Побочки снов

И снова шажок в пропасть. Когда тебя обволакивает то самое липкое чувство страха. Конечности борются в воздухе, а голова кружится и давит на виски, как при мигрени. Открыть глаза ты не успеваешь, так как уже затылком чувствуешь будущую боль и дальнейшую смерть. Не успев додумать эту мысль, из этого состояния выводит чужой голос. — Зачем ты снова ебёшь себе мозги? Распахнув резко глаза, блондин пытается понять, неужели смерть была такой безболезненной? Но ведь тело ещё не обрело опору, и голова болит сильнее, а в пальцах покалывает от страха. — Очередной суицидник. Мне просто любопытно: вас в детстве головой об стены бьют, или, наоборот, недобивают? Уже закинув голову вверх, парень увидел чуть выше себя, парящего в невесомости брюнета, вальяжно развалившегося в воздухе, закинув одну ногу на другую и подложив под голову руки. Язык занемел, попытки сформулировать мысль сразу оказались провальными. Сказать что-то парень даже не пытался. Осознание всей ситуации доходило запоздало. Получается, это всё ненастоящее? Начав болтать руками в воздухе, белокурый начал заземляться. Пропало ощущение полной дезориентации. Продолжать и без того не начавшийся диалог не хотелось. Но вопрос так и бил по затылку. Кто это?.. Шатен, зевнув, перестал обращать внимание на блондинистое чудо и, щёлкнув пару раз пальцами в воздухе, открыл полупустую пачку сигарет Marlboro. Достав зажигалку из кармана синих джинс, тот начал прикуривать. — Э, слушай, я всё понимаю, но эту дрянь в моём присутствии даже не смей в руки брать! — чуть охрипшим от долгого молчания голосом прошипел мальчишка. — Мг, как скажешь, мелочь, — сказал шатен, выдыхая облачко дыма в пустоту. Мелкий начал кашлять. Его мутило лишь от запаха, а при виде целостной картины выворачивало. — Я серьёзно! В чём твоя проблема? Что ты вообще забыл здесь?! — с негодованием вырвалось у светлого. — Меньше знаешь — крепче спишь. Хотя… тебе уже пора просыпаться. Лан, бывай, ещё увидимся. Он отсалютовал мелкому двумя пальцами, и в тот момент в глазах окончательно потемнело, а затылок ощутил характерную боль. Глаза мигом распахнулись, а сбитое дыхание вырвалось из лёгких. Холодный пот пробирал до костей, а пальцы до сих пор покалывало. Покрутив головой в разные стороны, Мартин понял, что он в своей комнате, а часы на стене показывали только пол пятого утра.