Мы слишком разные

Было раннее утро — часы показывали 5:17. В комнате пахло лавандой: накануне Ангелина поставила на подоконник маленький мешочек с сушёными цветами — она читала, что это помогает успокоиться. Лунный свет пробивался сквозь тонкие занавески, рисуя на полу причудливые узоры. За окном едва заметно серело — наступал рассвет. Ангелина спала беспокойно — переворачивалась с боку на бок, то натягивала одеяло до подбородка, то сбрасывала его. Во сне она слегка постанывала, но не просыпалась. Максим, спавший рядом, почувствовал её беспокойство — он всегда чутко спал в последние месяцы беременности жены. Он приоткрыл глаза, повернул голову и замер: Ангелина лежала на спине, её рука лежала на большом животе, а лицо искажала гримаса боли. Она дышала часто и прерывисто. Максим ощутил, как внутри всё сжалось от тревоги, но заставил себя дышать ровно. Максим мгновенно проснулся, сел на кровати и осторожно коснулся плеча жены: — Ангелин? -Ты в порядке? Ангелина вздрогнула, открыла глаза. В полутьме он увидел, как она закусила губу, а пальцы на животе судорожно сжались. — Макс… — её голос дрожал. — Что‑то не так. Болит… сильно. И… кажется, воды отошли. Схватки идут почти без перерыва, секунд 30 между ними. Максим резко включил ночник. В жёлтом свете лампы он увидел, что жена бледна, на лбу выступили капли пота, а глаза полны тревоги. Он мгновенно оценил ситуацию: — Спокойно. Всё будет хорошо. Сейчас позвоню в скорую. — Макс? — голос Ангелины задрожал ещё сильнее. — Мне страшно… — Тише, тише. Он набрал номер скорой, стараясь говорить чётко и спокойно: — У моей жены преждевременные роды, 36‑я неделя. Схватки каждые 30 секунд, отошли воды. Да, адрес тот же… Да, ждём. Закончив разговор, он повернулся к Ангелине. Та пыталась сесть, но новая схватка заставила её застонать и схватиться за живот. — Лежи, — Максим осторожно уложил её обратно. — Дыши, Ангел. Считай со мной: вдох — раз‑два‑три, выдох — раз‑два‑три. Ангелина кивнула, пытаясь сосредоточиться на дыхании. Максим быстро окинул взглядом комнату: сумка для роддома стояла в углу, рядом с креслом. Он бросился к ней, начал проверять содержимое: — Документы… обменная карта… халат… тапочки… вода… телефон с зарядкой... блокнот с записями от врача… В этот момент раздался звонок в дверь — три коротких звонка, их особый сигнал. Максим вздрогнул, бросил взгляд на часы: 5:28. Кто может прийти в такую рань? Он подошёл к двери, посмотрел в глазок и едва не вскрикнул от облегчения: за дверью стоял Влад с пакетом апельсинов и термосом в руках. Он еще вчера вечером написал ему чтобы он утром пришёл помочь.