Конец чёрного дома

ВИЗЕНГАМОТ шумел. Строго говоря, за последние десять лет это собрание утратило большую часть своих полномочий. Однако, номинально или нет — совет собирался регулярно. И сегодня, 25 ноября 1993-его года заседание открывал Люциус Малфой. - Дамы и господа! Маги и волшебницы! Я должен сообщить вам пренеприятнейшее известие. Тёмный Лорд мёртв. Мы с коллегами попытались Его воскресить — но, к сожалению, этот ритуал в девяноста процентах случаев даёт отрицательный результат… Давайте помянем величайшего мага и политика всех времён минутой молчания!..

*

Нимфадора Тонкс с идеально-ровной спиной сидит за обеденным столом. Он обшарпанный, как и всё в этом доме, где её отца поселил когда-то покойный ныне Лестрейндж. Магическое радио играет музыку. Только что в новостях сообщили, что маглорождённые волшебники будут освобождены из Азкабана в течении месяца. Это не первая хорошая новость. Всю неделю они сыплются, как из рога изобилия: запрет на пытки в Хогвартсе, объявление Авады, Круцио и Империо запретными заклинаниями, пожизненное заключение в Азкабан — за использование против людей запретных заклинаний, увольнение преподавателей Керроу, судебное разбирательство в отношении преподавателей Керроу... Отец сидит рядом с ней за столом и ковыряет в носу. Нимфадора с трудом сдерживается, чтоб не сделать ему замечание. А ведь он ещё и чай пьёт, не вытаскивая ложечку из чашки! Сдерживаться очень трудно.

*

10 декабря 1993-его года. Обычный день в школе чародейства и волшебства Хогвартс… Ну, почти обычный. Посреди коридора стоит щуплый мальчишка со значком старосты — и верещит, глядя испуганными голубыми глазами МакГонагалл в лицо. - Нет! Нет! Пожалуйста! Я просто забыл! Мы же всегда так делали!.. Я же отвечаю за порядок! Он навозную бомбу кинул!.. Пожалуйста, не сажайте меня в Азкабан!..

*

К концу января по радио и в газетах наконец заговорили о возобновлении отношений с другими странами. Первыми на связь вышли Франция и Болгария, Румынское посольство — тоже было не за горами... Красивый трёхэтажный домик располагался, как выяснилось, гораздо северней Лондона. И вот два одинаковых мужчины: один с карими глазами, другой с ярко-зелёными — смотрят в окно, как их бассейн засыпает снегом… Чары вечного лета спали в ту же ночь, как не стало Тёмного Лорда. Или всё-таки чуть раньше?.. Хрен знает — ведь Гарри Поттер вернулся домой под утро! Так-то всё хорошо… насколько может быть хорошо у человека, потерявшего в одночасье обоих родителей и лучшего друга… Джеймсу Поттеру несколько легче: его лучший друг сидит сейчас в кресле-качалке, бессмысленно уставясь в потолок. Накануне его привезла из Нидерландов Алиса Лонгботтом. Узнав о смерти Тёмного Лорда, она сразу же вышла на связь с Тедом Тонксом и сделала, что он попросил — отыскала безумного мага в закоулках Амстердама. Алиса приехала бы и раньше, но столько хлопот: вернуть себе настоящую фамилию, договориться, чтоб сына на пару дней отпустили из школы… Пусть посмотрит на историческую родину. Именно — посмотрит: он уже давно и прочно обосновался в Шармбаттоне, и забирать его оттуда миссис Лонгботтом не намерена... - И — к международным новостям! - возвещает радио. - Международная конфедерация магов настаивает на том, чтобы Магическая Британия восстановила Статут о секретности, и сегодня днём испольняющий обязанности Министра магии, лорд Люциус Малфой объявил, что Министерство уже работает над этим. «В ближайшее время мы вернём всё, как было, - заявил лорд Малфор нашему корреспонденту. - Сотрём им всю память о магическом мире»... - Не надо! Два Поттера вздрогнули и обернулись. Сириус Блэк больше не раскачивался в кресле-качалке — он сидел, прямой, как шест, и сжимал кулаки. - Тише, тише, Сириус! Последний из рода Блэк всхлипнул — и вылетел из комнаты. И вот он идёт по коридору, выходит в тапочках — на снег... «А что ты будешь делать, если я так и не сдамся?» - говорит в его воспоминаниях кто-то уверенным, бодрым голосом. Того, кто это говорит, память не показывает — да и вообще, очень похоже, что спросил это он сам. Но не мог же Сириус и взаправду быть когда-то — таким дерзким? «Убьёшь меня?» - продолжает голос из его прошлого. И ни капли испуга в этом голосе! Ни фальши, ни дрожи!.. «Зачем?» - отвечает неизменно-молодой брат. Не брат из ранних, детских воспоминаний, но и не тот угрюмец, от которого Сириус сбежал месяц назад… В этих воспоминаниях Регулус молод — и что-то чудовищно-непоправимое есть в том, что он - так молод. - «Зачем? Я просто сотру тебе всю память». «Овощем меня хочешь сделать?» - вопрошает храбрец. «Дурак, я люблю тебя!» Брат, наверное, нарочно сохранил ему это воспоминание. Но вот оно обрывается — и остаётся только плитка под ногами, юный снег на этой плитке и мокрые тапочки, в которых Сириус идёт — сам не зная куда...       Наверху, в комнате, остался только один человек. Второй вышел со словами: «Надо бы присмотреть»... Голос Люциуса Малфоя из магического радио продолжает: - Всю лишнюю память — я имею в виду. Про волшебников. Про пожирателей смерти… Но маглам ведь и самим будет лучше этого не помнить? Это для их собственного блага!