Не то, чем кажется
12 мая 2026 г., 16:24
– Каждый поцелуй – это предательство.
После прозвучавшего как гром среди ясного неба заявления в кабинете воцарилось молчание, а внезапно загустевший воздух заискрился напряжением.
– Уилл?
Нацепив на лицо выражение вежливого удивления, Ганнибал издалека наблюдал за профайлером, который, повернувшись лицом к книжным полкам, задумчиво водил кончиками пальцев по корешкам книг. И как бы не было велико желание Лектера заглянуть ему в глаза, чтобы понять, что творится у того в голове, с такого расстояния сделать это было невозможно.
Выпрямив ноги, Ганнибал слегка наклонился вперед.
– О чем ты думаешь?
Уилл наконец обернулся и, держа руки за спиной, рассеянно прислонился к полке.
– Это кажется так просто, да? Простое прикосновение к губам другого человека. Миллионы поцелуев дарятся каждый день, – он бросил быстрый взгляд на стол, отделявший его от Ганнибала.
Не отрывая глаз от Грэма, Лектер склонил голову набок. Обычно ему легко удавалось читать людей и даже предугадывать их поступки. Но Уилл до сих пор оставался для него загадкой, умудряясь удивлять при каждой новой встрече и в каждом новом разговоре. В этом было что-то приятно будоражащее, и Ганнибал ни на секунду не пожалел, что позволил Уиллу покинуть тюрьму.
– Но то, что делаешь ты, нельзя назвать поцелуем. И не имеет значения, какое впечатление это производит на окружающих, – тем временем продолжил Грэм.
– Уилл, я…
– Ты поцеловал Алану, – холодно перебил его профайлер. – И я уверен, что до нее ты целовал и других женщин. Может быть, даже мужчин, кто знает... Ты никогда не говоришь о себе.
Уилл казался раздосадованным, и Ганнибал не мог не улыбнуться, отчетливо слыша в его голосе обвинительные нотки. Он надеялся, что их связь с Аланой встревожит Грэма, но и представить себе не мог, что тот будет так раздражен.
– Но когда ты целовал ее, для тебя это было просто игрой. Всё это было лишь притворством, и тебе нравилось разыгрывать это, – набрав в грудь побольше воздуха, выдал Грэм.
Ганнибал молча смотрел на него, ожидая продолжения.
– Дело было не в жгучем желании, не в потребности выразить свои чувства. Это была всего лишь демонстрация, один из твоих социальных поступков, заставляющих людей принимать тебя за того, кем ты не являешься на самом деле. Ты предавал их, манипулировал ими, обманывал, и всё это при помощи простого поцелуя.
Замолчав, Уилл прижал ладони к порозовевшим щекам и медленно выдохнул, переводя дыхание.
В наступившей тишине Ганнибал оглядел его застывшую фигуру с головы до ног. Грэм казался таким хрупким и явно обеспокоенным только что произнесенными словами. Это было восхитительно. Плавно поднявшись, Лектер обошел стол.
– Так в чем заключается проблема?
– Ты… – на мгновение замявшись, Уилл вновь перешел в атаку: – Ты не имеешь права их обманывать.
– Почему же?
– Это… неправильно.
– Ты считаешь это чем-то более серьезным, чем все мои остальные… занятия?
– Нет!
Улыбнувшись, Ганнибал подошёл ближе.
– Мне хотелось бы понять, к чему ты клонишь, – мягко произнес он. – Ты утверждаешь, что мое поведение – это сплошное притворство, однако, для кого-то другого это показалось бы пустяком, узнай он, кто я есть, и что я делаю в действительности. Полагаю, ты не можешь осуждать меня за то, что я манипулирую людьми, с которыми состою в отношениях, ведь это в моей природе, не так ли?
– Твои действия противоестественны, но у тебе всё же есть некоторые… принципы.
– Тем не менее нет никакой гарантии, что мои принципы не столь же фальшивы, как и мои отношения.
Грэм молчал, очевидно теряя контроль над ситуацией.
– А что насчет тебя, Уилл? – так и не дождавшись ответа, продолжил Лектер.
– Что?
Встряхнувшись, профайлер недоуменно уставился на него.
– Ты всё время говоришь о «них» и ни слова о себе.
– Вы никогда не целовали меня, доктор Лектер, – Уилл саркастично изогнул бровь и нервно усмехнулся.
Сократив расстояние еще на шаг, Ганнибал остановился прямо перед Грэмом, безуспешно пытаясь встретиться с ним глазами. Профайлер упорно смотрел прямо перед собой, куда-то в пустоту, и это его упрямство заставило доктора улыбнуться. Уилл больше не был тем человеком, каким он знал его до тюрьмы. Он изменился. Ганнибал изменил его. И сопротивление зрительному контакту больше не было таким, как прежде. Просто теперь Уилл хотел оставаться в неведении относительно того, что происходит в голове его психотерапевта, боясь снова быть захлестнутым волнами эмоций. Момент, чтобы наконец помочь бабочке вылупиться из куколки, нельзя было упустить.
– Ты бы также счел это предательством? – тихо спросил Ганнибал.
– Я ничем не отличаюсь от Аланы.
– Отличаешься. И во многих отношениях.
Метнув удивленный взгляд на Лектера, Уилл тяжело сглотнул.
– Это ничего не изменит.
– Что ты хочешь этим сказать?
– Ты...
Оборвав сам себя, Уилл глубоко вздохнул и закрыл глаза, позволяя маятнику качнуться.
– Ты бы сделал это из эгоистических соображений, – позволяя мыслям вести себя, чуть слышно прошептал он. – Ты не считаешь поцелуй чем-то большим, чем положить человеческое мясо в рот и насладиться его вкусом.
Вместе с еще одним шагом Лектера разделявшие их жалкие несколько дюймов растаяли, и стоя вплотную к Грэму, Ганнибал вдохнул его запах, с наслаждением ощущая, как тот напрягается от его близости. Бросая ему вызов, профайлер не мог совладать с реакциями собственного тела, очевидно противоречащими тому, что сам говорил. И это пьянило еще больше.
– Поцелуй от тебя не будет подарком, – снова заговорил Уилл. – Или проявлением привязанности с твоей стороны. Он будет не более чем фарсом… Предательством твоего замысла, в то время, как ты заявляешь на меня свои права…
Скривившись на последних словах, Грэм наконец открыл глаза и пристально посмотрел на Ганнибала.
– Ты попался на удочку ягненка, которого намеревался сожрать, но это не мешает тебе хотеть поиграть с ним ради удовольствия.
Уилл был невероятен. За напускной холодностью внутри него кипела жгучая ненависть, всепоглощающее пламя, которое хотелось заточить в сосуд и бережно хранить при себе. Снова улыбнувшись, Ганнибал неосознанно провел языком по губам.
– Но ты бы оценил это?
– Что? – нахмурившись, Уилл снова смутился.
– Какую бы боль не причинил тебе этот поцелуй, ты все равно его оценишь.
Медленно протянув руку, как будто перед ним было испуганное животное, Лектер осторожно приподнял голову Грэма, вынуждая посмотреть прямо на него.
– Разве не так, Уилл?
Аккуратно удерживая профайлера за подбородок, Ганнибал видел, как сбилось и зачастило его дыхание, как дернулся кадык, как вспыхнули ярким румянцем его щеки, выдавая накатывающую панику. Не в силах выдержать взгляд, Уилл закрыл глаза, и Ганнибал не смог сопротивляться порыву – его большой палец легко скользнул по линии нижней губы Грэма.
– Разве не так, Уилл? – хрипло выдохнул Лектер.
Слова растворились в тишине кабинета, и Ганнибал почувствовал, как Грэма пробила дрожь.
Казалось, время замедлилось, растягиваясь в пространстве тягучей патокой, а вокруг не осталось ничего, кроме контакта их тел, и они оба замерли в ожидании, пока, наконец, Уилл не открыл глаза и, не отрывая взгляда от Ганнибала, облизнул губы.
– Да… – его голос сорвался на шепот, позволяя пасть еще одному форту и фактически предоставляя Лектеру карт-бланш.
Не воспользоваться им значило упустить драгоценный шанс. Не теряя ни секунды и не давая Грэму опомниться, Ганнибал прижался поцелуем к его губам.
Уилл замер, ошеломленный прикосновением, но «вернулся» так же быстро, не сумев сдержать стон, когда Лектер углубил поцелуй. Его губы приоткрылись навстречу губам Ганнибала, а язык юркнул между ними, встречая ответную бархатистую ласку. Доктор прижался к нему всем телом, обнимая крепче, путаясь пальцами в каштановых кудрях, чувствуя, как сдается Уилл, и упиваясь своей победой. Одурманенный запахом желания Грэма, он прихватил зубами его нижнюю губу, опомнившись только от тихого вскрика и вкуса крови во рту. Тяжело дыша, Лектер отстранился, и тут же был притянут обратно за воротник.
– Не останавливайся, – яростно прохрипел Уилл.
С восхищением глядя на Грэма, жаждущего получить больше, Ганнибал подчинился. Он снова притянул его к себе и поцеловал, покусывая губы и кончиком языка слизывая с них кровь. Обхватив ладонями его лицо, Уилл удовлетворенно рыкнул и мгновенно оказался припечатан к книжному стеллажу, а его руки были подняты вверх и зажаты в тисках сильных пальцев доктора. Ганнибал невесомо прошелся губами по его подбородку и спустился к шее, выцеловывая нежную кожу, трепещущую от срывающегося дыхания, заставляя Уилла лихорадочно выгибаться. Отпустив, наконец, запястья Грэма, он распахнул его рубашку и, лаская обнаженную плоть, проложил дорожку к низу живота, прежде чем опуститься перед ним на колени.
– Что ты делаешь?.. – едва владея языком, профайлер осоловело смотрел на него сверху вниз.
– Ты говорил о поцелуе, не так ли? – Ганнибал скользнул руками по его бедрам. – Но мы не уточняли, где именно.
Грэм открыл было рот, но все возражения застряли в горле, когда Лектер погладил его отчетливо обозначившуюся эрекцию через ткань брюк. Запрокинув голову, он закрыл глаза и, выругавшись себе под нос, сжал кулаки.
Ганнибал усмехнулся и еще раз погладил ощутимо выпирающий бугорок, слегка массируя и с удовлетворением наблюдая, как профайлер содрогается под его прикосновениями. Ловко подцепив пуговицу, он расстегнул брюки Уилла и вместе с боксерами спустил их до колен, освобождая изнывающий член. Обняв его ладонью, Лектер не спеша провел от основания до кончика и поцеловал головку. Со свитом втянув воздух, Грэм судорожно всхлипнул.
– Ганнибал…
Лектер поднял голову, любуясь представшим перед ним зрелищем. Задыхающийся и раскрасневшийся, с влажными локонами, прилипшими к влажному от испарины лбу, теряющийся в удовольствии Грэм был прекраснее любого произведения искусства, что он когда-либо видел в своей жизни.
– Ганнибал… пожалуйста…
Доктор не заставил просить себя дважды и, не колеблясь взял набухший член в рот. Бедра Уилла дернулись, и он вцепился Ганнибалу в волосы, ища хоть какую-то опору, чтобы не начать двигаться. Но вся его выдержка рассыпалась в прах, когда Лектер начал сосать, волнообразно лаская член языком. Несдержанно застонав, Грэм толкнулся до самого основания, и не почувствовав сопротивления, вошел в ритм в погоне за разрядкой.
Ганнибал позволил ему перехватить инициативу и, принимая член, взглянул на Уилла из-под упавшей на глаза челки. Зрачки профайлера расширились, затопив радужку, лицо было искажено в мучительном экстазе, движения становились хаотичнее, а мышцы живота начинали сокращаться. Уилл был близок к оргазму – уникальному моменту, который Ганнибал не мог пропустить. Выпустив член, он отстранился, облизнул губы и долго посмотрел на Грэма. С широко распахнутыми глазами тот казался совершенно сбитым с толку.
– Я хочу, чтобы ты смотрел на меня, – переведя дыхания, произнес Ганнибал.
– Чт... Что?..
– Я хочу, чтобы ты смотрел на меня, когда будешь кончать.
По телу Уилла прокатывалась дрожь, то ли от возбуждения, то ли от охватившего его волнения. Наконец, кое-как взяв себя в руки, он медленно кивнул.
Хищно улыбнувшись, Лектер вновь коснулся губами его члена и, слизнув предэякулят, взял эрекцию в рот. Крепко ухватив Грэма за бедра, он снова принялся сосать, одновременно оглаживая мошонку. Уилл застонал и уперся в полку, пытаясь сфокусировать взгляд на Ганнибале, терзавшем его наслаждением.
– Ганнибал... Я сейчас... – почти не владея собой, пробормотал он, когда доктор заглотил член глубже.
Ошеломленный, не отводя глаз от Лектера, Грэм провалился в пучину оргазма. И Ганнибал смотрел в ответ, смакуя его горьковато-солоноватый вкус, впитывая эмоции и запоминая его образ. Постепенно приходя в себя, Уилл обмяк в его руках, его ноги подкосились, и он рухнул на колени. Притянув доктора ближе, он его поцеловал грубо и страстно.
Поцелуй прервался так же неожиданно, как и начался. Неуклюже поднявшись, не глядя на Лектера, непослушными руками Грэм натянул брюки и отвернулся в неловкой попытке отрицания только что стертого между ними барьера. Однако границы были пересечены, и Ганнибал сделал шаг вперед, обнимая его со спины, не оставляя возможности уклониться, утверждая свои права.
– Ты был великолепен, – щекоча дыханием ухо, прошептал он.
Уилл вздрогнул и, Лектер почувствовал, как под рвано вздымающейся грудной клеткой, часто забилось его сердце.
– Так что? – хватка Ганнибала стала крепче.
– Что? – профайлер явно не собирался отдавать раунд всухую.
– Оценил ли ягненок поцелуй? – Лектер легко коснулся губами шеи Грэма.
– Ты прекрасно знаешь ответ… – Уилл продолжал сопротивляться, но предательски осипший голос выдавал его с головой.
– Он бы согласился повторить его? – усмехнулся Ганнибал, пряча лукавую улыбку в мягких завитках на затылке Грэма.
Резко выдохнув, тот развернулся в его объятиях.
– Перестань говорить обо мне в третьем лице!
Уилл смотрел на Ганнибала, прожигая его взглядом, в котором плескалось что-то необузданное и непреклонное. Глаза Лектера потемнели.
– Ты бы согласился? – низко пророкотал он.
Через два удара сердца Уилл подался вперед и, зажав в кулаках лацканы пижонского пиджака, приблизил свое лицо к лицу Ганнибала, почти касаясь его кончиком носа:
– Да!..
