Глава 12
8 июня 2026 г., 18:45
Марсель встретил девушку своими прекрасными видами. Вечерние улочки старого города были настолько красивы, что невозможно было оторвать взгляд: узкие мостовые из потёртого камня, старые дома с коваными балконами, увитые плющом, и запах моря — солёный, свежий, пьянящий. Где-то вдалеке кричали чайки, и их голоса смешивались с приглушённым шумом волн, разбивающихся о набережную. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в нежные оттенки оранжевого и розового, и в этом свете даже самые неприметные здания казались декорациями к старинному роману.
Коллеги о чём-то бурно разговаривали, но Гермиона не обращала на них внимания. Единственное, что интересовало её в этот момент, — это красоты, открывшиеся перед ней, и недавний разговор с Драко.
Она злилась на себя за то, что не может выкинуть его из мыслей. За то, что вспоминает каждое его слово, каждый взгляд, каждую случайную улыбку.
— Мисс Грейнджер! — окликнул её кто-то из коллег. — Вы идёте? Нам туда.
Гермиона очнулась от своих мыслей, развернулась и поспешила за всеми.
Сегодня нужно было явиться в лабораторию и разобраться со всеми необходимыми бумагами, что, естественно, было доверено Гермионе, как главе миссии. Куча формуляров, протоколов, разрешений и бланков, которые нужно было заполнить, сверить, подписать и скрепить магической печатью. А завтра рано утром один из их отдела должен был вернуться в Англию с минералом.
Ещё в ресторане они с Малфоем договорились встретиться на следующий день в порту. Мысли о нём не давали Гермионе времени на передышку. Она не понимала его поступков — зачем он всё это делает? Из-за Дафны? Из-за того, что это теперь касается и его? Или… или было что-то ещё?
Она отогнала эту мысль, как надоедливую муху.
Их команду встретил сопровождающий — высокий, худощавый мужчина лет сорока, с тростью и в длинном сером плаще. Он представился как Жан Кюри и сообщил, что должен провести их всех к месту, где ведутся исследования, а заодно немного посвятить в историю города.
Гермиона слушала вполуха — информация откладывалась где-то на задворках сознания, но не задерживалась надолго.
Все его внимательно слушали и даже не заметили, как оказались почти на окраине города. Здесь дома стали ниже, улицы уже, а вместо красивых особняков появились старые мастерские и заброшенные склады.
Их проводник завёл их в малолюдную улицу, где, казалось, не было ничего примечательного, только глухая каменная стена, покрытая мхом, и пара ржавых фонарей. Жан подошёл к стене, несколько раз провёл рукой по шершавому камню, и Гермиона заметила, как под его пальцами проступили едва заметные серебристые руны. Камень дрогнул, и перед ними бесшумно открылся широкий проход.
— Прошу, — сказал Жан с лёгкой улыбкой. — Добро пожаловать в Марсельскую магическую лабораторию.
Перед ними показалось несколько манежей и палаток. Внутри и вокруг них то и дело носились маги в белых халатах и защитных очках, похожие на встревоженных муравьёв. Кто-то нёс стопки свитков, кто-то катил тележку с мерцающими колбами, кто-то взмахом палочки поднимал в воздух тяжёлые ящики.
Гермиона осматривала всё вокруг, пытаясь запомнить расположение палаток и маршруты.
Внезапно кто-то похлопал её по плечу — легонько, почти невесомо, но от неожиданности Гермиона слегка вздрогнула. Она резко обернулась и увидела перед собой невысокую девушку в белом халате, надетом поверх свитера, и защитных очках, сдвинутых на лоб. Её светло-русые волосы были собраны в небрежный пучок, а глаза за толстыми стёклами смотрели внимательно и чуть устало.
— Мисс Грейнджер, верно? — бегло заговорила она по-английски с сильным французским акцентом, но вполне разборчиво. — Меня зовут Мишель Дайан. Пойдёмте за мной.
Гермиона не успела ничего ответить — Мишель уже развернулась и быстрым шагом направилась к одной из палаток. Гермионе ничего не оставалось, кроме как последовать за ней.
Они вошли в небольшой манеж, обставленный как кабинет. За столом сидел какой-то мужчина в очках с толстыми линзами и с крайне недовольной физиономией. Когда он заметил вошедших, то слегка опустил очки, сощурился и посмотрел на них поверх стёкол.
— А, Гермиона Грейнджер, — произнёс он с лёгким акцентом, не поднимаясь с места. — Прошу, проходите. — Он махнул рукой на стул напротив. — Мишель, ты свободна.
Девушка кивнула и вышла, оставив их наедине. Гермиона села на пустой стул, положила сумку на колени и посмотрела на мужчину, ожидая, что он скажет.
— Я профессор Рено, директор этой лаборатории, — представился он. — Не хочу задерживать ни вас, ни себя сегодня, так что давайте вы просто поставите несколько подписей, и мы все будем свободны. — Он слегка улыбнулся и протянул ей несколько листов. — Все формальности, ничего лишнего.
Гермиона взяла бумаги и пробежала их глазами. Договор о неразглашении, акт приёма-передачи образца, страховой полис, согласие на транспортировку минерала, финансовая гарантия, протокол об условиях хранения… кипа была внушительной.
— Простите, профессор, — сказала она, поднимая глаза. — Я должна прочитать всё от корки до корки. Это моя ответственность.
Рено вздохнул, но не стал спорить.
— Ваше право, — буркнул он, откидываясь на спинку стула. — Я подожду.
Гермиона углубилась в чтение. Она проверяла каждую статью, каждую строчку, каждую сноску. Внимательно изучала пункт о компенсации за порчу минерала, условие о совместной публикации, раздел о магической страховке. Где-то на середине профессор Рено начал постукивать пальцами по столу. Гермиона не обращала внимания.
Только спустя полчаса она наконец отложила последний лист, глубоко вздохнула и взяла перо.
— У меня есть несколько вопросов, — сказала она, поднимая глаза на профессора. — Во-первых, пункт четырнадцать, о том, что в случае утраты образца по вине принимающей стороны мы обязаны выплатить компенсацию в тройном размере. Почему не в двойном, как это прописано в стандартном договоре?
Рено слегка приподнял бровь — кажется, он не ожидал такой дотошности.
— Потому что минерал уникален, — ответил он. — Его ценность выше обычных артефактов. Мы страхуем наши риски.
— Я понимаю, — кивнула Гермиона. — Но тогда давайте внесём поправку: если утрата произошла по вине французской стороны при транспортировке, компенсация не выплачивается. Это взаимная ответственность.
Рено помолчал, постучал пальцами по столу, потом вздохнул и кивнул.
— Договорились, — сказал он. — Я внесу правку.
Они обсудили ещё несколько пунктов, Гермиона задавала вопросы чётко, по делу, не уступая ни в одной позиции. Рено сначала морщился, потом начал отвечать более уважительно, а под конец даже позволил себе лёгкую улыбку.
— Вы очень въедливы, мисс Грейнджер, — заметил он.
— Это моя работа, — ответила она.
Наконец все правки были внесены, все подписи поставлены. Гермиона с облегчением отодвинула стопку документов и потёрла заболевшее запястье.
— Теперь всё в порядке, — сказал профессор Рено, собирая бумаги. — Завтра утром ваш коллега может забирать образец.
— Благодарю вас, профессор, — Гермиона поднялась и пожала его руку.
— Удачи, мисс Грейнджер. — Рено чуть заметно улыбнулся. — Надеюсь, в следующий раз наши переговоры будут менее… формальными.
Она кивнула, вышла из кабинета и, оказавшись на свежем воздухе, сделала глубокий вдох. Наконец-то всё. Бумаги подписаны, образец завтра уедет, а она — свободна. Ну, почти свободна. Оставалась ещё встреча с Драко.
Отель находился рядом с морем, здание было старым, с терракотовыми стенами и зелёными ставнями, утопающими в цветах. Внутри пахло морем, деревом и свежей выпечкой.
Коллеги разошлись по своим номерам, пожелав друг другу спокойной ночи. Гермиона поднялась на третий этаж, зашла в свой номер, скинула пальто и туфли и подошла к окну.
Внизу плескались волны, набегая на каменистый берег. Свет уличных фонарей отражался в тёмной воде, как россыпь золотых монет. Будь сейчас лето, девушка бы сразу же побежала купаться. Однако сейчас была неподходящая погода. Ноябрьский ветер был холодным, пронизывающим, и она уж слишком сильно устала.
Она постояла у окна несколько минут, глядя на горизонт, где тёмное небо сливалось с ещё более тёмной водой. Мысли о Драко снова вернулись. Она не знала, чего ждать от этой встречи. Ещё одного холодного «это в твоих интересах»? Или, может быть, чего-то другого — того, от чего у неё замирает сердце?
Гермиона вздохнула, отошла от окна, наскоро приняла душ и залезла под одеяло. Простыни были прохладными, пахли лавандой, и это было приятно. Она закрыла глаза и попыталась уснуть, но перед внутренним взором всё ещё стояло его лицо.
Она перевернулась на другой бок, потом на спину, потом снова на бок. Сон не шёл.
Где-то далеко, за окном, закричала чайка. Волны продолжали свой бесконечный танец. А Гермиона всё лежала с открытыми глазами и ждала завтрашнего дня.
Ждала встречи. И боялась её.
Утром её разбудил свет, который пробивался через шторы. Яркие лучи солнца падали прямо на лицо, заставляя щуриться. Слегка поморщившись, Гермиона перекатилась на другой бок, уткнулась носом в подушку и сладко потянулась, чувствуя, как хрустят суставы после долгого сна. Неужели, чтобы нормально высыпаться, ей всего лишь нужно было поехать в другую страну?
Часы на тумбочке оповещали о том, что уже половина двенадцатого. Она никогда не спала так долго — даже в выходные. Видимо, события последних дней выжали из неё все силы. Свесив ноги с кровати, она ещё несколько секунд пыталась прийти в себя и только после этого стала одеваться, чтобы спуститься поесть.
К её счастью, прямо рядом с отелем оказалось несколько уютных ресторанчиков и кафе с плетёными стульями и живыми цветами на подоконниках.
Достаточно быстро собравшись, она вышла из отеля и направилась в одно из кафе. Внутри было очень мило и уютно: деревянные панели на стенах, маленькие столики, приглушённая музыка. Еда оказалась невероятно вкусной, она заказала омлет с травами, круассан и большой капучино, и съела всё с аппетитом, которого не чувствовала уже несколько дней.
Через несколько часов она должна была встретиться с Драко.
Гермиона не понимала даже зачем. Тогда, в Париже, они встретились, чтобы обсудить случившееся. А сейчас с ней всё было хорошо. Она была в безопасности, подписала документы, образец завтра уезжал в Англию. Так для чего тогда она согласилась на эту встречу? Просто чтобы Малфою было спокойно, что она в порядке? Бред.
За долгими спорами с самой собой она даже не заметила, как её кофе остыл. Пришлось пить холодный.
До порта, где они договорились встретиться, было идти не очень долго, минут двадцать неспешным шагом, а времени до их встречи оставалось достаточно. Гермиона решила немного посидеть на пляже и почитать. Прохладный ветер на улице её ничуть не пугал, а наоборот, он бодрил и освежал. Она вернулась в свой номер, взяла книгу, которую сейчас читала и спустилась к берегу.
Лёгкие волны колыхали воду, и было приятно слышать, как они разбиваются о берег с успокаивающим шумом. Чайки кружили над головой, изредка издавая крики, похожие на смех. Гермиона устроилась на большом плоском камне, поджав под себя ноги, и открыла книгу.
Примерно час девушка провела на пляже, просто наслаждаясь временем и то и дело закуривая одну за другой сигарету. Дым смешивался с солёным морским воздухом, и это было странно приятно.
Она докурила последнюю сигарету, затушила окурок о камень и убрала его в карман — мусорить на таком красивым берегу было бы преступлением.
Нужно было уже идти в порт, так что Гермиона поднялась с места, отряхнула песок с джинсов, положила книгу в сумку и направилась на место встречи.
Дорога заняла немного больше времени, чем она думала, потому что она то и дело отвлекалась на красоту города. Марсель был прекрасен в своём неторопливом, южном очаровании.
Дойдя до места, Гермиона огляделась. Вокруг ходило множество людей, которые просто прогуливались по набережной. Пахло рыбой, водорослями и жареными каштанами из уличной тележки. Гермиона пыталась увидеть среди них Драко, но казалось, что его и вовсе нет.
И вдруг она заметила его.
У гранитного парапета, стоял мужчина в обычном чёрном плаще, тёмных брюках и с растрёпанными ветром платиновыми волосами. Он смотрел на море, засунув руки в карманы, и казался совершенно невозмутимым среди всей этой суеты.
Грейнджер сразу узнала Малфоя. Сердце почему-то ёкнуло, но она сделала глубокий вдох, поправила сумку на плече и быстрым шагом подошла к нему.
Услышав стук её каблуков по каменным плитам, Драко повернул голову и увидел, как Гермиона приближается к нему. Ветер трепал её волосы, и она пыталась убрать выбившуюся прядь за ухо — жест, который почему-то показался ему… милым. Он не подал виду.
Поравнявшись с ним, она открыла рот, чтобы поздороваться, но мужчина не дал ей сказать ни слова. Он молча достал что-то из внутреннего кармана плаща и протянул ей.
На его ладони лежал маленький кулон: тёмно-фиолетовый камень, оправленный в серебро, на тонкой, изящной цепочке. Камень слабо мерцал изнутри, как будто в нём горел крошечный огонёк. Гермиона была в полном недоумении и перевела взгляд на парня.
— Что это? — спросила она, не спеша брать.
— Твоя защита, — ответил Драко ровным голосом. — Если сильно нажмёшь на камень в центре, мне придёт своего рода сигнал, что ты в беде. — Он поднял руку и слегка оттянул ворот футболки, показывая, что на его шее висит точно такой же кулон. — Вот, видишь. Я соединён с амулетом. Если ты в опасности и нажмёшь на него, я почувствую. Получу что-то вроде оповещения.
Гермиона была в полном недоумении от того, зачем он это делает. Она не верила, что это просто «из вежливости» или «потому что Дафна попросила». Это было слишком личное. Слишком… заботливое.
Она взяла подвеску из его руки и прикосновение почему-то показалось ей почти интимным. У Малфоя были холодные пальцы, сухие и гладкие, и когда она брала кулон, он едва ощутимо провёл пальцами по её запястью — случайно? Или нет? Она не знала.
— Ты сможешь найти меня, где бы я ни была? — уточнила она, разглядывая камень.
— Да. Поэтому носи всегда. Не снимай. — Его серые глаза смотрели пристально, без тени насмешки. — Я не хочу в очередной раз искать тебя по запаху дыма в парижских переулках. В следующий раз может не повезти.
Она решила сразу надеть его, но непослушная застежка то и дело слетала. Гермиона возилась с ней несколько секунд, чувствуя, как щёки начинают розоветь от неловкости. Пальцы слушались плохо.
Драко тихо хмыкнул, наблюдая за этими неумелыми движениями. В его взгляде мелькнуло что-то — насмешка? Или, может быть, умиление?
Ничего не говоря, зашёл ей за спину.
Гермиона замерла.
Он откинул её волосы набок и его пальцы скользнули по её шее, когда он забрал цепочку. Она чувствовала его дыхание на своей коже, и это было… слишком.
Одним быстрым, уверенным движением он застегнул цепочку. Металл на секунду коснулся её ключиц.
Девушка стояла в полном ступоре. Казалось, она разучилась дышать, а сердце остановилось на мгновение.
— Спасибо, — выдавила она наконец. Голос прозвучал смущённо и она сама не узнала его. — Но… зачем тебе это? Почему ты решил дать мне этот амулет? Ты мог просто передать через Дафну.
Драко молчал несколько секунд. Казалось, эти секунды превратились в века. Ветер гнал волны, чайки кричали где-то над головой, а он просто стоял и смотрел на неё.
— Потому что только ты, Грейнджер, умудряешься втягивать меня в такие неприятности, — сказал он наконец. Его голос был низким, почти шёпотом. — И теперь это и моя забота тоже. Надеюсь, он тебе не понадобится.
Она не верила своим ушам.
Малфой, который когда-то называл её грязнокровкой, который насмехался над ней, который был её врагом — теперь заботился о ней. Защищал её. Дарил амулеты, чтобы она была в безопасности.
Гермиона прикусила губу, не зная, что ответить.
— Я… я не знаю, что сказать, — призналась она тихо.
— Ничего не говори, — ответил Драко. Он отвернулся и снова уставился на море, пряча руки в карманы. — Просто носи его. И постарайся не попадать в неприятности хотя бы ближайшие сутки. У меня и так дел полно.
Гермиона прикусила губу, чувствуя, как внутри поднимается волна смущения. Она стояла, переминаясь с ноги на ногу, и вдруг вспомнила кое-что.
— Малфой, подожди, — окликнула она его, когда он уже сделал шаг в сторону набережной.
Он обернулся, приподняв бровь.
— Что ещё?
Гермиона полезла в сумку, порылась в боковом кармане и достала несколько смятых купюр.
— В прошлый раз, в ресторане, — начала она, чувствуя себя немного неловко, — ты заплатил за обед. И за вино. А я забыла отдать тебе свою долю.
Драко опустил взгляд на её руку, потом медленно поднял глаза на неё. На его лице не было привычной насмешки, скорее недоумение, смешанное с чем-то вроде лёгкого раздражения.
— Грейнджер, — произнёс он тихо, почти вкрадчиво, — ты сейчас серьёзно?
— Абсолютно, — ответила она, выпрямляя спину. — Я не привыкла, чтобы за меня платили. Тем более ты. Мы не в школе, Малфой. У нас равные права.
Он медленно выдохнул — так выдыхают, когда пытаются сохранить терпение.
— Во-первых, — сказал он, делая шаг к ней, — я не нуждаюсь в твоих деньгах. Уж поверь, моё состояние позволяет мне оплатить ужин даже для целого отдела твоего Министерства.
— Это не вопрос состояния, — упрямо возразила Гермиона. — Это вопрос принципа.
— Во-вторых, — продолжал он, словно не слыша, и его голос стал чуть ниже, — я в силах сам оплатить счёт за девушку. — Он сделал ещё шаг, и теперь они стояли совсем близко. — Даже если эта девушка — ты, Грейнджер.
Гермиона почувствовала, как к щекам приливает жар. Она стояла, сжимая в кулаке деньги, и не знала, куда их деть. Отступить? Спрятать? Он смотрел на неё сверху вниз, и в его серых глазах плясали золотые искры.
— Я не привыкла быть чьей-то должницей, — сказала она тише.
— Ты не должница, — ответил он так же тихо. — Ты — соучастница. Есть разница.
Она не поняла, что он имел в виду. Или не хотела понимать.
Драко выдохнул, покачал головой и, прежде чем она успела возразить, взял её за запястье, разжал пальцы и забрал деньги. Она думала, что он возьмёт их, но он просто сунул купюры обратно в её сумку, в боковой карман, откуда она их достала.
— Убери, — приказал он спокойно. — И не позорься.
— Это не позор, это…
— Грейнджер, — перебил он. — Если ты ещё раз попытаешься отдать мне деньги, я сочту это оскорблением. Не моему кошельку — моей репутации. А с репутацией у меня, как ты знаешь, и так всё сложно.
Гермиона открыла рот, чтобы ответить — но не нашла слов.
Он был прав. И это бесило.
— Ты невыносим, — сказала она наконец.
— Знаю, — улыбнулся Драко. Уголки его губ дрогнули вверх, и эта улыбка заставила её сердце снова пропустить удар. — До встречи, Грейнджер. И не смей возвращать мне эти чёртовы деньги. Трать их на что-нибудь полезное. Например, на книгу о вреде курения.
Он развернулся и зашагал прочь, не дожидаясь ответа. Плащ развевался на ветру, платиновые волосы блестели на солнце.
Гермиона осталась стоять у парапета, сжимая в пальцах пустоту там, где только что были деньги. На шее грел амулет. В груди — странное, тёплое чувство, которое она отказывалась называть.
Она поправила цепочку, глубоко вздохнула и медленно пошла обратно в отель, чувствуя, как на губах сама собой расцветает глупая, ничем не объяснимая улыбка.
