Улыбка ренессанса

мир был слишком угрюм и мрачен, чтобы не вдохнуть в кого-нибудь желание его усовершенствовать. Глава 1. Рабочий день закончился, и все жители Берега спешили вернуться в свои обветшалые лачуги. Только недавно удалось более менее стабильно наладить электрогенерацию с помощью ветряков и солнечных батарей, а люди уже так привыкли к искусственному свету, что до поздней ночи растягивают те дела, которые раньше успевали сделать пока Солнце не скроется за горизонт. И все же перспектива улучшения качества жизни пленительно манила к себе, вдохновляя поселенцев на неустанный труд. Берег стал пристанищем для многих людей, ищущих крова в этом Богом забытом мире. Они стекались сюда с разных концов, ища защиты и пропитания, отдавая за это самое ценное, что имели - свободу, но эта плата была желанной, поскольку давала ту самую стабильность, которая позволяла смотреть в будущее с уверенностью и надеждой. Берег был гордостью нового мира, молва о его благополучие, как о новом земном рае, разносилась далеко за пределы Байкальских деревень, к агломерации которых относился и сам город, расположившийся на южном берегу озера. Он был самым крупным из известных поселений и сюда продолжали стекаться бегущие от лишений, голода и разбоя и, может быть, Берег был самым быстро развивающимся поселением, как феникс, воскресающий на радиоактивном пожарище минувшей цивилизации. Аюр стояла на обшарпанной балкончике двухэтажного здания, которое выделили под контору работы с населением, официальным названием которой было «агитационный корпус», и в задумчивой молчаливости наблюдала за людьми, словно муравьи, спешащими по своим домам. Здание агитационного корпуса располагалось на возвышенности, недалеко от правительственной администрации и из него все поселение виднелось как на ладоне. Оно условно состояло из двух частей: это старые кирпичные постройки, которые пострадали не от ударов атомных бомб - город не был стратегическим объектом для поражения, а от мародерства, бесхозности и времени. Только с приходом исследовательской экспедиции эта часть города была частично восстановлена. Жить в многоквартирных домах без света и воды, а их отключили практически сразу после катастрофы, было невозможно, и люди стали обустраивать новые жилища, ближе к воде, которую приходилось добывать вручную. Эти жилища и составляли вторую часть поселения, те что получше были сделаны из дерева или кирпича из разобранных городских построек, но в большинстве они воздвигались из всякого хлама и всего, что попадалось под руку: старые оконные рамы, межкомнатные двери, поломанные куски гипсокартона, обмотанные полиэтиленовой пленкой, для защиты от влаги, снятый с крыш профнастил из-за которого в разных местах торчали куски утеплителя, в работу шло все. Дома эти хаотично лепились друг к другу, без какого-то архитектурного плана и местами были настолько запутаны, что незнакомый с переходами практически наверняка был обречен потратить уйму времени, чтобы найти нужную дорогу, и это была бы не самая страшная потеря. До того, как в городе появилось централизованное управление, потеряться здесь было все равно, что лишиться жизни, особенно если что-то из твоих вещей представляло мало-мальскую ценность и ты не удосужился это скрыть. Что и говорить о том смраде, который здесь стоял, оскверняя невинную чистоту, находящегося рядом озера. Но сейчас и эта часть поселения начала активно перестраиваться, в город понемногу стали возвращаться удобства, большое распространение получили ветрогенераторы, самодельное производство которых было налажено, прибывшей сюда двадцать лет назад, группой ученых, и теперь ветряки возвышались над крышей практически каждого дома. Улицы были частично перестроены, отхожие места вынесены в отдельные зоны, так чтобы нечистоты не попадали в воду, а в само озеро были заведены трубы, качающие воду электронасосами в резервуары, откуда она уже вручную разносилась по домам. Мало в каких лачугах теперь не горел свет до ночи, а кто-то обзавелся и и настоящим холодильником, не то чтобы они были в дефиците, но обладание ими требовало дополнительных электромощностей, а этим могли похвастаться далеко не все. Аюр нравилось наблюдать за людьми, строить предположения о том кто они, куда спешат и чем занимаются, это стало для нее невинной слабостью, которой она с упоением предавалась, когда выдавалась свободная минутка, это было предметом роскоши. Рот девушки расплылся в широкой узкой улыбке, мысль о роскоши как бархат обняла ее за плечи. Немного помедлив, она вытащила из внутреннего кармана своего плаща помятую пачку сигарет, с досадой пересчитала содержимое, но не решившись отказать себе в удовольствии, закурила. В голове девушки промелькнуло сожаление, о том, что сейчас ее никто не видит, но упоительное чувство роскоши радовало ее даже без дополнительных зрителей. Девушке не нужно было никуда спешить, она жила здесь же в конторе, и это тоже было частью ее привилегии. Когда в поселение прибыла экспедиция ученых с запада, она, не смотря на свой юный возраст, одна из первых распознала в этих людях возможность изменить этот мрачный, гибнущий мир, в котором они находились, к лучшему. Она увидела в них разум, силу и технологии, несущие благо людям, и вдохновленная их идеей о возрождении, предалась им без остатка. Еще девочкой Аюр всей душой прилепилась к ним, они были словно сошедшими с небес ангелами, которым она подарила свою веру и преданность, они же увидели в ней амбициозный характер, решительность и целеустремленность, и, в конечном итоге, она стала их проповедницей. Ученые приехали в Берег на двух машинах и оборудованном микроавтобусе, который и сейчас находится под особой охраной в гараже здания администрации и использовался только в самых необходимых случаях. Первое время было заметно, что они присматриваются, выбирая лучшее место для дислокации и, удовлетворенные поселением, разместились здесь основательно. Их было около двадцати человек, сами ученые, инженеры, несколько человек охраны и обслуживающий персонал. Первое время держались они отстраненно наблюдая за жизнью горожан, и только спустя время начали активно взаимодействовать с ними, но уже тогда Аюр стала часто наведываться к ним в гости, а после и вовсе разместилась в их лагере. Работа их была выстроена последовательно и методично, и от того приносила быстрый и эффективный результат. Исследователи были доброжелательны и учтивы с горожанами, а когда те интересовались о цели их прибытия, то они чистосердечно признавались, что их главной задачей является возрождение человечества. Сами они были сотрудниками одной из уцелевших лабораторий, расположенной недалеко от Новосибирска. Сам город был до основания разрушен и практически полностью превратился в пепелище с повышенным радиоактивным фоном, но, подготовленная к катаклизмам корпорация, сумела представить своим сотрудникам безопасное убежище, сохранив и наиболее ценное оборудование. Байкал был не случайным местом их экспедиции: огромные запасы пресной воды и удалённость от стратегически важных военных объектов, которые подвергались ядерной бомбардировке, делало это место максимально перспективным для начала возрождения. Как говорили исследователи, первые десять лет, после начала катастрофы они решали внутренние проблемы, но все прекрасно понимали и никто не винил их, за то что в хаосе первых лет они, как впрочем и все остальные, меньше всего думали о чужих проблемах. Еще пять лет понадобилось для подготовки кадров, необходимого оборудования и инструментов, и вот каких-то пятнадцать лет спустя самой крупной цивилизационной катастрофы были предприняты первые значимые попытки по ее ликвидации. Загадкой оставалось как удавалось корпорации готовить новые кадры, поскольку среди прибывших исследователей были и достаточно молодые ученые, взять к примеру жизнерадостную Елену, которой на момент прибытия экспедиции было двадцать девять лет, она была женой инженера и ждала своего первого ребенка. Поверить, что во время всеобщего хаоса, где-то продолжалось обучение высококвалифицированных специалистов, когда подрастающее поколения не находило возможным выучиться читать и писать, было на грани фантастики. В начале люди относились к исследователям настороженно, но по мере того, как принесенные ими технологии показывали реальную эффективность, доверие к ним все возрастало. С их помощью отступил главный враг поселенцев - болезни и эпидемии, в городе появилась больница и школа, что вновь вернула грамотность в новый мир. Но главной особенностью Берега, появившаяся с приходом ученых все же была начавшая формироваться государственность, необходимая для регулирование общественных отношений и наведения порядка. Нет нет по первости у кого-то возникали вопросы, почему именно эти пришлые ученые должны регламентировать их жизненный уклад, но с контраргументом предложить лучшую кандидатуру никто из них не справился, и в конечном итоге все согласились, что другого варианта развития событий представить себе было невозможно. Порядок, вот пожалуй еще одно понятие, которое занимало Аюр, когда она вдыхала терпкий, приятно дурманящий разум, сигаретный дым. После случившейся тридцать шесть лет назад глобальной ядерной катастрофы, люди, лишенные внешнего контроля, превратились в животных, являя наружу все самые мерзкие проявления своих испорченных душ. Больше всего их стало заботить выживание, но по трагической иронии, выживание это касалось только самих себя, и ради этого выживания они стали мародерствовать, грабить, убивать и насиловать, и чем больше притязаний они имели на улучшение качества своей жизни, тем больше разоряли окружающих. Люди словно только и жили мечтой вседозволенности, и Бог внимая их безумной мольбе, позволил ядерному пожарищу опустошить большую часть земного шара, а тем кому удалось выжить, лишь с упоением вторили разрушительной катастрофе, расширяя ее губительное действие. Аюр задумалась, могли бы люди в этой эгоистичной борьбе за выживание без внешней помощи совсем исчезнуть с лица земли? Утверждать это однозначно было бы неверно, ведь и она родилась в период этого хаоса от брака, подарившего ее темным и бездонно-глубоким, как сам Байкал, глазам слегка раскосый разрез. Ее родители любили друг-друга, хотя и были представителями разных культур, и может быть именно такая общая для всех трагедия стала причиной по которой им суждено было быть вместе. Аюр любила своих родителей и, может их скорая кончина стала причиной по которой воспоминания рисовали их образы в идеалистическом свете. Но сколько она их помнила, они делали все для того, чтобы хоть как-то уберечь ее от той жестокой реальности в которой все они находились, хотя и осознание этого пришло уже позже, только после смерти родителей. Погибли они, защищая свой дом, во время одного из налетов грабителей, в то время они случались чаще, поскольку на горных перевалах еще не стояло охранных постовых деревень. Девушка еще помнила те голодные дни, когда она скиталась по домам, выискивая и выпрашивая хоть какие-то крохи. Обижать ее стыдились, поскольку знали ее и покойных родителей, которые пользовались уважением, но делились с ней пищей неохотно, полноценно работать она еще не могла, а лишний рот был существенной обузой. Лишь только ученая экспедиция спасла ее от голодной смерти, кто знает может быть благодарность за спасение и стала главной причиной ее преданности. Девушка сделала последнюю долгую затяжку и задержала дыхание, позволив едкому дыму поглубже проникнуть в легкие, но почти сразу закашлялась, что придало процессу неприятное послевкусие. Мысль о родителях воскресила в ее душе голос совести, и сейчас она бы низачто не смогла ответить зачем люди только курят эту дрянь. Уже начало смеркаться, пора было ложиться спать. Антон - главный координатор агитационного корпуса сказал, что завтра с утра надо будет еще провести собеседование с вновь прибывшими в поселение. Пока они не найдут себе рабочего места в городе, им не будет присвоено статуса граждан, а значит нечего рассчитывать и на медицинскую помощь, ради которой, по большей части, все они сюда и стекались. В ближайшее время руководство планирует организовать ряд экспедиций, чтобы обойти все прибрежные поселения вокруг Байкала для усиления влияния и выстраивания торговых договоренностей с местными рыбацкими и сельскохозяйственными деревушками. Именно поэтому практически всех пребывающих в поселение с целью обосноваться здесь отправляют в агитационный корпус, сейчас новые люди нужны здесь как никогда. Те кто посмышленей смогут стать послами в зарождающейся республике, а простачкам придеся поработать руками или кулаками, что тоже часто является насущной необходимостью. Может быть стоит наведаться и в охранные погосты, расположенные в ущельях горных перевалов и отвечающие за безопасность расселившихся вокруг озера поселенцев. Народ там своенравный и суровый, но с кем как не с ними нужно выстраивать дипломатические взаимоотношения? Последние мысли уходящего дня молодой девушки были о неотвратимо надвигающемся будущем прогрессе, который даровав жителям Берега такие желанные в этом мире покой и порядок, теперь пытается распространить позитивный опыт и на все окрестные территории. С Байкала подул прохладный и промозглый ветер, Аюр, поежившись, вошла в комнату, плотно притворив за собой балконную дверь. Антураж ее спальни был строг и опрятен, единственной чувственной вещью был букет высохший полевых цветов, стоявший на письменном столе. Подаривший их молодой ухажер был безнадежен, но сами цветы были хороши и еще наполняли комнату пряными ароматами. Помимо широкой односпальной кровати и рабочего стола в комете была книжная полка с подаренными ей Дмитрием Геннадьевичем книгами и большой гардеробный шкаф с большим, во весь рост зеркалом, которое само по себе было роскошным и всякий раз напоминало девушке о ее красоте. В шкафу помещались все ее личные вещи их было немного, но все они идеально сидели, и помимо практической ценности, несли в себе элемент щегольства. Девушка разделась и, намочив полотенце, провела процедуру вечернего умывания, затем подошла к зеркалу и еще раз, не без удовольствия, осмотрела себя. Почти механически она нащупала на задней стороне шеи маленький бугорок вживленного в шею мониторингового модуля и теперь уже в полном спокойствие отправилась спать. глава 2 Когда на следующее утро Аюр вышла в холл, где уже собрались все кандидаты для принятия в агитационный корпус, она невольно цокнула языком, лишь окинув взглядом собравшихся. Но этот не профессиональный жест тут же заставил ее смутиться, она много раз убеждала себя, что каждый человек представляет собой безусловную ценность, но их изможденный, грязный и ободранный вид вызывал чувство заглушающие теоретическое знание о людях. Они были убоги и мысль о том, что надо будет проводить с ними собеседование не внушала радости. Здесь было трое мужчин и четыре женщины, одна была моложе ее самой, но выглядела она исхудалой и болезненной, кажется она положила последние силы, чтобы добраться сюда и неизвестно долго ли ей осталось. Рада приветствовать вас, дорогие гости, а в скором времени, может быть, и граждане Берега, - начала девушка, голос ее звучал мягко, но властно и внимание присутствующих тут же было поглощено ею. - Для начала скажу, что, придя сюда, вы возможно сделали самый лучший выбор в вашей жизни. Здесь в стенах нашего города вы находитесь в безопасности, о которой не смели мечтать возможно с самого вашего рождения, - замечание это было не совсем верным, поскольку присутствующие родились большей частью ещё до катастрофы, но в каком состоянии мир был тогда Аюр знала только понаслышке, - здесь, занимаясь общественно полезной работой, вы можете рассчитывать на пропитание и медицинскую помощь на самом высоком технологическом уровне. И я искренне сомневаюсь, что где-то в мире вы сможете получить более качественную медицинскую диагностику. Сейчас вы находитесь в стенах агитационного корпуса, который отвечает за работу с населением. Буду откровенной, мы считаем людей самым ценным ресурсом и обеспечение вашего благополучия является нашей приоритетной задачей. Если после собеседования мы сочтём ваши кандидатуры подходящими, то, скорее всего, мы вместе с вами и другими сотрудниками нашего корпуса организуем дипломатические экспедиции по всем окрестным селениям, призывая выживших принимать гражданство зарождающейся республики. Каким образом люди будут принимать гражданство? - задал вопрос один из мужчин, чей возраст сложно было определить из-за разросшейся неопрятной бороды, но вопрос показался девушке уместным, кроме того, ответ на него давал дополнительный повод рассказать о том, что было предметом гордости Берега. Аюр кивнула и продолжила.Группой наших учёных была сохранена передовая медицинская технология, которая активно распространялась перед самым началом катастрофы, кстати, есть среди вас те кому вживляли мониторинговые модули? - двое мужчин и женщина нерешительно подняли руки, не до конца понимая, правильно ли они поняли смысл ее речи, - Аюр продолжила, - мы проверим находятся ли вещи модули в исправном состоянии, остальным придётся пройти процедуру по их установке, - девушка быстро окинула присутствующих взглядом, предполагая найти среди них проявляющееся неприятие, но все сидели, в молчаливой покорности, внимания ее словам. Удовлетворённая такой реакцией Аюр заговорила снова:Эти модули в непрерывном режиме сканируют базовые показатели организма носителя: проверяют пульс, давление, температуру, сахар, уровень насыщения кислородом, отслеживают появление инфекционных заболеваний, следят за изменением состава крови, контролируют выбросы гормонов, проверяют накопление в организме токсинов и наркотических веществ, при достаточной близости, автоматически синхронизируется с нашим медицинским центром, где с помощью встроенных аналитических систем контролируется общее состояние здоровья. Это в девяносто процентах случаев позволяет предупредить возникновение заболевания и оказать незамедлительную помощь. Гражданство вы получаете, когда вам вживляют Модуль Биологического Контроля и вносят в электронный реестр. Вы даёте обязательство трудиться на благо республики, а она обеспечивает ваше безбедное существование. Ещё вопросы? Да, - нерешительно начал один из мужчин, который до этого момента, казался девушке наиболее перспективным кандидатом из-за его внушительного роста и крепкого телосложения, - нас сегодня покормят?Если других вопросов нет, проходите по одному в кабинет, дальше собеседование пройдет в частном порядке. Аюр, не скрывая своего раздражения, развернулась и вошла в кабинет, где, за включённым компьютером, уже сидел Антон. Это был худощавый высокий мужчина пятидесяти лет с выступающей вперед гусиной шеей, его коротко остриженные волосы были белы от ранней седины, а на носу громоздились массивные очки с крупными линзами, которые и казалось были причиной сутулости. Он обладал острым логическим мышлением, которое и выдвинуло его кандидатуру на должность координатора полевых дипломатов агитационного корпуса, и хотя он имел секретаря помощника, часто высказывал личное желание регистрировать новых жителей города. Настроение девушки не было для него сюрпризом, к сожалению она часто смотрела на кандидатов с завышенным ожиданием, и всякий раз это становилось поводом для разочарования. Понимая, что вопроса не последует, девушка выпалила сама: это просто невыносимо, я говорю им о технологиях, способных изменить мир, а они только и думают о том чтобы набить себе брюхо. В следующий раз надо кормить их перед встречей, чтобы голодные позывы не мешали размышлять о высоких материях. Нет, Аюр, я вполне серьезно, каждый из них мог несколько дней не держать крошки во рту, прежде чем добрался сюда, и осуждать их за то что естественная потребность берет верх - несправедливо. Аргумент был достаточно весомым и лежал на самой поверхности, так что Аюр сама прекрасно это понимала, но что же тогда стало причиной такого пренебрежения к ним с ее стороны? Она не хотела, чтобы проницательность коллеги распознала в ней признаки начавшегося самоедства и поспешила позвать первого претендента. Первой вошла женщина лет шестидесяти, с лицом на котором явственно чувствовалась облегчение после проделанного пути, возможно в другой раз она могла бы нервничать, но сейчас сил на это уже не оставалось. Женщина подошла к столу и села на, приготовленный стул, сложив слегка припухлые от отеков руки на коленях представьтесь пожалуйста и расскажите немного о себе откуда вы, чем занимались последнее время как узнали про нас и почему решили здесь поселиться? Женщина немного поерзала на стуле, устраиваясь поудобнее, вопрос не смотря на свою прозаичность был несколько неожиданным, поскольку она никогда по-настоящему не пыталась анализировать своей жизни.       ⁃ Меня зовут Елена, Елена Фролова, родилась семнадцатого марта две тысячи десятого года. Раньше я жила в Зеленогорске, недалеко от Заозерного, на Востоке отсюда, тысяча двести километров или около того. Что я делаю? Кручусь как могу, как говорится: хочешь жить - умей вертеться, вот и я по мере своих сил тружусь. Пока был жив муж, следила за домом и хозяйством. Поженились мы уже после… - Женщина замялась, подбирая правильные слова, - после трагедии. Знаете, раньше жизнь казалась такой беззаботной, а после трагедия всех нас изменила, не всем удалось приспособиться. Мы все вышли из городов, поскольку жить в них стало невозможно. Когда отключили свет и перестал работать водопровод, жить в многоквартирных домах стало невыносимо, хотя сам городок наш был небольшой и не пострадал от ударов, но леса тогда горели повсюду. Мы с моими родителями уехали в деревню, стали заниматься хозяйством, разводили кур, они по первости еще не были в таком дефиците, несколько раз нас грабили, а когда в очередной раз отец решил сопротивляться его забрали и больше мы его не видели. Чтобы нам выжить, нужно было мужское плече и выбирать особо не приходилось, вот и вышла замуж. Жили мы ладно, мужа моего боялись и он этим гордился, он еще пытался всех собрать, организовать, но ничего у него, в конечном итоге не вышло. Были конечно люди, которые друг-другу помогали, но большинство обособились, замкнулись, да так и получилось, что он сам стал жертвой своих друзей, так что, когда его предали и прибрали к рукам совместное имущество, которое для общего хозяйства собирали, то и среди своих слава о нем зашла как о наивном дураке. Было бы что пить, он может и спился бы, а так обозлился на всех, и то ли злоба его разъела, то ли радиация. Он охотиться ходил, грибы собирал, а там кто знает в какую забредешь глушь. Недавно только получается его схоронила, детей у нас не было, а как одинокой женщине обеспечить себя практически невозможно, вот и стала искать где приткнуться. От торговцев кочевников как-то слышали уже про Байкальское чудо, вот и вышла сюда собрав последние пожитки. Все добро свое пришлось раздать за дорогу попутчикам, чтоб помогли, да не обижали, так ни с чем и явилась, да хоть сама жива и то слава Богу. История женщины была довольно типичной и Антон только несколько раз паучьими пальцами пробежался по клавишам клавиатуры, записывая основные сведения. Слушать ее не доставляла особого интереса, поскольку историй таких они слышали уже сотни, но протокол требовал учтивости.       ⁃      вы сами в это время чем занимались?       ⁃      Всем понемногу, когда свой огород да дом, целый день дела какие-то находятся. К жизни такой я с детства не приучена была, но потом ничего освоилась.       ⁃      Где вы учились? - спросила Аюр, хотя вопрос этот ее не очень интересовал, практические навыки были важнее теоретических знаний, которые после катастрофы во многом потеряли свое значение, но все же это могло полнее раскрыть личность опрашиваемого.       ⁃      Кемеровский медицинский университет, давно это было, да и не работала я по профессии, так только домашних своих и лечила, да уколы матери больной ставила.       ⁃      Достаточно, - Антон проверил время, чтобы определиться с дальнейшим планом действий, до обеда было еще долго, - сейчас вы можете отправляться в медицинский центр, спросите у охраны, как до него пройти, здесь недалеко. Скажете, что вы получили одобрение и вас готовы принять в агитационный корпус, они должны внести ваши данные в реестр, необходимые сведения я им уже отправил. Жить пока будите в общих казармах, это длинные деревянные корпуса, находятся ближе к озеру, обед получите там же. Да, последний вопрос: к моменту катастрофы вам было двадцать семь лет, мониторинговые модули на тот момент уже активно внедрялись, устанавливали их начиная с четырнадцатилетнего возраста, вы вряд ли про них ничего не слышали, скажите почему тогда вы не решились на его установку, ведь это была прорывная технология? Почему? - Женщина недоуменно пожала плечами, будто и сама не знала, и теперь думала не могли ли это решение изменить всю ее жизнь еще тогда? - да всякое тогда про них болтали, что мол мы не скот, чтобы нас клеймили, ну тогда же кто знал, что это будет единственным спасением?       ⁃      Добро пожаловать, - произнесла девушка дружелюбно протягивая руку женщине, которая с облегчением выдохнула и улыбалась, понимая, что ответила на вопросы правильно. После вошла еще женщина лет сорока - Анна, которая оказалась неграмотной, но была хорошо приспособлена к самостоятельной жизни, так что умела охотиться и знала какие грибы безопасны для здоровья. Правда одного этого знания ей явно не хватало, изъязвленность слизистых, редкие, неравномерно выпавшие волосы и сыпь явно свидетельствовали о хронической форме лучевой болезни. После ее ухода Антон и Аюр, еще какое-то время обсуждали ее кандидатуру на принятие в корпус. Девушку беспокоило, что в случае начавшихся осложнений за ней будет нужен дополнительный уход, а в дали от Берега оказать его будет проблематично, Антон ссылался на то что навыки ее могут быть полезными в экспедиции, и с неохотой девушка дала свое согласие. Конечно окончательное решение принимал именно Антон, но он старался прислушиваться к мнению коллег и редко пользовался служебным положением, чтобы диктовать свои условия. Была семейная пара, обоим было немного за пятьдесят и оба были украшены рабочими МБК, срок эксплуатации которых уже должен был выйти, но видимо отсутствие приборов принятия данных, продлило срок их службы. Знакома пара была еще до катастрофы, но начавшаяся в мире агония ускорила романтический период, понудив их держаться вместе. У них было двое детей, которые погибли еще в младенчестве из-за голода, болезней и неудобств, и в третий раз пережить такую трагедию они уже не решались. Но самым нетипичным из кандидатов оказался Харди Гамильтон, англичанин родом, и ровесник катастрофе. Родители его еще до катаклизма перебрались на Алтай и стали жителями эко-поселения. Желание быть ближе к природе имело огромную популярность среди людей того времени, и многие предприниматели выстроили на нем прекрасные бизнес проекты, втридорога продавая экологичность. Безмятежная жизнь в живописном уголке России выкачивала из аристократических карманов целое состояние, но прихоть всегда была самым весомым аргументом для принятия решений. Удивительным в истории Харди оказалось, что он был носителем мониторингового модуля, установил его Исаак Левин - Русский еврей, родом из Петербурга, который также был членом Новосибирской лаборатории, но их экспедиция была направлена на Алтай, где они и познакомились с Харди. Алтай был краем нетронутым катастрофой в экологическом плане, здесь предполагалось наладить обширные фермерские хозяйства к которым Харди имел непосредственное отношение и потому был принят в научный лагерь с распростертыми объятиями. На тот момент юноше было двадцать шесть лет, он был окрылен желанием экологического возрождения планеты, и обмолвился, что для мировой экологии сам ядерный катаклизм будет иметь негативный эффект только в первые десятилетия, а после, с учетом сокращения численности населения, отсутствием крупных техногенных предприятий и прочих негативных явлений, связанных с антропогенным фактором, планета обновится, и ядерная война в перспективе, позволила избежать тот неминуемый экологический кризис на пороге которого уже стояло человечество. Доводы эти показались разумными, но чрезвычайно жестокими, поскольку, хотя и косвенно, оправдывали гибель миллиардов людей. Но все же главная проблемы Алтайской экспедиции заключалась в ее полном уничтожении, и это стало главной причиной появления Харди на Байкале. Когда Харди заговорил об этом Антон с Аюр стали тревожно переглядываться, понимая, что собеседование стало выходить за рамки их компетенций. Сведения о существовании других экспедиций им были неизвестны, хотя теперь казалось логичным, что судьба человечества не могла быть вверена в руки только одной исследовательской группы. Антон, понимая значимость имеющейся у гостя информации, учтиво предложил Харди разместиться в одной из комнат второго этажа, где удобства были лучше, чем в общественных казармах, а сам лично отправился к Дмитрию Геннадьевичу - руководителю агитационного корпуса со срочным донесением. Новость действительно произвела существенный резонанс, Дмитрий Геннадьевич попросил Антона дождаться в приемной, пока он не переговорит с руководителем экспедиции - Александром Ивановичем Мировым и отправился к нему немедленно. Сведения о том, что одна из экспедиций действительно могла быть уничтожена, вызвало в среде ученых явное недоумение, а самое главное это означало, что и их собственная безопасность не является абсолютной, как это представлялось им раньше. В то же время им было необходимо сохранить лицо, чтобы вверенные им подопечные не почувствовали и намека на их озабоченность, и это не поколебало бы миф о их всемогуществе. Поэтому Дмитрий Геннадьевич возвращался к Антону, предав себе самый беззаботный вид, словно главная особенность этого дела только и состояла в возможности получить дополнительную информацию о жизни людей за пределами их поселения. Встреча, тем не менее, было решено провести уже вечером, а до этого момента кто-то должен был составить Харди компанию, чтобы быть в курсе всех его действий.