Крыша напротив

1 Глава. Здание. Выглядит оно неважно. Кирпичи старые, дверь в подъезд ненадёжная, а на стенах можно увидеть граффити. Но, несмотря на это, здание было жилое. В нём жили люди. Бабушки, дедушки, дети, обычные люди и Джисон. Он не спешил домой, а поднялся на крышу — туда, где можно было услышать только ветер и увидеть свет далёких окон. Здесь, среди холодных кирпичей и трещин, Джисон искал тишину, которая не давала покоя внизу. Парень сидел на краю крыши, ноги свисали вниз. Высота не пугала брюнета. В руках у него был дневник — он писал что-то важное, что мог понять только он сам. «Они пишут в карте: врождённая сердечная недостаточность. А я пишу здесь: весна.» К большому сожалению, Джисон был болен. Врачи говорили, что шансы на жизнь есть, но они невелики. Кардиомиопатия — болезнь, которая мешала Хану жить. Мешала дышать. Он привык. Привык к этой болезни. Но при этом это не делало его боль меньше. Он забывал о своей болезни лишь в некоторые моменты. Когда писал что-то в свой личный дневник, когда гладил котов и... — Джисон!! Привет! Этот знакомый голос и уже такой родной принадлежал Минхо. Минхо — парень, который живёт в здании напротив. Он тоже любит выходить на крышу, но на свою. Крышу, которая напротив Джисона. Так они и познакомились: Ли увидел Джи на крыше напротив и спросил, что он там делает. А потом они нашли много общего. Они виделись ежедневно. Это стало их комфортной привычкой. Они не знали номера телефонов друг друга, не знали, в какой квартире кто живёт, не знали практически ничего. Но они знали имена и много историй из жизни друг друга. Они не были возлюбленными, но они и не были незнакомцами. Они были тёплой привычкой. — Привет, — крикнул Хан в ответ. Они не могли приблизиться ближе — между крышами была пропасть, но это не мешало им чувствовать связь, которая стала чем-то приятным. — Как ты? — неожиданно послышалось от человека на крыше напротив. Что можно ответить на такой вопрос, когда твоё сердце предаёт тебя? Ничего хорошего. Но Джисон не хотел казаться слабым, поэтому ничего не говорил о болезни. Не хотел жалости. — Всё нормально, — кратко ответил он. — Много думал и писал. Написание цитат стало для Хана спасением. Он передавал чувства и мысли, которые не мог произнести вслух. — Ты сам как? — послышалось от Джи. Минхо на секунду замолчал. С его стороны доносился слабый шум города. — Нормально, наверное, — отозвался он. — День был не очень, но сейчас стал лучше. Джисон улыбнулся, смотря на пустоту внизу. — Почему лучше? — Потому что ты здесь, — ответил Хо просто, как будто это было что-то очевидное. Хан почувствовал, как что-то тёплое сжалось внутри груди — не боль, а что-то другое. Он отвёл взгляд, делая вид, что просто смотрит на город. Оказывается, его больное сердце умеет что-то чувствовать, кроме боли. — Ты опять свои цитаты пишешь? — послышалось от Ли. — Ага. — Про что в этот раз? — без злости, а с нежной улыбкой произнёс старший. — Про весну, — тихо ответил он. — Знаешь, она не притворяется вечной. Минхо внимательно слушал своего собеседника, а потом тихо, почти незаметно, хмыкнул. — Ты странный, Джи. Но мне это нравится. Ветер прошёлся по крыше, зашевелив страницы дневника в руках Хана. Он прижал его к себе, будто это было что-то хрупкое. — Минхо. — М? — Спасибо, что ты меня слушаешь. Между крышами всё ещё была пропасть, но она не казалась такой большой. Ощущалось, будто парни сидели совсем рядом. Казалось, что, несмотря на то что они были знакомы недолго, они понимали друг друга с полуслова. Они — тёплая привычка друг для друга, которая выслушает, поддержит и поймёт. Которая будет спрашивать, почему день стал лучше или какие цитаты ты писал. Хриплый кашель послышался от Джисона. — Ты заболел? — поинтересовался Минхо. — Нет. Всё хорошо. Хан решил вернуться к своему дневнику, думая над новой цитатой, что пришла ему в голову. «Иногда я думаю, что, если бы мы встретились раньше, всё было бы иначе.»