Боже что за кринж 😫

Мы переписывались уже третий вечер подряд. Павел оказался именно таким, каким выглядел на фотке — милым, дерзким, с этой своей дурацкой шапкой и глазами, которые сразу говорили: «я могу быть очень послушным, если правильно попросить». Мы так и не встретились ещё, но после его «А давай😎» на моё предложение написать про страпон, я поняла — пора превращать слова в дело. В тот вечер я приехала в Сергиев Посад. Он открыл дверь в своей дурацкой шапке и худи, сразу заржал: — Да ладно, Тая. Я думал, ты шутишь. — Я никогда не шучу про такие вещи, — ответила я, закрывая за собой дверь и сразу прижимая его к стенке. Поцелуй получился жадным и мокрым. Павлик сразу начал мурлыкать, когда я запустила руку ему под худи и провела ногтями по спине. Он был тёплый, немного дрожал от возбуждения. — Раздевайся, — тихо сказала я ему на ухо. — И на кровать. На четвереньки. Он послушно стянул с себя всё, кроме шапки (я разрешила оставить, выглядело это чертовски мило и по-идиотски сексуально). Павлик встал раком, оглянулся через плечо. Щёки красные, взгляд уже стеклянный. Я медленно надела страпон. Чёрный, реалистичный, среднего размера — ровно такой, чтобы ему было и приятно, и немного стыдно. Смазка щедро, я не хотела торопиться. Подошла сзади, провела ладонью по его попе, шлёпнула несильно. — Ты же сам сказал «каайфы», помнишь? — Помню… — выдохнул он и прогнулся сильнее, подставляясь. Я приставила головку к его дырочке и начала медленно входить. Павлик закусил губу, тихо застонал, когда я вошла до середины. Тело у него было горячим и невероятно отзывчивым — каждое движение вызывало у него дрожь и тихое «бляяять…». — Глубже можно? — прошептал он через минуту, уже полностью расслабившись. Я ухмыльнулась, схватила его за бёдра и вошла до конца. Он громко застонал, пальцы вцепились в простыню. Я начала двигаться — сначала медленно, потом всё жёстче, наблюдая, как этот дурачок с шапкой на голове превращается в стонущую, текущую мess. Его собственный член болтался твёрдый и мокрый, капал на кровать. Я наклонилась к нему, прикусила ухо и прошептала: — Вот так я и представляла тебя, когда писала тот фанфик. Только в реале ты ещё громче ноешь. — Тая… еби меня сильнее, пожалуйста… — почти всхлипнул он. Я схватила его за волосы (шапка наконец-то слетела) и начала долбить так, как он просил. Комната наполнилась звуками шлепков, его стонов и моего тяжёлого дыхания. Когда я запустила руку ему между ног и начала дрочить одновременно, Павлик продержался недолго — он кончил сильно, дрожа всем телом, пачкая простыню и тихо матерясь. Я не остановилась сразу. Продолжала медленно трахать его ещё минуту, пока он не начал жалобно поскуливать от переизбытка ощущений. Потом я аккуратно вышла, сняла страпон и легла рядом. Павлик сразу прижался ко мне, уткнувшись лицом в шею, всё ещё тяжело дыша. — Это… было пиздец как горячо, — пробормотал он. — Ты серьёзно теперь моя? — Теперь ты мой, Чебурашка, — засмеялась я, целуя его в макушку. — И в следующий раз я привезу побольше игрушек. Он только тихо застонал от предвкушения и крепче обнял меня.