Чувство жизни

      Несмотря на то что лето было уже на пороге, на крыше было прохладно, ветер слегка обдувал, и незастегнутая ядерно рыжая ветровка Нила слегка колыхалась, поддаваясь порывам. Листы ржавеющего металла, покрывающие крышу, проминаясь, поскрипывали под ногами парня. Он знал куда шёл.       Едва зайдя за невысокую трансформаторную будку, на глаза, как и ожидалось, попался темный силуэт сидевший на самом краю крыши. Силуэт четко выделялся своей чернотой на фоне ярко рыжего здания общежития, хотя сгущающиеся сумерки слегка сглаживали этот контраст.       Нил молча присел рядом, свешивая ноги вниз подобно позе Эндрю. Они не просидели так и минуты, когда Нил, вдруг не выдержав, повернулся и спросил:       – Почему ты приходишь сюда? – Нил наклонил голову набок в попытках разглядеть выражение лица Эндрю, но тот как всегда был спокоен, – Ден сказала что ты боишься высоты.       Эндрю молчал: или придумывал ответ покороче или не желал разговаривать вовсе. Он медленно, с нарочитым спокойствием достал пачку сигарет и зажигалку из кармана кофты. Покрутил зажигалку между пальцев пристально вглядываясь в нее, зажег, затем достал сигарету и поднес к пламени.       – Ден бы поменьше болтать, – пренебрежительно кинул Эндрю, убирая зажигалку.       – Но все же... – Нил слегка оживился, пытаясь подтолкнуть Миньярда к разговору, тот лишь посмотрел на него изучающим взглядом.       Эндрю оглядел всего Нила с ног до головы несколько раз, пока сигарета тлела у него в руках: курить он видимо не собирался; однако за все это время он не разу не посмотрел в холодные голубые глаза. Нила в это время действия Эндрю ещё больше распаляли, он жаждал узнать об этом загадочном и темном человеке как можно больше, все таки они пара, если можно так сказать. Но сегодня Эндрю, видимо был не в духе. Нил прекрасно помнил о ножах в повязках, которые уже ни раз видел у шеи Никки, однако это не остановило его от фразы так и крутившейся на языке:       – Ты боишься что я узнаю о тебе больше, чем ты сам готов рассказать, – эти слова вылетели изо рта Джостена с такой лёгкостью и нативной насмешкой, что он сам удивился.       Терпения Эндрю хватило не на долго, он тут же, отбросив сигарету вниз с крыши, сильной хваткой свалил Нила на железные листы крыши, нависая сверху темной тучей, его глаза светились злостью, Нилу и этого не хватило.       – Ты боишься, – повторил он, тыкая пальцем прямо в грудь Эндрю, однако он помнил что тот не любит прикосновений и поэтому не стал дотрагиваться.       По Эндрю было видно что он вот-вот не сдержится и разорвет Нила в клочья, однако этого не произошло, огонь в глазах погас и Эндрю, зажмурившись, обессиленно лег прямо на Нила, уместив голову ему на грудь. На Джостена накатила волна удивления, он четко чувствовал как напряжены почти все мышцы Эндрю. Несмотря на то, что это был вообще не первый из контакт, так далеко в тактильности они ещё не заходили, учитывая что Эндрю терпеть не может чужие прикосновения.       Нил только начал приходить в себя после такого потрясения, но его руки уже машинально были прижаты к крыше ладонями вниз. Он всё ещё чувствовал абсолютно любое движение Эндрю: каждый вдох, каждый напряжённый мускул, пальцы Миньярда, которые впивались в плечи Нила и тепло. Тепло было таким приятным и обволакивающим, словно он не лежал спиной на холодном металле, а плавал в топлёном молоке. Но Джостен всё ещё понятия не имел что происходит, поэтому решился на весьма опасный шаг.       – Что ты делаешь? – Нил смог выдавить лишь это, ему было очень страшно шевелится, от каждой сказанной буквы тело Эндрю напрягалось все сильнее, а Нилу вообще не хотелось спугнуть его и потерять это тепло.       – Я хочу перестать боятся, – ответ Эндрю последовал через пару секунд, его голос прозвучал хрипло и сдавленно, расходясь вибрациями по груди, что заставило тело Нила покрыться мурашками.       Джостен был ошеломлён, повергнут в невероятный шок, в его голове обезьянка с тарелками соседствовала с салютом и громким отборным матом. Нил абсолютно не представлял что ему дальше делать. Он отказывался верить в происходящее, отказывался верить в то, что Эндрю Миньярд – самый неприкосновенный член команды Лисов, самый агрессивный и неприступный сейчас наконец доверяет кому-то. А этом кем-то стал он – Нил. Сердце забилось чаще сначала после этой мысли, а затем после того как дыхание Эндрю начало выравниваться, а мышцы расслабляться.       Одному богу известно что происходило в этот момент в голове Эндрю, возможно там маленькие человечки бегали и били тревогу, а возможно там была просто пустота и всепоглощающий страх, но одно Нил знал наверняка: этот шаг дался Миньярду очень непросто.       Нил не знал сколько они так пролежали, ему хотелось верить, что этот момент продлится вечность. Эндрю почти полностью расслабился и его пальцы больше не впивались в плечи Нила, а спокойно лежали на них иногда вздрагивая.       На улице было уже совсем темно, освещения на крыше не было, поэтому пробираться обратно к лестнице приходилось почти наощупь. Комната общежития встретила их темнотой и прохладой: окно было открыто. На улице начал накрапывать дождь.       Эндрю сразу встал у окна, его лицо освещалось тусклым жёлтым светом уличных фонарей. Нил не знал был ли тот настроен на продолжение разговора, но подошёл и встал напротив.       – Почему я? – совсем тихо, как бы в пустоту спросил Джостен.       – Ты уже задавал когда-то этот вопрос, я тебе тогда ответил, – да, Эндрю был вполне настроен на диалог.       – Нет, тогда речь шла о взаимоотношениях в целом, а я сейчас про твое доверие, – Нил был максимально серьёзен.       – Объяснения нет, – отрезал Миньярд, но, видимо, уловив пытливый взгляд он все таки решился, – Я хочу перестать боятся. Хотя бы тебя.       Последняя фраза прозвучала для Нила как удар колокола прямо над ухом. Эти три слова разрушили в голове Нила всё, чего они с Эндрю достигли за последний год. Он отклонился назад, убирая руки за спину. Эта фраза была самым страшным из того что он мог услышать. Он никогда не надеялся что кто-то будет его боятся, даже наоборот, он абсолютно не хотел перенимать дурную славу своего покойного отца.       – Нет! – выкрикнул Эндрю в ту же секунду, как Нил отстранился, это слово прозвучало в голове Нила ещё громче, это заставило его опомнится.       Нил ещё никогда не слышал чтобы Эндрю звучал так отчаянно, он протягивал к Нилу обе руки, на его лице отразилось чувство вины, а в глазах блеснула влага. Нил готов был поклясться, что видел слезы.       – Тебе не стоит, – Нил посмотрел на всё ещё протянутые руки Эндрю, покрепче сцепил свои за спиной и выдавил эти слова спокойно, хотя внутри него бушевал ураган эмоций.       – Это тебе не стоит, – Эндрю сделал паузу, положив руки Нилу на плечи, – боятся за меня так сильно. Я не сахарный, а ты не железный.       Нил аккуратно и очень медленно достал руки из-за спины, кладя их поверх рук Эндрю и бережно снял их с себя. Грубые, но теплые ладони Миньярда ощущались как никогда четко, их не хотелось отпускать, но Нилу следовало бы себя пересилить, поэтому он отпустил. Руки Эндрю медленно опустились, он посмотрел на них как на что-то удивительное.       Нилу не известно какие мыслительные процессы творились в голове Эндрю, он и свои собственные разобрать был не в силах, но через пару мгновений ему пришлось забыть абсолютно обо всём. Почти в полной темноте комнаты он почти не заметил как Эндрю опять потянулся к нему руками, но сейчас это происходило медленно. Миньярд был так сосредоточен, словно выискивал путь в обход всех своих страхов.       Нил всё ещё стоял ровно, опустив руки, которых через какое-то время коснулись пальцы Эндрю. Даже от столь незначительных прикосновений тепло разливалось по телу волной, накрывающей после каждого движения пальцев. Нил бы никогда не подумал, что что-либо прикосновения могли быть для него такими важными и даже интимными. Брать инициативу он не собирался, однако Эндрю и сам неплохо справлялся: помедлив, он наконец сделал шаг вперёд и сплёл свои пальцы с чужими. Нил сдавленно выдохнул. Эндрю оказался в невероятной близости к Нилу и вдруг заговорил:       – Я прихожу на крышу потому что благодаря страху я чувствую себя живым, – слова вылетали тихо, но четко, как будто оставаясь в комнате ещё какое-то время.       – Есть же и другие способы, разве нет?       – Да, ты видел, – перед глазами Нила сразу встала картинка белых шрамов на руках Эндрю, – Но и это не всё. Сейчас я тоже чувствую себя живым.       После этих слов Эндрю, не отпуская руки, а наоборот сжимая их чуточку сильнее, легко, но аккуратно прильнул к губам Нила. Этот поцелуй не был таким как предыдущие: в нем не было страсти, боли и борьбы, зато сладко чувствовалась любовь и нежность. Нил готов был отдать всё за то, чтобы ощутить это ещё раз, когда Эндрю все же отстранился. – Я не хочу терять и отталкивать. Я готов пересилить страх и не готов отпускать тебя, я справлюсь, – с этими словами Эндрю поцеловал Нила вновь. Ночь была темной, на улице ни души, только звёзды мерцали в небе, как будто переговариваясь. Фонари освещали стоянку на асфальтовом покрытии которой лежал, потухший из-за дождя окурок, брошенный кем-то с крыши.