Три шага к твоему теплу

•——————◤✧◥——————•

Не всегда отношения складываются по стандартному шаблону: от дружбы к первому поцелую, от поцелуя к первой близости. Люди всё также могут иметь общие «точки соприкосновения» в прошлом, но многое зависит от обстоятельств, в которых оказались две человеческие души. Именно эта деталь может может перевернуть всё с ног на голову, выстроив, казалось бы, непробиваемую стену недопонимания. Фундаментом барьера часто служит пропуск первых этапов сближения — того пути, которым пожертвовали из-за обстоятельств, ошибочно решив, что перейти сразу к последнему шагу значит прийти к цели быстрее. Но на самом деле им придется проделать ещё один, куда более тяжелый путь, чтобы снова вернуться к началу. Души мучаются, обвиняя друг друга в каждом выложенном кирпичике этой преграды. Однако рано или поздно, катарсис сменяется опустошением, а оно, в свою очередь, — осознанием. Это и ведет к взаимопониманию, единственному лекарству от любых барьеров.

•——————◣✧◢——————•

Эхо моих шагов отчетливо раздавалось по коридору, погруженному в вечернюю тишину. Внешние звуки сейчас не имели никакого значения для меня. С момента нашей встречи с Ксандром я была взаперти своих мыслей, заполнявших каждую клеточку тела размышлениями о нас. Именно во время длительных пауз в нашем очередном безрезультатном разговоре я поняла, что бесполезно обманывать свои чувства и тело, которые так отчаянно рвутся к нему. К его душе, к этому укромному, согревающему моё сердце месту — рядом с ним.  Но больше всего была непривычна его реакция. Вместо сарказма и настойчивого вторжения в личное пространство, которого я так избегала после нашей близости, я получила только тихое понимание…  Что…? Он ушёл со словами: «Я просто хотел сказать, что рад тебя видеть». Нет, это явно не похоже на него. Ни язвительной улыбки, ни игривого блеска в глазах. Только спокойствие и еле уловимая тоска во взгляде. Остановившись напротив своей комнаты, я потянулась к ручке и толкнула дверь. Помещение встретило меня глухой темнотой. Включать свет не хотелось. Скинув обувь и светлый китель, я легла на кровать, свернувшись калачиком. Все тело ныло от длительной ходьбы, а в голове картинками всплывала наша ночь. Тот момент, когда страсть захлестнула нас с головой, а остатки здравого смысла разбились в дребезги под давлением дикого желания. Это и правда была дикость — отчаянно бросаться в крайности, которые, в итоге привели меня к бегству от него и его ауры, насквозь пропитанной опасностью. Что всегда, по моим ощущениям, витала над Ксандром.  Но разве то, что происходит вокруг не дико? Война с человекоподобными монстрами — колоссами самых разных рангов и видов.  — Твою мать… — едва слышно вырвалось с губ. Дыхание участилось, прерывая стабильный цикл вдохов и выдохов, а глаза щипало от поступающих слёз. Произошедшие события — Дикие земли, встреча с Ксандром — комом застряли в горле.  Крепко сжав простыни, я зарылась в них лицом, пытаясь найти спасение или…хоть каплю тепла…? «Теп-ло» — слово, вызвавшее мурашки по всему телу. Когда я последний раз испытывала это чувство? Ведь в самом начале, проснувшись в бункере, я не помнила ничего, даже собственного имени. На что я надеялась, ожидая, что моя оболочка, работающая как машина для уничтожения колоссов, способна запомнить нечто подобное…? Сейчас мне не нужна была страсть или жадные руки, блуждающие по разгоряченному телу в ожидании пылкого ответа. Нет, сейчас я хотела лишь безмолвную поддержку и присутствие рядом. Именно они говорят громче любых слов, обнажая душу и открывая новые грани человека. Но от кого я могу это получить…?  Глаза резко распахнулись, а ноги сами повели меня к двери. Босиком, в помятой рубашке. Всё это уже не имело значения. Один.  Рука тянется к дверной ручке, опуская её. Два. Неполный шаг, казалось, в пустоту уже ночного коридора базы, который ещё мгновение назад казался бесконечной ловушкой воспоминаний.    Три. Тело с мягким хлопком врезалось в тёмный силуэт. В голову сразу ударил до боли знакомый запах. Мне не нужно смотреть в лицо, чтобы понять, кто это. Кончиком носа я провела по ткани. Лоб прижался к груди. Руки сомкнулись за его спиной, прижимая ближе к себе. Запах окутывал меня кольцом, развеивая бесконечный поток мыслей. Я почувствовала ответное объятие и встречное желание физической близости — не плотской, а духовной. Его подбородок лег на мою макушку. Он вдыхал запах моих волос. Вдыхал меня. Гиперчувствительность, обостренная темнотой и тишиной, помогала прочувствовать момент до глубины души, подмечая каждую деталь. — Райна… — тихим голосом произнес Ксандр . — Всё хорошо, просто…Прошу, будь рядом, — ответила я, и голос чуть хрипел от недавних слез. В знак согласия он щекой потерся о волосы. Сначала вверх, потом вниз, имитируя некий «кивок». Это был едва заметный жест в темноте, но такой ощутимый. Время потеряло значение. Мы простояли так пять минут или целый час — никто не вел счет, пока мир вокруг замер, утопая в тишине этой ночи.  Усталость всё же дала о себе знать. Ноги гудели, хотелось лечь. Но не отпускать его. Осторожно высвободившись из объятий, я нашла его руку в холодной пустоте, окружающей нас и повела к кровати. Всё было понятно без слов Холодная простынь приняла нас. Устроившись на левом боку лицом к нему, я положила руку ему на грудь, потянувшись к теплу исходящему от его кожи. Кончиками пальцев медленно поднялась выше, словно по дорожке, поглаживая каждый участок кожи. Запястье ощущало, как мерно вздымается и опускается его грудь. Пальцы едва уловимыми прикосновениями нашли родинку на шее, симметричную той, что была у уголка губ. Затем, двигаясь правее, я коснулась глубоко шрама, рассекающего скулу, веко и бровь. Ксандр втянул воздух глубже, словно я задела очень чувствительное, болезненное место. Оно и правда было таким, ведь каждый рубец на поврежденном участке напоминал о нашей первой встрече в этом диком кошмаре. Он ответил мне тем же: его рука скользила по моей спине, очерчивая каждый позвонок. Кожа покрывалась мурашками, а наше дыхание постепенно стало единым. Мы плыли по течению, не боясь утонуть в этом море ласки. Наши движения были цикличны, но с каждым разом они проникали всё глубже, к самой душе. Усталость растворялась в наших прикосновениях, уступая место спокойному и глубокому сну. Может, нам суждено было погибнуть ещё тогда, в день первой встречи? Чтобы не мучаться, не быть машинами, которые ежедневно вливают в себя дозы «руна» и идут в бой с осознанием, что могут не вернуться. Но тогда бы не было этого прекрасного момента, который разрушил стену между нами. Мы будем продолжать жить и заниматься рутиной, ставшей ежедневной для всего человечества, — бороться, не оставляя тварям шанса на существование. Но с завтрашнего дня всё будет иначе. Вдвоем. С осознанием неразрывной связи и любви друг к другу.