Мёртвые души и живые краски

Фёдор Достоевский считал тишину библиотеки священной. Шелест страниц и запах старой бумаги создавали атмосферу, в которой он чувствовал себя комфортно. В этот вечер он изучал "Мёртвые души" - произведение, вызывавшее у него восхищение и лёгкое недоумение одновременно. Поглощённый анализом образов и замысла автора, Фёдор не сразу осознал, что тишину нарушил громкий, заливистый смех. Подняв голову, Фёдор замер: у книжного стеллажа стоял Николай Гоголь. Его фигура будто светилась изнутри. В руках он держал потрёпанную старинную книгу, толстую и внушительную, а на лице играла лукавая улыбка. Непослушные волосы торчали в разные стороны, а в глазах плясали озорные огоньки. Было очевидно: Николай в полной мере наслаждается произведённым эффектом. - Фёдор! Ты здесь?! - громко воскликнул Гоголь и стремительно направился к столику, где сидел Достоевский. Его шаги были лёгкими, пружинистыми, будто он вот-вот пустится в пляс. Фёдор глубоко вздохнул, пытаясь сохранить серьёзный вид, но уголки губ предательски дрогнули и приподнялись в улыбке. - Коля, ты же знаешь... Я здесь почти каждый вечер, - произнёс он чуть мягче, чем собирался. - Знаю, знаю! - Гоголь подмигнул и шумно плюхнулся на стул напротив, демонстративно игнорируя строгий взгляд библиотекаря. - Но я всерьёз опасался, что ты так увяз в приключениях Чичикова, что вообще перестал замечать реальность! А я, кстати, принёс кое-что любопытное - тебе точно понравится! Он с шумом поставил на стол книгу, которую держал. Это был альбом с репродукциями картин. - Смотри скорее! - Гоголь резко раскрыл книгу на случайно странице - там вспыхнула яркая, полная эмоций картина. - Ну разве не шедевр? Вот где кипит настоящая жизнь - не то что эти твои бесконечные строки текста. Фёдор окинул взглядом картину, потом уставился на Гоголя. В глазах читалось: "Ну сколько можно?" - но при этом в них всё равно светилась нежность. - Коль, дружище, я тут пытаюсь вникнуть в учёбу, - усмехнулся он. - Можно хоть пять минут без сюрпризов? Мне сосредоточиться надо. - Сосредоточиться? Да на чём тут сосредотачиваться - на том, как эти мёртвые души переходят из рук в руки? - Гоголь громко закашлялся, явно изображая возмущение. - Да брось! Смотри лучше на цвета - они же вопят во весь голос! Художник будто выплеснул на холст всю свою страсть. Вот это я понимаю - жизнь! Он приблизился, и его выдох коснулся щеки Фёдора. - Знаете, Фёдор Достоевский, вы слишком много анализируете. Вам нужно больше жить чувствами. Вот как я, например, чувствую, глядя на эту картину. Или как я чувствую, когда смотрю на вас. Фёдор покраснел - в который уже раз. Он знал: Гоголь никогда не умел сдерживать эмоций, был прямолинеен до крайности. И всё равно каждый такой момент заставал его врасплох. Фёдор потянулся к книге, стараясь вернуться к чтению, но не смог: взгляд Гоголя, полный озорства и тёплой, искренней привязанности, будто пригвоздил его к месту. - Коль, ну ты же знаешь - я не могу сейчас отвлекаться! - шёпотом, но с нажимом произнёс Фёдор, изо всех сил стараясь выглядеть серьёзным. - Экзамены на следующей неделе, а я ещё даже половину не выучил! - Да ну эти экзамены! - Гоголь размашисто махнул рукой, отмахиваясь от серьёзности момента. - Жизнь-то идёт, мимо проносится! А я тебе сейчас такое расскажу - про сегодняшнее утро... Ты просто упадёшь от смеха, честное слово! Гоголь пустился в рассказ - нелепый, яркий, с кучей преувеличений и фирменным артистизмом. Фёдор пытался сосредоточиться, правда пытался, но не мог отвести глаз. Гоголь жестикулировал, смеялся, глаза его горели - и этот смех, будто искра, разгорался в тишине библиотеки. Каждый раз, когда Гоголь замолкал и вопросительно смотрел на друга, Фёдор отвечал ему взглядом - тёплым, нежным, куда более важным, чем все экзамены на свете. - Ну как? - спросил Гоголь, когда закончил. - Разве это не лучше, чем читать про помещиков и их крепостных? Фёдор улыбнулся. Это была та самая улыбка, которую Гоголь так любил - искренняя, тёплая, немного усталая, но полная любви. - Возможно, Коль. Возможно, ты прав. Гоголь расплылся в довольной улыбке. Он знал, что победил. Он всегда побеждал, когда дело касалось сердца Фёдора. Он протянул руку и нежно коснулся пальцев Фёдора, лежащих на книге. - Предлагаю покинуть это место, - произнёс Гоголь. - Мне известно одно кафе, где подают весьма достойные пирожные. Атмосфера там менее строгая, чем здесь, что позволит нам свободно обсудить любые темы. В том числе и "Мёртвые души", если вы того желаете, - он слегка подмигнул. Фёдор закрыл книгу. Он знал, что завтра ему придётся навёрстывать упущенное, но сейчас он хотел только одного - быть рядом с этим сумасшедшим, гениальным художником, который делал его жизнь такой яркой и непредсказуемой. - Хорошо, - сказал Фёдор, вставая. - Пойдем. Гоголь схватил его за руку, и они вышли из библиотеки, оставляя позади тишину и погружаясь в шумный, но такой желанный мир их собственной, особенной гармонии.