GOOD BUNNY

На ночной улице никого не было. Темная тень парня прокралась мимо будки сторожа, перерезала прутья хлипкого заборчика и в тишине ночи остановилась у длинной стены, которую уже не один раз закрашивали побелкой. Ровными движениями руки из баллончика на стену переносилась ещё одна картина. На лице не дрогнул ни один мускул, ведь он знал каждую линию, каждый штрих, который должен был нанести. — Жарко. — Парень тяжело вздохнул, свободной рукой аккуратно поправляя маску на лице. — Кто ж знал, что будет так душно, черт. Он случайно поднял маску выше положенного, сразу одернув руку, когда понял, что засветил часть лица, еще и шею. Неловко получится, если его так легко найдут из-за этой мелочи. — Надо быстрей заканчивать, пока не наехали. Минут через пятнадцать вдали замигали яркие огни полицейских машин, дав понять, что время валить. Парень быстро закончил рисунок, закинул баллончики с земли в чёрную спортивную сумку, ретировав к забору. На стене, в свете подоспевших сотрудников, блистала японская лисица.

***

— Третий раз за месяц, ну сколько можно! — Капитан полиции Юнсо гневно кидает на стол Тэхёна папку с фотографиями, от чего те разлетаются веером по гладкой поверхности стола. — Полгода прошло, а результаты по поиску этого художника, — он сделал кавычки в воздухе, — не продвинулись. Тэхён улыбнулся, взяв одно из выпавших фото. Ровный, аккуратный рисунок кицунэ с горящими огнем глазами. Он почти с самого начала ведёт дело о стрит-художнике, которого полиция пытается уличить за вандализм. Разукрашенные бабочками на огромной высоте стены многоквартирных домов, стилизованная под ракету водонапорная башня и многие другие случаи «вандализма» художника. Хотя, таким словом назвать те творения, что из раза в раз видит Тэхён, язык не поворачивается. Этому парню бы писать картины и продавать за огромные деньги, а не разрисовывать здания и подъезды. — Интересные же рисунки, оставить в покое надо этого парня. — В покое?! — Взревел Юнсо, со всей силы ударив кулаком по столу, точно оставив вмятину. — Эту лавочку вандализма нужно прикрыть, и как можно быстрее! Не хватало нам ещё поощрять таких вот, — он скривил губы в презрении, — и оставлять безнаказанными. Да, капитан никогда не отступится от художника. Ну, подумаешь, вандализм. Ладно, если бы парень рисовал непристойности или что-то противозаконное, но ведь то, что видит весь отдел с каждым новым случаем — шедевры чистой воды. Тэхён в какой-то степени даже стал восхищаться им, желая узнать, кто же скрывается за черной маской кролика. — Там новые записи с камер привезли, тебе задание их просмотреть. Вечером жду отчёт. Юнсо кинул флешку на стол Тэхёна, попрощался, и, бурча под нос, вышел из кабинета. — Бред, ну что я там найду нового… — От безысходности, которую Тэхён испытывал при каждом просмотре камер, хотелось выть. Везде одно и то же: хилый на вид парень с главным атрибутом — черной балаклавой, на которую были пришиты длинные заячьи уши того же цвета. — Кофе тут не помешает. Тэхён оставил компьютер в покое, накинув пиджак, вышел за дверь. Автомат на их этаже как назло оказался сломан, сильно озадачив Тэхёна. Был ещё вариант дойти до кофейного автомата двумя этажами ниже, но пробираться по душному коридору на обратном пути, стараясь не разлить содержимое стакана на себя, не казалось такой уж хорошей идеей. Все таки не найдя альтернативы, Тэхён пошел к выходу на лестницу, намереваясь быстренько сбегать вниз до автомата, купить нужный кофе и таким же путем вернуться в кабинет, чтобы наконец начать просмотр камер. Вот только и двумя этажами ниже ситуация выглядела не лучше. — Да чтоб тебя! Будет хоть что-то в этом месте работать как надо? — Тэхён со злостью пнул большой автомат, сжимая кулаки на металле. Серьезно, что сегодня за напасть такая? Во всем участке решили разом перестать работать все автоматы с кофе? — Сволочь. — Прошу прощения, — за спиной раздался негромкий голос, и Тэхён обернулся, видя перед собой невысокого парня в рабочей форме. Судя по бейджику на его груди, это так нужный сейчас механик. — Мне сказали, на этаже не работает автомат? Позвольте мне. — Тэхён отступил, позволяя парню подойти к старой развалюхе вплотную, и, достав из рабочего чемоданчика какие-то инструменты, он начал копаться в стенке автомата, что-то приговаривая. — Суматошный день. — Усмехнулся парень, вытирая грязь со своей щеки. — Не то слово. Ничего не работает, за что я вообще налоги плачу?! — Да, тут часто что-то ломается, но на то я и работаю тут. — Парень усиленно пыхтел над автоматом, потом быстро вернул крышку на место, положив инструменты в чемоданчик. — Готово! — Он встал с пола, отряхивая пыль со штанов. — Теперь можете пить ваш кофе. — О, боги, спасибо. Я уже думал заказывать доставку. — Тэхён посмеялся, наконец закидывая жетон в щель. — Давно тут работаете? — Нет, пару месяцев, недавно университет окончил. — Парень широко улыбнулся, собираясь уходить. — Чонгук, приятно было поговорить. — Инспектор Ким Тэхён. — Он протянул руку, подмечая необычно большую родинку под губой у Чонгука. Такую не часто встретишь. — Надеюсь, увидимся еще. — Как судьба сведет. Чонгук поклонился, напевая какую-то незатейливую мелодию пошел дальше по коридору, размахивая чемоданчиком в руке. Тэхён подождал, пока автомат сделает кофе, после возвратился к себе на этаж, закрываясь в кабинете. Ему предстоят долгие муки.

***

Видео с камер, как Тэхён и предполагал, не показали ему ничего нового. Из ниоткуда появляется парень в балаклаве, пару минут орудует баллончиками, неизвестно как и куда сбегает, а потом подъезжают копы. Тэхён раз пятый мотал одну и ту же запись, внезапно одернув руку с мышки. Как он мог проглядеть? Мимолётный, едва заметный кадр, где парень случайно задевает балаклаву рукой и та съезжает с нижней части лица, открывая губы и низ шеи. Тэхён придвинулся к монитору, приблизив кадр: под губой чёткая большая родинка, а на шее тату. Какое именно рассмотреть не получилось, но зацепки были. Только смущала до боли знакомая родинка, вот где-то Тэхён ее видел и совсем недавно… — Да нет, бред. А сам открыл базу данных сотрудников, ища досье Чонгука. «Чон Чонгук. Двадцать два года, недавно закончил университет. Родом из Тэгу.» Родинка… Может ли это быть глупым совпадением? Пролистав до конца он щелкнул мышкой на документ с его именем, приблизил фото, насколько это было возможным, внимательно вглядываясь в юношеское лицо. Маленький нос картошкой, аккуратные губы бантиком и… родинка. Ровно такая же, как и на записи, большая, под губой. Да ну, бред, не может ведь это оказаться правдой, да? Тэхён посмотрел на глаза, малость залипнув. Черт, даже это мелочь совпадает, неужели… За идеально выглаженным воротом черной рубашки можно было разглядеть совсем крошечный кусочек черной тату. Тэхён сложил руки в замок, окунувшись в мысли. Это точно не могло быть ошибкой или совпадением двух похожих тату. Но так быстро сдавать или рассказывать свои предположения капитану Юнсо Тэхён не планировал. Почему то внутри засвербило, от мысли, что вот она — разгадка дела так близко, но до жути милого парня не хотелось сдавать своим же, подставив. Тэхён измученно выдохнул, откинувшись на спинку кресла, рассматривая суетливый офис за панорамным окном. За столами сидели коллеги, некоторые из них бегали по узким проходам между стульями с толстыми папками в руках, а где-то в этой толпе шел Чон Чонгук, их главных техник. — И как же мне с тобой поступить…

***

Три дня. Три долбанных дня Тэхён мучил себя одним и тем же вопросом: что делать с Чонгуком? Дело следовало закрыть, но ставить под удар этого миловидного парнишу хотелось меньше всего. Тэхён был уверен, что под его глазами залегли черные круги, а вид был не из лучших. Капитан Юнсо продолжал жаловаться и как дятел напоминал ему о художнике и о том, как важно поймать этого негодяя в ближайшее время. В дверь постучали, а из проема показалась черная макушка Чонгука. Так сказать, вспомнишь солнце — вот и лучик. Тэхён тут же сел в кресле ровнее, поправив галстук на синей рубашке. — Добрый день, инспектор Ким. Мне сказали, у вас принтер барахлит, так что как только освободился побежал к вам. — Чонгук зашёл в кабинет, улыбаясь своей миловидной улыбкой, низко кланяясь. Его голос звучал тихо, но достаточно, чтобы Тэхён смог разобрать слова сказанные им. — Где можно посмотреть? Чонгук подошёл к столу Тэхёна слишком быстро, не дав тому времени захлопнуть папку с его личным делом. На момент уловив знакомую фотографию, как вкопанный застыв рядом и побледнев на пару тонов. С лица медленно сползла дежурная улыбка, но Чонгук вовремя взял себя в руки, привычно засияв лицом. Тэхён заметил то, как на мгновение дернулся глаз Чонгука, крепче сжав пальцами картонную обложку папки. — Прости, не думал, что ты освободишься так рано. В углу у шкафа стоит причина поломки, милости просим. Чонгук кивнул, развернулся спиной к Тэхёну, зашагав к принтеру. Сам он особо не понимал в том, как работают все эти приборы, поэтому с интересом наблюдал за тем, с каким энтузиазмом Чонгук копается в принтере, полностью вовлеченный в дело. Не заметив, Чонгук неудачно одернул кофту на плече, от чего та очень удачно открыла его шею, дав Тэхёну без трудностей рассмотреть маленькое тату. «Good Bunny». — Знаешь, Чонгук, все хотел спросить. От тебя веет таким творческим порывом, занимаешься чем-то на досуге? — Тэхён приметил, как напряглись плечи парня. Довольно хмыкнул, продолжив. — Что-то типо рисования? — Да, рисую иногда, так, для себя. — Чонгук продолжил как ни в чем не бывало копаться в принтере, параллельно вытащив один из картриджей. — А вам зачем? — Интересно стало. А что рисуешь, если не секрет? Может, портреты, пейзажи, или… — Тэхён специально замедлил, с каким-то странным азартом наблюдая за напружинившимся, как струна, Чонгуком. Выдержал паузу, дождавшись, пока тот не посмотрит на него, прямо в глаза. — Граффити? В кабинете повисла тишина. Чонгук прекратил починку, не в силах отвести от Тэхёна глаз. Он что-то знает? Но откуда? Неужели изучил личное дело вдоль и поперек, найдя какие-то несовпадения? Нет, чушь, его данные настоящие, и единственное, о чем продолжает врать Чонгук — тайное увлечение граффити. Взгляд наполнился едва заметной паникой, и Чонгук поспешил отвернуться, стараясь не зацикливаться на тревожных мыслях, продолжил чинить принтер. Он четко увидел на лице инспектора заметную усмешку, а в его глазах плескались разгорающиеся всполохи огня. Инспектор Ким знает, точно знает, но откуда? — Обычно рисую девушек, парней в профиль, не особо люблю уличное граффити. — Девушек, значит. — Тэхён медленно встал с кресла, ровными шагами, точно дикий зверь, готовый наброситься на свою жертву, направился к беззащитно открытой спине Чонгука. — А мне казалось, тебе по душе лисицы с белыми лилиями, Чонгук. — Они красивые, с этим не поспоришь, — Чонгук слишком нервно хохотнул, вставляя картридж на место. Липкий пот облепил все его тело, а живот скрутило неприятным спазмом. — Согласен. — Тэхён встал вплотную к Чонгуку, и когда тот развернулся, парню пришлось задрать голову, чтобы хоть как-то держать зрительный контакт с инспектором. — Недавно довелось увидеть одну такую, красивая до безумия. Тэхён кинул взгляд на приоткрытые ключицы Чонгука из-под рабочей формы, пальцем коснувшись синего пятна, вероятно, от баллончика. — Как же ты умудрился испачкаться, Чонгук? — Пальцы сами обогнули шею, останавливаясь ровно у татуировки. — Тебе следует быть аккуратней. — Тэхён произнес последние слова точно нарочно с интонацией, будто давал понять, что Чонгука почти раскрыли. Чонгук бегло опускает глаза вниз, от нервов закусывая губу. Черт, надо было додуматься, не осмотреть кофту после ночных похождений, и сейчас так глупо палиться перед самим инспектором! — Не заметил, спасибо. — Чонгук улыбнулся, чувствуя как по лбу стекает предательская капля пота. — Нужно быть аккуратней. — Тебе бы это не помешало. — Снова с намеком, глаза в глаза. — Почему good bunny? — А? Чонгук завис в моменте, не сразу понял, что имеет ввиду Тэхён. — Татуировка, почему именно эти слова? Снова повисла тишина, нарушаемая гулом компьютера. Где-то в коридоре проходит наряд и пищит микроволновка. Чонгук смеётся. Слишком громко, слишком наигранно для спокойного человека, а зрачки, хоть он этого и не видит, сужаются до минимальных размеров. Он отворачивается к принтеру, делая вид, что закручивает картридж. — Не знаю, в школе из-за передних зубов меня называли кроликом, ну… потом пришла идея добавить «good». Никакой тайны. Тэхён улыбается и отпускает Чонгука, возвращаясь к рабочему столу. Берет уже другую папку с делом художника в руки, нарочито открывая ее рядом с парнем, убедившись перед этим, что Чонгук точно увидел, чье именно дело он взял. Тэхён перелистывал страницы, чуть склонив папку, чтобы Чонгук смог рассмотреть фотографии своих же творений на стенах и подъездах. — Не слышал о нашем художнике? Какой месяц поймать пытаемся, а все попусту. — Тэхён отложил папку на стол, проследив за нервным взглядом Чонгука, что не сводил с нее глаз. — Красиво рисует, а его автограф лилиями — шедевр. До Чонгука постепенно, с каждым новым сказанным Тэхёном словом начало доходить, в какую игру его пытаются вплести. Инспектор догадывается, кто прячется за маской художника, а все это подкреплялось двусмысленными намеками Ким Тэхёна. — Вы поймаете его? — Чонгук поставил все детали по местам, закрыв крышку принтера. — Художника. — Конечно, — Тэхён хитро улыбнулся. Ровно как перед жертвой, он медленно встал за спиной Чонгука, склонившись над его ухом. — Возможно, уже поймал. — Готово! — Выпалил Чонгук сорвавшимся на петушиный визг голосом, оставил в покое прибор, прошмыгнув под Тэхёном до двери из кабинета. — Кхм, все работает, я, наверно, пойду. Чонгук собирался выскочить за дверь в шумный офис, но громкий голос инспектора остановил его. Он посмотрел в глаза Киму, чувствуя на себе невидимое давление. — Не скрывай тату, тебе идёт. — До свидания. — Чонгук покраснел ушами, низко поклонился и выскочил в коридор. Сердце отстукивало башенный ритм, норовя выскочить из груди. Инспектор Ким знает, точно знает! Сомнений ну никаких не осталось! Чонгук, протискиваясь между суетящимися коллегами дошел до своей небольшой каморки с лязгующим скрипом захлопнув дверь, сразу после рухнув на колени. Глаза судорожно бегали по полу, будто пытались найти успокоение, а пальцы на руках дрожали как не в себя, делая из Чонгука похожего с виду на нуждающегося в дозе наркомана. — Черт, черт! — Паника накатывала новой волной, обдавая лицо холодным потом. Доигрался! А ведь как чувствовал, что пора заканчивать с граффити, бросать и больше никогда и ни за что не браться за это по новой. Один раз он чуть не попался, но жажда адреналина толкала тело вперёд головы, отключая здравый смысл. — Так, спокойно, Чонгук. — Он закрыл глаза, про себя считая до десяти. — У него нет доказательств, даже если он знает. Не накручивай себя, инспектор не тронет тебя, у него нет доказательств, нет. Или есть? Тут в голове что-то щелкнуло. Чонгук, словно ошпаренный, вскочил с пола, по коридору быстро добравшись до архива. Выискав глазами нужную полку он выдвинул ящик с папками, не без труда найдя ту, что с именем «Ким Тэхён». — Все только из интереса. — Успокаивал сам себя Чонгук, пролистывая начальные страницы. Нет, ну раз инспектор Ким копает под «художника», то и ему не вредно будет знать, кто он такой, верно? — Тридцать четыре, значит… А по нему и не скажешь. Чонгук усмехнулся, фотографируя на телефон часть листка с адресом. Ну а что, лишняя информация никогда во вред не пойдёт. Чонгуку особенно. — Эх, инспектор Ким, как бы вы ни хотели, меня не поймать, я хорошо скрываюсь. Возможно это было и не так, но Чонгуку хорошо получалось успокаивать себя этими фразами. Он сложил все на место, проверил, чтобы за дверью никого не оказалось и прошмыгнул к себе на рабочее место.

***

Чонгук художник, и сомнений быть не может. Тэхён уже не помнит, по какому кругу смотрит один и тот же отрывок, где балаклава сползает с половины лица, а кофта открывает вид на маленькую, едва заметную на камере татуировку. Капитану Юнсо Тэхён решил не раскрывать карты, оповестив лишь о том, что ничего нового на записях он не нашел. И правильно, нечего капитану знать. Тэхён, как порядочный сотрудник, разберётся со всем сам. — Что же ты делаешь со мной, Чонгук… Тэхён поморщился, отхлебнув противный кофе, ещё раз покрасневшими от напряжения глазами рассматривая фигуру на экране. В дверь тихо постучали, а следом вылезла черная макушка техника. — Прошу прощения, не мешаю? — Чонгук вошёл внутрь закрыв за собой дверь, избегая прямого зрительного контакта с Тэхёном. — Забыл поставить дополнительный картридж к принтеру, на всякий. Чонгук проходит к принтеру, вытаскивая из рабочей сумки пару штук, кладя их за заднюю панель. Тэхён внимательно изучает спину парня, постукивая пальцем ровный ритм по поверхности стола. — Я думал, техники уходят чуть ли не самыми первыми. — Тэхён ухмыльнулся, заметив, как дернулись плечи Чонгука. — Значит, ошибался? — Получается, ошибались. — Закончив с картриджами, Чонгук развернулся лицом к Тэхёну, облокотившись на стол позади себя. Он с плохо скрываемым интересом смотрел в глаза инспектору, а желание расспросить о продвижении дела толкала на лишние действия. — Как идет дело о художнике? — Мимо не проскочила появившиеся улыбка на губах Тэхёна. — Думаю, техникам знать это не обязательно? — Тэхён принял ход, сразу осознав, к чему клонит Чонгук. Тот тоже не глуп, а значит о том, что известно Тэхёну — тоже знает. Чонгук после сказанных слов хитро сощурил глаза, облизав губы. Вот как, значит. Инспектор совсем не против поиграть в кошки мышки. Чонгук оторвался от стола, маленькими шагами пройдя разделяющее их с Тэхёном расстояние, остановившись прямо перед мужчиной. Внешне Чонгук не показывал, но внутри тлеющие заростки паники мешали ему работать весь день. Даже осознание того, что инспектор не сдал его капитану Юнсо, не могли полностью успокоить Чонгука. А вдруг, Тэхён просто решил потянуть время, или вообще начнет шантажировать? У Чонгука не будет денег, чтобы откупиться. — Вы же говорили, что почти поймали его, вот мне и стало интересно. Боитесь, что разболтаю? — Ты не похож на того, кто станет таким заниматься. — Тэхён откинулся на спинку кресла, не сдержав тихий смешок. Этот парень сейчас ну очень выдает себя, чего стоит посмотреть на его щенячьи глазки, которые совсем не скрывали намерения узнать побольше о себе. — Так расскажете? — Чонгук подался вперед, облокотившись руками на стол, чуть ли не нависнув, готовый перевеситься через него. — Разбавите мои скучные будни. — Чтобы потом по отделу пошли сплетни? — Тэхён испытывал терпение парня, специально оттягивая кота за хвост. — Инспектор, вы же сказали, что я не похож на такого человека. Ну расскажите. Тэхён хмыкнул, вдруг встал с кресла и обогнул стол, встав позади ничего не понимающего Чонгука, прижавшись вплотную к его спине, склонившись у заалевших ушей. — Думаю, тебе и так много известно, Чонгук. — С явным намеком, который считал Чонгук, почувствовав как сердце забилось в пару раз быстрее, а ноги подкосились. — Или ты хочешь дополнить? — Я… — Чонгук сглотнул вязкую слюну, кое-как сбросив ком в горле. — Нет, не знаю, о чем вы. — Голос предательски подводил, и вместо ровного тона парень проблеял, тточно напуганная овца. Тэхён внезапно отстал от порядком взмокшей спины Чонгука, непринужденно вернувшись в кресло и не сдерживая хитрую ухмылку. — С тобой все хорошо? Лицо белое, может, воды? Подъебывал, зараза. — Нет, я пойду пожалуй, домой пора. — Чонгук рваными движениями поправил выбившуюся прядь волос за ухо, слишком дерганно рванув к двери из кабинета, не оборачиваясь на Тэхёна. — До свидания, инспектор Ким. — Так мне рассказывать про дело? — Тэхён не мог прекратить, видя столь забавную реакцию со стороны Чонгука, который уже не знал, куда себя деть, лишь бы не палиться (что он успешно сделал). — Тебе же было интересно узнать. — Мне правда пора, прошу прощения за излишнюю любопытность. Чонгук попытался вылезти из-под Тэхёна, но тот сильнее вжал его грудью в стол, чуть ли не кладя напряженного до чёртиков Чонгука на лакированную поверхность. Холодная ладонь инспектора легла на горящую от стыда шею, а пальцы отклонили ворот рабочей кофты, касаясь закрытой татуировки. Чонгук вздрогнул всем телом, когда Тэхён провел по вбитой в кожу краске, странно хмыкнув. — Боишься, что кто-то увидит ее? Хороший кролик. — Последние слова Тэхён произнес тише, в самое ухо Чонгука, чтобы лишь он смог услышать. — Или скрываешь ее по другой причине, м? Казалось, воздух накалился до невозможного, а шестерёнки в голове Чонгука крутились так быстро, что из ушей того и гляди начнет валить дым. Если бы он знал, то занёс чёртовы картриджи завтра, когда в участке был бы хоть кто-то. — Шучу, не пугайся ты так. — Раскатистый низкий смех Тэхёна продрал парня до костей, он отошёл от и так бледного Чонгука, хлопнув того по плечу. — Иди домой, Чонгук, завтра, кажется, тебе спозаранку на работу. Чонгук не помнил, как вылетел пулей из кабинета, как почти что свалился с лестницы и совсем не понял, как оказался дома в мягкой постели. В голове никак не могли угомониться слова Тэхёна, его ясные как небо намеки на то, что он в курсе, кто кроется под маской кролика. — Сумасшествие… Где я успел проколоться? — Чонгук ворочался в постели, спутывая одеяло к ногам. Есть ли шанс того, что инспектор Ким случайно попадает в нужные точки, а сам и не знает. От всех этих бесконечных потоков информации у Чонгука постепенно начал болеть мозг, предупреждая прекратить мучать его. Чонгуку пришлось выпить не одну таблетку снотворного, чтобы хоть как-то унять мысли, поймав возможность нормально поспать.

***

Тэхён давно не курил. Нет, не так: он вообще не прикасался к сигаретам со школы, как попробовал из любопытства. От постоянной усталости и не прекращаемой работы шестерёнок в голове он забыл про нормальный сон. Чонгук мелькал перед глазами каждодневно: на обеде, в коридорах перед широкими окнами, но Тэхён заметил одну закономерность — парень будто тенью следовал за ним, всегда попадаясь в поле зрения. Специально или нет, Тэхён сказать не мог. Чонгук то и дело оказывался рядом, позволял себе задавать вопросы про художника, ну уж очень явно выдавая себя. Тэхёну в моменте стало казаться, что Чонгук натурально разнюхивает, как продвигается его же поимка, параллельно пытался узнать, собирается ли инспектор докладывать капитану Юнсо информацию о личности преступника. — Житья мне не даёшь, Господи. — Тэхён выдохнул густой дым, стряхнув пепел в алюминиевую банку. По курилке бродил холодный воздух, изредка касающийся плеч Тэхёна, вынуждая те дернуться. Под глазами не первый день висели буквально мешки с картошкой, хоть доставай и сажай в землю. Интерес к этому парню не на шутку волновал Тэхёна, особенно мысли, противоречащие его долгу. Он должен сдать хулигана, должен доложить о личности того капитану Юнсо, но что-то внутри упорно твердило, что делать это будет огромной ошибкой. Дверь в курилку с тихим скрипом открылась, и внутрь, как по случаю судьбы, пронырнул Чонгук с сияющей улыбкой. «Снова жди вопросов», единственное, что пробежало жирной строкой в голове. Чонгук подошёл ближе, достав из кармана джинс пачку сигарет. — О, инспектор, и вы тут. — Начал Чонгук, делая вид, будто не специально выискивал момент побыть с мужчиной наедине. — Не против компании? — Место общее. — Тэхён пожал плечами, затянувшись. — Выглядишь неважно. Тэхён сразу заметил похожие на его синяки под глазами Чонгука. Разве что у техника они выглядели не так болезненно. — А что вы тут одни? Ваш вид тоже не гуд. Чонгук поджёг сигарету, но стоило затянуться, по курилке прошёлся громкий кашель. Тэхёну не составило труда догадаться, что Чонгук в жизни не курил, от чего по незнанию и затянулся слишком сильно. — Да так, со сном последнее время неважно, один рисовака покоя не даёт. Плечи Чонгука напряглись, а он как-то нервно повернулся к тонированному окну, вертя пальцами бедную сигарету. Они оба поняли, о ком идёт речь, и оба решили промолчать. Они вели странную, бредовую игру, где каждый копал друг под друга, но не спешили предпринимать что-либо. Возможно, Чонгук хотел поиздеваться над инспектором, а может, тут сыграло роль что-то ещё. Чонгук не выдержал, выкинул измятую сигарету в самодельную пепельницу, развернувшись лицом и корпусом к Тэхёну. — Да? Не думал, что он доставляет вам неудобства. — Врал, нагло врал и не краснел. Ну или старался этого не делать. — Мне казалось, вы им заинтересованы. Чонгук помнил каждую фразу, брошенную коллегами, пока чинил что-то из техники в их офисе. «Инспектор Ким снова оставался на ночное дежурство, я пыталась уговорить его уйти, но он ни в какую.» «Совсем помешан на этом деле» «Ссорился с капитаном Юнсо, когда тот предложил отдать дело другому отделу» Такие короткие, хоть и редкие брошенные мимоходом фразы очень льстили Чонгуку. Тэхён ищет его, или хочет найти способ, как доказать его причастность к граффити художника. — Есть такое. Уж больно он красив. — Неужели? — Чонгук растянул губы в хитрой усмешке. — Видели его лицо? — Довелось. Опасно. Чонгук ходил по краю лезвия, совершенно не стесняясь подливать масло в огонь. — Вы будете сдавать преступника капитану? — На момент Чонгуку показалось, что его рука дернулась. Эту игру нельзя было заводить в тупик. — Раз вы видели его лицо. — Зачем же губить такой талант? Тэхён обращался лично к Чонгуку. Он хранил каждое граффити, каждый арт из дела художника. Хотелось прямо сейчас раскрыть все карты перед Чонгуком, но голос внутри твердил, чтобы он продолжал игру. Тэхён желал услышать признание от Чонгука, а не таскать парня по допросам. — Вы слишком мягкотелый, инспектор Ким. — Чонгук не сдержал смешка, окинув мужчину неоднозначным взглядом. — А вдруг этот человек сделает что-то похуже или разрисует ваш подъезд? — Думаю, он на такое не способен. Тэхён знал точно, Чонгук просто хочет проверить его. На такие авантюры он не пошёл бы. — Может, он просто хочет показывать свои эмоции, чтобы его поняли. — Чонгук как-то понуро опустил глаза в подоконник, пытаясь сделать новую затяжку. Постояв в тишине пару минут, он вытянул из кармана джинс телефон, и чему-то удивившись, почти что подорвался к двери на выход. — Прошу прощения, работа зовёт. Он бросил напоследок Тэхёну свою фирменную улыбочку, скрывшись за тяжёлой дверью. — Я тебя и так понял, кролик. Тэхён потушил сигарету, кинул окурок в банку. На лицо наползла глупая улыбка от слов Чонгука, а в ушах остался его звонкий голос.

***

Выходной день Чонгук, как и всегда решил посвятить себе, а если быть точнее — занятиям в зале. Пришёл специально раньше, переоделся и пошел на беговую дорожку. Что-что, а бег ему очень нужен, особенно в роли художника. За окном светило весеннее солнце, в наушниках играла любимая песня, и Чонгук полностью отдался тренировке, не сразу заметив, что в зале появился кто-то ещё. Он шумно бегал по дорожке, руками держась о металлические поручни по бокам, следя за скоростью. Остановился Чонгук лишь когда пробежал пару километров, сняв наушники, обернулся на зал, и замер истуканом. На одном из тренажеров был Тэхён. Инспектор Ким собственной персоной. А вот это уже явно походит на преследование. Чонгук ходит в этот зал не меньше года, и за все это время ни разу не встречал тут знакомых, тем более с работы. Адрес инспектора он знал тем более, и тому не было смысла ехать в столь отдаленную часть города, ради обычных, как и во всех других залах, тренажеров. Чонгук выключил дорожку, повесил наушники на шею и не спеша направился через зал к Тэхёну. Тот остановился попить воды, а заметив приближающегося Чонгука, улыбнулся, оставляя бутылку в сторону. — Занимаетесь, инспектор Ким? — Внутри снова разгорелся азарт, Чонгук встал совсем рядом, не сдержав ухмылки. Тэхён сам решил продолжить их молчаливую игру, внаглую преследуя его. Чонгук предполагал, что личное дело инспектор изучил вдоль и поперек, ещё и сверху накопал. — Не видел вас раньше. — Здравствуй, Чонгук. Какая неожиданная встреча. — Ложь в лицо, без совести и стыда. — Я ходил позже, но сегодня карты легли иначе. — Он усмехнулся, вцепившись в Чонгука взглядом карих глаз. Чонгук уступать не стал, сократил и так маленькое расстояние между ними, склонившись над Тэхёном так, что смотрел на него сверху вниз. Сердце стучало как бешеное, а ладони вмиг вспотели, оставляя неприятную липкость на коже. — Далековато ходить на обычные занятия, не считаете? — Не сдержал хитрой улыбки, провоцируя Тэхёна. — Знаешь мой адрес, Чонгук? — С чего вы взяли? — Ты только что сказал об этом. — Не было такого. — Чонгук театрально закатил глаза, упав на тренажёр рядом, упав на него спиной, отчего черная майка задралась до пупка. — И вообще, мне кажется, или вы преследуете меня, инспектор Ким? Тэхён ничего не ответил, повернув голову к развалившемуся на тренажёре Чонгуку, ощутив, как тут же в голове что-то щелкнуло. Лёгкая ткань без проблем оголила белоснежную кожу парня, открывая Тэхёну вид на плоский живот, ровно вздымающийся от дыхания. Взгляд пополз выше, задерживаясь на приоткрытых пухлых губах, скользнул чуть ниже, во всей красе рассматривая татуировку. — Тебе кажется. — Тэхён улыбнулся, последовав совету Чонгука, умостившись на кожаной обивке тренажёра. — Уже не скрываешь тату? — М-м, — Чонгук потянулся, причмокнув губами, — вы и так видели, и не только её, так? Тэхён посмотрел в глаза Чонгуку, понимая, на что тот намекает. Пару дней назад на фасаде многоэтажки, где живёт инспектор, появилось одно незатейливое граффити, с той самой белой лилией. На этот раз, вместо огромных мифических существ или животных, на стене сиял букет из лилий. Аккуратных, белых лилий. То утро было одним из лучших. Честно, он сам не понял, в какой момент заинтересованность в раскрытии личности художника, с последующей попыткой вывести Чонгука на чистую воду, переросло во что-то большее. Теперь желание раскрыть парня ушло на второй план, уступив новому. Тэхён искал поводы быть с Чонгуком подольше, на днях даже специально выкрутил какую-то деталь в принтере, чтобы он зашёл к нему лишний раз. Самому за тридцатник, а ведёт себя как ребенок, тут не поспорить. — Знаешь, думаю, я понял художника. Наверно, не так как он этого хотел, но все же. Чонгук вскинул голову, с неподдельным удивлением уставившись на смотрящего в ответ Тэхёна. Сердце забилось быстрее, а по лбу скатилась капля пота. — Такой талант нельзя прятать, но работа бы не позволила заниматься таким в открытую. Или, может, этот художник позже хотел привлечь чьё-то внимание, желал, чтобы его заметили, начали говорить о нем. Чонгук молчал раскрыв рот, но соглашался со всем, что говорил Тэхён. — Его граффити гениальны, не представляю, как тяжело их было рисовать. — Не так уж и сложно. — Начал Чонгук, покраснев ушами. Столь приятные слова грели душу Чонгука, а глупая улыбка не хотела слезать с лица. Тэхён понял, он хвалит его, о боги! На миг появилась лихая мысль — рассказать наконец, в открытую показать, кто он на самом деле. — Вы же не злитесь на него? — Я никогда не злился, Чонгук. — Точно к нему обращался. Оба не поняли, когда оказались так близко друг другу, что Тэхён почти дышал в губы Чонгуку, нависнув сверху горой. Эти круглые, щенячьи глаза лихорадочно бегали по острому подбородку мужчины, то и дело цепляясь за чужие глаза. Чонгук нервно сглатывал скопившуюся под языком слюну, не в силах вымолвить ни слова. — У тебя красивые глаза. — Просто так, легко и на вылете. Тэхён опустился ниже, зарывшись носом в темную копну волос, с удовольствием вдыхая похожий на цветочный аромат. Чонгук под ним застыл точно кролик, будто и не дышал вовсе. — Я не знаю что делаю, боже… — Я не боже, конечно, но спасибо. — Чонгук не смог удержаться от колкости, тушуясь. — Подкалываешь старших? — Запрещаете? Чонгук надавил ладонями на грудь Тэхёна, прося отодвинуться. Посмотрел в его глаза, прикусив нижнюю губу. Расстояние между их губами было ничтожно малым, потянешься чуть вперёд и сможешь коснуться чужих губ. — Я такого не говорил, твои слова. Оба рассмеялись, разряжая обстановку. Чонгук понял окончательно — нужно рассказать все Тэхёну. Чувство недосказанности убивало его, мучая по ночам бессонницей. В понедельник он все расскажет, без утайки и лжи.

***

Понедельник наступил быстро. Чонгук с самого утра ходил на иголках, от волнения то и дело дергаясь. Глаза сами искали уже знакомую фигуру в форме, но как ни старались, Тэхёна найти не могли. Инспектор будто испарился, совсем не попадаясь в поле зрения. В груди неприятно царапало, а стойкое желание рассказать правду понемногу сходила на нет. Чонгук понуро бродил по участку, как обычно чинил приборы, но все мысли были заняты Тэхёном. Что тот делает, сильно ли занят? Стоило часам в зале перейти на обеденное время, Чонгук почти рысью рванул на этаж выше к инспектору, ловя на себе недоуменные взгляды работников. — Да-да, я с этим разберусь, не волнуйтесь. — Тэхён стоял лицом к двери, закрывая ту на ключ, о чём-то бурно общаясь по телефону. — Я же сказал, все будет… прошу прощения, мне пора идти. Тэхён закончил звонок, с вопросом посмотрев на порядок запыхавшегося Чонгука. Тот стоял рядом, тяжело дышал от бега, но на губах сияла довольная улыбка. Отдышавшись, Чонгук выпрямил спину, почти прижимая Тэхёна лопатками к двери. — Инспектор Ким, у вас обед? — Да, собирался сходить в кофейню. Что-то срочное? — Тэхён смотрел на Чонгука сверху вниз, сократив дистанцию на минимум. — Я, знаете, хотел пригласить вас сходить вместе. Да. Оказывается, это не так уж сложно сказать. — Какое совпадение, я первым собирался позвать тебя, Чонгук. — Тэхён хохотнул, оторвавшись от двери, положив ладонь на плечо парня. — Думаю, пить кофе вдвоём будет не так скучно. Инспектор повел сияющего от радости Чонгука по коридору, начав незатейливый диалог.

***

— С тобой приятно провести время, Чонгук. Парни гуляли по вечерней набережной, наслаждаясь красотой вечернего Сеула. Тэхён не мог ответить почему, но пригласил Чонгука на своеобразное свидание. Он чувствовал, что сегодня особенный день. На удивление, Чонгук вёл себя в разы тише, казалось, будто он чем-то очень обеспокоен. — Инспектор Ким, я… — Тэхён. — Прервал его Тэхён, пригласив сесть на лавочку под жёлтым фонарем. — Прошу прощения? — Нет нужды обращаться официально, тем более вне работы. Чонгук завис, уставившись своими круглыми глазами на Тэхёна, не сразу поняла что тот имел ввиду. А когда понял, на лице расцвела глупая улыбка. — А, да, точно. — Засуетился, резко отворачиваясь. Стыд окатил Чонгука волной. — Знает. Знаешь, Тэхён, я… хочу тебе кое в чем признаться. Между ними повисла тишина, Тэхён продолжал смотреть с неким восхищением на Чонгука, смутив того окончательно. Мимо проходили люди, влюбленные парочки, но мир сузился лишь до карих глаз, до кошачьих глаз. Чонгук неровно дышал, то и дело сглатывая слюну под языком. Как ему сказать, с чего начать? А вдруг его догадки о том что Тэхён подозревает, окажутся ложными, и сейчас он так тупо себя раскроет? Что, если Тэхён отвернется от него? Возбуждённый разум Чонгука остудил Тэхён, неожиданно прижавший парня к своей груди. Просто, без какого-либо умысла. Сердце забывалось бешенным темпом, норовя выскочить на цветную плитку под скамейкой. — Ты весь дрожишь. — Спокойно сказал Тэхён, обеими руками обняв Чонгука. Тот и правда чуть дрожал, будто лист на ветру. Низкий голос мужчины привел в чувства, сумев успокоить мысли, разбежавшихся кто куда. — По ночам такой смелый, а тут что? — Со смешкои выдал Тэхён, в момент ошарашив парня. Чонгук вскинул голову, огромными глазами посмотрев на ухмыляющегося Тэхёна. — Ты, что? От вновь нагрянувшей паники мозг работал плохо, а слова еле-еле выходили из Чонгука. — Что ты сказал, Тэхён?! — Я думал, у кроликов прекрасный слух. — Не удержался от смешка Тэхён, нагло пялясь на Чонгука. — А со зрением ещё все хорошо? — Тэхён! Чонгук надул губы, толкнув Тэхёна в плечо. Ну и дурак! Он тут душу готов богу отдать от эмоций, а Тэхён шутки шутит. — Шикарные граффити, Чонгук. — Тихо, интимно, на ухо парню, чтобы услышал лишь он. — Так ты знал?.. — С самого начала, но хотел убедиться. Тэхён коснулся губами лба Чонгука, нежно касаясь его кожи. — Не бойся, я никому не расскажу. Капитану Юнсо не обязательно знать, что в нашем отделе работает его самая лютая проблема. Тэхён рассмеялся, разрядив обстановку. Чонгук не смог сдержать смеха, утыкаясь лбом куда-то в плечо мужчине, вдыхая носом древесный аромат. Ветер от реки мягко обдувал розовые щеки, пряча их разговор за шелестом ветвей. — Но зачем решил заговорить? — Вообще-то, — Тэхён поднял указательный палец вверх, скорчив серьёзное лицо, — заговорил первым ты, у автомата с кофе, помнишь? — Это не отменяет того, что ты преследовал меня. — Настаивал на своем Чонгук, дуя губы. — Я думал, ты сдашь меня. — Хотел сначала. — Почему передумал? — Не знаю. Твои граффити задели во мне что-то, ну или я, как дурак, повелся на миленькую внешность. Тэхён повернулся к Чонгуку и, как бабушка при встрече, потискав Чонгука за румяные щеки. Они продолжили сидеть в обнимку в полной тишине, слушая шумные разговоры парочек, журчание реки с пением птиц над их головами. Первым тишину разорвал Чонгук, теребя теперь пуговицу на кремовом пальто Тэхёна. — Что теперь, будешь и дальше искать «неуловимого»? Вдруг меня найдут? — Брось, — Тэхён улыбнулся, потянувшись к холодным губам Чонгука, — те записи с камер я удалил, да и не настолько ты проблемный, чтобы твое дело держали открытым долгое время. Максимум месяцок-два. — Тэхён говорил уверенно, и Чонгуку хотелось верить его словам. — Полицейский утаивает у всех под носом хулиганье. — Чонгук усмехнулся, прижимаясь ближе к теплому телу Тэхёна. — Кому скажешь, покрутят пальцем у виска. — Ну ты же так не делаешь. — Устанешь повторять после сотого раза. Парни рассмеялись, довольно нежась в объятиях друг друга. — Ты красивый, Чонгук. Не хочу молчать, что ты нравишься мне. — Тэхён как-то неловко вздохнул. — Прости, совсем не умею признаваться в чувствах, но ты правда запал мне в сердце. Без понятия, как и когда это произошло, но отпустить тебя я не смогу. Никогда. — Так не отпускай. — Чонгук повернулся к Тэхёну, улыбнувшись. — Бежать я не собираюсь. Хватай в охапку и увози к себе. — Глупый. Тэхён наклонился к парню, большой ладонью скрыв их первый, нежный поцелуй. У Чонгука бабочки в животе затрепетали, умерли и ожили вновь, стоило ощутить эти губы на своих. — Мы теперь?.. — Пара? Наверно. — Тэхён поцеловал Чонгука лоб снова, зарывшись носом в кучерявые волосы. — Сам же сказал, могу хватать и увозить в логово. — Тэхён рассмеялся, наконец довольный исходом. — И не будешь злиться, если на фасаде дома снова появятся лилии? — Клятвенно обещаю не докладывать капитану Юнсо о твоём хулиганстве. Тэхён поднял вверх два скрещенных пальца, вызвав взрыв смеха у Чонгука. Они ещё долго болтали о ерунде, Чонгук рассказывал о том, как ему вообще пришла идея рисовать таким образом, а Тэхён слушал внимательно, ни на минуту не отвлекаясь от разговора. Разошлись только под ночь, до последнего стараясь растянуть встречу. Чонгук пиявкой прилип к Тэхёну, отказываясь уходить. Сон накрывал его с головой, но он стойко продолжал стоять на своем. — Чонгук, ты сейчас свалишься, глупый. — Поймаешь меня. — Чонгук облокотился на Тэхёна, уже начав прикладываться. Тяжёлые веки так и намеревались закрыться, оставив всю ответственность на мужчине. — Не хочу домо-ой. — Предлагаешь привезти тебя ко мне? — А пустишь? — Думаю, у меня выбора нет, дуреха.

***

Утреннее солнце нещадно палило в окно, прямо на глаза Тэхёну, отдавая приказ вставать. Он со стоном поднялся, а вернее, скатился с кровати, натянул широкую футболку со штанами, когда через открытое окно услышал чьи-то возбужденные голоса. Выглянув, его глаза расширились. Под его окнами стояли две полицейские машины, а среди толпы, Тэхён заметил капитана Юнсо. — Что блин, произошло за ночь? Чонгук? — Тэхён обернулся на кровать, но пустую. Кроме него здесь никого не было. Убежал, значит. — Кажется, я догадываюсь… Спустившись на улицу, Тэхён захотел ухахатываться. Вот ведь мелкий зараза. Сбежал, ещё и автограф оставил: букет белых лилий, вместе с граффити на стене. Прошлое его творение удачно замазали, как раз освободив под новое. На том же самом месте, чуть меньше размером, красовались два темных силуэта, уж больно похожие на них с инспектором, а рядом маленькая, едва заметная подпись: «for beautiful cop». Тэхён хмыкнул, достал телефон, чтобы запечатлеть это на память. — И я тебя люблю, Чонгук.