Секреты паддока (сборник драбблов ф-1)

Черный туман, едкий, как дым,

холодный мрак,

Этой ночью стал таким родным... (с)

Он ничего не помнил. Пожалуй, это было самым гадким в его положении сейчас. Не то, где он находился, не заботливо накинутый на него плед и не его отвратительное физическое состояние, а именно то, что он ничего не помнил. Джордж чуть шевельнулся и замычал от боли. Голова раскалывалась, по телу будто слоны прошлись, а один слоненок задержался и, видимо, нагадил во рту. В голове не осталось ни единой мысли, лишь плотный туман. Сквозь этот туман проходили звуки, отдаленно, неестественно, будто сквозь плохо работающее радио. Туман в голове и не думал рассеиваться, но начали приходить образы, и это было плохо. Очень плохо. Потому что все его состояние кричало о том, как старательно он избавлялся от этих воспоминаний накануне. Гонка. Пьянящий азарт. Его победа в спринте, а потом поул перед основной гонкой. То, что должно было стать его триумфом превратилось в сущий кошмар. Кими, насупленный и обиженный еще со спринта, сразу же маниакально бросается догонять. Борьба, долгие изматывающие круги. Джордж спокоен, он просто ждет, когда Кими будет вымотан настолько, что ошибется. Когда у него сдадут нервы... Но сдают не нервы у Кими. Сдает болид у Джорджа. Это настолько сюрреалистично, что Джордж поначалу чувствует себя героем какого-то гребаного мульта, в котором герой бежал бежал, а потом, выбежав к обрыву, просто завис в воздухе над пропастью. Экран погас, болид начал замедляться, и в кокпите повисла гнетущая тишина. Движок не работал, было слышно лишь жужжание проносящихся мимо машин. Секунда, две, три... - Джордж, ты в порядке? Джордж... - надрывалось радио голосом его гоночного инженера. Тото даже не соизволил поинтересоваться, все ли у него в порядке. Это с Кими он постоянно на связи, но для Джорджа у него редко находилось время. Что-то снова кольнуло в груди, воздуха будто не хватало, и Джордж, отстегнув руль, вышвырнул из болида подголовник с такой силой, что тот улетел далеко, описав кривую дугу. Весь мир наблюдал за его эмоциями, Джорджа отчаянно тошнило, в ушах звенело, но никто не должен был об этом знать. Когда он вылез из болида, то руль оставил прямо там, и это было огромной ошибкой. Никто не должен видеть настроек, никому нельзя доверять в руки эту хрупкую электронику. Руль предписывалось забрать с собой, но Джорджу было не до этого. Рассудив, что толку от этой железки уже ноль, он сделал то, что сделал, мрачно подумав, что пусть Тото на него наорет. Хоть какое-то внимание. Проскользнув в специальный проход в сетке, Джордж встал лицом к груде карбона и металла, замершей перед ним. Его гордость, его машина, то, чем он был еще минуту назад, осталась там, а он был здесь, за этими стальными прутьями заграждения, как за решеткой. Камеры щелкали, маршалы что-то втолковывали, но Джордж не видел и не слышал ничего вокруг. Его выкинули из борьбы, как нашкодившего кота выкидывают за шкирку из дома. Можно ли отключить болид дистанционно? Нет, конечно, какая чушь. Джордж знал, что дело только в одном. Тото настолько сосредоточился на Кими, что гаражу Джорджа внимания почти не досталось. Меньше контроля, меньше обсуждений и корректировок, и вот, начинает сбоить то, что последние годы работало безотказно. Ваше хваленое немецкое качество... Туман в голове словно черное облако поглотил все мысли и чувства. От Джорджа словно осталась только оболочка. Добравшись до паддока, он быстром шагом направился за вещами, желая только одного - свалить отсюда как можно быстрее. Рядом появился Тото, попытался приобнять, но Джордж предостерегающе вскинул руку. Не сейчас. Не нужно. Не верит он ни в какую искренность, внутри туман и пустота. Дальше вспоминалось с трудом. Где-то его перехватил Алекс Албон. Лучший друг, старина Албон, который тоже не доехал до финиша. Он протащил его куда-то в моторхоум Вильямс, в свою комнату отдыха. Джордж не помнил, когда и откуда Алекс вытащил бутылку, помнил только, как они молча накачивались алкоголем, методично и планомерно, будто поставили перед собой цель напиться до беспамятства. И вот теперь он лежит на разложенном кожаном кресле, укрытый пушистым кремовым пледом, под головой подушка и рядом... Джордж пошевелился и сел, с удивлением уставившись в круглое окно-иллюминатор, задернутое шторой. Он протянул руку и дернул за кольцо. Шторка плавно поползла вверх. За окном плыли облака. - Вода, - коротко произнес голос, знакомый до ломоты в зубах. Джордж повернулся и увидел перед собой Верстаппена. Тот протягивал ему бутылку воды. - Я думал... - закашлялся Джордж, - я думал, тут весь гараж редбулла празднует. Он вспомнил, что Макс приехал в итоге на подиум. Они с Алексом смотрели трансляцию, пока распивали все, что было в его баре. - Празднует, конечно. Но сначала я решил, что надо отвезти тебя домой, - спокойно ответил Макс. - Отвезти. Домой. На личном самолете, - с сарказмом пробормотал Джордж, чувствуя внезапно невероятное смущение. И как он оказался тут?... И где Алекс? Последнее он, судя по всему, произнес вслух. - Алекс полетел в Бангкок, что-то там у родственников. То ли свадьба, то ли что, я не понял, - пожал плечами Макс. - Нам было немного не по пути, поэтому он попросил забрать твое пропитое тело, - пояснил он. Джордж застонал, хватаясь за голову. Как его угораздило? - Я думал ограничиться гостиницей, но ты попросил отвезти тебя домой. Так что - вот. Наслаждайся, - со смешком проговорил Макс. Но его глаза не смеялись. Они внимательно наблюдали за Джорджем, словно читая все, что было у него на душе. - И всех ты так... отвозишь?.. Предателей? Двуличных? - хрипло пробормотал Джордж, отворачиваясь. Может, и попросил. Он пьяный вообще на многое способен. Например, попросить Макса Верстаппена увезти его на личном самолете. Учитывая все, что происходило с ними раньше...Что же еще он мог вытворить... - Нет. Только тех, кто хорошо попросит, - чуть усмехнулся Макс в ответ. Он проигнорировал выпад Джорджа, и тот ощутил внезапную благодарность. Не то, чтобы он простил окончательно, но сейчас произошедшее между ними когда-то уже не было столь болезненным. По крайней мере не вызывало желания исчезнуть отсюда прямо сейчас. Хотя, учитывая, что они находились на высоте 10000 метров, это было бы проблематично... - Блять, Макс, я не помню ничего. Давай без вот этих игр, а, - взмолился Джордж. - Ты сам начал, не я, - ухмылка Макса только стала шире. А взгляд острее. Он не забыл, понял Джордж. Ничего не забыл. Эта боль, которую они причинили друг другу, затаилась где-то внутри. Можно не вспоминать, не говорить об этом, но не чувствовать... Внезапно на ум пришла догадка. Джордж вздрогнул и поднял воспаленные глаза. - Я что, теперь тебе что-то должен? - Ты мне должен? – Макс склонил голову набок, его взгляд стал еще более пронзительным. – Ты мне должен? Джордж, ты серьезно? Я знаю тебя и знаю, каким ты можешь быть. Должен ли мне человек, который о долге не имеет понятия? Я был бы полным идиотом, если бы рассчитывал на это, - жестко припечатал Макс. Он наклонился вперед, к нему, и Джордж инстинктивно отшатнулся, прижимаясь к прохладному иллюминатору. В голове снова завертелся туман, но теперь он был окрашен в оттенки страха. Он много раз прокручивал в голове сцену, когда окажется с Максом вот так, лицом к лицу. Не так, как тогда в паддоке, обессиленный, он не способен был анализировать и да, был благодарен Максу, что тот просто дал выход его эмоциям, не требуя объяснений. И не так, как когда он получил звонок от Кими и бросился к нему в номер, почуяв неладное, а Макс, увидев, просто пошел следом. Стоило считать это урегулированием их тянущегося три года конфликта? Нет. С Максом так не сработает, и Джордж знал это, как никто другой. И когда прошлое настигнет их, внезапно и неотвратимо, и все сказанное повиснет тяжелым грузом, тогда... придется снова окунуться с головой в события, к которым Джордж не хотел бы возвращаться. - Я... я не знаю, что я наговорил, Макс. Я был... не в себе. Я не помню, как оказался здесь. Я не помню, как мы... как мы вообще оказались в одном самолете, - по крайней мере это было честно. Джордж нутром чувствовал, что это - единственно верная стратегия сейчас. Больше никакой фальши. Макс усмехнулся, но в этой усмешке не было тепла. Она была холодной как лезвие. И сулила столь же быструю боль. - Ты помнишь все, Джордж, не так ли? Свой длинный язык и желание казаться лучше, выставив меня полным кретином? О, я прекрасно знаю, что ты все помнишь... Но и я помню, как ты был готов бороться за меня на трассе в конце сезона. Я не забываю таких моментов. Но давай ближе к делу. Помнишь, как твоя машина заглохла? Ты помнишь, как ты вышвырнул подголовник? Помнишь, как кричал в радио? Каждое слово Макса било Джорджа как удар хлыста. Он закрыл глаза, пытаясь отгородиться от этих воспоминаний, но они словно назойливые мухи снова и снова возвращались. Макс все-таки зашел на эту территорию, вытащил то, что Джордж так старательно запихивал в дальние уголки сознания. А теперь еще и это... Что же он успел еще натворить?... Джордж судорожно схватился за телефон. - Нет там ничего, - холодно произнес Макс. - Ты стал осторожней, Джордж. Теперь только закрытые помещения и личные диалоги. - Я помню, - Джордж глубоко вздохнул, возвращаясь к привычной маске безупречного спокойствия, - я помню, был зол. Подголовник этот... Но я не помню дальше, Макс, - твердо произнес он, решив, что просто не будет касаться темы прошлого. - Не ври! - Макс вцепился в подлокотники с обеих сторон кресла так, что побелели костяшки пальцев. - Ты помнишь, как ты попросил меня отвезти тебя домой, – его голос стал тише, но от этого еще более угрожающим. – Ты помнишь, как сказал, что тебе нужно забыть все это? Что ты на все готов, если я тебя прямо сейчас увезу домой? И помнишь, что потом сделал? Джордж открыл глаза. Макс стоял совсем близко, его лицо было всего в нескольких сантиметрах. Он чувствовал жар его дыхания, видел блеск в его глазах. - Я... я не помню, – прошептал Джордж, его голос дрожал. – Я не помню, Макс. - А я помню, – ответил Макс, его губы растянулись в улыбке. – Я помню каждое твое слово, Джордж. И тогда. И сейчас. И теперь ты мне должен. Ты мне должен хотя бы за то, что я тебя вытащил. Ты мне должен то, что обещал. Он наклонился еще ближе, и Джордж почувствовал его запах и тепло губ совсем рядом. По коже побежали мурашки, было невыносимо сидеть вот так и смотреть в эти глаза. - И знаешь что, принцесса? – прошептал Макс, почти касаясь его губ своими. - Я собираюсь получить свое,- закончил он, не отрывая взгляда. Джордж весь подобрался, но взгляд этих невозможных глаз выдержал. Макс отстранился и вдруг начал хохотать. Больной ублюдок. - Ты реально... поверил?... - спросил он, чуть не плача от смеха. - С хера ли? - оскалился Джордж, моментально расслабляясь. Шутка. В стиле Макса. Заставить чувствовать полное замешательство, а потом отступить. Джордж испытал неимоверное облегчение. Никакого копания в прошлом. Макс обозначил, что помнит, но и сам не готов вытаскивать это на свет сейчас. - Врешь, - со вкусом проговорил Макс, в глазах зажегся тот самый огонек, которого боялся каждый, сколько-нибудь с ним знакомый. Это означало, что он взял след, вцепился и не отпустит. - Я видел, Джордж. Я все видел в твоих глазах. Пусть всего на долю секунды, но все же. - И что? - спросил Джордж, зябко передернув плечами и отвернувшись. - Ничего. Оно того стоило, - широко улыбнулся Макс. Он со вкусом потянулся, разминая руки и пошел куда-то к бару в глубину самолета. У самой стойки оглянулся, и Джордж замер снова под этим острым взглядом. - Мы поговорим, когда ты сам вспомнишь, - чуть усмехнулся Макс, отворачиваясь и наливая себе что-то. Джордж прикрыл глаза. Кажется, он боится вспоминать. Кажется, будет лучше не помнить, как можно дольше, а потом сделать вид, что так и не вспомнил. Но Джордж знал - он так не сможет. Капкан захлопывался, Макс, как всегда, шел по пятам. И когда он нагонит - лишь вопрос времени.