КРАЙ

❀ ❀ ❀

Посвящается тем. —Кто не находит общего языка со сверстниками. —Кто тайком читает в своей комнате, спрятавшись от всего мира, где единственный свет, либо от экрана телефона, либо от пожелтевшей страницы.

—Тем, кому кажется, что их нигде не примут, не поймут, не оценят по достоинству.

—Тем, кто чувствует себя чужим в этом мире.

Здесь магия искрит. Клыки сверкают. Тьма бесится. А любовь — горит. Двое строят дом там, где весь мир против. И плевать они хотели на правила.

—Пора надевать доспехи. —

Не те, что из стали, а те, что из веры в себя. Нас ждут не просто горячие мужики — нас ждут те, кто будет смотреть на нас так, —словно мы и есть их мир.

Нас ждут приключения, от которых захватывает дух. Нас ждёт место, где мы наконец-то будем своими.

—Добро пожаловать в Край детка.—

—Ты дома.

—-——————— Солнце плавилось в зените, разливаясь по набережной тягучим золотом. Я сидела за огромным мольбертом, отгородившись от мира шатром. Передо мной, на белоснежном холсте, рождалось... Чёрное море — бескрайнее, живое, дышащее. Чайки на переднем плане застыли в вечном полёте, и я, чуть склонив свою голову к плечу, ловила нужный изгиб их крыльев, стараясь передать ту самую невесомость, с которой они режут чистый воздух. Вокруг, в такт моим движениям, кружился тополиный пух — июньский снег, липнущий к мольберту, и к моим волосам, совершенно не мешал мне, в перерывах между мазками, для почти готовой картины. Я сделала небольшой глоток , обжигающего эспрессо, из маленького стаканчика, и машинально начала покусывать свои припухшие губы, от лёгкого нервоза, у меня задрожали руки. Вкус кофе, смешался с обжигающим предвкушением, потому что оставался всего один мазок, и картина была готова. Потянувшись своей кистью, чтобы поставить финальный акцент, как вдруг, мою тишину вспорол знакомый голос: — Криста!— Лениво обернувшись, и отбросив свои упавшие локоны с лица , я задорно хмыкнула, лишь заприметив, как мой ассистент, вместо того чтобы смотреть на мой почти готовый шедевр, продолжал снова, пялится на моё лицо . Его туманный, карий взгляд, ручейком скользнул в тягучем, но в таком страстном желании по моей макушке, отчего я даже поперхнулась воздухом, и громко закашляла. — Ты бы…Это…Лучше на море смотрел...Либо же, на моё творение .— С острым укором, но всё в такой же, легкой усмешке, произношу я. — Ведь оно того стоит.— Но Дэнни, лишь с гулким шлепком, ударил себя по лицу, пытаясь прогнать, своё поступившие вожделение, и не скрытый интерес, в мою сторону. «Чтож...Дам ему немного времени...Если нет, то придется его отправить домой…» Заправив свои обрамлённые, тяжелые пряди платиновых волос за ухо, доходящих уже ниже собственных лопаток. Волосы, чьи походили больше на жидкое серебро, драматично сочетались, с цветом моих лёгких, светло серых сумерек под глазами, которые навечно запечатлелись на этом лице. Но взгляд из-под них, всё такой же. Темно-серый острый,как лезвие... — Забирай, все готово.— Когда Дэнни, подошел,по ближе, в моих ушах засверкало множество пирсингов: Серебряные кольца, шипы, тонкие цепи. Каждое моё украшение, как олицетворение, моих маленьких деталей, собранных в причудливую, звонкую броню. И снова мой милый Дэнни, залипает в мою сторону. Уже просто сверля своим взглядом, в его тугой лоб, я уже была готова взорваться. «Это уже перебор…Даже,для меня.» Прочувствовав кожей мои недобрые намерения, мой почти бывший ассистент, быстро отшатнувшись, накрывает мольберт шёлковым волокном , уходя беззвучно из моей студии. «Господи… Чтобы я ещё раз нанимала подростков через подозрительные сайты…? Лучше, просто убейте.» « Да и какого хера... Что он вообще нашел во мне? Ведь я ходячий, мать его, скелетный экспонат, если я выгляжу как объект, который надо защищать. То это должны были оспорить мои проколы и мои руки, с двумя, забитыми рукавами!! На одной извивается, красивый, мифический змей — древний, мудрый, с чешуей, отливающей темными чернилами. На другой — дракон, его пасть замерла в немом рыке, а крылья, кажется, вот-вот содрогнутся на тонкой коже. По мне сразу видно, О-Т-Б-И-Т-А-Я!!» «….Ладно…Ладно…Похоже не только у меня дерьмовый вкус, пожалеем мысленно, этого мальца.» Перед уходом, я быстро накинула на себя свою косуху, но когда я выходила, то совершенно себе не представляла, чем мне всё это обернется, когда я выйду с набережной, на переулок возле булочной... —-——————————- Быстро, строча что то в своем рабочем телефоне, и идя уверенно вперед, я совершенно игнорировала мимо пролетающих меня скейтбордистов,реперов, со своими дешёвыми текстами, я даже проигнорировала мимо подходящего ко мне котика, но вот когда моё прекрасное чутьё, уловило этот знакомый запах одеколона... Я тут же напряглась. — Крис!— На минуту замерев, все также держа в своих руках излюбленный телефон, я очень медленно, почти исподлобья, приподняла свой холодный взгляд, который встретился со взглядом бывшего. Укоризненно посмотрев в его темно карие глаза. Я демонстративно развернулась от самой, моей большой ошибки в жизни, и на цокающих, злобных каблучках,пошла себе дальше. —О боже…Крис!!!Крис подожди!!!Блять…— Идя вперед, с непоколебимой решительностью, на моем лице, отражалось леденящее спокойствие, но единственное, что меня выдавало, так это яростное вдалбливание своими каблуками об асфальт дороги, да с такой силой, что я словно хотела пробить насквозь чью то мозговую черепушку.Тополиный пух, продолжал липнуть к моим мокрым щекам — совершенно упуская меня из вида, Макс снова на меня прикрикнул. — Ну Крис!! Подожди!!— Его шаги за спиной — тяжёлые, отчаянные. Я слышала в них панику. Ту самую, которую когда-то принимала за любовь. « Дамы и господа!!! А сейчас, в нашем развлекательном шапито, начнётся классика: „ Это было недоразумение!!",„Ты всё не так поняла!!”,Она никто!!". » «Как в любом, дешёвом сериале, который я ненавижу, но досматриваю до конца.» — Крис! Это была ошибка!! Огромная ошибка... Я не хочу тебя терять... Она всего лишь моя подруга детства, поверь мне !!— Замерев на месте , и превратившись, словно в живую, но в хилую статую. Для меня время остановилось в эту же секунду, до самой мёртвой точки .Тополиный пух, застыл даже в воздухе, солнце спряталось где-то за облака, да даже море перестало дышать. Или это просто у меня всё внутри оборвалось. Медленно, очень медленно, я развернулась к этому уёбку. Мои губы растянулись в леденящей улыбке , которая проявлялась только тогда, когда внутри всё уже сгорело. Я шагнула к нему. Один шаг. Ещё один.Каждый шаг — гвоздь в крышку нашего общего гроба. — Хах…«Случайно»?— — «Случайно», можно перепутать мужскую раздевалку с женской, Макс. — Мой голос звучал так тихо, что каждое слово падало словно в тишину этого не вообразимого хаоса , как падающий камень, об глубокий колодец. — «Случайно» — — Это ошибочно позвонить не тому номеру. — —«Случайно блядь» — — Это разбить любимую чашку, об чистый кафель.— Я остановилась в шаге от него. Пришлось задрать свою голову. Бывший, был достаточно высоким, статным, в добавок, ещё и черноволосым, словно Аполлон. — А называть другую женщину „любимой"... — Я старалась, обозначить каждое свое слово, вбивая их в него, как гвозди. — Это не случайность уёбок, это уже выбор. — —Твой выбор блядь.— Макс смотрел на меня, с примесью боли и стыда, отчего моё глупое, наивное, идиотское сердце, резко дёрнулось, словно при первой, последней судороге. Но на миг — всего лишь на один, чёртов миг. Я захотела шагнуть к нему, уткнуться своим сопливым носом в его плечо, и сказать: «Прости меня пожалуйста…Только прости, малыш — это всё я, снова я, и моё чувство собственничества , это я, дура!!!Давай всё забудем? И начнем с начала?» «Завали ебало.» Приказала я себе, учащённо задышав, сквозь сдавленные зубы. «Заткнись, и слушай внимательно, именно ту часть себя,которая всё ещё не сошла с ума» — Я никогда не прощаю предателей Максим. Это, моё кредо.— Хоть мой голос и звучал ровно, но от этого спокойствия, ему становилось только нервозней, потому что, от него веяло могильным холодом. — Предатели, всегда остаются предателями Макс. — —Сколько бы шансов им ни давали, сколько бы слёз, по ним, блядь, не проливали, сколько бы ночей из за таких, как ты, уёбков, не спали, ПРЕДАТЕЛИ всегда будут думать про свои раненные чувства, про свое потраченное время, про свое раздутое эго. Но думать про человека, который им отдал всего себя?? — —Никогда.— Я смотрела ему прямо в глаза. — Я выбрала себя, и выбираю с этого момента только себя, теперь только с этой минуты. Предатели. Они до самой могилы несут это клеймо изменщика. Как проказу. Как чуму. Как проклятие.— Я ткнула пальцем в его жилистую грудь. Жёстко. Безжалостно. Хоть я и чувствовала, как под моим пальцем, бешено колотится сердце, его сердце — то самое, которое я когда-то считала своим домом. — Нас... Не вернуть.— Макс схватил меня за плечи, и очень болезненно встряхнул, до самого хруста. — Но я сделал всё возможное! — Прикрикнул он, и в его глазах заблестели слёзы. Отчего мне стало смешно, смех— как механизм, раскрыл все мои вскрывшиеся раны, отчего я словно агонией,стояла перед этим осколком прошлого, да с такой горькой, рваной, и сумасшедшей болью , что мне только захотелось рыдать . — УСЛЫШЬ МЕНЯ! — Крикнула я ему в лицо. — ДЕЛО ДАЖЕ НЕ В НЕЙ! Дело в том, что я год тебе орала, а ты просто затыкал уши! Дело в том, что я разбивалась в лепёшку, а ты просто подтирал осколки,и шёл дальше! Дело в том, что я умирала у тебя на глазах, а ты удивлялся, почему я так плохо выгляжу блядь?!!— — КРИСТА!— — РУКИ НАХУЙ УБЕРИ!!!— Я вырвалась от цепких рук преследователя , и сделала шаг назад. Между нами снова образовалась пропасть. — Ты не видел меня. — Я уже говорю тихо, почти шёпотом, но в этой тишине, каждое моё слово, било его словно наотмашь. — Ты видел прекрасную картину. Удобную, красивую, которую можно поставить на полку, и любоваться, когда тебе вздумается. А когда картинка ожила, и заговорила, когда у неё появились свои чувства, своя боль, и свои собственные желания ...— — Ты, просто... Отвернулся, мудак.— Макс стоял напротив, всё также сжимая, и разжимая свои кулаки, словно готовясь на меня напасть ,а его и такое красивое лицо, словно исказилось от боли. — …Я люблю тебя.— Выдавил из себя лицемер. — Я правда люблю тебя, вернись ко мне.— Отчего я залилась громким, но таким безумным смехом. — Любить — — Не значат, одни чёртовы слова .— Опустив свой взгляд, я начала задыхаться от лёгкой истерией. — Любить… — — Это когда ты замечаешь, что я перестала смеяться. Когда ты спрашиваешь, почему я не сплю ночами. Когда ты видишь, что я плачу, и не говоришь «успокойся», а просто обнимаешь.— Я вытерла своё лицо рукавом. Размазывая тушь, сопли, слёзы — уже было плевать. — Ты не любил меня Макс. Ты любил ту, которую придумал. А именно, такую удобную,для своих потех, такую молчаливую, и вечно счастливую. А я... Я просто блять человек, понимаешь ты меня нахуй?Я просто кусок мяса с душой, и эта душа сейчас, болит.— Макс дёрнулся, словно его парализовало электрошоком , но секунда, и он резко хватает меня за плечи, отчего я даже слышу, скрип собственных костей. — Криста! Очнись! Я ЗДЕСЬ! Я с тобой! Я хочу быть с тобой!— И тогда во мне что-то щёлкнуло. Та часть меня, которая ещё держалась за остатки приличия, за воспитание, за «так нельзя», — она просто умерла. Задохнулась в этом потоке боли, и выпустила наружу зверя. Моя рука метнулась вниз, и сжала его последнее достоинство. Очень резко, и жёстко. С такой силой, что у кареглазого, сдавило дыхание. Макс взвизгнув, мгновенно обмякая в моих руках, лишь складываясь перед до мной, кривой гармошкой. — Б-больно!— — БОЛЬНО? — Прошипела я, наклоняясь к его уху. — Ты сейчас узнаешь, что такая настоящая боль, дорогой…— Сжав ещё сильнее его достоинство, и смыкая свой кулак полностью. Макс очень громко завопил, почти на весь район ,вцепившись в мою руку, как за последний, спасательный круг, он пытался ослабить мою хватку, при этом, не смея применять свою силу. Потому что знал — если дёрнется.— Оторву. — Чтоб ты каждую ночь просыпался, и вспоминал этот момент! Чтоб у тебя ни с одной женщиной больше не вставало, если ты ещё раз осмелишься так обращаться с той, кто тебя любит!— Выплеснула ему эти слова, и наконец-то, я разжала свои пальцы. Макс беспомощно рухнул на бетонный пол, скрючившись в позу эмбриона, и лишь очень часто, начал хвататься своим ртом воздух. Красивый, статный Аполлон, оказался жалкой, дрожащей кучкой мусора, на чистом асфальте. Тяжело вздохнув, я достала из кармана салфетку. И очень медленно, почти тщательно, вытерла каждый свой палец, особенно между,и под ногтями. После чего скомкала,и бросила прямо ему в лицо. — Ублюдок.— Развернувшись на своих цокающих каблучках, и выпрямив свою спину, я пошла вперёд.Больше не оглядываясь на свое уже забытое прошлое. Но когда меня все таки одолевали сомнения, я просто ускоряла шаг. Не позволяя себе думать, чувствовать, и особенно жалеть об этом мусоре. —————————- Пять литров светлого пива , растеклось по моим венам, словно тяжёлой, мутной тоской. Три пачки сигарет — пепел на полу, в лёгких, в душе. Единственное, на что меня хватило, так это доползти до ванной, и сползти по стенке, на холодный кафель. Плитка обжигала спину, даже сквозь футболку. Или это просто тело уже не чувствовало разницы между холодом и теплом? Я прижалась затылком к стене, уставившись, лишь в потолок, в такой белёсый, с разводами от протечек, словно как моя жизнь. « Как же я разочаровалась во всём. В семье, у которой меня не было. В дружбе, которая закончилась, как только я перестала быть полезной... В любви...Всё тоже самое…Блять!!! Стоп!!! Я что? Сейчас в режиме жертвы?…» Горько усмехнувшись своим мыслям, в моём горле запершило от едкого дыма. Никогда не любила курить. Затушив свой окурок прямо об пол, рядом с десятком таких же. Я потянулась за новой сигаретой — пальцы дрожали, не слушались. Чиркнув зажигалкой раз, второй, третий. Наконец огонёк вспыхнул, осветив на секунду моё лицо.—В стекле, душевой кабины.Кошмарное, опухшее,красное, с размазанной по всему тушью лицом .Но мне уже было плевать, просто плевать… «Что я, блять, делаю не так?» Мысль билась об черепную коробку, как при диком родео. «Почему мне попадаются такие конченые? Почему я сама притягиваю их, я что? Магнит для долбоёбов? И почему у меня такой дерьмовый вкус? А ещё…Можно, я сегодня по ною… ? Это очень надо…» Переключив песню, на тяжёлый рок, он ворвался в тишину, полностью заполняя всю пустоту, заглушая мысли, чувства, и переполняющую ярость.На секунду, стало легче. Я глубоко вздохнула, и сползла совсем со стены, оказавшись на холодном кафеле, я молчаливо раскинула свои руки в разные стороны. Плитка холодила спину, ягодицы, затылок. Я смотрела в потолок, и затягивалась. Дым поднимался к кверху, расползаясь по бетонным стенам, который словно заполнял каждую трещину, и каждый угол этой квартиры. Резко зажмурившись, в глазах зашипело— не то ли от дыма, не то ли от слёз. «...Блядь» Песня гремела, сотрясая стены. Я продолжала лежать на холодном полу, совершенно не беспокоясь, что будет завтра, лишь чувствуя, как от меня медленно, но уверенно, по капле, уходит жизнь. Не та, что в венах — а та, что заставляла когда-то улыбаться по утрам. Та, что верила, что когда-то будет лучше, но сейчас...Сейчас я сдалась.Сдалась окончательно. Как вдруг, для меня, в какой то момент, звук поплыл, будто его накрыло водой, заставляя плавно провалится в немую тишину, что аж довило на уши. Мгновение, как я почувствовала, как к моему лицу, словно пёрушкой, прикоснулось, что то такое, лёгкое, тёплое, невесомое. Как чей-то, рождающий вдох. Слегка насупившись, и не открывая настырно свои глаза, в моей голове проскользнула одна безумная, но не утешающая мысль. «Откуда здесь ветер? Ванная без окон, дверь закрыта...» Щекотание повторилось, только уже настойчивее. Приоткрыв с опаской свои глаза, я тут же замерла. Ибо надо мной было небо. Не потолок с протечками, не бетонные плиты, а бескрайнее, тёмно-синее небо, усыпанное тысячами звёзд. А в нём — две огромные луны. Они висели низко, почти касаясь горизонта, и светили так ярко, что отбрасывали тени на деревьях. Я резко села. Вокруг простирались лишь равнины, да свежий воздух, неоновые бабочки, красиво порхающие над кустами, и высокая трава, которая колыхалась на ветру , а ещё, пахло чем-то незнакомым — пряным, сладким, живым. Где-то вдалеке, даже угадывались силуэты гор,подсвеченных лунным сиянием. Моя сигарета выпала из рта, а я также продолжала пялится на природу, сидя на удобной , мягкой траве. —Ебиху мать... — Коснувшись еле своими губами , произнесла я, и голос мой , прозвучал настолько тихо, будто он был из другого мира. — Э…?А…Где я?— Ветер продолжал трепать мои волосы, две прекрасные луны, продолжали смотреть мне в ответ, а внутри, там, где только что была пустота, вдруг что-то шелохнулось. «Страх? Надежда? Или, окончательное безумие?» Я не знала. Я просто сидела в траве, сжимая в руке погасшую сигарету, и смотрела как две луны, красиво переливались лунными бликами в этом безумном просторе.

☾ Продолжение следует...☽

От Дэймы: Для тех, кто любит читать книги чуть ближе, чем разрешено... Эта история росла в тишине, пилась остывшим чаем, и ложилась в слова между полуночью, и первыми птицами. Каждая страница здесь — моя, я писала эту книгу два года. Если ты решишь, что эти слова будут лучше смотреться под твоим именем — Остановись. Прислушайся. Этот свет? Не отсвет. Это я зажигаю свечу в неурочный час. У меня есть свободный вечер, немного наглости, и конкретное чувство справедливости, чтобы навести порчу на понос. Плагиат — это когда ты говоришь миру: « У меня нет своего голоса». А мир ценит тех, кто говорит сам. Даже если голос дрожит. Чужое пахнет чужим. Рано или поздно это почувствуют все. Бери книгу в руки. Но если руки чешутся забрать то, что не твоё — Оставь их при себе. Вместе со своей совестью. С любовью, Дейма. —К честным читателям и лёгким прищуром для остальных.🤍