Write on the sky

— Хочешь пойти со мной смотреть на звёзды? — заглядывал ему в окно Хисын. Чёрт бы побрал эту его привычку неожиданно появляться в самые неподходящие моменты. Джеюну нужно закончить задание по математике, полить цветы, наконец, прочитать ту книгу, которую мама настоятельно ему советовала, по возможности убраться в комнате. Времени нет совсем. — Я помню, ты говорил, что хотел бы посмотреть на них поближе. Я нашёл место, где можно это сделать. Ещё у меня есть кое-что, что тебе точно понравится, — с озорной улыбкой говорил Ли. Он потянулся за чем-то внизу. Джеюн много раз говорил своим родителям, что квартира на первом этаже явно не самое лучшее, что можно было приобрести. Хотя, с другой стороны, иначе он ни за что не смог бы сбегать на прогулку с Хисыном втайне от родителей. — Та-дам! Это телескоп! Он, конечно, не очень хороший, но главную свою функцию выполняет. — Где ты нашёл его? — удивлённо уставился на предмет в его руках Шим. — Мы с отцом разбирали чердак вчера, и среди мусора я заметил вот это. Когда я его увидел, сразу про тебя вспомнил. Ну, так что? Пойдёшь? — Я... — Шиму следовало отказать. Нужно было сказать, что дел слишком много. Что у него нет времени на такие глупости. Что учёба для него всегда на первом месте. Что Хисын его только отвлекает. Нужно было, только вот Джеюн совсем не мог этого сделать. Ему хотелось пойти с Хисыном. Очень сильно. До невозможности. Ещё раз взглянув в сторону открытого учебника, Джеюн тяжело вздохнул. Ничего страшного ведь не случится, если он один раз позволит себе нарушить порядок? Учебники никуда не убегут, пыль не сможет стать человеком и начать восстание, растения не умрут, если ещё один часик подождут Шима. Он бы в любом случае не сразу полил их. Им бы и так пришлось ждать часа четыре. — Сейчас я накину кофту и спущусь к тебе. Улыбка, которая расплылась по лицу Ли после этих слов, стоила любых проблем, которые могли возникнуть у Шима из-за этого решения. — Хорошо, я буду ждать тебя здесь. ༺☆༻ — Я узнал об этом месте от Йенмина. Тебе точно понравится здесь, — волнение в голосе Хисына смог бы распознать кто угодно. Интересно, почему он так себя ведёт? Они ведь не в первый раз гуляют наедине. Неужели он боится, что Джеюн осудит его за что-то? Шим бы ни за что так не поступил. Прогулки с Хисыном всегда ощущались как что-то особенное. Только с ним Джеюн не чувствовал абсолютно ничего лишнего. Никакого волнения, страха, бегущих мыслей. Внутри него воцарялась всепоглощающая тишина. Спокойствие, которое ощущал Шим рядом с ним, он не чувствовал больше ни с кем. Они шли куда-то подальше от домов. Шим никогда раньше здесь не был. Хисын продолжал говорить невпопад — возможно, чтобы скрыть своё волнение, а возможно, чтобы заполнить тишину хоть чем-то. В любом случае, получалось у него это плохо. — Я слышал, что звёзды видно лучше всего в местах, отдалённых от города. Поэтому вот, — неоднозначно повёл руками Хисын. Только сейчас Шим понял, где они. Ли привёл его в лес. — А ты уверен, что здесь безопасно? — это было не совсем то, что хотел сказать Джеюн. Ему хотелось поблагодарить Хисына, сказать, что ему не стоило так стараться ради таких «глупостей», или, в конце концов, напомнить про свои задания, которые ждут дома. — Да, не волнуйся. В случае чего я буду отвлекать животных, чтобы ты мог сбежать. — Ты за кого меня принимаешь?! Не буду я сбегать, пока тебя пытаются съесть. — Мы не можем умереть вместе, нужно, чтобы хотя бы один выжил. — Почему мы вообще должны умирать? Ты слишком пессимистично настроен, — отвернулся от него Джеюн. — Давай, ставь свой телескоп. Мы должны увидеть как можно больше звёзд. В ответ Хисын просто кивнул. И всё-таки он вёл себя слишком странно сегодня. — Сегодня будет звездопад, — спустя некоторое время сказал Хисын. — Говорят, если загадать желание в это время, с высокой вероятностью оно сбудется. — И когда только ты узнал всё это? — в шутку спросил Джеюн. — Скучно было, вот и расспрашивал всех, — он избегал взгляда Джеюна. — Ты какой-то странный, — всё-таки не выдержал Шим. — Что происходит? — Не бери в голову. Просто бредовые мысли, — отмахнулся Ли. — Кхм, хочешь посмотреть на Бетельгейзе? Её часто ассоциируют с любовью из-за цвета. Правда, я не понимаю почему, ведь она оранжевая, а оранжевый явно не похож на любовь. Хотя, если внимательно вглядеться, может, она всё-таки и будет красной. — А мне кажется, оранжевый — очень даже романтичный цвет. Не такой вызывающий, как красный, и не такой очевидный, как розовый. Оранжевый как будто кричит об уюте и комфорте. Разве не это люди должны испытывать, когда им кто-то нравится? — Наверное, ты прав. После этого они просто молчали. Снова. Джеюну нравится молчать с Хисыном. В отличие от других, Ли всегда будто понимал его без слов. Им они и не нужны были. Зачем слова, когда есть что-то, что можно увидеть и невооружённым взглядом? Действия всегда говорят громче слов. — А как бы ты отреагировал, если бы твой друг позвал тебя на свидание? — неожиданно спросил Хисын, настраивая телескоп. — Не знаю. Смотря кто позвал. — Звёзды даже без телескопа были яркими. Они были разбросаны то тут, то там, словно художник случайно брызнул краской на небо и теперь не знает, как убрать её. — Это же зависит от многих факторов: как давно мы дружим, что я думаю о нём, какой он человек, есть ли у меня чувства к нему. Вместо ответа Хисын просто кивнул. Он жестом позвал Шима к телескопу. Звёзды уже начинали понемногу падать вниз. Будто этот художник всё-таки решил стереть их все со своей картины, но не учёл того, что краска имеет свойство размазываться. — Тебе не кажется, что эти звёзды похожи на «I»? — показал куда-то вдаль Ли. — А вот эти на «L», а там дальше как будто «O»... — А мне кажется, они похожи на улыбку. — Возможно. Но больше они похожи на буквы. — Тебе действительно стоит перестать столько заниматься английским. Уже везде видишь алфавит. — Нет, это не так. Ты просто не понимаешь, что я хочу сказать.