Тоже мне вожатая

Мягкие утренние лучи солнца нежно расцеловывали мое лицо, заставляя жмуриться. Едва продрав глаза, я оглянул местность в которой нахожусь. Вожатская? Какого.. Д:проснулся уже? Отлично. Вот, попей Джанет стоявшая передо мной протянула мне бутылку минералки и без вопросов, я принялся жадно глотать воду. Закрыв крышкой бутылку, поставив её на тумбочку, я все таки хриплым голосом принялся расспрашивать Джанет, что вообще происходит. Ч:кхм, Джанет, а что я здесь вообще делаю? И где.. Д:Мэнди ушла с детьми в театр, а меня заставила следить за тобой. Она рассказала что вчера было и ты должен быть ей безумно благодарен, потому что твоих чевапчиков спалили, а она прикрыла твою задницу. Ч:чего? А что она сказала Пайпер? Д:не знаю что она сказала Пайпер, но она весь день на иголках из-за тебя. Ч:а сколько вообще времени? Д:уже пол второго дня. И я бы тебе не советовала появляться на глазах Пайпер, иначе она тебя четвертует реально. Джанет усмехнулась и продолжила раскладывать свои вещи на полках в шкафу. Стоило мне совершить хоть одно телодвижение и оно тут же отдавалось гулом в моей голове. Приняв положение сидя на кровати, я напряг все свои извилины пытаясь вспомнить, что я мог наговорить Мэнди и что делал вообще. Но на ум ничего не приходило. Ч:Джанет, а у тебя нету случайно таблетки от головы? Д:блин, Чес, нету. Ну посмотри у Мэнди в тумбочке, у неё есть сто процентов. Я пошла за ней, а ты сиди тут и не высовывайся. Деревянная дверь глухо хлопнула и я остался один. Присев на корточки перед тумбой, я принялся разглядывать содержимое, лежащее очень аккуратно. Даже не хотелось трогать ничего, дабы не испортить порядок. Но увы, пришлось. Аккуратно переставляя всякие вещицы с места на место, я наткнулся на небольшую аптечку и моему ликованию не было предела, до того момента как я не увидел тетрадь, лежащую в самой глуби. Это подло и нагло, но не обессудьте, интерес сжирал меня изнутри и я все таки решил прочесть записи в ее тетради. В тетради были сценарии, личные пометки по типу «Джесси переигрывает» «не давать Бонни сложные текста» и тому подобное.. но стоило мне дойти до самых последних страниц, как я пожалел, что вторгнулся в чужое личное пространство. Это были далеко не сценарии, а раздумья Аманды.

«Я осознаю, что это неправильно и стараюсь не думать об этом. Но паранойя съедает меня изнутри, я не то что видеть его не смогу, даже думать! У меня едет крыша, как я смогла докатиться до такого ужаса? Он не поймет, никто не поймет. Я не боюсь быть отвергнутой, я боюсь что это как-то скажется на нем... Я хочу ему только хорошего, все ему отдать готова! Лишь бы он был счастлив... Прости меня. Я не должна была влюбляться в тебя, Честер.»

На разлинованных листах были небольшие разводы, как я понял, слезы. Я прокручивал эти слова снова и снова в своей голове, пытаясь осознать прочитанное. И похмелье, и головную боль тут же как рукой сняло. Теперь я думал лишь о том, правда ли это? Но, как? Как абсолютно холодная Мэнди смогла полюбить такого шута как я? Из раздумий меня вывели быстрые шаги, приближающиеся к комнате, не успев сообразить, мои руки словно сами собой в спешке убрали тетрадь и остальные предметы, захлопывая тумбочку. Дверь отворилась и я услышал тяжелые вздохи. Да, это Мэнди. М:не пугай меня так больше, Честер. Даже спиной я смог почувствовать эмоции на ее лице. Сейчас она стояла наверняка с выпученными глазами, пытаясь привести дыхание в норму. А через секунду уже смягчит взгляд и глубоко вздохнет, потирая переносицу. Не знаю как, не знаю когда я успел выучить некоторые повадки Мэнди и некоторые реакции на те, или иные моменты. Послышался скрежет пружин, она присела на край кровати. А я, соизволив подняться с пола, присел рядышком. М:Пайпер рвет и мечет, тебя ищет. Но не волнуйся, мне пришлось тебя прикрыть. Ч:а что ты ей сказала? М:сказала что перед планеркой попросила тебя посидеть с детьми, а ты - героически сидел до часу ночи и выжидал меня, не смыкая глаз не на секунду. Потом уже я, как настоящая тиранша заставила тебя помогать мне со сценарием. Ну и по моей легенде ты уснул в вожатской, потому что устал и тебе даже не хватило сил вернуться в свой корпус. Как-то так. Мэнди заправила выбившуюся из косичек прядь волос за ухо, немного хмурясь. Я решил не поднимать вопрос по поводу того поцелуя в лоб перед сном, по поводу признания в ее тетради. Ведь, даже если бы я начал расспрашивать про все это, у неё были бы логичные ответы на все мои умозаключения. Поцелуй она могла бы смахнуть на мой пьяный разум, а про признание.. «Честер, ты совсем ахерел в чужие тетради заглядывать?» и тогда бы, нашей дружбе точно бы пришел конец. Хотя, какие мы после этого друзья? Даже нахождение в одном помещении говорит все за нас двоих. На счет Мэнди не уверен, может она вообще уже передумала над своими чувствами? Но я, я же тоже влюблен в неё! Самой чистой и искренней любовью! Я не много кого любил, лишь девочку с прошлой смены, но увы, расстояние разлучило нас, как буквально, так и формально. И я даже не надеялся, что влюблюсь снова, да еще и ТАК сильно. От этой девушки мне срывает голову по полной. Она цепляет так, как не цеплял меня никто, еще одна причина, по которой я влюбился в неё. И с каждым днем, даже часом, эти чувства растут в геометрической прогрессии и в отличии от Мэнди, я не чувствую угрызений совести от любви, которую я испытываю к ней. Не понимаю, почему её это так тревожит? Любовь это же самое искреннее чувство на свете! Я тоже готов отдать Мэнди все, даже голову свою отдам за неё! Лишь бы наши души слились в вечный симбиоз. *** Остаток дня я просидел у шестого отряда, и лишь под вечер решил прогуляться до театра. Сейчас все были на кружках или еще где-то, а театр пустовал. Туда то мне и надо. Тяжелые двери распахнулись и в нос ударил запах свежего дерева. Оглядев все вокруг, я не заприметил для себя ничего нового. Склонившись над пианино, я метался. Думал, стоит или все же покончить раз и навсегда? Но руки приподняли крышку, открывая обзор на клавиши. Проведя подушечками пальцев по белоснежно чистым клавишам. Усевшись на табурет, я размял пальцы и принялся вспоминать хоть что-то из того, что когда то учил в музыкальной школе. Пару раз нажав по клавишам, в надежде вспомнить ноты, я все же отважился начать играть Колыбельную Чайковского. И тут же абсолютно все мысли, все посторонние звуки ушли на задний план. Чувствуя музыку, я по уши погрузился в симфонию. И пусть пальцы были деревянные, и пусть последний раз я играл со скрежетом зубов годы назад. Я ощутил на себе наслаждение, разливающиеся по моему телу. Закончив играть, на мои плечи легли чьи-то приятно теплые ладони. М:Честер, ты даже не говорил, что умеешь играть.. На моих губах появилась привычная ухмылка, а в глазах загорелась искорка. Ч:а ты и не спрашивала. Мэнди усмехнулась и ступила на сцену. М:раз на то пошло, будешь учавствовать в спектакле. И это не просьба, Честер, я призываю тебя. Ч:ну неужели ты заставишь меня насильно играть? А если я не хочу? Она сложила руки на груди, а я запрыгнул к ней на сцену, и встал напротив неё. М:ну раз не хочешь, могу пойти и рассказать Пайпер о том, что происходило этой ночью. И что ты вовсе не помогал мне, а хлестал водяру как последняя мразь. Уголок её губ подтянулся к верху. Ч:ты манипуляторша, Мэнди. Знала? Сам не понял как взял ее за запястье, притянул к себе и завел в занавес, висевший с краю сцены. Расстояние между нами было предательски малым, что и было предвестником алых щек Мэнди. Моих, между прочим тоже. М:Честер.. что ты? Я приложил палец к её губам. Ч:Мэнди, хотя бы в этот момент ты можешь довериться себе и делать то, что хочешь? М:пф, если я начну делать то что захочу, ничем хорошим это не кончится. Ч:даже это? Мои губы накрыли её, затягивая в нежный поцелуй. Шквал эмоций нахлынул по щелчку пальца, я правда не знаю что на меня нашло! И Мэнди послушалась моего совета, доверилась себе и ответила на поцелуй, не став отталкивать меня. Из-за нехватки воздуха пришлось прерваться, хотя так не хотелось.. я был готов находится с ней рядом всю свою жизнь! Мы как два идиота смотрели друг на друга, хлопая глазами. Как эту мертвенную тишину разрушил мой громкий чих, из-за большого скопления пыли в занавесе. Именно это нас рассмешило и мы вывалились на сцену громко смеясь. Мэнди согнулась пополам, держась за живот, а я запрокидывал голову назад, смахивая подступающие из-за смеха слезы. М:ну ты и придурок, Честер. Хихикая произнесла она. Ч:я знаю, Мэнди, знаю.