Глава 1.
13 мая 2026 г., 12:11
7 марта, 14:06
Загорается красный цвет на светофоре и машина останавливается, менеджер Юн, мужчина средних лет, смотрит в зеркало, рассматривая девушку на заднем сидении. Оуян Айли. Еще год назад она закончила школу исполнительных искусств в Сеуле, но не искала работу после, а уехала домой в Шанхай. Первое место на международном хореографическом конкурсе «Street» в Нью-Йорке в 2022 году принесло её команде зачет на факультете практических танцев, а конкретно ей преследование разных компаний, ведь именно она в свои шестнадцать поставила хореографию и обеспечила всем членам своей команды светлое будущее. Команда состояла из подобных ей подростков не корейского происхождения, но вынужденно знающих язык из-за мечты жить и работать в Корее, либо учиться, а после уехать на родину. Именно их иностранной группе преподаватели дали задание войти в топ-10 на любом международном европейском конкурсе, когда корейцев уже зарегистрировали на местные конкурсы в Корее, Японии и Китае, где точно будут корейские судьи. Выбора особого не было, на многие конкурсы либо уже прошел отбор, либо оставалось слишком мало времени на подготовку, итак Айли и её группа выбрала конкурс «Улицы» в Нью-Йорке. Как менеджер Юн понял из интервью Айли, она уже тогда понимала, что все номера будут иметь схожий характер:музыка, танцы будут в одном стиле, огромная конкуренция, поэтому им нужно было что-то большее, кроме энергии и дерзости. Что-то, что обеспечит хотя бы седьмое или восьмое место, поэтому она предложила «сюжет» для номера. И помимо чистого стиля уличных танцев каждый участник смог отличиться, включив элемент народного танца из своей культуры в батл, разнообразив и без того интересное выступление. Одна команда разделилась на две «уличные банды», где одна «RedCats» – преступники в красных банданах, их предводитель - Айли, а другая «WildWolves» – офицеры под прикрытием, их предводводитель - Арам. Друг госпожи Оуян, Арам Есиев, посредник, что помог менеджеру связаться с Айли, а так же объяснил ему почему руководство так заинтересовано в найме этой девушки, показал на каком сайте можно найти их выступление и тогда даже менеджер Юн, недалекий до танцев человек, был глубоко впечатлен хореографией, подобранной музыкой и живым исполнением. Словно на несколько минут исчезла сцена и он, словно прохожий, заглянул в одну из улиц Нью-Йорка 2000х годов. Так же менеджер Юн прочитал комментарий под видео на официальном сайте, многие говорили про это выступление, как о продолжении фильма «Шаг вперед», даже были комментарии от конкурентов, некоторые говорили о слабом исполнении, задумка хороша, но не дотягивает до первого места, а некоторые рвали и метали, говоря, что видео и десятой части не передает эпичность и энергию выступления, а так же харизму всех участников. Несколько машин позади начали активно сигналить, Айли вздрогнула всем телом вместе с менеджером, что тут же дал по газам наконец-то выходя из состояния молчаливого созерцания юного дарования. — Прошу прощения, Госпожа Оуян, извините, — быстро затараторил менеджер, выруливая на главную дорогу, по нужному им маршруту к офису. Рассматривая госпожу Оуян, завис настолько, что проглядел момент, когда включился зеленый. — Извините меня. Айли ничего не сказала, просто кивнула и даже не стала переправлять менеджера, чтобы не обращался так уважительно, сил просто не было, ведь вся энергия уходила на внутреннюю борьбу за право сохранить лицо и не зарыдать от боли в ушах, что заставляла делать просто безумные вещи. Она посмотрела на свои руки, на пальцы, которые закусила так сильно при посадке, чтобы как-то справится с ощущением, будто бы уши наживую просверлили. Два часа полета из Шанхая в Сеул и еще пол дня будет отходить правое, и два дня левое ухо, что было травмированно в глубоком детстве. Менеджеры из других компаний несколько лет преследовали и поджидали её у школы, у дома или у магазинов рядом с домом, кто-то предлагал даже стать айдолом, актрисой. Номер телефона быстро узнавали и названивали, итак еще три года до выпуска, это давило морально и истощало изо дня в день слышать одно и тоже. И после выпуска меньше всего хотелось рассматривать предложения и вновь отбиваться от знакомых и неприятных лиц, поэтому Айли со своей семьей приняла решение взять перерыв после долгого и изнурительного обучения в стенах школы и не менее истощающей реальности с которой она столкнулась после неожиданного успеха. Год в родительском доме принес Айли внутренний покой, долгожданную тишину и радость, но и скуку, она либо сидела дома с бабушкой и смотрела сериалы, либо изредка выходила с отцом к его корейским друзьям и подтягивала язык. Предложения от Big Hit поступало и раньше, но прошлые менеджеры видели её только как потенциального айдола, многие пытались переубедить Айли сменить направление, и только несколько предлагали ей позицию хореографа, но тогда она решила уехать и отложить свою карьеру. Но Big Hit ждал её, на удивление её персону не забыли, хотя прошло уже четыре года с триумфа. В кабинете генерального управляющего царила тишина, только кондиционер тихо гудел и изредка тонкая женская рука тянулась к контракту, чтобы заново его прочитать. Наконец-то цикл бесконечной проверки подошел к концу, ведь по системному телефону секретарь сообщил, что прибыл менеджер Юн с Оуян Айли. Шин Сончжон поправила волосы и облизнула губы, дверь распахнулась и вошли двое людей. — Управляющая, простите за задержку, — виновато склонил голову менеджер, останавливаясь у двери и пропуская вперед долгожданного гостя. — Здравствуйте, — Айли делает легкий поклон, не успевает полностью представиться, ведь наблюдает как женщина встает со своего кресла и в несколько неспешных шагов подходит к ней, протягивает руку. — Здравствуйте, Госпожа Оуян, рада наконец-то увидеть вас, — их руки соединяются в мягком рукопожатии. — Я генеральная управляющая Шин Сончжон. — Приятно познакомиться, — корейский Айли выходит так естественно, что девушка на миг удивляется как не растерялась и связала несколько слов. — Неужели вы будете заниматься подписанием контракта? — Да, не всегда, но это в моей компетенции, — улыбается женщина, указывая Айли на мягкое кресло. — Прошу присаживайтесь. Женщины расположились на противоположных сторонах стола, управляющая села за свое кресло руководителя на колесиках, а Айли за кресло на деревянных ножках и с махровой обивкой. — Госпожа Оуян, — начала управляющая Шин и от этого тона голоса Айли наконец-то осознала где находится и в какое осиное гнездо лезет. — В руководстве осведомлены о вашем желании быть хореографом у трейни, вы всегда четко указывали свою позицию, но на данный момент у нас полно людей, что занимаются новичками, помимо этого между менеджерами и продюсерами команд разгорелся конфликт, они понимают, что вы вытянете любую группу, поставив хорошую хореографию или хотя бы заложив в них базу. Многие уже пытались повлиять на мое решение, а некоторые пускают слухи, что вы займетесь только той командой, у кого больше всего шансов на успех, и на почве этого давления я получаю жалобы от молодых хорео.. Глаза Айли уже смотрели на женщину с легким прищуром, вспоминались лица «хореографов», которые после выпуска подмазали кого надо и выбили себе место в компании, и кому Айли как кость в горле. — Жалобы? От тех детишек, что любят когда в жизни все идет как по маслу, или точнее с помощью щедрого кошелька родителей? Давление? Давит им лишь на самолюбие, — неожиданно для себя самой резко выпаливает Айли, заставляя управляющую запнуться на полуслове. «Твою ж маать,» — девушка понимает свою ошибку, когда видит удивленные глаза женщины, что не ожидала таких слов от еще минуты назад спокойной Айли, и смягчает голос: — Даже если все так, как вы, Госпожа Шин, сказали, но и я не золотая рыбка, чтобы привести к успеху хромого и глухого. Я такой же хореограф, как и все в компании, просто некогда мне сильно повезло и репутация юного таланта за мной увязалась. Вот и все. Кто сказал, что и дальше у меня будут только успешные проекты? — Я с вами соглашусь, это дело удачи, — кивает управляющая. На лице женщины проскакивает что-то от растерянности, но она сохраняет деловую улыбку, переводя взгляд на менеджера Юна, что протягивает контракт. — Однако, прошу вас не спешить и ознакомиться с моим предложением. Я хочу вовлечь вас в собственный проект, где являюсь исполнительным продюсером. Вы наверняка уже наслышаны о строгих стандартах нашей компании и не меньше о различных скандалах, что следуют рука об руку. Итак, было принято решение создать группу, что отбелит нашу репутацию. Мы предоставили участникам творческую свободу, они сами занимались созданием музыки, хореографии, продумывали концепцию создания клипов и даже их название отражает посыл мыслить свободно и выходить за рамки. В группе Cortis всего пять человек, все они молодые юноши, чья энергия привлекла новое поколение молодежи и менее чем за год мы возместили убытки, пусть и не везде. — Без скандала не бывает успеха, да? — понятливо смеется Айли, переворачивая первую страницу контракта и на миг встречаясь с глазами женщины, что уставились на неё в немом одобрении. — Подобное в корейской индустрии развлечений звучит как революция. На время в кабинете воцаряется тишина, Айли внимательно читает контракт, что был составлен на двух языках, корейский как основной и китайский в качестве кратких комментариев снизу, для удобства стороны Б. Управляющая Шин, рассматривая как неспешно и без малейшей суеты девушка читает контракт, словно журнал, внутренне соглашается со своими коллегами, которые предупреждали о возможном характере девушки. Айли выросла во влиятельной шанхайской семье, по мимо этого является единственной дочерью единственного сына и младшей внучкой, которой позволили уехать в другую страну и заниматься тем, что не имеет ничего общего с семейным бизнесом. Отец Айли – Оуян Кан Лэ, перенявший семейный бизнес после отставки отца, Оуяна Вея, когда-то успешного предпринимателя построившего сеть ресторанов-отелей «Ouyang Hotel&Partners» в Китае, России и Корее, и так же связи и влияние матери, Лян Гуаоли из семьи землевладельцев, сыграли не малую роль в развитии фирмы. Свою первую и вторую жену Канлэ встретил в России, обе иностранки, и только от первой жены есть общий ребенок. Более ничего про семью Оуян не известно широкой публике. Лишь слухи. — А что с преведущим хореографом? — вдруг спрашивает Айли, выбивая Шин Сончжон из мыслей. — Что? — Такой проект обязывал вас всё равно назначить хореографа, одно дело дать свободу творчества, но совсем другое развязать руки, — Айли от и до прочитала контракт, все составлено грамотно, без сучка и задоринки, зарплата, обязательства, исключения, сопровождение, даже примерный график на год вперед, чтобы была возможность составить расписание репетиций уже сейчас, информация о личности и возможностях каждого участника, и многое другое. Чем больше слушала и читала тем больше, к своему удивлению, загоралась интересом работать именно с Cortis, чем с трейни. Но одно не давало покоя. — А, поняла, — кивает управляющая Шин. — Она...опытный хореограф, со многими популярными группами работала, однако разница в возрасте дает знать, лично пришла ко мне и призналась, что не поспевает за ними, иногда просто не понимает и почти никак не может повлиять. Поэтому я перевела её в другую группу. — Ясно, — В ушах всё еще стоит невыносимая боль, но уже на душе полегче. Работа обещала быть насыщенной. — Тогда, буду рада взяться за них. — Правда? — вскидывает брови управляющая. Как-то слишком быстро она убедила Айли Оуян взяться за этих мальчишек. — Может у вас есть какие-то вопросы? Работа с ними слегка хаотична, никогда не знаешь результата. Айли выдергивает из подставки одну ручку и размашисто ставит свою подпись, а после протягивает подписанный контракт управляющей, что расплывается в торжественной улыбке. — Когда я могу приступить к своим обязанностям?
