Надежда?

— Всё, в принципе, в норме, но вот меня смущает вес... — врач холодно посмотрел на девушку у окна. Она стояла, скрестив руки на животе, и виновато смотрела то на пациента, то на врача. — Феликс, вы почему плохо едите? Смуглый парень с чёрными волосами сидел на койке в белой футболке и голубых лёгких штанах. Достаточно высокий и худощавый. Сидя в позе лотоса, часто горбился, поэтому казался не таким «шпалой». Он раздражённо разглядывал мужчину напротив. От строгого взгляда врача прошёл холодок по телу. Ответ долго придумывать не пришлось... — Мне никто не приносит еду. Глаза девушки сразу же округлились, на лице появился страх и непонимание. Она ничего не сказала от шока, но её лицо говорило само за себя: мол, «что ты несёшь?» — Как это? Хотите сказать, вас тут голодом морят? — он тоже выглядел озадаченно, не хотел верить в его слова. — Сэр, н-не слушайте его. Я-я приношу ему еду каждый день, он в столовую ходит сам. — Она тараторила в панике, пытаясь отстоять своё честное имя. Врач тем временем сидел, не понимая, кому верить. Джэкс же спокойно сидел, улыбаясь себе в кулак. Она ему сейчас очень напоминала... Он перестал слышать окружающий мир, опёрся руками о колени и смотрел пустыми глазами в пол. Рагату. Он всё отдал бы, лишь бы ещё раз услышать её уроки жизни или упрёки. Или всё отдал бы, лишь бы забыть про неё. Джэкс будто разделился на две половины: одна не хотела ничего о них знать, а другая... скучала? Очень не хотелось в это верить. Плевать. С ними всё нормально и ладно. Нормально же?... — Феликс, так вам приносят еду или нет? — врач схватил его за плечо и немного подёргал. Джэкс сидел с грустным взглядом, пытаясь придумать ответ на вопрос. — Нет... — Мисс, отойдём на серьёзный разговор? — Мужчина встал и направился к выходу из комнаты, пропуская сиделку Джэкса вперёд, в коридор. Она одарила его разочарованным взглядом и вышла, вслед за ней врач хлопнул дверью. Джэкс просто пялился в стену, даже не обратил внимания на их уход. Издевки над окружающими больше не приносили удовольствия, ведь теперь они имели последствия. Это не цирк, где просто будут плясать под твою дудку... Нет... Тут намного хуже... Он принял последние успокоительные, которые ему приносили месяц назад, и улёгся на кровать, смотря в потолок. Так и прошла вся его реабилитация: успокоительные, таблетки, уколы и прочее. Первый месяц он был безумно зол от своей беспомощности. Буквально мучился от мыслей, они перекрикивали друг друга, не давали ему спать. Стоило ему пожаловаться сиделке, она быстро приносила ему хорошие успокоительные. А взамен не получила даже спасибо. Да что уж там, он с ней не здоровался и обращался как с мусором. Но она стойко терпела всё, что выкидывал Джэкс, ну, по крайней мере, так это выглядело... Аппетита тоже не было. Из-за отказа от пищи ему угрожали зондом. Но ему было плевать. Сиделка умоляла его поесть, говорила, что не будет кормить с ложечки, отдавала Джэксу тарелку — и через секунду она летела в стену. Он не принимал никакую помощь. Не давал ставить себе капельницы. Не пил половину таблеток и не разговаривал с врачами. С ним возился целый отряд людей. Если кто-то заставлял его поделать упражнения, эти люди считались супергероями. На втором месяце он уже мог вставать, свободно двигался и неплохо говорил. То есть возни с ним стало ещё больше. Врачи его просто ненавидели, бывало, даже при нём говорили, что лучше бы он так и остался лежачим. А он в своей голове договаривал, что лучше бы он никогда и не просыпался вовсе. В своей комнате он появлялся только тогда, когда надо было спать, а так он обычно либо ходил по процедурам, либо находился в столовой, либо гулял по коридорам. Несмотря на все запреты, правила у него были свои. А всё потому что... *** Вместо приветствия Джэкс получил сильную пощёчину. Его сиделка перепугалась и выбежала из комнаты, не желая попасть под горячую руку. Он упал на пол, хватаясь за щёку. Вот она — долгожданная встреча с семьёй. А точнее, с одним из её представителей — его папашей. Отец был чуть выше и крупнее сына, деловой вид, чёрные волосы, из которых выбивались седые пряди. Кожа темнее, чем у Джэкса, а ещё усы, которые снились ему в кошмарах. Его злоба портила весь деловой образ: на боевом пиджаке образовывались складки, а рубашка казалось, вот-вот порвётся. — Идиот, что ты натворил? — он, как зверь, громко рычал эти слова. Одна рука была сжата в кулак, а другая указывала пальцем на Джэкса. — Мы столько денег потеряли из-за твоей выходки, псих! Его волновало не самочувствие сына, а то, что шоу закончилось раньше, чем планировалось. Джэкс не знал, стало ли оно успешным, но судя по этой «тёплой» встрече — ещё как... Он попытался встать. Отсутствие тренировок давало о себе знать. Слабые руки тряслись, а ноги еле двигались. Инстинкт самосохранения у него, как обычно, отсутствовал. — Я тоже рад тебя видеть. — Он выдавил из себя ядовитую улыбку. После чего получил пинок в живот. Джэкс с болезненным стоном сжался на полу. Отец схватил его за футболку, словно котёнка за шкирку, поставил на землю, развернул лицом к себе, держа за грудки. Рассечённая губа Джэкса кровоточила, он с безразличием смотрел на отца, стараясь не шевелиться. — Ты, сука, каждую копейку отработаешь. Всё то, что мы потеряли. — Он разглядывал его, пытаясь найти тот самый страх, но удивился, когда увидел пустые глаза напротив. В них не было ничего: ни удивления, ни страха, ничего. Это разозлило его ещё сильнее. — ТЫ ПОНЯЛ? — Но снова не получил никакой реакции. Отец бросил его обратно на пол, посмотрел на него пару секунд, пнул тумбочку у входа и вышел из комнаты, оставив открытую дверь. Из коридора светил тёплый слабый свет и слышались отдалённые голоса. Джэкс очень медленно поднялся, чувствуя боль во всём теле, хотя он просто пару раз упал. Подошёл к кровати, лёг и отвернулся к стенке. Он давно отвык от такого отношения, но всё равно с ужасом вспоминал историю своей семьи. Его мать Елизавета развелась с Рудольфом, когда ему было 10. Он мечтал об их разводе лет с пяти, ведь жить в постоянных ругани и драках было невозможно. Они делили сына как могли. Оба вечно настраивали его друг против друга. Но в итоге он возненавидел обоих. Рудольф ушёл из семьи и создал собственную кинокомпанию. Джэксу было плевать на его компанию, он спокойно жил с матерью до 20 лет, попутно наладив с ней отношения. Они не то чтобы были близкими, но хоть что-то. Одним вечером после вечеринки у одногруппника он сел нетрезвым за руль. Разогнался до 110 км/ч и сбил девушку на дороге. Она скончалась, не доехав до больницы. И с того момента начался настоящий ад. Мать, после того как узнала о ДТП, выгнала его из дома, а отец принял к себе, наигранно сожалея о случившемся. Джэкс был подавлен и не знал, что делать. Его напрягало то, что полиция его не ищет, а отец абсолютно спокойно отреагировал на эту ситуацию. После этого он стал работать на отца, подрабатывал звукачом, режиссёром и иногда сценаристом. До одного момента... Он предложил ему повышение. *** — То есть вы хотите, чтобы я одел маску и протестировал искусственный интеллект? На старом компьютере? — Джэкс осматривал шлем, удивляясь, насколько всё плохо в этой кинокомпании, что они купили такой древний компьютер. — Ну да. — Рядом сидел мужчина в очках, он что-то тыкал в этом компьютере. — Пф, извините, у меня дела, я сегодня хотел сделать себе выходной. — Он положил шлем и направился к выходу, но человек у входа заблокировал ему путь. — Эй, алё, уйди с доро... Не успел Джэкс договорить, как его пнули коленом в живот и, схватив под руки, усадили на стул. — Вы че, совсем охренели? — Он агрессивно пытался вырваться. Чья-то рука приземлилась ему на плечо, а потом развернула стул, на котором сидел Джэкс. Он испуганно смотрел на всех, не понимая, что происходит. — Либо ты сейчас надеваешь гарнитуру, либо ты едешь в тюрьму. — Спокойно говорил ему Рудольф, скрестив руки за спиной. — Ч... Чего? — Его прижали к спинке стула с двух сторон ещё сильнее. — Не забывай, кто помог тебе скрыть дело. Он на секунду застыл. Вот почему его никто не искал. Он откупился? — Я не просил тебя об этом. — Его голос почти сорвался на крик. Но его не слушали. — Твоя задача там — быть клоуном, поднять рейтинг, создать веселье. Не поднимешь рейтинг... — Рудольф приблизился к нему. — Мы убьём их всех. — Это были последние слова, которые он сказал Джэксу. Он пытался вырваться, извивался как мог, но удача давно его покинула. *** Он проснулся среди ночи в холодном поту. Сиделка давно ушла. Мёртвая тишина глушила как никогда. Снова бессонница. Джэкс перевернулся на спину и задумался, куда бы сегодня сходить. Воспоминания снова настигли его. Вот бы сейчас глупое приключение на пару с Помни. Помни... Сколько бы раз он не обошёл больницу, ни разу не встретил её. А может, это и к лучшему. «Наверное, она меня ненавидит», — пронеслось в голове у Джэкса. У него был ключ от её комнаты, но она давным-давно пустовала, так что смысла туда ходить не было. Понятное дело, она пробыла в цирке меньше всех, так что быстро реабилитировалась и ушла... Из всех людей, которых он когда-либо встречал, Помни для него была всегда уникальной. На его подколы она не обращала внимания, в его злодейскую сторону не верила и была рядом даже после того, что он ей наговорил. Хоть и были они знакомы месяц, но воспоминания останутся навсегда. Он медленно встал с кровати, включил свет в комнате, подошёл к тумбочке и открыл свою сумку, достав оттуда украденные ключи, которые благополучно отстегнул у охранника в столовой. Очень тихо вышел в коридор и пошёл вглубь искать дверь зубл. Вообще они друг друга ненавидели, но лежать ночью и смотреть в потолок ему не хотелось. Джэкс делал так почти каждую ночь — искал комнаты ребят. Так близко, но так далеко. Было насчитано около пятидесяти дверей, 13 из которых Джэкс сумел посетить. Многие комнаты были выделены другим людям, лежащим в коме: их комнаты отличались тем, что у них было много вещей — книги, вещи, обувь, игрушки. А те, кто были заложниками цирка, лежали в пустой комнате. Напротив Джэкса лежал Королёр. Видок у него был, мягко говоря... так себе. Сразу было видно, что человек пролежал 12 лет. Его комната отличалась от других тем, что у него было намного больше проводов, приборов и экранов. Джэкс никогда не заходил к нему, потому что было стыдно. Полжизни, чтобы... Чтобы что? Чтобы его папаша получил денег? Гэнгл он нашёл самой первой. Она лежала неподалёку от лестницы на первый этаж. Джэкс зашёл к ней всего один раз, и в то время она уже открыла глаза. Джэкс думал, что она уже выписалась, так как пролежала меньше него. Сразу же на следующий день после его прихода у Гэнгл появилась сиделка. Он остановился около рандомной двери и начал перебирать неиспользованные ключи. Испробовав 21 ключ, наконец-то нашёл подходящий и зашёл, ища рукой выключатель. Нажав на него, увидел... Рагату. Глаза в момент округлились. Почти всё то же самое, что и у Королёра, только намного меньше оборудования и проводов. Рыжая кудрявая девушка, обсыпанная веснушками — ну прям копия её аватара. Впервые Джэкс не убежал из комнаты, а остался и сел на стул около выхода. Слушая её спокойное дыхание, он снова почувствовал стыд. Шесть лет жизни в никуда — и неизвестно ещё сколько будет длиться реабилитация. Оперся локтями о колени, опустил голову вниз, прислушиваясь к звукам, исходящим из экранов. — Мне не помешал бы позитивный комментарий. В ответ — тишина. Он снова посмотрел на Рагату, не ожидая ответа. Как вдруг увидел, как её рука немного сжалась. Джэкс машинально выпрямился и выпучил глаза от шока. «Она приходит в себя?» — Ты слышишь меня? Он ожидал ответа в виде ещё одного движения, но ничего не получил. Подождав ещё две минуты, расстроенный ушёл в свою комнату. *** — Да куда вы меня тащите? Джэкса тащили под руки два медбрата на этаж ниже, упорно игнорируя претензии и вопросы. У него в голове понеслись все возможные варианты: «На какую-то процедуру?», «В дурку?», «Обратно в цирк?» Последний вариант напугал его до чёртиков. Да так, что он начал упираться ногами, но снова не помогло. И вот они втроём остановились у какого-то кабинета, немного ослабили хватку и зашли внутрь. — Вот, сэр, принимайте пациента. Перед Джэксом предстала уютная белая комната. Одно окно, два цветка на подоконнике, стол с кучей бумаг и компьютером и два кресла посередине комнаты. В одном сидит психотерапевт в строгом костюме, с усталым, но живым лицом — единственное цветное пятно в этом мире. Руки сжаты на коленях. Джэкс застыл у входа в ступоре: «Всё-таки дурка?». А потом услышал смеющиеся голоса сзади. — Пока не сядешь, мы не уйдём, — сказал один из них, облокотившись о дверной косяк. Джэкс закатил глаза, но всё же сел на кресло напротив терапевта. — Зачем вы здесь? Джэкс молчит с опущенной головой, локти на подлокотниках скреплены в замок, отросшие волосы помогают не видеть человека напротив. Глаза пустые, руки расцарапаны ногтями. Больничная одежда была как пижама — достаточно комфортная. Через минуту всё же решается ответить. — Понятия не имею. — Хриплым раздражённым голосом ответил Джэкс. — Вас привели сюда силой? — Получается. Он сидел в такой же позе. Терапевт, положив ногу на ногу, писала что-то в блокноте. Для неё такие пациенты были не единичным случаем, так что она терпеливо, профессионально ждала ответа. — Что вы чувствуете сейчас? — Ничего. — Что значит «ничего»? — Я остался один. — Ему хотелось плакать после такой фразы, но сил на слёзы не осталось. Он немного выпрямился и поднял глаза на терапевта. — И я не хочу разговаривать. — Встав из-за стула, он потянулся к дверной ручке. Он не видел в этом смысла, зачем, если не хотелось просто напросто существовать? Ошибки прошлого не давали ему покоя, а сон стал для него мечтой. — Феликс, если вы сейчас уйдёте, есть вероятность, что вы причините кому-то вред. — Терапевт был таким же спокойным, будто никаких других эмоций для него не существовало. Джэкс остановился около двери, руки задрожали, плечи опустились. Прямо перед его носом будто образовался какой-то барьер. Разве такой, как он, сможет стать нормальным? Он в это не верил. Он уже разрушил всё, что мог. Кому ему делать больно? Только себе. И то если он что-то сделает, это может кончиться летальным исходом. Во время реабилитации после комы он воровал у сиделки таблетки, чтобы отравиться и умереть. Но его вовремя откачали, многие таблетки стали приносить измельчёнными в виде порошков, чтобы тот не смог их выплёвывать. Во второй раз он хотел утопиться в раковине, но его так же несвоевременно поймали. После этого Джэкс перестал пытаться, просто стал существовать. До сегодняшнего дня. Терапевт попал точно в цель. Парень сделал шаг назад от двери со сжатыми кулаками. — Но я уже всё разрушил. — Он снова схватился за ручку. — Если вы останетесь, мы можем попытаться всё исправить. Парень повернулся к нему всем корпусом, так же держась за ручку. Его взгляд был полон удивления и злобы одновременно, будто на него сейчас наехали. — И-исправить? Вы издеваетесь? — Он истерически хихикнул. — Я вполне серьёзен. — Как такого, как я, можно исправить? Я же... я же монстр. — Он схватился одной рукой за волосы, впервые за долгое время у него выступили слёзы. Он смотрел на терапевта с безумной нервной улыбкой. — Вы не монстр, вы человек. Сколько бы ошибок вы ни совершили, вы всегда можете всё исправить. Не для них, а в первую очередь для себя. Этого нужно захотеть. — Слушайте... Это бессмысленно. Я просто сам по себе плохой человек. Ну, как? — Мы начнём с малого. Садитесь. Джэкс наконец-то отпускает ручку и как заворожённый садится обратно в кресло. Только в этот раз зажатый и неуверенный. Он смотрит на него как напуганный ребёнок. Руки сомкнуты в замок, а левая нога начинает нервно дёргаться. — Сегодня мы не будем говорить о прошлом, давайте попробуем небольшое упражнение. Закройте глаза. — Э... Ладно. — Он колеблется, но всё же закрывает глаза. — Представьте свою комнату. В его голове сразу выстроилось что-то среднее между комнатой в родительском доме и комнатой в цирке. Детские стулья, шкаф со всяким хламом. Комиксы, пустые банки из-под газировки, разбросанные учебники и тетради. Разворошенная пурпурная кровать, а над ней перевёрнутые фотографии. Замызганный ковёр и несколько постеров. — У вас есть зеркало? — Есть. — Он представил его посередине комнаты. — Подойдите к нему. Кого вы там видите? — Ну... себя. — А какой он? Джэкс затих. Молчал минуту, глаза намокли больше обычного. —Н- напуганный... Грустный... — Он еле слышно ответил, боялся признаться в этом. — А что он вам говорит? — «Почему ты меня прячешь?» — Голос задрожал. Прямо сейчас перед терапевтом сидел тот самый напуганный мальчик. — А что вы ему отвечаете? — Я очень ненавижу быть слабым...как ты..... - последние слова он прорычал. — Откройте глаза. Джэкс открывает глаза. Лицо красное, слёзы скатываются по щеке. Он впервые смотрит на терапевта как человек на живого человека, а не на игрушку. В душе противное ощущение, будто видят насквозь. — Вы сильный...Феликс. То, что вы остались сегодня, — это начало. Хоть и очень маленькое, но начало. — А что дальше? — А дальше я буду ждать вас завтра. Будем учиться быть собой. Джэкс вытирает лицо рукой. Встаёт и идёт к выходу, останавливается у двери, не оборачиваясь. — Спасибо......До свидания. И выходит. — До свидания, Феликс. Сегодня в нём появилась надежда что-то в этой жизни поменять.