Наследие

      Айро был молод, молод и с достаточно горячим нравом. Долгожданный наследник, любимый народом и отцом. Благороден, храбрый в своей откровенности, внимательный и участливый. Он не подводил Лорда Огня с самого своего рождения. Женился на достойной девушке, стал примерным супругом. И даже неожиданная беременность его матушки – всё-таки отец и мать уже не молоды – никак не повлияла на его значимость. Всё так же почитаем и любим. Он уже взрослый, при жене, на него можно положиться. Родится второй принц, нация будет спокойна, династия не умрёт. Верного брата вырастит себе.        – Вот уж не думала, что рожу в таком возрасте, – Айла должна отмечать юбилей через пять лет. Седина уже проредила волосы. Что уже говорить о её венценосном супруге? Но взять маленького сына на руки она не могла. Роды сильно ослабили её. – Азулон назвал его Озаем. Можешь взять его на руки, – служанка передала младенца принцу.       – Ох… – и всё же Айро приятно удивлён. – Дженг, подойди, посмотри на него, – он обратился к слуге, оставшемуся стоять у дверей. Здесь покои супруги Лорда Огня, одно из безопаснейших мест дворца. Ему не было необходимости следовать тенью за своим господином. Его одежда и причёска практически ничем не отличалась от того, как выглядели другие стражи дворца. Разве что отсутствовали доспехи и среди красных оттенков мелькала оранжевая ткань.       Слуга для игр и получения наказаний вместо наследника трона – в детстве. Сейчас – тот, кто должен умереть первым в случае опасности для Айро. Но, что более важно для самого принца, только ставшего Драконом Запада, Дженг – хранитель его тайн. Он всё ещё ближе к юношескому возрасту, чем молодому мужчине. А рядом с ним стояла женщина, немного моложе своей госпожи. В таких же одеждах, со вставками оранжевой ткани, с причёской, как у всех служанок дворца. Телохранительница Айлы. Мать Дженга. Они переглянулись, и только после слуга посмел подойти к господину.       – Принц прекрасен. Он вырастет крепким и славным малым, – тут же опустил взгляд.       – Хорошо заботьтесь о нём, – обратился Айро к кормилицам, а затем к матери: – Прошу, больше отдыхай.       – О, Айро, я уже не молода, чтобы нянчиться с ним, как с тобой, – улыбка уже немолодой матери полна грусти. – Разумнее доверить его молодым и крепким рукам, женщине со здоровым молоком… – роженица устало вздохнула. – Однако я удивлена, что Азулон ещё не устроил празднества.       – Оно ни к чему… – Лорд Огня вошёл тихо. Позади него двое слуг с оранжевыми поясами и рукавами. – Родиться для Озая уже большая удача и повод для радости. Не будем испытывать судьбу, – правитель отнюдь не суеверный человек, в отличие от своей супруги, скромно воспитанной и по молодости довольно наивной. – В любом случае, – его морщинистая рука опустилась на плечо любимого сына, – жду рождение внука, – и улыбнулся.       Дженг уже успел вернуться к стене. Подальше от Лорда. Но не мог украдкой не посмотреть на молодую телохранительницу, стоящую ближе к нему. Та же причёска, что и у матери. Она чуть повела головой в его сторону, но не посмотрела. Опасно. Им нельзя.       – Я стараюсь, – принц засмущался. Азулон в силу своего положения – нет. Но слуги всё равно заулыбались после госпожи. Улыбка Айлы перешла в тихий смех, разносящийся приятной мелодией.       – Лицо порозовело, хорошо, – Азулон отметил здоровый вид жены. Глянул на второго сына в руках кормилицы и кивнул своим мыслям. И снова обратился к Айро: – Ты одолел последнего дракона. Я горжусь тобой, сын мой, отдохни с дороги, дела подождут. А ты, – как будто бы неожиданно, но нет, – проследи, чтобы господин не спешил приступать к работе, – Дженг поклонился Лорду Огня. – Ступай. Не заставляй невестку ждать дольше.       Присутствия Дженга для Айро всегда достаточно. В конце концов, будучи старшим, он сам вырастил себе телохранителя. Знал, в чём тот силён и в чём слаб. Так что стоило им отойти подальше от покоев супруги Хозяина Огня, Айро расслабил плечи и проворчал:       – У всех стариков ни стыда, ни совести? – риторический вопрос.       – Постареем и узнаем, мой принц, – и всё же Айро услышал резонный ответ.       – Как думаешь, какой чай ждёт меня сегодня? – молодая супруга делила его любовь к этому живительному напитку. А ещё была большой любительницей пайшо. До брака Айро играл лишь для развития стратегического мышления. Но супруга превращала игру в повествование с интересными сюжетами. И игра стала любимой. Как и цветок белого лотоса, любимый ею.       – Полагаю, зелёный с молоком и диким мёдом, что мы привезли, – Дженг также расслабил плечи.       – Тебе тоже можно угоститься, – Айро махнул рукой.       Ему, пока ещё в короткой жизни, много везло. И супруга, и друг – самые большие его удачи. Однако Айро не самоуверенный человек. Он прекрасно понимал, что хорошее должно обязательно закончиться, а за ним наступит плохое, чтобы однажды вновь смениться в танце судьбы с добром.

~🔥~

      Пятнадцать лет бесплодного брака.       – Если и в этом году она не понесёт, разведешься и возьмёшь в жёны девушку более плодовитой крови! – в тронном зале только отец и сын.       Азулон не ненавидел невестку. Выбранная сыном из предложенных отцом вариантов. Но детей нет до сих пор – а Озай уже крепкий юноша с пытливым умом. Он привлекает внимание генералов, охочих до власти. И слухи уже угрожают положению наследника. У жалкого слуги Айро уже есть пару сыновей. Жаль, оба уродились не магами. Покорителей воздуха всё меньше. Покойный Лорд Созин и так помиловал часть кочевников, что поймал в стране Огня после уничтожения кочевников в четырёх храмах. Но это были уже вторые и третьи поколения, а самих покорителей среди них и того были крохи.       Почти забыли культуру. Стиль боя, как у магов огня. Оторванные от неба. Живущие в позоре. Азулон был не самым добрым, честным и благородным человеком. Приставленная к Айле женщина – его дочь, зачатая с его уже давно мёртвой телохранительницей по яркой юности. Смотреть на неё и своего внука… какая ирония, почти одна кровь. Одна для правления, другая для служения. Но почему-то в этих двоих он не сомневался. И поэтому Дженг – верный слуга Айро. Быть может, стоит одарить его милостью и позволить жениться на телохранительнице Лорда. Чтобы точно родились покорители воздуха. Азулон давно живёт. Что можно спрятать у него под носом?       – Да, отец, – Айро с каждым годом всё чётче видел грань между собой и Лордом. Стал спокойнее, вдумчивее, осторожнее, думал дольше, прежде чем что-либо сказать. Отец зачерствел за десять лет без Айлы. Но в сыне соперника не видел. Казалось, иногда отец провоцировал сына, чтобы тот захватил власть силой.       Но Айро предпочитал удаляться на войну. Завоевывать Царство Земли и следить, чтобы воины не бесчинствовали. Он всё так же любим народом, пока аристократы всё больше обращают внимание на молодого второго принца.       Айро оставил отца. Дженг должен был остаться во дворе у пруда. Там принц и нашёл покорителя воздуха. Но не одного, а в компании Озая.       – Если я смогу предложить тебе что-то стоящее, станешь моим телохранителем? – Озай не стеснялся своих амбиций и желаний. У старшего брата – всё лучшее. И у него не должно быть хуже. Однако среди элитной охраны, покорителей воздуха, не было дитя его возраста, ни чуть старше, ни чуть младше. И, конечно, старик, плетущийся следом, Озая жутко раздражал. А вот Дженг, отличившийся верностью и храбростью на поле боя, был особенным. Но не потому, что смирился со своим положение и был предан идеологии Огня, как думал Озай. А потому что Айро видел в нём человека, впрочем, как и во всех других потомках кочевников, вынужденных быть тенью их династии и племенными жеребцами.       – Прошу прощения, принц, но я не оставлю своего господина. И умру только его слугой, – Дженг ни в коем случае не зазнался. Он просто услышал шаги Айро. Так что если Озаю не понравится ответ, его не дадут в обиду.       – Ха! – но Озай остался доволен ответом. – Знал, что не разочаруешь. Так и быть. Но надеюсь, у тебя родится дитя, которое послужит мне или моей крови, – в отличие от Айро, Азулон не спешил женить Озая. Хотя второй сын сам предлагал варианты. И неплохие. Но Азулон загорелся какой-то странной идеей, и все благородные и воспитанные для дворца девушки не подходили. В них не было ничего особенного. Озаю повезло родиться, и явно не для того, чтобы кровь его пропала зря.       – Брат, если тебе больше ничего не нужно, мы пойдём. У нас есть ещё дела, – Айро за прошедшие годы научился не выражать эмоций. По крайней мере, только любимая и добрый друг могли всё прочитать его глазам. И Дженг увидел, как друг расстроен.       – Конечно, Айро. Но тебе следует больше отдыхать, наша страна не может потерять такого многообещающего наследника. Ты уверенно прокладываешь путь к Басингсе. Но будет упущением, если этот город будет стоить тебе жизни, – с одной стороны, Озай восхищался размахом брата, с другой стороны, даже надеялся, что с Айро что-то случится. В конце концов, сколько бы он ни получил, видел, кого отец любит больше. Трагично-героическая смерть – отличный конец для такого выдающегося любимца, как Айро. И чтобы они получили в этой жизни «поровну», Озай должен стать преемником отца.       – С такой заботливой семьёй в тылу, мы наконец завершим войну нашей победой. Важно ли остальное? – Айро улыбнулся, поджав губы.

~🔥~

      У Дженга с его любимой родилась дочь. И Азулон разлучил бы всех троих, если бы не Айро. У него родился сын, и довольный дед и правитель не мог не выполнить просьбу любимого сына. Он отдал телохранительницу Айро во служение, точнее его жене. И будущую покорительницу воздуха на её же попечение.       – У неё такие милые щёчки. И такая приятная улыбка. А мой Лу Тен только дуется, – госпожа надула щёки.       Ченг уже делала первые шаги, а маленький принц усердно ползал за ней. Стоящая рядом с госпожой покорительница воздуха была счастлива, да в глубине души её съедала тревога. Всё могло закончиться в любой момент.       Но день тянулся за днём, год за годом. И так прошло семь лет. Озаю нашли достойнейшую из невест. Внучку аватара Року.       В связи с её первой беременностью Азулон решил, что покорители воздуха должны размножиться. Ведь династия растёт, а среди них молодой крови нет. Союзы их и до этого были не по любви и приказу. Но дошло всё до подробных записей, наблюдений, сношений со своими и обычными девушками народа огня из хороших семей. Самому Дженгу повезло: у них с любимой только-только родилась вторая дочь – Яно. Но как долго их убережёт новорожденное дитя?       Айро пребывал в трауре. Мать его сына скончалась. Лу Тен находил утешение в Ченг, которая уже проявила способности к покорению воздуха. Азулон не думая назначил её будущей телохранительницей внука. Девочка чувствовала, но не понимала тревожность среди взрослых покорителей воздуха. Она никого не теряла, но госпожа была доброй воспитательницей и для неё. Показывать слабость подруге Лу Тену оказалось легче. Ему не хотелось печалить и так осунувшегося и скрывшегося от людей отца.       Дженг не мог пойти к Айро, хотя и готов был стать на колени. Если бы он только знал, чьим потомком мог быть. Жалкий лицемер. Ему повезло, поэтому он не мог понять остатки своего народа в полной мере. И стыд съедал его, как тревога его любимую.       – Мы скот для этой семьи. Если принц Айро умрёт на войне, Озай со своими сторонниками быстро от Лу Тена избавится, если Урса родит сына, – от стараний говорить тихо, женский голос обратился в охрипший писк.       В кроватке спало невинное дитя. Дженг подошёл к новорождённой дочери. Мужчина закусил губу – родилось решение. Единственное верное. Они живут в страдании и позоре, потому что не имеют права жить. Его же дочери последние дети среди «кочевников». Они ведь могут остаться невинными? Да, взрослые сами всё решат. А они должны жить.              – Скоро день рождения Лорда. Приготовим ему подарок, – голос не дрогнул, хотя колени подкосились.

~🔥~

      Дженг опустился на колени перед Айро, как только тот впустил его в свои покои. Принц прогнал всю охрану и был здесь совершенно один. А потому покоритель воздуха мог быть откровенен. Стыдно, ведь Айро только-только решился показаться на людях. День рождения отца как-никак. А тут Дженг, намеревающийся причинить боль. Принц в мгновение ока опустился на колени и схватил друга за руки, желая поднять. Но в этот раз Дженг оказался сильнее. Он не смог посмотреть другу и покровителю в глаза.       – Мои дочери по воле Лорда принадлежат тебе, мой принц. Можешь ли ты дать обещание, что позаботишься о них и не позволишь отдать их в злые руки? – Дженг вспомнил двух драконов, которые одарили Айро своим благословением. Его друг мог быть куда добрее, нести мир, процветание. Но он родился сыном Азулона. Кто знает, может, в будущем он уподобится отцу. Хотя бы позаботится, проявит фаворитизм к двум несчастным сироткам. Дженг приподнял голову, чуть отодвинул руки и ударился лбом о пол. Как можно думать так о человеке, с которым рос и жил?       – Почему ты говоришь такие вещи? – Айро за время траура начал седеть. Но Дженг этого не заметил. – Конечно же, я позабочусь о Ченг и Яно. Но не намерен позволить им остаться сиротами, – Айро улыбнулся. – Поднимайся. Пора на праздник. Хотя для начала приведи себя в порядок. С таким настроем к тебе точно кто-нибудь прицепится и добавит нам мороки, – принц оставил свои попытки поднять друга с пола. В нагрудном кармане лежала фишка белого лотоса. Возможно, однажды он продолжит семейное дело супруги, о котором много узнать пока не успел. Семья небольшая была так-то, хоть и древняя.       Айро ушёл. И Дженг отправился в часть дворца, где жили все «кочевники». Перед появлением на столь знатном торжестве, им, «элите», должно было привести себя в достойный вид. Но вместо того, чтобы отправиться на праздник, они заперли все двери и окна изнутри.       Любимая стояла рядом. В руках каждого покорителя и не покорителя, но потомка, узнавшего о плане, горела свеча.       – Наши мучения будут долгими, но не сравнятся с тем, что пережили монахи в четырёх храмах, – они недолго решались. Всем страшно, но жить дальше ещё страшнее. Они будут гореть заживо. И давиться дымом. Подожжены кровати, одежды в сундуках. Осталось каждому поджечь себя.       – То, что мы делаем, непростительная трусость по отношению к вере предков. И всё же, воссоединившись в мире духов с другими кочевниками, желаю всем нам не познать презрения и отречения, – он стоял у дверей, чтобы умирать последним, чтобы не дать никому снаружи спасти хоть одного из них. И как бы Азулон ни разозлился, если для Айро их дружба много значила, девочек не тронут.