Конфетно-букетный период

      Если так подумать, в тюрьме не так уж и плохо.       Во-первых, она далеко от берега. Никто, едва забрезжит робкий лучик солнца, не прибегает с криками в духе: «Страшная аномалия не дает зайти в тот самый магазинчик сладостей! От нее нужно срочно избавиться!». И неважно, что ты давно снимаешь квартиру в другом районе, а доступ к телепорту только у тебя.       Во-вторых, сбалансированное питание три раза в день: завтрак, обед, ужин, суп, мясо, несколько видов гарнира и соусов на выбор. И кухарка всегда готова положить добавку, если это способствует приведению мыслей в порядок. А дома только лапша быстрого приготовления, сбалансированная с кипятком.       В-третьих, достаточно спокойные соседи. Парочка из них, правда, устроила вчера «прожарку» какому-то бедолаге. Зеро вступился за парня и ответил им тем же. К глубочайшему сожалению, сегодня все повторилось, но теперь Зеро вмешиваться не стал. Это пока самое страшное, что здесь случилось. Словно все местные заключенные – добровольно пришедшие в тюрьму люди в поисках тишины и покоя. Ну чем не санаторий?       И все-таки, говоря по правде, без пары странностей не обошлось. Например, те записи в библиотеке, спрятанные между поваренной книгой и пособием по сборке ванной. Неровные, рваные строчки явно принадлежали человеку не очень здоровому психически или только-только начавшему сходить с ума. В них говорилось, будто тюрьма ненастоящая, будто это всего лишь одна большая декорация. Все люди в ее стенах – актеры, играющие роли надзирателей и заключенных, а каждая прогулка – обязательная повторяющаяся сцена. Но, как бы там ни было на самом деле, это не имеет значения, пока морской воздух настоящий, еда имеет вкус, а в камере ждут кровать и теплое одеяло.       Вторая странность – очень плохо замаскированная плакатами дыра в стене, да кем-то любезно оставленный на столе пустой блокнот с лаконичным названием «5 планов побега». Только не до конца понятно: это кто-то давал надежду и подсказку, или, наоборот, кому-то было интересно, на что готов заключенный, лишь бы сбежать? Если взять за истину второй вариант, то тюрьма действительно начинала походить на съемочную площадку какого-то крайне скучного реалити-шоу, об участии в котором заранее не предупредили, а сценарий раздали всем, кроме главного героя.       «План первый: прокопать тоннель ложкой, украденной из столовой, – набросал Зеро. Но, немного подумав, добавил: – Не сработало. Ложка сломалась после нескольких попыток пробить кирпич».       Захлопнув блокнот, он хмыкнул:       – Я тут всего на неделю, а не на четырнадцать лет.       Но не успел договорить, как с мерзким пронзительным металлическим скрежетом распахнулась дверь камеры, а на пороге появился надзиратель:       – За мной. К тебе посетитель.       Ожидая услышать что угодно, но только не это, Зеро едва не свалился с табуретки. Вовремя ухватившись за край стола, он, вскинув бровь, скептически спросил с видом человека, которому только что сообщили, что земля квадратная:       – И кто?       – Посетитель, – холодно отрезал надзиратель.       Резонно.       Зеро оставалось только отодвинуть от себя блокнот, встать и последовать за ним в отделение для свиданий. Удивительно, что оно вообще здесь было.       Кабинет, в который его привели, оказался небольшим и таким же серым, как и все остальное в этой тюрьме. Но, что самое странное, не предусматривал разделения на зоны для заключенных и посетителей. Несколько арестантов в дальнем углу спокойно беседовали со своими гостями, и никого словно бы не волновало, что кто-то может передать ножовку или что похуже. Казалось, такой сценарий даже в теории не мог произойти. Если это действительно шоу, то из зрителей у него только операторы эфира.       – ЧестныйДилер777, значит? – раздалось с порога.       В комнату вошел тот, кого Зеро меньше всего ожидал (и меньше всего хотел) увидеть. Капитан Байканг едва сдерживал смех, поджав губы в предвкушении долгого и смачного издевательства.       – Ты сюда зачем пришел? – Зеро скрестил руки на груди. – Поржать?       Байканг картинно приложил ладонь к груди, изображая глубочайшую обиду, смешанную с изумлением.       – Мог бы и повежливее! Я все морги Этеро обошел, пока не сдался и не обратился в полицию заявить о пропаже человека! Бедные дети его по всему городу ищут, а он тут прохлаждается!       – О, правда? Тогда я предпочту остаться здесь еще на недельку.       Наигранная обида мгновенно сменилась восторженной улыбкой:       – Боюсь, твой отпуск окончен! Собирайся. Жду тебя на улице.       Зеро открыл было рот, возразить что-нибудь эдакое, но Байканг уже небрежно махнул рукой в знак прощания и проворно вышел из комнаты, оставив того один на один со своим недовольством. И охранником. Последний поторопил Зеро за собой.       Быстро переодевшись в повседневную одежду и получив назад немногочисленные конфискованные вещи, а также наставление никогда больше не нарушать закон, парень вышел из здания.       Улица встретила прохладным закатом. На асфальт и бескрайнюю морскую гладь опускались мягкие тени заходящего солнца. Лучи окрашивали небосвод в яркие рыжие и пурпурные тона, золотили бока пушистых облаков, застывших в причудливых, неподвижных фигурах. Свет переливался на прутьях металлического забора и в брызгах воды. Однако в запахе свободы витало что-то нехорошее.       Байканг нервно прогуливался туда-сюда по плацу перед входом, но не из-за беспокойства о своем друге как могло бы показаться со стороны, а от нетерпения выслушать его удивительную историю, из-за которой тот угодил за решетку. Завидев Зеро, он обрадовался, словно собака, которую хозяин оставил под дверью магазина и наконец-то вспомнил.       – Что ты им сказал? – спросил парень, подходя ближе.       – Внес за тебя залог.       Зеро, готовый было отражать насмешки и неудобные вопросы сарказмом, моментально стушевался. Он уже успел подумать, что его освобождение – распоряжение начальства, а капитана отправили за новичком как официальное и узнаваемое лицо. Но реальность оказалась куда суровее.       – Я верну… – неуверенно начал он.       – Разумеется! – просиял Байканг. – Я выложил всю зарплату за тебя. Только что полученную, между прочим.       – Но у меня сейчас тоже нет денег… – Зеро поежился. Неприятное чувство стыда росло и крепло с поразительной скоростью.       – Не страшно – отработаешь. – Байканг похлопал его по плечу с видом того самого героя, который снял котенка с дерева только для того, чтобы тот был ему пожизненно обязан. – А чтобы ты снова не попал в передрягу, я, так уж и быть, побуду твоим напарником.       Зеро, совершенно не согласный с таким поворотом событий, остановился и серьезно спросил:       – А мне еще не поздно вернуться? Может, они пока не успели разделить деньги между собой?       Байканг рассмеялся.       – Ну же, не скромничай. Идем скорее. – Он подтолкнул Зеро вперед. – Катер уже ждет.       У самой воды Зеро бросил тоскливый прощальный взгляд на тюремные стены. И не отъехав даже на милю, начал понимать тех, про кого шептались арестанты в библиотеке. Они никак не могли взять в толк, почему некоторые заключенные после освобождения довольно скоро вновь попадают сюда?       – Боже, нам еще три часа ехать… – уныло отметил Зеро, присаживаясь на жесткую лавочку напротив Байканга.       – Отлично! – капитан, напротив, подозрительно оживился. В его глазах вспыхнул тот самый азартный огонек, после которого не следует ничего хорошего. По крайней мере, для Зеро. И этот раз не стал исключением: – У нас столько времени поболтать, узнать, что нового… рассказать, каким образом ты умудрился попасть в тюрьму.       Зеро вздохнул. Ах, вот оно что. Что ж, наивно было полагать, что разговор не коснется той глупости, из-за которой он угодил в клетку.       – Разве тебе не рассказали перед тем, как пустить ко мне? – с трудом подавляя сжигающий изнутри стыд, как можно беспечнее выдавил из себя Зеро.       – Разумеется, рассказали! – Байканг сиял. Лучезарная улыбка не сходила с его губ и уже начала порядком раздражать. – Но мне бы хотелось услышать из первых уст, а не пересказ.       – Весело тебе? – почти простонал Зеро.       – Да брось! – Байканг подался вперед. – Бежать-то тебе все равно теперь некуда.       С чем не поспоришь – с тем не поспоришь. Перспектива прыгнуть в открытое море не больно-то и прельщала. Да и уверенности в том, что Байканг не достанет его даже со дна, не было никакой. Поэтому, скрепя сердце и собрав остатки гордости в кулак, Зеро начал:       – Это был обычный, ничем не примечательный день. Заказы в «Эйбон» не приходили уже несколько дней, так что я взял подработку. Среди прочих попался один с хорошей оплатой. Требовался водитель.       Байканг кивнул, всем видом показывая, что внимает каждому слову, но в его глазах отчетливо читался всеми силами подавляемый смех.       – В условиях не было ничего необычного, – продолжил Зеро, стараясь не замечать этого взгляда. – Встретиться с пассажиром, отвезти его по адресу на его же машине, а после перегнать машину в другое место. Ну, я и откликнулся.       – И ты не нашел в этом ничего странного? – с притворным сочувствием уточнил Байканг.       – Мне задали пару вопросов про стаж, возраст, проблемы с законом и попросили скинуть депозит в размере тридцати тысяч фонс. Я подумал, что шофер нужен какому-то высокопоставленному лицу на дорогой машине, которому некогда самому ехать, или он с какой-нибудь встречи едет домой.       – Ага. Высокопоставленному, – мечтательно протянул Байканг. – С ником ЧестныйДилер777.       Зеро скрестил руки на груди и хмыкнул:       – Может быть, ты тогда сам за меня расскажешь, а я послушаю?       – Молчу-молчу, – запротестовал тот, – продолжай.       – Все было отлично первую половину поездки. Пассажир оказался обычным мужчиной, рассказывал что-то про свою семью, кому-то пару раз позвонил, словом, ничего необычного. Я довез его, куда просили. Он поблагодарил, дал новый адрес, куда перегнать машину, пожелал хорошего дня и ушел. И я поехал по адресу. – Зеро замолчал на секунду, словно заново переживая тот момент: – А потом…       – Потом?       – Не успел я проехать и половины маршрута до второго адреса, как меня остановила полиция. Спокойно попросили выйти из машины, проверили документы и без предупреждения надели наручники, сказали, что я арестован за угон машины. Мои объяснения даже слушать не стали. А когда я попытался показать чат с заказчиком, чтобы оправдаться, переписка оказалась пустой. Профиль заказчика – удален.       Байканг больше не сдерживался и прыснул со смеху.       – Это так мило, – отсмеявшись, улыбнулся он.       – Что именно? – вскинув бровь, спросил Зеро.       – Твоя наивность.       – Да как я, по-твоему, должен был понять, что это подстава?       – ЧестныйДилер777, – любезно напомнил капитан.       Зеро закатил глаза и цокнул языком:       – Отвези меня обратно. Я честно отсижу срок за свою наивность.       – Ну уж нет! – Внезапно Байканг переменился, перестав смеяться и став более серьезным. – Теперь свою наивность тебе придется отрабатывать. Причем под моим чутким надзором.       – Это угроза?       – Как посмотреть, – капитан вновь откинулся на сиденье и сложил руки на затылке. – Иначе влезешь еще в какую-нибудь историю. А у меня пока нет денег, тебя снова вытаскивать.       На мгновение повисла тишина. Только мотор катера ровно гудел, да вода плескалась за бортом.       – Впрочем, – добавил уже почти весело, – сейчас у меня вообще никаких денег нет. Поэтому до следующей зарплаты, или пока не выплатишь мне долг, буду сидеть у тебя на шее.       Он сказал это так легко, будто речь шла о каком-нибудь пустяке, но Зеро прекрасно понимал – это все в самом, что ни на есть буквальном смысле. Класс.       Дав Зеро испытать весь спектр эмоций от глубочайшего удивления до сжигающего изнутри гнева, капитан продолжил:       – Но у меня есть несколько требований, которые необходимо соблюдать.       – Это еще почему? – буркнул Зеро.       – Потому что ты у меня в долгу.       – Я не просил мне помогать, – возразил он, выпрямляясь на сиденье. – Во-первых, я себя прекрасно чувствовал в своей камере. Во-вторых, я не просил – это была твоя инициатива.       Такой тон ничуть не смутил Байканга. И он охотно, спокойно и даже ласково, принялся объяснять прописные истины провинившемуся, но любимому ребенку:       – Ты новичок и многого еще не знаешь. Но если тебя выпустили из тюрьмы как условно отсидевшего нарушителя, то за тобой будут пристально следить. За каждым твоим шагом. И любое, даже самое крошечное подозрение в преступлении – прямой билет обратно за решетку. Просто потому, что ты занимался чем-то «подозрительным» по мнению какого-нибудь слишком ретивого полицейского. Я не просто внес за тебя залог, – немного помолчав, добавив с едва уловимой ноткой нежности: – Я вытащил друга из передряги, в которую он попал по глупости. С тебя сняли все обвинения.       Он замолчал и посмотрел на Зеро так, что тот почувствовал себя неуютно.       – От «спасибо» я бы не отказался, – закончил Байканг с легкой улыбкой.       Зеро поджал губы. О таком раскладе он не то, что не подумал, но даже не догадывался. Тюремная система оказалась сложнее, чем он себе представлял. И Байканг – тоже.       – Спасибо, – виновато, но твердо отозвался он.       – Вот умница! – Капитан просиял, и тень серьезности с его лица исчезла так быстро, будто ее и не было вовсе. – А теперь к списку требований.       Он загнул палец.       – Первое: хочу три шарика клубничного мороженого каждый день. Это в качестве моральной компенсации.       – Ты заболеешь, – мрачно заметил Зеро.       – Это мои проблемы. – Байканг загнул второй палец: – Второе: цветы.       Зеро на мгновение опешил, а потом скрестил руки на груди:       – Цветы? В какой момент ты стал моей девушкой, чтобы я тебе их дарил?       – Я имел в виду выставки, магазины, сады и всякое такое, – ничуть не смутился тот. Краешек его губ дернулся в лукавую улыбку. – Но и от букетов не откажусь, раз ты настаиваешь.       – Я не настаиваю.       – Поздно. Я принял твое предложение. – Еще один палец: – Третье: трехразовое питание. И не забывай про чай.       – Что-то еще? – почти смирившись со своей участью, спросил Зеро.       – Само собой, – жизнерадостно отозвался Байканг. – Но остальное по ходу дела уточним.       Парень очень хотел выдать нечто уничтожающее, но быстро передумал. Во-первых, Байканга это вряд ли проняло бы. Во-вторых, он был прав. Хотя Зеро признал бы это разве что под пыткой.       – И как долго мне тебя содержать?       – Неужели ты хочешь от меня избавиться? – Байканг ахнул с такой наигранной обидой, что ей можно было иллюстрировать учебник по театральному мастерству, раздел «переигрывание». – И это после всего, что между нами было? Я, как и полагается лучшему другу, без тени раздумий и минуты промедления вытащил тебя из тюрьмы, позаботился о твоем личном деле, а вместо благодарности получаю это!       – Ладно-ладно, – поспешил успокоить его Зеро. – Все будет, как скажешь.       Байканг мог бы зацепиться и за эти слова, продолжив разворачивать драму на несколько актов вперед. Но вместо этого вновь мило улыбнулся – так, что у Зеро появилось смутное подозрение, будто его только что обвели вокруг пальца.       Трижды.       – Ну, вот и славно, – подытожил капитан. – Сегодня предлагаю отдохнуть. А завтра с утречка займемся поиском подработки. Тебе.       – А ты чем будешь заниматься? – насторожился Зеро.       – Я буду ее контролировать. И есть твое мороженое. Это тяжелый труд, между прочим.       Катер приближался к берегу.       Черные очертания уходящего ко сну города вырастали из воды. Косые лучи растворяющегося в морской пучине солнца скользили по окнам, карнизам и крышам. А ночь медленно ползла по небосводу, неспешно зажигая крошечные разноцветные звезды.              Медленно, тяжело, сознание выплывало из густой темноты тяжелого сна. Кошмары еще липли, еще тянули свои кривые пальцы, норовя ухватить за руки, ноги, за край куртки, хотя бы за волосы – только бы затянуть обратно, оставить навсегда в этой бесконечной, давящей тьме.       Но вдруг – звон. Тонкий, едва различимый, почти незаметный, и оттого безумно громкий. Будто металлическая ложка коснулась фарфорового края. Звук дернул сознание к себе, разорвал паучьи сети остаточных снов.       Резко, как удар током, страх вонзил в сердце острую ледяную иглу, и мелкой, противной дрожью растекся по телу, натягивая каждый нерв как струну. На мгновение легкие сдавило, вдох застрял где-то в горле. Пальцы судорожно сжали пододеяльник, побелев на костяшках.       В следующий миг, овладев собой, Зеро вскочил на кровати, дико озираясь по сторонам.       – С тобой все в порядке? – раздался встревоженный голос.       В кресле напротив кровати вальяжно раскинулся Байканг, держа в руках кружку и телефон.       Волна паники схлынула, уступив место раздражению.       – Какого черта здесь делаешь?       – И тебе доброе утро, – мягко улыбнулся капитан, ничуть не смутившись. – Извини, не хотел тебя будить.       – Как ты сюда попал? – почти рыкнул парень.       – Через телепорт, конечно, – он сделал глоток чая. – Ты не возражал.       – Я спал.       – Я знаю, – в его голосе не было и тени раскаяния.       Зеро перевел взгляд с капитана, живущего по принципу «наглость – второе счастье», на окно. За стеклом вовсю светило яркое солнце. Судя по всему, там уже далеко за полдень. Его никто не разбудил чуть свет, даже если именно это и собирался сделать.       «А лучше бы разбудил», – пронеслось в голове.       – Так и зачем пришел? – Зеро с трудом придал голосу некое подобие спокойствия. Получилось не очень.       – Следить за твоим режимом, – Байканг, поставив кружку на пол, встал из кресла и потянулся, хрустнув позвоночником. – Уставший эспер – мертвый эспер. А я не позволю тебе умереть до тех пор, пока у меня не будет денег.       Он говорил это так легко, будто речь шла о погоде или о том, не пора ли сменить зубную щетку.       – Вчера ты выглядел таким раздраженным и уставшим… я начал беспокоиться.       – Правда? – нахмурился Зеро и схватил подушку за край, готовый в любой момент кинуть ее в капитана. – А ты не думал, что дело может быть в том, что кто-то весь день мне рассказывал про цветы, аномалии и аномальные цветы?       – Ты прекрасный слушатель, – улыбнулся тот, – я очень ценю это! И, кстати, мне ты тоже можешь рассказывать все, что угодно, – но, подумав с мгновение, уточнил: – Кроме грубостей, ладно? А я пока приготовлю тебе завтрак.       Зеро почти бросил ему в ответ колкость, но вовремя одернул себя. Конечно, Байканг сам нарывался, придя в чужой дом без приглашения и разрешения, но причина плохих снов явно не в нем.       Нехотя он привел себя в порядок: одевшись, умывшись и потратив еще несколько бесконечно долгих минут в тщетных попытках привести взъерошенные после сна волосы в порядок. А когда все-таки спустился в кухню, на столе его уже ждала одинокая кружка чая.       – У тебя  в холодильнике мышь повесилась, ты в курсе? – не отрываясь от телефона, сообщил Байканг.       – Догадывался.       – Я хотел сходить в магазин, но у меня не было денег, поэтому сделал все, что мог, – он гордо указал на заботливо заваренный им чай.       – Неправда. – Зеро сел на стул и сделал глоток еще горячего чая. – Я отдал тебе вчерашнюю выручку, – добавил он равнодушно, как бы между прочим.       – А я заплатил за комнату.       – Ты живешь в казарме, – напомнил Зеро.       – Ты думаешь, что это бесплатно? – усмехнулся Байканг и, обведя кухню взглядом, мечтательным тоном добавил: – У тебя хотя бы своя квартира.       Зеро оставил кружку и помолчал секунду, прикидывая что-то в уме.       – Пятьдесят на пятьдесят, – сказал он, – и с тебя готовка.       Байканг отложил телефон и улыбнулся отвратительно хитрой улыбкой:       – Обязательно подумаю над твоим предложением… А теперь на выход. Меня ждет мороженое, а тебя работа.       И ведь не соврал. Работа действительно ждала. Вернее сказать, терпеливо поджидала в переулке между милым магазинчиком с мороженным и жилым домом.       Стоило лишь ступить на тротуар – и мир вокруг изменился. Тяжелые, почти черные грозовые тучи перекрыли солнце, не оставив от погожего денька и следа, даже редкого просвета, который бы напомнил о существовании света. Густой сизый туман выполз из переулков, преградил путь, смыкаясь сзади. Из трещин в асфальте медленно поднималась вода. Лужи росли на глазах, их зеркальная поверхность, слегка рябя, преломляла серый свет в кроваво-красный.       А потом от этих луж в сторону одиноко лежащего на мостовой раскрытого зонтика потянулись тени.       Сначала робко, неуверенно. А потом быстрее, резче, злее. Они закручивались, поднимались, крепли, сплетаясь в странное существо, похожее на человека в черном, безупречно выглаженном костюме. Зонтик скрывал верхнюю половину его лица – только хищная, неестественно широкая улыбка расплывалась внизу, обнажая зубы, которых не должно быть у человека.       Не тратя ни мгновения, существо вскинуло руку, и из его ладони вырвались черные щупальца.       Зеро едва успел отскочить в сторону, прежде чем тени сомкнулись на горле.       Катана блеснула, разрезав воздух. Существо залилось смехом, а его улыбка, казалось, стала еще шире.       – Эй! – раздалось сбоку. – Меня чуть не задело! Осторожнее там!       Байканг стоял около фонарного столба в паре метрах от эпицентра и угрожал пластиковой ложкой.       – Тогда, может быть, поможешь? – между атаками бросил Зеро, уворачиваясь от очередного щупальца.       – Я помогаю морально.       – Это не помощь!       Лезвие блеснуло у самого носа Байканга, отсекая черную щупальцу, что метнулась было в его сторону. Мужчина даже бровью не повел.       – Тебе не кажется, что ты слишком долго с ним возишься?       – Еще слово, и ты будешь следующий, – раздраженно бросил Зеро, наконец-то перерубив тварь пополам.       К сожалению, эффект оказался краткосрочным. Из двух половин мгновенно вырвались новые черные щупальца, стянули туловище обратно, и аномалия вновь восстала, только теперь раза в два злее.       – Да сколько можно…       – Попробуй целиться в голову, – лениво посоветовал Байканг.       Зеро ничего не ответил, но совету последовал.       Несколько ловких уворотов, и он оказался позади существа. Катана, вонзившись в шею, прошла насквозь и вышла через зонт в той области, где у людей располагаются глаза. Тварь издала истошный предсмертный визг, от которого заложила уши, и растаяла, будто восковая фигура. Тени сгорали в черном пламени, а туман и облака расступились. В переулок хлынул теплый солнечный свет.       Зеро отпустил катану, и та растворилась в воздухе.       – Отличная работа! – похвалил Байканг, отлепляясь от столба.       – Мог бы и раньше сказать, – огрызнулся Зеро, – раз такой умный.       – Это твоя работа, а не моя, – резонно заметил капитан. – Я бы вмешался, если бы твоей жизни что-то угрожало. – Заглянув в стаканчик, задумчиво помешал ложкой лужицу и протянул его Зеро: – Хочешь мороженое?       – Оно растаяло.       – Конечно, – Байканг ничуть не смутился. – Пойдем, пообедаем, а то я так проголодался после этой выматывающей драки…       Выбросив стаканчик в урну, он поспешно зашагал в сторону своей любимой раменной.       – Ты же ничего не сделал, – напомнил Зеро, догоняя его.       – Я наблюдал за тобой. А это, между прочим, тоже нелегкий труд.       – Уверен, что нет.       Уютная раменная «Некомару», рассчитанная на четыре с половиной человека, оказалась полностью свободной. Однако в том не было ничего удивительного. Сейчас было то самое время между обедом и ужином, когда нормальные люди еще сидят с кружкой кофе на работе, нервно поглядывая на часы и считая минуты до окончания рабочего дня. В некотором смысле Зеро им даже завидовал. Может быть, офисная работа куда спокойнее и тише, чем его последняя неделя под чутким присмотром капитана Байканга.       Поздоровавшись с хозяином, Байканг элегантно подкинул длинную полу пиджака, сел на высокий стул и с видом знатока уставился в меню, хотя знал его наизусть. Он попробовал здесь все блюда, но выбрал для себя только одно – веганский рамен «Некомару», и все равно каждый раз зачем-то крутил в руках небольшую картонку меню.       – Нам как обычно, – наконец сказал он.       Нехотя расплатившись, Зеро сел рядом.       – Помнишь тот особняк, где мы недавно нашли Майюэ?       – Да. И помню, что ты собирался туда вернуться.       – Именно! – хлопнув в ладоши, улыбнулся Байканг. – Я все никак не мог выкроить время в своем плотном графике, а сегодня у нас нет планов на вечер, если я не ошибаюсь?       Зеро кивнул, догадываясь, к чему клонит капитан.       – Отлично. В прошлый раз мое внимание привлекли несколько необычных цветов. Я бы хотел их изучить.       Рамен приготовили быстро. Хозяин поставил на прилавок две миски с клубящимся паром и пожелал приятного аппетита. От одного вида блюда желудок нетерпеливо заурчал.       – Что ж… – прожевав кусок курицы, отозвался Зеро. – Цветы – один из пунктов в твоем списке требований, так что не смею возражать.       «Ничего хорошего из этого не выйдет», – навязчиво крутилось в голове.       – Чудесно! Тогда ешь быстрее и поехали, пока еще светло.       Словно бы аномалиям не столь принципиально время суток. Они, скорее, выжидают момент, когда жертва наиболее уязвима, а днем или ночью – неважно. Некоторые так и вообще способны искажать и менять пространство вокруг себя. Взять хотя бы то странное существо с зонтом.       Поросший плющом, обвитый мощными корнями кровожадных растений, местами разрушенный, особняк Серенетти все еще поражал своей красотой, внушая какой-то благоговейный трепет перед тенью былого величия. Цветы на подоконниках, на лестницах, на обломках карнизов оплетали руины так нежно, будто пытались удержать дом от окончательного распада.       Чудом сохранившийся витраж заливал зал разноцветными бликами. Розовые, синие, золотые пятна осколками мозаики ложились на пол, а пыль, кружащаяся в воздухе, казалась россыпью драгоценных искр.       Мох, покрывавший паркет плотным ковром, глушил шаги, делая тишину почти осязаемой. По спине пробегал холодок, заставляя то и дело оборачиваться, проверяя, не стоит ли кто за углом, не следует ли чья-то тень по пятам? Каменные ступени лестницы, когда-то гордо ведущей на второй этаж, теперь зияли трещинами, а перила скрывались в зарослях колючих лиан. Кое-где сквозь зелень пробивалась мраморная крошка былой роскоши.       Картины, некогда запечатлевшие в ярких красках гений мастеров, теперь выцвели, облупились и поросли зеленью. Лица на полотнах стерлись; там, где когда-то были глаза, теперь бледные пятна, а из трещин в холстах тянулись тонкие корешки, словно сами картины пытались пустить корни в новую жизнь. Вызывавшие когда-то восторг, приковывавшие взгляды, теперь пробуждали лишь щемящее чувство тоски, пустоты и одиночества. Всех когда-то забудут, все станут лишь выцветшими холстами некогда яркой жизни.       Где-то в траве виднелись черепки ваз: осколки фарфора, на которых еще угадывались золотые ободки, да корешки книг, рассыпавшихся от времени, с истлевшими страницами, превратившимися в труху. Трогать их не хотелось. Казалось, если до них дотронуться, все это великолепие, застывшее на последнем вдохе, рассыплется в пыль окончательно. Хотелось лишь ходить, затаив дыхание, и смотреть, как беспощадно время.       Вдруг где-то послышался шепот и пробежал дрожью по спине.       – Ты слышал это? – негромко спросил Зеро, подходя ближе к Байкангу, склонившемуся над пестрыми красными цветками.       – Что именно? – не поворачиваясь, уточнил тот.       – Шепот.       – С тобой опять разговаривают цветы? – улыбнулся капитан.       – Не хотелось бы. Прошлого раза было достаточно, – осмелев, Зеро скрестил руки на груди. Он успел забыть, что истории цветов слышал только он. Значит, аномалий здесь еще хватает.       – Тогда будь умницей и постарайся не влезть в неприятности.       Вновь раздался шепот. Слов не разобрать, но отчего-то показалось, будто он зовет к себе.       – Пойду, пройдусь. Я в большом зале – не теряй.       – Понадобится помощь – зови, – махнул рукой Байканг, вновь вернувшись к странным красным цветам, излучавшим едва заметное свечение.       – От тебя дождешься.       Неразборчивые слова прозвучали над самым ухом, сорвались детским смехом и закружились по залу. Словно ветер играл, в волосах, в листьях вьюнов и траве.       Зеро насторожился.       Как бы он ни напрягал слух, ни вслушивался в этот шепот – все тщетно. Он не мог разобрать ни слова. Только интонации: радость наперебой с нетерпением.       Шепот становился настойчивее, звал, тянул за собой.       В дальнем конце комнаты вдруг мелькнула тень, юркнула в щель приоткрытой двери. И Зеро, не раздумывая, поспешил за ней, осторожно перешагивая через корни, едва различимые в траве и мху.       Снова смех раздался над самым ухом и удалился.       Темная дверь, казавшаяся сросшейся с полом, на удивление легко поддалась. Но за ней оказалась лишь обычная комната: поросшая мхом и лианами с мелкими яркими цветками, – такая же как и все остальные. Пара кресел, журнальный стол, камин, пустые книжные полки – вот и все, что еще сохранило свои очертания.       Однако стоило переступить порог, как невидимый призрак залился смехом. И мир вокруг потемнел.       Дверь позади захлопнулась так резко и громко, что Зеро вздрогнул сильнее, чем от внезапной темноты.       Комната вытянулась влево и вправо, превращаясь в бесконечный школьный коридор. Вместо зеленого ковра пол теперь устилала серая плитка. А из окон вдоль противоположной стены лилось красное, пробирающее до костей, сияние. Лампы на потолке дрожали и мигали тем же красным светом.       Но самое жуткое – глаза.       Сотни. Тысячи. Миллионы глаз за стеклом. Они пристально смотрели на Зеро, следили за каждым его движением, не моргая.       Вновь раздался шепот, перерастая в смех, становясь все громче и громче. Он звучал отовсюду на разные голоса: детские, взрослые, мужские, женские – все они заливались до хрипоты.       Но почему?..       Кто они такие? Почему они смеются над ним?       Шепот, крики, насмешки лезли под кожу, касались шеи, хватали за горло. Душили. Норовили утащить куда-то вниз.       Зеро вырвался, скинул невидимые руки. Бросился бежать. Но коридор не кончался, двери с грохотом захлопывались одна за другой. А голоса становились только громче, но слов все еще не разобрать.       Липкий страх сковывал движения. Каждый шаг давался все труднее, ноги подкашивались, тело не слушалось, будто стало чужим. Легкие жгло огнем, сердце бешено колотилось, готовое вот-вот вырваться наружу. Голову будто сдавило в тисках и вместе с тем разрывало изнутри.       Зеро.       Голоса стали злее. Грубее. Резче. Громче. Срывались на крик. Слова хлестали по лицу, били под дых, толкали, пинали. Оставляли глубокие раны там, где больнее всего. Вонзались точно в сердце. Цеплялись и тянули вниз. Давили сверху.       Зеро, слушай меня.       Руки крепко обняли за плечи. Ладонь легла на голову и обожгла. Но вскрикнуть от боли не получилось. Крик застрял в груди, сжал легкие. Язык не слушался, ни звука, ни вздоха. Не получалось вырваться.       Слушай мой голос.       Голос… слова… кто это говорил? Кто прижимал его к себе?       Они не могут тебе навредить.       Могут. Могут. Могут.       Они хищники, питающиеся чужой слабостью. Они точно знают, куда бить. Они никогда не промахиваются.       Я не позволю им навредить тебе.       Лоб обожгло.       Руки больше не держали. Никто больше не держал. Но внутри вдруг стало спокойно. Наступила тишина. Сердце больше не пыталось вырваться из груди. Ничего не мешало дышать.       Зеро поднял голову.       Он сидел в окружении множества теней. Их фигуры сливались в одну большую, зыбкую черноту. Они продолжали смеяться, показывали пальцами и перешептывались. Но теперь их голоса почти не слышно, словно между ним и ими выросла толща воды.       – Так вот, как этот сорняк проник в голову Майюэ, – рассмеялся Байканг позади. В его голосе послышались нотки холодной злости, которые Зеро раньше не слышал.       А потом в воздухе вспыхнули слова.       Пламя струилось по буквам, пожирало пол, стены, миллионы ненавидящих глаз. Тени, шепот, насмешки корчились, таяли и исчезали в алом огне. Пока все не смолкло, оставив после себя лишь утопающую в заходящем солнце поросшую мхом и лианами комнату старого особняка.       – Как ты это сделал? – нарушил тишину Зеро. Голос прозвучал глухо, едва различимо, словно он сам не был уверен, что хочет знать ответ.       – Оказался в твоем кошмаре? – Байканг тоже говорил негромко, как будто боялся спугнуть что-то хрупкое, повисшее между ними.       Под ногами безмятежно спал Этеро, видя сны о далеких мирах, рассыпанных мириадами звезд по чистому океану над головой. Огни мерцали внизу подобно светлячкам в летнюю ночь, да где-то вдалеке маяком светился шпиль банка.       – Я ведь не первый день наблюдаю за тобой, – он легко усмехнулся. – Эта зараза прицепилась к тебе еще в прошлый раз.       Порыв свежего ночного ветра игриво растрепал волосы и унесся ввысь – туда, где парили ночные птицы, чтобы потом сорваться вниз, прокатиться по городу волной и забрать с собой тревоги минувшего дня.       Зеро молчал. Внутри все еще было зябко, все еще чудились на периферии глаза, тени и насмешки.       – Одного не могу понять… – Он нашел взглядом здание школы, едва видневшееся сквозь сад пышных сакур. – Почему школа? Почему не тот же самый особняк или что-то еще? «Эйбон» меня пугает куда сильнее школьных коридоров.       Байканг ответил не сразу. Помолчал, глядя куда-то сквозь звезды.       – Возможно, в школе ты тоже был изгоем, – сказал он наконец. В его голосе мелькнуло нежное сочувствие, а мизинец едва коснулся мизинца Зеро. И, немного помолчав, добавил: – Пойдем спать.       Зеро помедлил. Уходить отсюда не хотелось. Не сейчас. Когда в груди впервые за долгое время стало так тихо и спокойно. Хотелось только одного: чтобы это мгновение длилось вечно. Чтобы стоять вот так, вдвоем, на краю крыши, где внизу мерцает спящий Этеро, а наверху – бездонное небо, усыпанное звездами. Чтобы прохладный ночной ветер играл в волосах, путался в челке, приносил сладковатые запахи весны. Чтобы не нужно было ничего говорить. И чтобы руки, просто так, нечаянно, касались друг друга.       Но он ничего не сказал, только кивнул и отошел от заборчика крыши. Впереди первая за последние несколько дней ночь без тяжелых, пронизанных отчаянием, кошмаров.              Утро наступило тихо. Никто не носился по квартире с воплями, никто не сидел в кресле напротив, никто не гремел посудой.       Зеро долго лежал, глядя в потолок и наслаждаясь тишиной. В голове свободно гулял ветер, через который иногда пробивались отголоски минувшего дня и мысли о предстоящем. Потом нехотя поднялся, побрел в ванную.       В зеркале к его удивлению отражался человек, который наконец-то выспался. Под глазами практически не осталось следов от темных кругов, хотя еще вчера можно было сложить картошку. Да и само лицо выглядело как-то свежее, что ли?       Неспешно приведя себя в порядок, он спустился вниз. Тут тоже никого не было. Только веточка белой альстромерии в стакане на кухонном столе, да записка под ней:       «Ушел по делам. Не скучай. Завтрак в холодильнике. Скоро буду»        «Скоро» – понятие растяжимое. Особенно, когда не знаешь, как давно эта записка была написана, и куда именно ушел Байканг. Но, как бы там ни было, чайник вскипел, а в холодильнике лежал аккуратно завернутый сэндвич с рыбой и веточкой укропа. Кое-кто явно старался.       Однако не успел Зеро вдоволь насладиться тишиной, как в замке входной двери повернулся ключ.       – О, ты уже проснулся! – весело поздоровался Байканг, закрывая за собой дверь.       – Счастье мое длилось недолго… – простонал Зеро и, сделав глоток чая, спросил: – Откуда у тебя ключи?       – Висели тут на крючке, – капитан махнул в сторону вешалки.       Через мгновение он уже сидел рядом с Зеро и показывал ему что-то в телефоне.       – Смотри. Ну, что думаешь?       Зеро перевел недоумевающий взгляд с открытого объявления на Байканга, затем обратно.       – Что я должен увидеть?       – Имя заказчика! – Байканг ткнул пальцем в экран: – Наш ЧестныйДилер777 вернулся!       На секунду повисла тишина.       – И что ты предлагаешь?.. – спросил он осторожно. Ему не нравился возбужденный тон Байканга. Тот явно что-то задумал. И это что-то явно не понравится самому Зеро.       – Ну, для начала ты должен взять этот заказ со своего аккаунта.       – А откуда я, прости, возьму деньги, чтобы внести ему «депозит»?       – Об этом я уже позаботился!       – Кого ты успел ограбить?! – Зеро осуждающе вскинул бровь.       – Почему сразу «ограбить»? – Байканг обиженно фыркнул и даже отодвинулся на пару сантиметров для убедительности. – Во-первых, я законопослушный гражданин. Во-вторых, я занял деньги у Скии.       Парень прищурился.       – А сам Ския об этом знает?       – Я верну ему вечером, когда мы разберемся с этим воришкой. Что, – перехватил он взгляд Зеро, – не доверяешь моей финансовой дисциплине?       – Я не доверяю твоему определению слова «законопослушный».       – Напрасно, – губы Байканга растянулись в хитрой улыбке. – А теперь принимай заказ. Ты же хочешь ему отомстить?       Зеро помолчал. Потом взял телефон.       – А если он узнает меня и не скинет адрес? Или скинет неверный, решив, что я приеду с полицией? Или удалится, как только я скину ему деньги?       – Тихо, тихо, – тормознул его Байканг. – Ты слишком сильно переоцениваешь нашего клиента. Тот, кто способен продумать такой сложный ход как минимум не станет называть себя ЧестныйДилер777. А как максимум – не будет восстанавливать страницу после того, как один раз уже чуть не попался.       Зеро прикинул что-то в голове, взвесил риски. В конечном итоге смирился и сдался. Если это шанс наконец-то отдать Байкангу остаток залога, то нельзя его упускать.       Вопреки опасениям, начало складывалось как нельзя лучше. Дилер, казалось, не узнал Зеро. Ответил быстро и задал все те же самые вопросы, что и в прошлый раз, попросил денег под предлогом «перестраховка», заверил, что залог возвратный, и переживать не стоит. А после чека о переводе средств сбросил адрес и условия.       На этот раз схема отличалась: шиномонтаж привел в порядок взятую с рук машину, теперь ее оставалось только перегнать из гаража покупателю. У покупателя же требовалось забрать его старую машину и привезти в гараж. Правда, сделать все надо было ночью, покупатель, мол, днем очень сильно занят другими делами.       – Чудесно! – Байканг просиял. – Он даже глупее, чем я думал!       Зеро озадаченно посмотрел на собеседника.       – Мы едем туда сейчас, чтобы понаблюдать за гаражом и узнать, кто и привезет машину и куда уедет.       – Хорошо, выследим. Что дальше?       – Поговорим по душам, – невозмутимо пояснил капитан, пожав плечами, – заберем свои деньги. А там уже по ситуации видно будет.       Воодушевленный Байканг спрыгнул со стула и направился в сторону двери. Зеро оставалось только вылить в раковину остатки остывшего чая и последовать за ним.       Ждать хоть какого-то подозрительного движения пришлось долго. Они устроились в тени полуразрушенного ангара напротив гаражного кооператива. Здесь их никто не мог ни увидеть, ни услышать. Но на всякий случай было принято решение вести себя тихо и лишний раз не высовываться. И кое-кто очень плохо справлялся со своей задачей: несколько раз уходил за кофе, мороженным, поесть, размять ноги и прочее. Зеро выбрал честно играть в телефон, время от времени оценивая обстановку.       То и дело туда-сюда ходили какие-то рабочие. Что-то таскали, ругались друг с другом, курили, не глядя по сторонам. Но никто не появился с подозрительной машиной или хотя бы имеющий отношение к чему-то подозрительному.       В какой-то момент Зеро начал беспокоиться, что они зря торчат здесь целый день. Но и уйти было нельзя: все не понаслышке знают, что такое закон подлости. К счастью, удача все-таки улыбнулась им. По крайней мере, тип в надвинутой на глаза бейсболке, нервно озирающийся по сторонам все время, выглядел достаточно подозрительно, чтобы не обратить на него внимание.       Стоило только ключам нервно загреметь в замке гаража, как Байканг тут же оживился:       – Кажется, это наш.       Зеро взглянул на часы:       – Еще есть время до назначенной встречи. Но вряд ли он уже уедет отсюда.       – Тогда предлагаю поговорить с ним прямо сейчас.       – Вряд ли он хранит деньги здесь, – заметил Зеро.       – Ничего страшного. Я владею даром убеждения, а твоя каната в случае чего станет дополнительным аргументом.       Не дожидаясь ответа, Байканг с легкостью перепрыгнул через пролом в стене амбара, и беззвучно подошел к мужчине со спины.       – Привет, – негромко окликнул он.       Мужчина, не слышавший шагов и явно не ожидавший гостей так рано, вздрогнул, выронил ключи и резко обернулся, прижавшись спиной к металлической двери. Бейсболка съехала набок, открывая испуганные глаза.       –  Извините, не хотел Вас пугать.       Дружелюбие, с которым говорил Байканг, и его лучезарная улыбка напугали мужчину куда больше, нежели внезапное появление постороннего, отчего он только сильнее вжался в дверь, видимо, надеясь стать единым целым с гаражом.       – Ты еще кто?! – воскликнул он раздраженно и испуганно одновременно.       – Да так, – Байканг сделал шаг вперед. – Просто представляю интересы Вашего курьера. Пришел раньше назначенной встречи убедиться, что все пройдет гладко.       Мужчина выдохнул и заметно расслабился. Выпрямился дернул куртку и снисходительно, почти небрежно, бросил:       – Машина в идеальном состоянии. Номеров на ней нет. Так что беспокоиться нечего.       – Славненько, – Байканг не переставал улыбаться. – А теперь я бы хотел получить залог и оплату за работу.       – Деньги только после выполнения заказа.       – Боюсь, Вы не расслышали, что я сказал.       Байканг сделал жест рукой, и в ту же секунду острое лезвие катаны остановилось в паре миллиметров от горла дилера. Тот едва не дернулся, увидев сбоку еще одного человека, но вовремя вспомнил про катану.       – Очень сожалею, но Вам придется отдать мне деньги сейчас. – Капитан принялся загибать пальцы, отсчитывая статьи обвинения: – Залог за текущий заказ. Плату за текущий заказ. Залог и плату за прошлый заказ, когда Вы сдали моего клиента полиции, заявив об угоне.       Мужчина побледнел, но потом внезапно рассмеялся:       – Так ему и надо! Вам не запугать меня.       – Может быть, мы сразу перейдем к драке? – скучающим тоном предложил Зеро.       – Дай ему шанс, – усмехнулся Байканг, сверкнув глазами.       – Правильно, – дилер почувствовал слабину и осмелел. – Будь хорошим мальчиком и убери свою железку от меня.       Байканг вздохнул. Зеро пожал плечами. Слишком опрометчиво в столь незавидном положении строить из себя крутого парня.       – Ладно, – согласился капитан, – ты прав.       Драка, если это можно было так назвать, вышла быстрой и на удивление скучной. Дилер не успел понять, что произошло, а Байканг уже провел серию коротких, точных ударов – под дых, по шее, кажется, пару раз по ногам и ребрам. Зеро даже не стал вмешиваться, выбрав роль зрителя в первом ряду.       Попытки дилера защититься выглядели жалко и безуспешно. Через минуту он уже сидел на земле, прижимая ладони к лицу и скуля:       – Все-все-все, заберите! Все заберите! Только не бейте по лицу!       – А я ведь пытался по-хорошему, – равнодушно заметил Байканг, поправляя пиджак.       Дилер быстро нашел припрятанную в гараже толстую пачку наличных, выудил ее откуда-то из-под полы. Ровно столько, сколько потребовал Байканг. Или немного больше.       – Это… это все, что есть, – проскулил дилер, протягивая деньги дрожащей рукой.       – Вот и стоило доводить все до драки? – Байканг забрал пачку и быстро пересчитал. – Надеюсь, мы больше не увидимся.       А как на это надеялся дилер! Едва ли, конечно, он встанет после этого дня на путь истинный, но, наверняка теперь будет внимательнее смотреть профили тех, кто откликается на его объявления. Впрочем, какая разница?       – Мне кажется, здесь больше, чем я тебе должен, – заметил Зеро, когда они отошли подальше от гаража.       – Кажется, – согласился Байканг, отсчитывая купюры на ходу. – Во-первых, здесь долг Скии. Во-вторых, остаток твоего долга. В-третьих…       Он отделил несколько бумажек и протянул Зеро.       – …это депозит, который ты перевел ЧестномуДилеру777 в прошлый раз. – Байканг улыбнулся без тени хитрости. – Пойду, верну лейтенанту его деньги.       Он уже сделал шаг в сторону улицы, но обернулся.       – А ты не забудь завтра про мороженое. – Ах, нет, показалось, в его голосе снова зазвучали привычные нотки нахальства. – Я угощаю.       Зеро посмотрел на деньги в своей руке. Потом на Байканга, который уже шагал прочь, засунув руки в карманы и насвистывая что-то беспечное.       – Ты же знаешь, – крикнул он вдогонку, – я не люблю клубничное!       В ответ Байканг только поднял руку и махнул в знак прощания, не оборачиваясь.       Зеро простоял, глядя ему в след пару минут, потом усмехнулся, убрал деньги в карман и пошел домой.