потирая переносицу, он не сможет нормально заняться делами, пока в его голове крутятся мысли о Сорокине. Но время терять не вариант, было восемь вечера, к двенадцати нужно закончить все дела. Телефон загорелся уведомлением от "Софья Клуб" : "Борис, не спишь? Я тебе заявку на учебники не отдала, ты куда-то пропал днём. Можешь подойти к учебному корпусу?" Отлично, заодно можно и подышать свежим воздухом. Снова... Ладно может теперь поможет отделаться от назойливых мыслей. Борис отпечатал в ответ "сейчас подойду" и накинув куртку вышел из комнаты. На улице моросил дождь, парень цокнул. Ладно дел на пять минут, успеет до начала ливня, главный корпус был не очень далеко. Быстрым шагом он дошёл к месту встречи со своим заместителем Соней, та была вместе со своей подругой, её имени Борис не помнил, ну и было это не так важно. -Hei! Odotatko todella?– махнув рукой, окликнул их Борис. –Hei! Ei siitä ole kauan. Anteeksi, että on niin myöhä, vuoden alku. – ответила девушка, протягивая папку с бумагами. Дождь вдруг забил сильнее. Хватая папку, Борис натянул капюшон. Дождь был осенним и пока ещё тёплым. -Mitään. Käy huoneet nopeasti läpi. Heippa. – бросил, уже убегая в сторону домиков, не хватало ещё простыть в начале года. И как только он повернул в сторону, где находилось его жилище, случилось невероятное... Миша... В беседке... Весь мокрый... Блядь... Ну что опять... И вот Борис Голицын на распутье, направо пойдёшь домой попадёшь, налево– женат..тьфу ты, нет, проблемы найдёшь. Ну и вот, что тут делать? Миша не под ответственностью Голицына, ну и какого хуя он должен бескоится о нём... Но под сердцем будто что-то колит при каждом взгляде на этот понурый силуэт в беседке. И здравый смысл идёт гулять, сегодня Борис всё-таки будет разбираться с чувствами Михаила и со своими, которые появились как-то слишком неожиданно. Спасибо, Крис, что уж слишком часто упоминала затравленного парня в их беседах. – Ты чего здесь? *** Миша посмотрел вслед удаляющемуся Борису. Чёрт, ну вот почему его угораздило тащится за Сорокиным в лес. Голицын по ощущениям единственный во всём Ильвесе, кому до Сорокина никакого дела не было, а ну ещё Эрик, как он, Миша, мог забыть, сегодня ведь все об этом напомнили. А можно тогда уже все забьют на него, тогда хотя-бы не будет буллинга, никто не будет лезть и провоцировать и можно будет спокойно отучится в старшей школе и уехать куда подальше. Но нет, в комнате сейчас ждёт соседушка, который за недолгое пребывание в школе успел создать новый виток неудач для Сорокина. И без него их было предостаточно, а с появлением Яна хорошее настроение Миши постепенно становилось почти невозможным. И как он только изначально мог подумать, что они будут друзьями, искренне верил в это, а в итоге - всё как обычно... Голову опять заполонили неприятные мысли, они навязчиво давили, нагоняли тревогу и разочарования. Ступеньки кажется стали выше и скрипели всё сильнее с каждым шагом, хотелось просто попасть в комнату, упасть на кровать и провалиться в забытие, главное подальше ото всех. Стоя в коридоре Миша замер перед дверью, из щели внизу шёл свет, все надежды, что Ян куда-то вышел по делам, желательно на всю ночь, разбились в пух и прах. Миша вскинул голову наверх "просто игнорируй его", сосчитал до трёх и вошёл. А лучше бы этого не делал. На кровати соседа сидели Ян и Эрик, окей, этот факт уже бьёт по нервам, но они блядь целуются, Ян целует Эрика. Ян сразу же заметил Мишу, и ни сколько не растерялся, как будто знал, что это вполне могло произойти. Он лишь насмешливо уставился на него, прожигая прищуренным взглядом –Что за?! – внутри всё оцепинело... Хотелось ещё что-то сказать, но к горлу подступил ком, и слова застряли, Миша просто застыл на месте, не зная, что теперь делать. Лейно опомнившись, обернулся на шум, на белоснежном лице раскрасневшиеся губы горели огнём. Светло голубые глаза панически задёргались, он явно не ожидал такого поворота событий, в отличие от Скоглунда, всё так же хладнокровно сидящего рядом. –Ян, ты же говорил, что твой сосед сегодня ночует у друга в комнате?! – опешил Эрик, теперь уставившись на Яна, рассерженно, требуя объяснений. –Прости, видимо он и там лишним оказался. – Ян сделал сочувствующее лицо, после одарив Сорокина издевательской улыбкой, более похожей на оскал. – Бля, идите нахуй! - Миша бросился из комнаты, попутно рукой ударившись об дверной косяк, он не чувствовал тела, голова была уже свинцовой, хотелось просто уйти, исчезнуть, поставить жизнь на паузу и очнутся, когда всё это пройдёт, когда в его жизни всё наладится. На улице начал идти сильный дождь, Миша не думая побежал в сторону леса, потому что именно это место внушало спокойствие и безопасность, но вход уже закрыли на ночь. Близится комендантский час, ещё и погода испортилась, предполагалось, что никого на улице уже не будет, фонари освещали дорожки между домиками и беседками. Дождь лил сильнее, школьная форма промокла. И что возвращаться домой? Нет, Яна больше и мельком видеть не хочется, как он это сделал, он здесь совсем ничего, но уже целует его идола, касается того, на кого Миша боялся лишний раз посмотреть. "Ненавижу!" Миша понуро пошёл к ближайшей беседке, чтобы укрыться от дождя и привести мысли в порядок, как минимум хотя бы попытаться. Внутри небольшой деревянной постройки горела лампочка, видимо забыли выключить. Осторожно поставив гитару на лавку, Миша сел рядом, поджав колени ближе к туловищу. Становилось холодно, хотя бы чувство зяблости чуточку перекрывало мысли об Эрике. Очевидно с ним покончено, Борис ведь правду говорил, ничего с ним не получится, он даже имени Миши не знает... Но чувства съедают, он ведь так хотел, так мечтал, что однажды признается в чувствах, они начнут встречаться, уедут в другую страну, заведут кошку, как вечерами будут лежать в обнимку и Миша будет перебирать, поглаживая белые пряди Лейно, но теперь это всё разбилось о суровую реальность. Глаза как-то сами собой взмокли. Миша просто устал. – Ты чего здесь? –Миша вздрогнул от неожиданности, как днём. Он перевёл расфокусированный от слёз взгляд. Опять Борис, что ему дома не сидится? Сегодняшний день никогда не закончится? Борис сверлит своими глазами. Ждёт, что его снова пошлют и он точно пойдёт, потому что не его это дело. Но Миша просто посмотрел на него, глаза красные от слёз, а лицо бледное, ещё хуже, чем было двадцать минут назад, когда они разошлись. Что опять случилось? –Миш, нужно домой, здесь холодно, заболеешь. – коротко подметил Борис, а в сердце всё трепыхалось, жалость, это жалость. Когда этот парень сидит здесь до нитки промокший, сжавшийся в клубок, как уличный котёнок, которого избила толпа мальчишек. Миша не нашёл слов и лишь помотал головой. Так понятно, из него сейчас информацию только щипцами вытягивать. Борис не долго думая, хватает чехол с гитарой Миши и идёт в сторону своего домика. – Верни! – Миша хватается за ремень и судорожно, трясясь то-ли от холода, то-ли от стресса, дёргает её к себе. –Миша, пошли ко мне, раз домой не хочешь. Сорокин смотрит, насупившись, но деваться ему некуда, и склонив голову идёт вслед за Голициным. Дошли они молча, Борис закрыл дверь, а гитару аккуратно приставил к ней. Миша, подрагивая осмотрел комнату, в целом похожа на его, только кровать одна и ещё одна дверь слева. Пока он оглядывался Борис сунул ему в руки полотенце и стопку вещей. –Душ там, – Борис указал на ту самую дополнительную дверь, тебе нужно согреться, а то заболеешь. – А у детей спонсоров ещё и отдельные комнаты с собственным душем... – процедил Миша, беря протянутые вещи. – Небольшие бонусы, вообще мы просто можем выбирать соседей, но мне захотелось жить одному. –Понятно, – тишина Миши разъедала внутри как кислота, уж лучше бы психовал, ведь сейчас стало очевидно, что его кто-то сломал. Сорокин ушёл в душ, а Боря снял мокрую куртку, к счастью, форма не сильно промокла. На столе всё ещё стоял ноутбук, Борис поставил рядом электрический чайник и две кружки, согреются и поговорят, он скажет Мише, что нужно вернуться в комнату, пока его не определили в другую. Можно было бы предложить Сорокину жить вместе, затащить ещё одну кровать, всё равно Борису бывает скучно иногда одному... Так стоп... Но это не повод сразу звать Сорокина, разрушать собственный комфорт, ради левого парня, с которым они даже не дружили? No, ei. Тут Миша вышел из душа и Борис впервые осознал разницу их габаритов, футболка, которая была Голицыну в самый раз на Мише висела, а штаны были крепко затянуть, судя по всему. К щекам прилил жар, Боря впервые видел кого-то в своей одежде, он даже не подумал об этом. –Спасибо, –пробормотал стиснув зубы Миша, – Могу я переночевать у тебя? Я на полу посплю, только одну ночь, пожалуйста. –Вообще я и планировал, что ты останешься, ночь уже. Садись пей чай, я быстренько в душ и расскажешь, что случилось? Миша проводил Борю взглядом и прошёл к столу, всё в идеальном порядке, кружки белые-прибелые, ручки разложены по цветам, карандаши заточены, Миша здесь каким-то ярким инородным пятном ощущался. Зачем вообще Борис его за собой потащил, казалось, тот даже днём был раздражён, что ему нужно возится с Сорокиным, а тут он же мог спокойно мимо пройти. Борис щелкнул дверью ванной комнаты. – Чего чай не пьёшь? Остынет. Он подошёл к Мише, параллельно вытирая мокрые волосы, растрёпанный длинный волфкат очень непривычен был на Борисе, он-то на учёбу всегда с собраными волосами ходил, чтобы не мешались. Он кинул полотенце на сушилку, взял кружку и упал на кровать, похлопал рядом, приглашая присесть Мишу. Тот заметил, что сейчас Голицын выглядел спокойнее, чем десять минут назад. – Спать мы не ляжем, пока ты не успокоишься окончательно. Так что говори, что Ян опять натворил, выбросил плакаты или теперь уже твою кровать? – он прижался губами к кружке, делая глоток, не отводя пристального взгляда от Миши, показывая тем самым, что ждёт ответа и уйти от разговора у Сорокина не получится. Миша сел рядом, тоже взяв кружку с собой. – Не могу сказать, это чужой секрет... Но с Эриком теперь точно всё... "Слава Богу, Одину, Бальдру, всем спасибо! " –подумал про себя Борис и уголок его губ дернулся вверх. "Чем вообще Лейно смог так вдохновить Михаила?" - насколько знал Голицын, Эрик с Сорокиным совершенно никак не контактировали. Но поднимать эту тему не хотелось, ведь сейчас наверняка Миша зачитает тираду о всех положительных качествах Лейно, на душе итак кошки скребут, не будем усугублять ситуацию. Нужно, чтобы Миша выговорился. Но как подступиться? Борис начал думать, невзначай рассматривая лицо Миши, выбирая за что можно зацепиться. Окрашенные пряди уже потеряли изначальный яркий цвет и смягчали внешность, нос горбинкой, как говорят - мечта художника, и родинки, множество родинок на щеках, шее, руках. Зацепился. Зацепился взглядом за синяк на предплечье, ещё свежий, красный кровоподтёк. Борис не удержался и схватил Мишу за запястье, слегка сжимая. –Тебя что Ян избил? –слишком громко и твёрдо сказал Борис, его голос словно разрезал воздух в комнате. Миша дёрнул руку обратно. –Нет, я об дверь ударился, когда выбежал из комнаты, никто меня не избивал, я что настолько слаб по-твоему? – потирая руку, протароторил Миша, к концу он начал срываться на крик. – Да, кто знает, может Ян тебя запугивать начал. – так эффект есть, получается растормошить Мишу. – Зачем бежал тогда, что ты там увидел такого? Эрика? – как-то сам собой абсолютно естественно ляпнул Борис в конце имя, он же не хотел, само получилось. Миша покраснел, то-ли от смущения, то-ли от злости. Борис уже хотел дать заднюю, как друг Миша взорвался. – Да, Эрика! Они были там с Яном, в моей комнате! Я был влюблён в него несколько лет, а этот змеёныш, смог за считанные дни заслужить его расположение и его самого! И мало этого, он ещё и.... Блядь, да я этого произнести даже не могу! – слёзы снова начали поступать, но Миша старался держаться. – Почему Ян получил всё, чего так хотел я?! Что со мной не так?! – Миша резко повернулся на этих словах к Борису, посмотрел прямо в глаза ему, как бы высматривая в них ответ. Борис отвёл взгляд, к щекам снова прилил жар. – С тобой всё в порядке. –сердце пропустило удар. – Знаешь, Миш, я не хочу тебе говорить, что всё наладится, что всё будет хорошо. И думаю, тебе это не нужно. Реально, вгляни правде в глаза! Ты влюбился в образ Лейно, который сложился в твоей голове, на самом же деле всё будет совершенно иначе. И посмотри, что с тобой случилось, как только он не оправдал твоих ожиданий и выбрал Яна. – Борис поддался вперёд ближе к Мише. – Для начала узнай человека, а потом влюбляйся! Понял? Миша уныло уставился в пол. Борис был прав, он слишком замечтался, и забыл о реальном положении вещей... На щеках проступил румянец, подросток явно не представлял себе, что когда-то, вот так, сидя у Голицына на кровати, в его одежде, будет разговаривать с ним, разбирая накопившиеся проблемы. Они даже не общались никогда, а сейчас Боря так участливо пытался поговорить. Он вполне мог даже не разговаривать с Сорокиным, пригласить домой, чисто из жалости, молча постелить на полу, отправить в душ, и дальше заниматься своими делами, но он тратил своё время на эти разговоры, пытался поддержать, зачем? Всё это наводило на мысли, что Борису он и его состояние действительно не безразличны, и это Мишу сильно удивляло, он не мог до конца поверить. Решив списать всё на то, что Боря просто знаком с Кристиной, наверное наслышан о его жизни, а потому испытывает некоторое сочувствие, Миша не стал разбираться с ворохом новых мыслей, сил просто не было анализировать всё, что произошло. Он был только безмерно благодарен Борису, за то, что сейчас находился в тепле, а не на улице в холодной, промокшей от дождя беседке. Миша сам не заметил как за всеми этими размышлениями молча склонил голову, прислонившись к плечу Голицына. -Спасибо тебе ещё раз,- нарушив тишину повисшую между ними, почти прошептал Михаил. Борис ничего не ответил молча допивая чай. Заметив, что Миша прильнул к его плечу, он еле заметно улыбнулся. На душе потеплело. Эта картина почему-то радовала и умиляла. Либо Миша настолько сильно устал и забылся, либо их взаимоотношения стали более доверительными. Боре хотелось верить во второе, он положил свободную руку на чужое плечо, притянув сильнее, так, что голова Миши теперь полностью покоилась на его плече. Не заметив, отрицательной реакции на свои действия, Боря оставил руку, размеренно, успокаивающе поглаживая предплечье парня, который прикрыв глаза, продолжал сидеть рядом, не отстраняясь. Можно было просидеть так вечно, но дела сами себя не сделают, а открытый ноутбук напоминал о незаконченной работе, потому, допив чай, Борис нехотя потрепал, обессиленного Мишу. Тот мгновенно резко приподнял голову. – Теперь ложись спать. На кровати. - почти приказным тоном произнёс Голицын. – Чего, а ты? Это же твоя комната, я и на полу могу, нечего меня жалеть! – сонно запротесовал Миша, потирая глаза. –Забей, мне нужно дела доделать, я тебя ещё разбужу, пока в кровать лезть буду, так что пользуйся. Да и я покрепче тебя буду, а ты худой, ещё синяки себе заработаешь, спя на полу. Борис встал и пересел за рабочий стол, начал что-то искать на ноутбуке, перебирать папки. Миша на минуту подзавис, думал ещё что-то возразить, неловко всё-таки сгонять хозяина жилья на пол. Но в моменте он почувствовал тяжесть во всём теле, сегодняшние потрясения разом навалились на мышцы. Так что пришлось согласиться, потому что на полу место для сна нужно было бы ещё готовить. Миша поставил кружку с чаем, который он так и не выпил на стол и залез под одеяло. Постель пахла Борисом, мягко, тепло и уютно, перед глазами Голицын щёлкает по клавиатуре, веки начали смыкаться и Миша наконец-то провалился в забытие. Миша не понял через сколько, но он проснулся посреди ночи, свет уже был выключен и Боря сидел перед синим монитором в очках. Никогда его таким не видел, рассеянно задумчивый, домашний. Миша начал потихоньку подсматривать, делая вид что спит. – Всё! Закончил! – победно прошептал Борис, закрывая ноут и потягиваясь на стуле. Он снял очки и повернулся на Мишу. Понял, что тот не спит? Сейчас скажет перебираться на пол? Он же устал наверное. Но вместо этого, Борис сел на корточки возле кровати, всматриваясь в лицо Сорокина. Внезапно он наклонился и быстро коснулся губами лба, закрытого чёлкой. Миша не шевелился, но внутри вопил чайкой или точнее сорокой. Боря тут же встал, достал из шкафа ещё одно одеяло и плед и бросил их на пол, возле кровати. Улёгся, подложив руки под голову, несколько минут он лежал, а потом прошептал в темноту, как бы фиксируя заметку: –Завтра попрошу администрацию переселить Мишу ко мне, узнаем друг друга получше.