Крылья над Эребором

Часть 3. Каменные стены и каменное сердце Король Трандуил встретил их в своём чертоге — весь в осенней листве и осеннем холоде. Когда гномов подвели к трону, он разглядывал их с ленивым презрением, но когда его взгляд упал на Дарианну,... ...он задержался. В Лихолесье не водилось женщин такого роста. Почти с него самого, длинноногая, широкоплечая, но при этом тонкая в талии. Даже сквозь грязь похода он разглядел правильные черты лица и руки — не крестьянские, не мозолистые от грубой работы, а длиннопалые, аристократичные. — Кто вы и куда направляетесь? — спросил он холодно. Гномы врали так же умело, как дышали. Дракон, сокровища, гора — всё как в предании. А потом дошла очередь до неё. — Я ищу безопасное место для жизни, — сказала Дарианна тихо, не поднимая глаз. Трандуил усмехнулся, и в этой усмешке не было тепла: — В Средиземье не существует безопасных мест, смертная. И не существовало никогда. Эльфы увели их в темницы. Старые, сырые, от которых пахло отчаянием. Дарианну посадили отдельно, но напротив камеры Торина. Она села на каменный пол, обхватила колени и закрыла глаза. А в чертогах короля... Трандуил ходил по своим покоям и никак не мог выбросить её из головы. Он пытался убедить себя, что его зацепила лишь аномалия — высокая смертная — но память услужливо подсовывала детали: изгиб её шеи, тяжесть ресниц, то, как она облизнула губы, когда волновалась. — Смертна, — прошептал он в пустоту, наливая себе вина. — Она умрёт через несколько десятилетий. Не думай об этом. Но он думал. Каждую ночь, пока гномы сидели в темницах, король Лихолесья представлял, как подходит к решётке, берёт её за подбородок и спрашивает правду. А потом... потом его фантазии уходили туда, куда королю не следовало позволять им уходить. Он злился на себя. И потому, когда гномы сбежали, он не слишком горевал. Девушка ушла. И слава Валар, решил Трандуил.