Тень и Симбиот

Убежище встретило их гулом серверов и запахом озона. Здесь всё было по-прежнему: идеальный порядок на столе с мониторами и хаос «гостиной» с кожаным диваном. Но сейчас это место казалось другим. Оно больше не было логовом одинокого хищника. Оно стало укрытием для двоих беглецов. Нил устало опустился на диван, снимая остатки разбитой маски. Его лицо было покрыто пылью и ссадинами. — Мы живы, — констатировал он очевидное, глядя в потолок. Эндрю не сел рядом. Он подошёл к мини-бару и достал две бутылки воды, одну из которых бросил Нилу (тот поймал её рефлекторно). — Живы? — Эндрю сорвал с себя остатки порванного костюма-симбиота, оставшись в одних джинсах и майке-алкоголичке. Симбиот втянулся обратно в его тело, залечивая раны носителя. — Мы только что взорвали башню Фиска, сорвали сделку века и поцеловались в прямом эфире перед половиной города, если камеры дронов транслировали картинку. Он сделал глоток воды и посмотрел на Нила через плечо: — Мы не просто живы. Мы официально мертвы для всего цивилизованного мира. Нил открыл бутылку и сделал большой глоток: — Значит ли это... что мы теперь официально вместе? Эндрю замер на секунду, а затем резко развернулся. В его глазах плясали опасные искры: — Вместе? Ты называешь это «вместе»? Мы — огонь и лёд, Паук. Мы уничтожаем друг друга. Он подошёл к дивану и навис над Нилом: — То, что случилось на складе... это была ошибка. Выброс адреналина перед лицом смерти. Нил поднял на него взгляд: — А поцелуй на крыше? Тоже ошибка? Эндрю наклонился ещё ниже, его губы оказались в миллиметрах от губ Нила: — Это была... тактическая необходимость для отвлечения внимания. Нил усмехнулся: — Ты ужасный лжец, Миньярд. Вместо ответа Эндрю поцеловал его снова — жёстко, властно, словно заявляя права собственности. Это был поцелуй-претензия: «Ты мой». Нил ответил ему с той же страстью, запуская пальцы во влажные от пота волосы Эндрю. Веном внутри Эндрю зашевелился беспокойно: «Слабость! Он делает тебя слабым!» Но впервые за долгое время Эндрю полностью проигнорировал своего симбиота. Когда они оторвались друг от друга, чтобы глотнуть воздуха, Нил прижался лбом к плечу Эндрю: — Что нам теперь делать? Фиск не остановится. Эндрю запустил пальцы в волосы Нила: — У нас есть два варианта. Бежать из города... или дать ему бой здесь и сейчас. Нил поднял голову: — Бежать? Ты? Ты никогда не бежишь. Эндрю криво усмехнулся: — Я не бегу от битв. Я бегу только от чувств... которые ты во мне вызываешь. Он отстранился и подошёл к голографической карте города на стене. — Но бежать мы не будем. У меня есть план. Фиск думает, что мы разделены: герой и злодей. Он не ждёт удара оттуда, где мы будем едины. Он ткнул пальцем в точку на карте — Башню Фиска: — Мы ударим по его ресурсам. По его деньгам. По его власти. Мы заставим его играть по нашим правилам. Нил встал рядом с ним у карты: — И как мы это сделаем? Вдвоём против целой армии? Эндрю посмотрел на него долгим взглядом: — Не вдвоём. Втроём. Он коснулся груди Нила там, где билось сердце: — Твоя сила света и моя сила тьмы... вместе мы создадим хаос, который он не сможет контролировать. Нил посмотрел на их отражения в тёмном экране выключенного монитора: высокий мужчина с янтарными глазами и парень с упрямым подбородком и шрамом на скуле. Отражения врагов, ставших чем-то большим. Он положил свою руку поверх руки Эндрю на карте города: — Тогда давай устроим этому городу самую красивую бурю в его истории. Эндрю сжал его руку: — Готов начать войну? Нил улыбнулся — впервые за долгое время искренне и без страха: — Я родился готовым к войне с тобой, Миньярд. Эндрю притянул его к себе для последнего поцелуя перед битвой — короткого, но обещающего тысячу смертей их врагам и одну жизнь для них двоих среди руин старого мира.