I know we can make it better!!! >-<

      Солнце заходило за горизонт, и на небе появлялись первые отчаянные звёзды. Вдалеке был слышен шелест листьев. Казалось, они что-то пытались прошептать мне, ножу-изгою, что попытался скрыться от всевидящего. Глупо называть так хостов, но ведь это правда. Шоу началось совсем недавно, а я уже успел проиграть. Что будет за исключение?       Я увидел вдалеке созвездию Суши-Бога. Звёзды ритмично складывались воедино. Существует ли он? А они? — Кнайфушенька-Душенька, чем занимаешься? — рядом со мной на траву плюхнулась светобульба. Она тоже посмотрела на звёзды.       Я не стал отвечать. Повисло молчание. Почему-то оно казалось комфортным, что странно, учитывая вечную разговорчивость Лампчки.       Солнце полностью скрылось за горизонтом. Нас накрыла темнота, освещаемая звездами и луной. Даже ветер стих, наслаждаясь тишиной. Лампчка легла рядом и посмотрела на меня. А я — на неё. — Как дела? — неожиданно тихо спросила она. — Думаю... Сойдёт, — я отвёл взгляд. — А у тебя? — Всё хорошо, — она снова посмотрела на небо. Звёзды отражались на её стекле, и она почти заботливо пропускала их сквозь себя. Заботливо... Почему именно эта ассоциация? — Ламп, ты помнишь, что было до Краткого... С его шоу? — вырвалось. Я не хотел спрашивать ее об этом. Она слишком... Солнечная для таких мыслей. — То есть... Мы точно существовали? — Нет, не помню. Только знаю, что мы с тобой дружили. Почему-то только знаю... Но не могу вспомнить их внешний вид, — она смотрела на небо. Голубая, как дневное небо. Но сейчас — отражающее звёзды на ночном. — А ты? Ты тоже задумывался об этом? — Да... — снова повисло молчание. Я подложил руки под голову. — Мне кажется, до того, как это всё началось, было что-то ещё. Его вид... Он пахнет железом. Я что-то помню, но сквозь дымку. Как кошмар, понимаешь? Очень важный кошмар, который ты невольно забываешь... — Кажется, понимаю, — она закрыла глаза, вздыхая. — Иногда мне кажется, что победителя не будет. Что после исключения... Не будет больше ничего. Меня это пугает, но... Что мы можем поделать? Мы всего лишь нож и лампа. Роль шута — изучать короля, чтобы развлекать, — она подняла руки к небу. — Хотя, зачем живым волноваться о загробной жизни? Мы живы, а значит, должны уже быть счастливы. Какой смысл от того, что мы будем переживать об этом? Только зря время потратим.       А ведь она говорила правильные вещи. Иногда у нее случалось такое. Резко, неожиданно, но метко произносила умные мысли. Хотя... Может, мне просто кажется. В последнее время мне слишком много кажется.       Мы лежали под звёздами. Она была рядом. Я мог дотянуться до неё рукой. Раньше меня такое расстояние раздражало — слишком близко. Но сейчас это казалось до странного правильным. Словно так и должно быть. Молчание, шелест листьев, звёзды, близость...       Она единственная, ради кого стоило жить. Ради кого стоило идти дальше. Кого стоило защищать. Она лежала рядом, говорила несвойственные для неё вещи. Спокойная, даже умиротворённая, скорее. Звёзды отражались от её стекла и глаз. Она раскинула руки по обе стороны — правую чуть ниже, чтобы не задеть меня. Улыбалась. Так мило.       Обычно она не оставляет и пяти секунд молчания. Всегда широко, как-то фальшиво улыбалась, отвечала всем улыбкой и не оскорбляла.       Да даже не врала. Ей незачем было врать. Она была как на ладони... Счастливая, невинная, неуклюжая, но веселая. Единственная, кто подходил к нему всегда. — Кнайф, а что ты будешь делать, если останешься? — тишину прервала Светобульба. Судя по голосу, она переживала. Думала, задавать вопрос или нет. — Останусь? О чём ты? — Ну... Если нас не станет, ты выиграешь. — Зачем мне выигрывать без тебя? — Без меня? — Да. Я даже не уверен, нужен ли нам этот приз. Здесь даже деньги тратить не на что. Да и вряд ли я выиграю, учитывая, что у нас даже мотора не было. — А я бы попыталась вас вернуть... — она закрыла глаза. — Зачем мы согласились на участие? — Какое-то сумбурное решение было.       Мы снова замолчали. Она глубоко вздохнула. — Зато скучать не будем, а? Я знаю, мы можем сделать это лучшим временем! — она выдавила улыбку. Снова. Та, что лишь на виду. — Да... — я закрыл глаза.       Больше мы не разговаривали. Её дыхание постепенно выравнивалось, и я вскоре заснул вместе с ней.

***

      Как было хорошо, когда она была жива.       Ведь я теперь действительно фактически один. Стёрка с Брялком, конечно, хорошие друзья, но... Нет.       Они не заменят мне её.       Я помню тот день, как вчера. Её тело, безвольно повисшее на моих руках. Несвойственно тяжёлая, внутри полна чем-то красным. Она изредка подрагивала и от этого болезненно тряслась. В глазах у неё было что-то странное. Тогда я действительно забыл, как дышать. Как видеть. Да и как жить, тоже. Та звёздная ночь... Если бы я знал, что она у нас последняя нормальная...       Я ведь даже не заметил, что она изменилась. Думал, что это нормально, что всё будет хорошо. Что на неё просто влияет происходящее. А она заболевала. Медленно, незаметно.       Мне жаль.