chocolate cigarettes

— Да, здравствуй, предупреждал, проходи садись куда хочешь — сказал преподаватель Юкичи Фукудзава, заправив прядь серебристых волос за ухо, что упали ему на лицо, щекоча нос. Дазай кивнул и мельком оглядел аудиторию. Он увидел в конце пустую парту. Почти пустую. В конце сидел парень. Красивые рыжие волосы, что напоминали вечерний закат и теплые лучи, которые пробиваются сквозь шторы, грея комнату, были небрежно убраны в хвост и мило торчали. Кажется, будто каждая прядь пропитана солнечным светом изнутри, и если к ним прикоснуться, можно почувствовать тепло июльского утра, даже если за окном холодный декабрь.  На нем было надето классическое серое худи, которое было явно ему не по размеру. Из рукавов выглядывали худые запястья, которые можно было бы с легкостью обхватить большим пальцем и мизинцем, и при этом осталось бы ещё место. Пара небесно-голубых глаз смотрела на Дазая. В них было как-то.. пусто? Или больше подходит безразлично? Как только Осаму поднял голову, парень, что смотрел на него миг назад, уже что-то быстро писал в тетради. — Чуя пересекся с ним взглядом. Карие глаза сначала посмотрели на его парту, а после на него.  Чуя быстро отвел взгляд, так как не любитель зрительного контакта, и быстро переписал тему со слайда.  В это время парень уже преодолел расстояние от двери до его парты. —Я сяду? — спросил обладатель карих глаз. Вблизи он заметил, что у парня пирсинг на верней губе. Чуя не спец в названиях проколов, но вроде этот называется укус ангела. Также из волос выглядывала сережка в форме креста.  Чуя отвел взгляд и кивнул. Парень сел рядом, но не сильно. На комфортное расстояние для незнакомцев. От него пахло едва заметным запахом кофе, будто он выпил его перед парой. Кареглазый быстро достал тетрадь и ручку из черного рюкзака и обернулся к соседу по парте. —Я Дазай Осаму. Дазай протянул руку для рукопожатия.  Чуя не ожидал что с ним заведут диалог. Он около двух секунд тупо смотрел на руку парня, а Осаму на него. — А.. Я Чуя Накахара. Чуя обменялся рукопожатиями с Дазаем. Руки Дазая были заметно больше Накахариных и теплее раза в два.  Осаму приветливо улыбнулся и развернулся к Чуе уже полностью. — А ты чего один сидишь?  Бля, ну не говорить же ему что я асоциальное чмо которое не умеет общаться и думает, что всем вокруг от него противно. Сука что ж сказать. — Я тут ни с кем не общаюсь. Да я в принципе ни с кем не общаюсь. Но ему это знать необязательно. — А чего так? Сука, что ему надо от меня. Неловко.  — Да я редко хожу просто. — Ну поняятно.. Тогда я с тобой буду дружить!! Можно? Ну пиздец. — Можно конечно. Дазай улыбнулся. — Хаа, ура. Накахара внутри молил всех в мире богов чтоб Дазай уже замолчал. От этого, казалось бы, простого вопроса он неловко отвел взгляд. Чуя слабо улыбнулся, показывая что он не гнида с чсвешным ебасосом. Он прижал рюкзак на коленях поплотнее к себе.  — А какая тема лекции? Я ведь опоздал чуток. — Зависимость между синусом, косинусом, тангенсом и котангенсом одного и того же угла. — О. Спасибо! — Угу. Дазай мигом переписал сказанное Чуей и опять повернулся к нему. — А что у нас следующим? — Лекция по физике. — Фу. Скукота. — Согласен. Чуя облокотил голову на руку. Мда. Только первая пара, а спать уже хочется невыносимо. Дазай, конечно, заметил синяки под глазами рыжего парня. А ещё он заметил впалые скулы и то, какое же все таки это худи ему большое. Оно свободно лежало на Чуе. Даже  несмотря на размер худи было видно, что Чуя хрупкий.  Осаму, понятное дело, ничего об этом не спросит. Ну а вдруг новый друг обидится? Вдруг с рождения такие особенности? Может синяки под глазами с детства, а худобой наградили гены родителей? Чуя закрыл тетрадь. Сегодня лень лекцию строчить. Как нибудь в следующий раз, но точно не сегодня. Девочки с последних парт чересчур громко обсуждали то, какой новенький милый и красивый. И нахуя так громко об этом галдеть? И так голова раскалывается. — Я смотрю ты популярен среди девушек. Дазай хмыкнул и по доброму улыбнулся Чуе. — Хахахах. Наверно.  Чуя тоже хмыкнул.  Дазай и вправду был привлекателен. Красивый небольшой нос с маленькой горбинкой, ломал видимо. Красивые глаза, которые напоминают кофейные зерна. Красивая форма губ.. Бля. Все. Че за хуйня в бошку лезет.  Накахара лег на парту и прикрыл глаза. Меньше чем через пять минут Чуя почувствовал, что кто-то его аккуратно тыкает в плечо. Рыжеволосый лишь повернул голову слегка вверх, чтобы глаза смотрели не в парту, а на того, что его тычит.  — М? Дазай? — Ты спал? Как раз таки почти. Чуя устало моргнул, но ответил: — Не, не спал пока-что. Чего хотел? — Я есть хочу. Покажешь на перемене где буфет? О боже. Их коллежский буфет это пиздец. На перемене там не протолкнуться, да и цены звездные. Чуя так хотел один раз колу зеро купить, а цена пиздец. Как банка нутеллы.  — В буфете дорого пиздец. Там возле шараги магазин есть, туда сходи. Дазай пару секунд пытался вспомнить, видел ли он магазин возле колледжа. Попытки вспомнить бесполезны, ничего он не помнит. Мало того что он торопился, так ещё он не особо уж и оглядывался по сторонам. — Пойдем со мноой!! Я ведь вообще не знаю где тут что. Вот этот кабинет сто лет искал! Голубоглазый принял своё прошлое положение и закрыл глаза. — Ладно. Но щас я спать. — Ура! Спасибо, Чуя! ____ — На этом наше занятие окончено, можете идти. Все студенты начали торопливо собирать вещи.  Дазай убрал тетрадь с ручкой в рюкзак и повернулся к Чуе. Его спина спокойно поднималась и опускалась. Спит. — Чуууууяяяя. Кареглазый сказал это полушепотом и аккуратно похлопал Чую по плечу. За всю пару его сосед по парте ни разу не подвигался, только совсем тихо сопел.  — Чуууяяя, просниись. Накахара что-то промычал, пытаясь уложиться поудобнее. — Что? — ответил Осаму на мычание. — Да отста.. Ой. Чуя ели разлепил глаза и поднял голову. Он увидел что половина народа уже ушло из аудитории и сел. — А..  — Ура. Доброе утро. Рыжеволосый хриплым голосом ответил: — Да, и тебе.. После он быстро положил свои вещи в рюкзак и встал.  — Ой бля.. — Чуя сказал это шепотом. Даже Дазай врятли услышал эту реплику.  В глазах потемнело. Потемнело настолько, что ему показалось что он уже валяется в обмороке. Мда. Надо было все таки что нибудь поесть, наверно.  Чуя сел обратно. В глазах уже начала проходить темнота. — Чуя? Все нормально? Ты побледнел. Сидячий уже снова стоял на ногах. Прошло. Он кивнул. —  Да нормально нормально. — Ты как поганка. — Гемоглобин низкий просто. — Ладно. Пошли в магазин, ты ж не забыл? — Неа, пошли. Непривычно что его вообще кто-то будит. Обычно его будят только преподаватели в конце перемены. У Чуи не было друзей что в школе, что в колледже. В садик он вообще не ходил, родители его туда не отправили. Почему Чуя сам не знает. В школе у него были друзья в средних классах. С третьего по шестой был лишь один, а в седьмом компания из четырех человек, в которую входил и тот, с которым он общался с третий по шестой. Один человек из компании был его лучшим другом. Его звали Мичизу Тачихара.  Их родители дружили, таким образом подружились и они. Родители Тачихары часто приходили в гости к Накахаре и брали с собой Мичизу. Они дружили с третьего класса. В седьмом Тачихара начал дружить ещё с двумя одноклассниками и каким-то образом образовалась компания.  Их компания не просуществовала и половину учебного года. По крайней мере он в ней точно. — седьмой класс Чуя сидел на физике. Рядом с ним его лучший друг, Тачихара. Они сидели на последней, а еще двое их друзей спереди. Уже около недели трое его друзей как-то непривычно молчаливы. Накахара это заметил, но свел их поведение на приближающиеся итоговые полугодовые контрольные. — Ребятаа. — подал голос Чуя. Говорить приходилось шепотом, урок как никак. —  Может седня гулять пойдем?  Троица едва переглянулись между собой, на что Чуя не обратил внимание.  — Я сегодня буду учить по литре долги. — Я спать хочу очень. — Я маме помочь обещал. Чуя шутливо закатил глаза и цокнул. — Лааадно. В следующий раз тогда. Звонок. Все собрали свои вещи и учебники в рюкзак и пошли на перемену. Ура! Длинная перемена. Аж 25 минут! Компания вышла на перемену. Трое друзей Накахары куда-то попросту исчезли. Вот они были рядом — и вот уже их нету. Такое происходило не первый раз, и каждый раз у Чуи было странное чувство.. недосказанности?? Оно в принципе его рядом с ними теперь посещало часто.  Чуя иногда даже винил себя. Он думал что, может, обидел их как нибудь? Или так и было всегда, а он не замечал? Чуя спустился на первый этаж и сел на лавочку возле кабинета физкультуры.  Возле этого кабинета вечно шатались ученики старших и средних классов, но на большой перемене большая их стайка отшивалась в столовой. Когда они поедят в столовой, они, быть может, придут под конец перемены в это место, быстро сделают по тяге со своих горелых иксросов и пойдут на урок. Чуя сидит и втыкает в телефон. Он мог бы пойти на улицу и покурить, да не очень то и хотелось.  Тачихара и двое друзей рядом с ним спустились к Чуе. Они что-то тихо и близко друг к другу обсуждали пока шли. Чуя улыбнулся прибывшим приятелям. — Куда вы исчезли емае, я думал на всю перемену смылись куда-то! Парни переглянулись между собой и один из сказал: — Может сейчас? Тачихара напротив принял задумчивое выражение лица, но через миг уже улыбался. — А давайте. Чуя нахмурился, ведь он не понимает о чем они. Троица подошла к нему. Они смотрели как то..эм..насмешливо? Его посетила непонятная тревога. Стало холодно. Секунда. — Чуя — Отрезал Мичизу. Чуя поднял взгляд на друга. Вторая. Троица переглянулась.  Третья. — Вообщем мы хотим прекратить с тобой общение. Время остановилось. Из Чуи как будто выбили все дыхание. Его словно начали душить, не давая сделать даже мельчайшего вздоха.  Руки похолодели так, будто он их обморозил. Воздух стал тяжелее, чем обычно. Все вокруг стало каким-то другим. Таким серым.. Тусклым. Чужим. Как будто когда он моргнул всё резко поменялось на бесцветные оттенки. Всё показалось ужасно незнакомым. Хотелось выцарапать глаза, тереть их  до того момента, пока всё не вернет свои прежние краски.  Сердце ещё бьется..Странно. Почему тогда такое чувство, будто его вырвали, и вместо него засунули разбитую вазу с розами, что сейчас протыкали его внутренности, забирая у него шанс на безболезненный вздох? Забирая все прежние чувства. Забирая что-то такое, что Чуя чувствует, он это никогда не вернет. Он него словно оторвали кусок сознания. Кусок того, что позволяло ему понимать что происходит и чувствовать пространство вокруг.  Чуя попросту в ступоре. Он не понимает. В горле ком, что мешает ему сказать что-то, кроме: — А. Ладно.  Накахара просто встал и ушел. Когда он скрылся из виду уже бывших друзей он побежал в кабинку туалета. В этот день Накахара впервые пережил паническую атаку. — В колледже с ним просто не общаются. На него попросту не обращают внимание.  Правда иногда он замечал как на него смотрит одногруппник.  Всегда когда Чуя ловит его взгляд, парень сразу неловко отводит его и отворачивается.  Вроде как его звали Ацуши Накаджима. У него светло-серые волосы, словно серебристые. Неровная асимметричная челка. И как вообще можно их так неровно отрезать? Правая сторона челки заметно длиннее левой. Он чуть выше Чуи. Глаза желто-фиолетового цвета.  Даже не общавшись с ним Чуя видит, что он очень стеснительный, но разговорчивый, если находится с комфортными ему людьми. На семинарах всегда сидит один, а на лекциях с парнем стройного телосложение и очень бледной кожа. У него короткие, чёрные волосы. Две более длинные прядки обрамляют его лицо по бокам. Ближе к кончикам из чёрного меняют свой цвет на грязный белый. Чёлка короткая и практически полностью открывает лоб.  Его имя Чуя не знал, но зато он знал что они с Ацуши явно противоположности друг друга. Черноволосый парень выглядит очень хмуро и редко улыбается. Странный тип. И как они только подружились? Дазай вырвал его из пелены раздумий сразу, как только они вышли из колледжа. — А ты волосы красил? Или у тебя с рождения такие? Не любил Чуя свои волосы из-за их яркого цвета и тысячу раз хотел перекрасить, но лень все-таки была сильнее. — С рождения. — Афигеть!! Цвет клевый очень. Чуя чуток смутился. Он точно не шутит? Они ведь уродливы. — А.. Спасибо. Нам в ту сторону. Чуя показал рукой направление.  —  Ага. Понял. Они молча шли некоторое время, Дазай ориентировался куда идти по Чуе. Осаму поймал себя на мысли, что Накахара ниже его почти что на две головы.  Чуя шел спокойно, смотря ровно перед собой.  Дазай о себе забыть не давал, потому что шел возле Чуи, и его было видно боковым зрением. — Там долго идти? — Уже почти пришли.  — Ура. Они завернули направо и сразу напротив стоял магазин. Слева от магазина стояла толпа студентов. Они что-то бурно обсуждали и ржали на всю улицу, попутно куря сигарету или вейп. Осаму и Чуя зашли в магазин. — Хммм. Что б купить. — Дазай сделал очень задумчивое выражение лица. — Пошли за мной. Рыжеволосый направился за Дазаем. Они обошли два стеллажа и только на третьем остановились.  Кареглазый радостно улыбнулся и сказал: — Фууух, есть!  Он взял шоколадный круассан и сок со вкусом апельсина. — А ты чего не берешь ничего? — Я не голоден. — Да ну блин. Денег нету что-ли? Я могу тебе купить. — Не.. У меня есть деньги. Просто не хочу есть, я перед колледжем ем. — Аа, ну лааадно. Ну ты скажи если что, поделюсь! — Дазай улыбнулся.  — Угу. — Чуя тоже улыбнулся в ответ. Правда не сильно искренне, потому что он был напряжен. Вокруг столько еды, а он так давно не ел.. Может хотяб.. Нет. Нельзя. Еда - это жир. Жир - это зло. Следовательно еда - зло.  Парни направились к кассе.  — Нифига муравейник — Сказал Дазай, имея ввиду очередь на кассу. — А тут нету кассы самообслуживания? — Неа. Раньше была, но там что-то поломалось. Потом совсем убрали. — Вот блин.  Они встали в очередь, надо было ждать пока свои покупки оплатят аж четыре человека. Не то чтобы это было пиздец как много, но для Чуя да, ведь он сейчас почувствовал противное головокружение от духоты или голода. Он сам не знает от чего. — Дазай. — Что такое? — Я выйду на улицу, хорошо? Мне жарко очень. — Конечно выходи, хахах, чего спрашиваешь.  — Я возле выхода буду. — Хорошо. — Осаму кивнул. Накахара пошел на улицу не оборачиваясь и не медля. Свежий воздух свежий воздух.. Холодный ветер ударил в лицо. Чуя надел капюшон чтобы не продуло, кашлять потом он не горит желанием.  Из под капюшона выглядывали рыжие, выбившиеся из хвостика, пряди. Кто-то сзади положил ему руку на плечо. — Познакомимся, милая?