Семейный вечер

В конечном итоге жизнь приводит их на один роскошный диван в апартаментах Хоумлендера. На кой хуй он потащился за сыном, а не в сторону горячего душа и своей спальни, Бенджамин уже и не помнит. В голове приятно шумит. В крови гуляет такой коктейль из наркоты, что обычный человек не пережил бы такого опыта, а для Солдатика это так, лёгкий релакс, необходимый после напряжно дня. Он всё ещё не уверен, что поступил правильно... очередная дорожка кокса заглушает голос сомнений. За панорамным окном - огни ночного мегаполиса. В руке Бена - толстый бокал Macallan-нa со льдом. Устроившийся на диване в метре от него Хоумлендер, такой же укуренный и искренний, переставший наконец притворяться мужиком, пьёт из большого бокала своё подогретое молоко. Интересно получается... оказывается, если подмазаться к Джону, всё есть, а вот Бенджамину до этого два месяца упорно втирали туфту о том, что в Башне нет никаких наркотиков и новая политика компании запрещённых веществ не приемлет. Сам Хоумлендер лично отказал ему в соблюдении условий контракта восьмидесятых годов, по которому Солдатику полагается миска кокса во время съёмок. Если бы только был шанс не стать общественным посмешищем и не уничтожить собственную репутацию таким иском, Бен непременно бы подал на Vought в суд! - Пьёшь, как баба. При чём даже не взрослая, а лет так восьми. - беззлобно продлевает Солдатик. - Думаешь, я не заметил, что тебе не понравился Манхэттен? Губы Хоумлендера растягиваются в улыбке, демонстрируя хищные крупные клыки. - Трахаешься так громко, что тебя через полгорода слышно. По всей видимости, Бен употребил больше, чем ему казалось. В нормальном своём состоянии он бы немедленно ушёл, предварительно выписав Хоумлендеру воспитательный удар кулаком в нос. С ним точно не всё в порядке. Солдатик сломался: - А ты через полгорода из всего окружающего шума... выбрал слушать, как я трахаюсь? - .... - И как тебе? Понравилось? Зачем он это спросил? На самом деле он не хочет знать ответ. Хоумлендер придвигается ближе, облизывается, кладёт руку ему на затылок и выдыхает в губы: - Очень. Всё бы отдал, чтобы оказаться на месте той сучки. - после чего Бенджамина целуют. Горячее, напористое прикосновение губ к губам. В трезвом состоянии Солдатик разбил бы за такое лицо, но наркотики - зло. Это зло делает его куда более лояльным и податливым. Он закрывает глаза и отвечает на поцелуй, крепко обнимая блондинистого извращенца.