Ведьма из Вартвуда / A Witch in Wartwood

***

Марси застонала, подтягиваясь из грязевой жижи и пытаясь собраться с мыслями. Энни открыла шкатулку, а затем… затем… Она оглядела поляну. Справа росли знакомые растения — рогоз и одуванчик, но они возвышались над ней вдвое. Слева высились грибы, огромные и к тому же светящиеся! Такие яркие, что даже днём источали голубоватое сияние. Над головой с треском крыльев проносились стрекозы размером с крупных собак. Неужели сработало? Шкатулка и правда сработала?! Она почувствовала, как по всему телу пробежал заряд восторга. Это меняет всё! Ей не придётся переезжать! Ну, технически она всё равно переехала. Но вместе с подругами! Они не расстанутся! — Девочки, вы это видите?! — Она резко обернулась, выискивая Энни и Сашу среди грязи и зарослей, но их нигде не было, — «Девочки?» Ответом ей было лишь шумное гудение болота. Ладно, небольшая заминка, но ничего страшного. Она в новом мире! Полном загадок, которые предстоит раскрыть, и чудес, которые предстоит увидеть! Она найдёт своих друзей, и вместе они отправятся в приключения и станут ближе, чем когда-либо! И кто знает, может быть, они втроём станут героями этого мира! Это будет здорово для всех них… она просто знала это. Марси сделала глубокий вдох и встала в «позу силы», пытаясь наполниться решимостью. Она посмотрела на небо и провозгласила: — Я, Марси Ву, выберусь из этого болота, найду друзей и испытаю всё, что может предложить этот мир! Стрекоза над головой, сидевшая на ветке дерева, взлетела, но тут же была поймана жвалами огромного жука, которого, в свою очередь, схватил клювом ворон размером с грузовик. Марси почувствовала, как кровь отхлынула от лица, и она поспешно укрылась под кронами деревьев. Ладно, гигантская опасная фауна, стоит запомнить. А ещё, вау, тут так как жарко и влажно. Ву сняла толстовку и повязала её на шею, как плащ. Первым делом нужно было понять, что у неё с собой есть. Она сняла сумку-почтальонку и начала в ней рыться. В главном отделении лежала куча старых бумаг и тестов с оценками «пять с плюсом» наверху. По крайней мере, из них выйдет хороший трут для розжига. Среди бумаг был зажат баллончик сверхстойкого лака для волос, который она одолжила у Саши для косплея. Почти всё оставшееся место занимал её дневник в твёрдой обложке, по большей части пустой, если не считать нескольких каракулей. Её «Nintwodo Shift» и телефон были надёжно закреплены в переднем кармане. Для каждого был зарядный кабель, но она подозревала, что шансы найти розетку минимальны. Может, со временем она сможет построить какой-нибудь генератор? В ближайшее время они превратятся в куски пластика, поэтому она перевела их в режим энергосбережения. В кармане также лежало достаточно грифелей, механических карандашей и гелиевых ручек, чтобы исписать дневник несколько раз. Она вздохнула. Будет нелегко. Но, с другой стороны, если бы было легко — это не было бы таким уж приключением, верно? Девушка встала и огляделась. Вторым делом нужно было найти питьевую воду. Она выбрала направление наугад и пошла. Она сделала всего несколько шагов, когда из глубины леса донёсся панический крик какого-то существа, за которым последовала зловещая тишина. Развернувшись на пятках, траектория как-то резко сменилась.

***

Прутик Плантер был исследователем, жаждущим приключений, охотником в поисках добычи, одним словом — героем, которому требовался квест! Перед ним был целый мир, полный дел, которыми он мог бы заняться, но вместо этого он ехал в повозке в Вартвуд со своей семьёй. Не самое захватывающее занятие, но всё, что ему было нужно — это просто набраться терпения. Как только он станет старше, вся долина будет у его ног. Бесси остановилась прямо у Закусочной «Граб-н-Гоу», и Прыг-Скок повернулся к Прутику и Полли. — Ладно, дети, я собираюсь пройтись по магазинам, а ты последишь за повозкой. «Да! Шанс!» — Будет сделано, Прыг-Скок! Я буду защищать эту повозку ценой своей жи-и-и-изни! — завопил он, колотя себя кулаками в грудь. — Прутик, я обращался к Полли, — Прыг-Скок указал на маленького головастика. — Что? Полли же малышка… — Это ты малыш! — парировала Полли. — У Полли в одном плавнике больше ответственности, чем у тебя во всём теле. Прутик фыркнул: — Чепуха! С чего ты вообще взял, что я безответственный? — О, боже, дай-ка я подумаю, — Прыг-Скок принялся загибать пальцы, пока говорил, — Ты испортил завтрак взрывной вишней, протаранил корово-гусеницу миссис Крокер сквозь стену моей спальни и оставил на ночь включённым свет, который снова привлёк светлячков. — Значит, вчера был просто неудачный день, — Прутик пожал плечами. Он ведь всего лишь пытался помочь. Взрывные вишни должны были сделать суп слаще, а с корово-гусеницей… Он просто пытался вернуть её в загон и потерял контроль. Хотя, со светом был его косяк. Вот про него он действительно просто забыл. — Мхмм. Полли, присмотри за Прутиком, убедись, что он не отходит от повозки, — наказал Прыг-Скок. Он развернулся к «Grub n' Go» и направился внутрь, чтобы забрать их покупки на всю неделю. Прутик сдулся, свесившись с края повозки. — Хотелось бы мне доказать, что я вовсе не такой уж бестолковый растяпа, — Он уныло ковырял носком землю. Со стороны городской площади донёсся нарастающий вой. Из густых зарослей кубарем выкатился Одноглазый Уолли. — Дух! В лесу завёлся дух! Я видел его, он едва не забрал мою душу! Прутик заинтересованно приподнялся, глядя, как вокруг Уолли начал собираться народ. Мэр Поганкин повысил голос, перекрывая гомон толпы: — А ну-ка, спокойнее, Уолли. Просто объясни, что именно произошло. — Это было чудовище! — Уолли подхватил с земли палку и принялся рисовать что-то, чего Прутик разглядеть не мог, — У него были жуткие неморгающие глазищи, неестественно тонкие, как палки, ноги, волосы чернее безлунной ночи, а в своих когтистых лапах оно сжимало книгу! — Книгу? — Поганкин удивлённо приподнял одну бровь. — Несомненно, это вместилище зла, — с важным видом заявил Уолли, — В ней она срисовывает тебя с головы до самых пят! Если бы она узнала моё имя, моя душа была бы обречена! Навеки заточена в её бесконечных страницах! В толпе поднялся встревоженный ропот, но Поганкин шагнул вперёд. — Что ж, мы не можем позволить этому духу и дальше отравлять наш двор! — Позади мэра его помощник Жаблик поднял заранее заготовленный транспарант, — Потому что, как Мэр Вартвуда, безопасность души каждого отдельного гражданина является моим наивысшим приоритетом. Мы изгоним этого духа ради всеобщего блага. Или, по крайней мере, прогоним его куда подальше, в сторону Болотного Дна. Собравшиеся горожане одобрительно зааплодировали. — «Замечательный план!» — «Как это ответственно с его стороны!» — «Так Болотному Дну и надо!» И тут Прутика осенила идея, которая была гениальна в самой своей простоте: — Полли! У меня созрел грандиозный план! — Я в этом сильно сомневаюсь, — невозмутимо отозвалась Полли. — Я собираюсь поймать и выдворить этого духа ради всего города! И тогда-то уж Прыг-Скок точно будет считать меня ответственным. Полли уставилась на него, разинув рот от удивления. — Прутик, да ты же вообще понятия не имеешь о духах. Кроме того, я ни за что не позволю тебе покинуть эту повозку, — уверенно заявила она, демонстративно согнув один из своих плавников, — Или ты и правда рассчитываешь, что сможешь проскочить мимо меня? — с вызовом добавила она. — Пф-ф, да что тут может быть сложного? Духи ведь даже не живые по-настоящему. С этими словами Прутик выудил из своего кармана целую пригоршню сладостей. — И вообще, послушай, а ты абсолютно уверена, что не можешь просто закрыть на это глаза и отвернуться? Полли колебалась ровно одно мгновение, после чего требовательно вытянула вперёд оба плавника. — Договорились! А теперь живо давай их все сюда! Прутик тут же ссыпал всю горсть конфет в её широко раскрытый рот, спрыгнул с повозки и со всех ног помчался к тем самым зарослям, откуда выбежал Уолли. Прежде чем он успел скрыться, до него донёсся слабый, полный сестринской заботы окрик: «Смотри там не умри!» — а затем он уже продирался сквозь густой лес. Прутик знал все леса в окрестностях Вартвуда как свои пять пальцев; он всегда знал, в какое время местные звери выходят на охоту, где находятся лучшие и самые надёжные укрытия и в каких именно полых пнях можно отыскать самых сочных жуков для быстрого полуденного перекуса. Так что Прутику не потребовалось много времени, чтобы заметить нечто совершенно необычное и подозрительное. Поначалу он просто шёл по следам, оставленным Уолли, но очень скоро наткнулся на другую цепочку следов, которая выглядела здесь совершенно чужеродной. Двупалые отпечатки ног Уолли то и дело пересекались с какими-то странными однопалыми следами, которые Прутик никак не мог распознать. Он прошёл по этим следам совсем немного и вскоре вышел к небольшой поляне, откуда до него донёсся отчётливый скрип гусиного пера по листу пергамента. Прутик тут же бесшумно скользнул за ствол ближайшего дерева, медленно и осторожно вытащил свою верную рогатку и маленький гладкий камешек. Он оттянул камень резиной и только после этого глазком осторожно выглянул из своего укрытия. Прутик и сам толком не знал, что именно он ожидал там увидеть, но то, что предстало его глазам, точно не походило ни на что из его догадок. Посреди поляны стояло странное существо, какого ему ещё никогда и нигде не доводилось видеть. У него действительно были очень тёмные волосы и длинные тонкие конечности, но оно, кажется, вовсе не собиралось никого пугать или преследовать. Его одежда была очень странной, если, конечно, не считать толстого слоя налипшей на неё грязи и болотной тины. Всё внимание существа было поглощено разглядыванием и зарисовыванием небольшого коричневого гриба быстрой смерти. А есть ли вообще у грибов души, которые можно было бы украсть? И как вообще можно выведать имя у какого-то гриба? Пока Прутик напряжённо размышлял над этим неожиданным вопросом, небольшая стайка ярких бабочек ненадолго отвлекла внимание странного существа от его художеств. Одна из бабочек невесомо вспорхнула и мягко опустилась прямо на его плечо; существо удивлённо подняло голову и тихо, по-доброму захихикало, когда вторая бабочка села ему прямо на кончик носа. Оно быстро перелистнуло страницу на новую и, насколько мог судить Прутик со своего места, тут же принялось увлечённо делать набросок этой бабочки. Ну и что за смертельную угрозу разглядел во всём этом Уолли? Да, это создание было странным, но и намёка на реальную опасность не было. Пока Прутик размышлял над этим, бабочки упорхнули, и «дух» снова перевёл всё своё внимание на гриб. С минуту он задумчиво и пристально вглядывался в находку, а затем вдруг резким движением сорвал его с земли — о, великие лягушки, оно что, действительно собралось отправить эту дрянь себе в рот? Прутик мгновенно скорректировал прицел и спустил тетиву, метким выстрелом сбив шляпку гриба напрочь. — Даже не вздумай это есть! — выкрикнул он. Огромные, совершенно круглые, как у филина, глаза существа мгновенно метнулись вверх и намертво впились в него своим не моргающим взглядом. По спине Прутика пробежал неприятный холодок. Когда странное существо сделало к нему шаг — Прутик, не глядя, нашарил в подсумке второй камень и снова натянул рогатку. — Не приближайся ко мне, злой дух! Существо тут же замерло на месте, прижимая к себе свою книгу. — О, э-э, ну ладно. Привет, так… а почему это мне не стоило его есть? — спросило оно; его голос звучал до удивления пронзительно и высоко для какого-то там выходца из потустороннего мира. — Он смертельно ядовит. Стоит слюне попасть на него, и она вмиг превращается в кислоту. Существо испуганно поморщилось и принялось строчить в книге, тихо бубня себе под нос: «Превращается… в кислоту… не есть.» Затем оно наклонилось, аккуратно подобрало с земли обезглавленный гриб и быстро спрятало его в свою наплечную сумку. — О, так! — Его внимание снова полностью переключилось на Прутика, пока оно сосредоточенно листало книгу на какую-то более раннюю страницу, — Слушай, так ты ведь понимаешь меня, да? Прутик начал медленно и осторожно обходить предполагаемого «духа» по кругу; на такой простой вопрос, наверное, можно было ответить без особого риска: — …Да, понимаю, очень даже хорошо. — О, слава богу, — И оно тут же принялось что-то увлечённо строчить в своей книге, — Я недавно попыталась заговорить с одним маленьким голубым лягушонком, но он только перепугался и убежал. Я уж было начала серьёзно бояться, что это я слышу ваш язык, а вы лишь всякую белиберду, — Взгляд сущности снова сфокусировался на книге, и она принялись лихорадочно писать дальше, — Конечно, это вызывает вопросы. Почему все разумные существа в другом мире говорят на чистом английском? Или же на самом деле никто из нас двоих не говорит по-английски, и всё дело в той самой музыкальной шкатулке, которая внедрила в мой мозг понимание языков, которые я произношу и слышу, туда и обратно? — Тут оно внезапно снова подняло глаза и посмотрело прямо на Прутика. — Olá! Você consegue me entender? — Чего-чего? — Хм… нет, похоже, что нет… — она быстро перевернула своё странное перо обратной, тупой стороной и принялась сосредоточенно тереть что-то, написанное на странице. Казалось, что этот «дух» не проявляет к самому Прутику ровным счётом никакого интереса. Он определённо проявлял живейший интерес к огромному множеству других вещей, но только не к нему. Может, с его душой было что-то не так? Может, она плохо пахнет? А души вообще могут чем-то пахнуть? Внезапно откуда-то издалека раздался мощный грохот и треск, отчего мелкие насекомые брызнули врассыпную во всех возможных направлениях. А это был верный знак того, что пришло время прятаться. Ничего настолько крупного, чтобы производить столько шума, никогда не сулило и не могло сулить ничего хорошего. Прутик уже инстинктивно развернулся, чтобы бежать, но, сделав несколько шагов, замер и оглянулся назад: всё это время существо продолжало сидеть на месте, с головой уйдя в свои записи и оставаясь в полнейшем неведении о надвигающейся угрозе. — Может, наши миры впервые вступили в контакт ещё много-много столетий назад? — чуть слышно и задумчиво пробормотала сущность себе под нос. — Но даже в таком случае, накопившийся за столетия лингвистический дрейф всё равно должен был бы быть просто колоссальным… Вдали Прутик уже различал яркую вспышку блестящего красного хитинового панциря прежде, чем неведомая тварь одним движением обрушила на своём пути целое взрослое дерево. — Эй, нам надо бежать отсюда! — закричал Прутик, но его слова будто ударились в стену. Она была чересчур глубоко поглощена своей драгоценной книгой. Прутик бросил быстрый взгляд в сторону возможного спасения, а затем снова на странное существо. Он сдавленно застонал от досады и бросился бегом обратно. Как только он оказался на достаточно близком расстоянии, Прутик резко выстрелил своим длинным языком, прилепив его прямо к твёрдой обложке книги, и одним мощным рывком буквально выдрал её у них из цепких рук. — Чего-о-. Э-эй! — Тю-юда! — невнятно прошамкал высунутым языком Прутик. Он опрометью бросился через всю поляну, в то время как ужасающий шум приближающегося гигантского зверя становился всё громче и неумолимее. Краем глаза он заметил отверстие в полом стволе поваленного дерева и мгновенно нырнул в него. Дух просунул голову в убежище, и вид у него был крайне раздражённый. — В чём вообще смысл-… — Он резким движением впихнул книгу обратно ему в руки, силой затащил их внутрь, убирая из поля зрения, и крепко зажал его рот своей широкой ладонью. На мгновение их глаза вспыхнули возмущением, но тут же всё понимание отразилось в тишь, когда снаружи, прямо на поляне, раздался оглушительный, подобный раскату грома, треск, возвестивший о прибытии гигантского монстра. Они оба замерли и затаили дыхание в напряжённой тишине, пока колоссальных размеров существо ненадолго задержалось на поляне. Через мгновения… оно, наконец, продолжило свой путь. Прутик облегчённо выдохнул, отпустив духа, и рухнув на стену полого бревна. Странное создание с неприкрытой благодарностью посмотрело на Прутика. — Ты спас меня? Прутик пару раз удивлённо моргнул, обдумывая внезапную мысль. — Ага, выходит, что так оно и есть! — Он было широко, но коротко улыбнулся, но тут же снова нахмурился. — Да у тебя, смотрю, просто талант искать смерть, честное слово! Сначала чуть не слопала гриб быстрой смерти, а потом сама же героически вышла на закуску к тому монстру снаружи. — «Святой лягух, я сейчас прям вылитый Прыг-Скок.» Существо расстроенно нахмурилось, инстинктивно прижимая драгоценный блокнот к груди: — Я… да, я вообще-то могу временами становиться слегка одержимой. Когда я сильно концентрируюсь на чём-то одном — весь остальной мир вокруг меня будто уходит на задний план и полностью исчезает, — произнесло оно, и в голосе звучало искреннее сожаление. — А что насчёт того гриба? Вдруг из живота загадочного существа раздалось громкое и протяжное урчание, и оно лишь тяжело вздохнули в ответ. — Голод и отчаяние… Прутик заставил себя отбросить всё своё недавнее осуждение и широко улыбнулся. — Ну, по крайней мере, с этой напастью я точно могу тебе помочь. — Он быстро ощупал рукой внутреннюю поверхность бревна в поисках едва заметного шва в древесине, нашёл его и с силой потянул на себя, раскрыв настоящий пир из вкуснейших личинок и жуков. Он старательно отобрал несколько самых жирных и аппетитных экземпляров и дружелюбно протянул их своему новому знакомому. На мгновение сущность, казалось, боролась с нерешительностью и сначала робко откусила лишь крошечный кусочек. Но уже в следующий миг её лицо просветлело, и она с жадностью принялась уплетать угощение. По крайней мере, чувство вкуса у неё определённо было что надо. — Спасибо тебе! — только и сумела выдохнуть она в коротком промежутке между проглоченной многоножкой и хрустящим жуком. Прутик кивнул в ответ и присел на землю рядом с ней. Он воспользовался моментом для внимательного осмотра необычного существа: многочисленные тёмные синяки и свежие царапины густо покрывали практически всю поверхность рук и ног. — Слушай, а как ты вообще умудрилась дожить до сегодняшнего дня? Дух поднял на него всё тот же широко распахнутый взгляд. — Ты имеешь в виду конкретно здесь, посреди этого совершенно чужого и странного мира, в тысячах миль от моего родного дома? — задавая этот риторический вопрос, он обвёл вокруг себя широким, размашистым жестом. — Думаю, да? Но кроме того, типа… в принципе? — Прыг-Скок с самого детства вдалбливал ему, что любая рассеянность и витание в облаках посреди дикой природы рано или поздно неминуемо приведут в пустой гроб. — О-о… Раньше со мной всегда рядом была одна моя подруга, которая постоянно за мной присматривала. Она каждый раз вытаскивала меня из самой пучины опасности, стоило мне только вляпаться туда по своей рассеянности… — Тут она нахмурилась, вертя в пальцах пурпурного жука, — Мы попали сюда вместе с ней… но с самого начала нас с ней разлучили. Прутик обеспокоенно нахмурился. — Выходит, на самом деле вовсе не злобный и опасный дух? — А? Что? Нет, конечно же нет. Я самая что ни на есть обыкновенная девочка-человек, — С этими словами она открыто и приветливо протянула руку в сторону Прутика. — Меня зовут Марси Ву. А ты кем будешь, мой маленький храбрый герой? Прутик сперва перевёл взгляд на открыто протянутую ладонь, а затем снова на лицо девочки. Даже для такого странного, неизвестного науке существа, у неё была на редкость добрая и очень тёплая улыбка. Он решительно пожал её руку. — Прутик Плантер, — Никакой ослепительной вспышки молнии или зловещего раската грома за этим не последовало; да и не чувствовал он себя ни капельки бездушным. — Что ж, Прутик, огромное спасибо за еду. Слушай, ты не мог бы показать мне дорогу в город? Мне кажется, что я уже подобралась к нему вплотную, но самой мне его никак не удаётся найти… Он ведь где-то здесь поблизости, да? В этот момент Прутика словно осенило: он вспомнил какова была изначальная причина, по которой он вообще отправился в этот лес, и что прямо сейчас затевает целая дюжина суеверных горожан. — Прутик Плантер! А ну-ка немедленно подойди ко мне вот сюда сейчас же! А именно то, что затевает целая дюжина суеверных горожан и лично Прыг-Скок. — Ой-ё-ёй.

***

Марси настороженно наблюдала, как маленький розовый лягушонок Прутик внезапно занервничал. Звук приближающейся толпы, наверное, был хорошим знаком — они ведь могли бы помочь! — Так, Марси, тут вот какое дело. Помнишь того синего лягушонка, с которым ты раньше говорила? — Ага, он треснул меня своим аккордеоном. — Верно, это был Уолли, и он решил, что ты злой дух, который охотится за его душой. Скорее всего, это он собрал разъярённую толпу. — Оу, — Стало быть, у них проблемы. Неприятно. — Ладно, я сейчас выйду отсюда и попробую увести их подальше от тебя, хорошо? Потом вернусь, как только смогу. Марси кивнула, и мальчик выпрыгнул наружу, волоча ногой, чтобы замести оставленные ею следы. Закончив, он крикнул: — Прыг-Скок! Прыг-Скок! Я здесь! Марси сменила положение внутри бревна, подавшись вперёд, чтобы можно было выглядывать в щель от выпавшего сучка. Она прильнула глазом к отверстию как раз в тот миг, когда толпа лягушачьего народа — и жабьего, если она не ошибалась, — столпилась вокруг Прутика. В своих руках они сжимали вилы и факелы — ну прямо как карикатурная разъярённая толпа. Пожилого вида оранжевый лягух приблизился к Прутику. По крайней мере, она предположила, что он пожилой; у него были редкие седеющие волосы. С другой стороны, у многих других лягушек, казалось, не было вообще никаких волос, так что это могло ничего и не значить. Однако она была почти полностью уверена, что огромный головастик, сидящий на голове у оранжевого лягушонка, — малыш. О, они теперь обнимаются. Старый лягушонок, должно быть, Прыг-Скок, сграбастал Прутика в медвежьи объятия. — Ох, слава великой лягухам, ты цел. О чём ты вообще только думал?! — Он опустил Прутика на землю и одарил его осуждающим хмурым взглядом. — Кто знает, что этот дух мог бы сделать, доберись он до тебя?! Ты вечно просишь, чтобы тебе что-то доверили, а потом выкидываешь такое. Прутик от смущения потупил взгляд в землю. Один из самых крупных членов толпы, кто-то из жаб, выступил вперёд и положил лапу на плечо старого лягушонка. — Что сделано, то сделано, Попрыгунчик, — Затем он обернулся к Прутику, — Итак, ты видел духа, мальчик? Марси перестала делать наброски и вся внутренне напряглась. Прутик бросил взгляд в её сторону с виноватым видом. — Э-э, да, вообще-то… — Марси торопливо засунула блокнот в сумку и принялась продумывать путь к отступлению, — Оно вон туда направилось. — Марси подняла голову, но Прутик указывал в противоположную от неё сторону — туда, где они встретились впервые. Марси с облегчением улыбнулась и медленно выдохнула сквозь зубы. — Отлично, все слышали мальчика, так что давайте-… Слова жабы были резко оборваны: гигантский зелёный богомол, вдвое превышавший ростом саму Марси, с грохотом вломился на поляну, вызвав у толпы испуганный вздох. Марси с восхищением уставилась на это создание. Она тут же снова выхватила свой дневник и начала новую страницу. Гигантские богомолы, вероятно, являлись частью пищевой цепочки для тамошних исполинских птиц. — Быстрее, все, Строй Богомола! — прокричала крупная жаба. Толпа, ни на миг не замешкавшись, стремительно вскарабкалась друг на друга, выстроившись в подобие формы богомола. Существо уставилось на это и спустя несколько мгновений отступило обратно в чащу леса. Жители деревни уже было принялись ликовать и праздновать, однако Марси, благодаря своему более широкому обзору, видела то, чем на самом деле был напуган зелёный богомол. Красный богомол, вдвое превосходивший размерами первого, приземлился на поляну прямо позади лягушек; хитин у него на спине выглядел так, будто это рыцарская броня. Чудовище издало пронзительный, скрежещущий рёв, а затем одним ударом обрушило и разметало всю лягушачью башню. В единый миг все бросились врассыпную в поисках укрытия, побросав вилы и факелы прямо перед лицом этого ужасающего монстра. Её глаза лихорадочно выискивали её маленького розового друга, как вдруг она услышала его голос прямо над ухом. — Скорее, беги отсюда, пока все отвлеклись! — настойчиво прошептал Прутик. «Ладно, ага, это звучит как хороший план.» — А я пока отвлеку эту зверюгу на себя! «Плохой план!» — Прутик, стой! — попыталась остановить его Марси, но мальчик уже ускакал прочь с зажатой наготове рогаткой. Всё вокруг словно перешло в замедленную съёмку, пока она судорожно оценивала окружающую обстановку. В своём внутреннем воображении она уже ясно видела то, что вот-вот должно было произойти. Прутик раненый, или того хуже — дюжина разных ужасных исходов. Её взгляд метнулся к одному из факелов, который не успел погаснуть на сырой болотной земле. А в следующий миг она уже сорвалась с места, выбегая на открытое пространство и силой впихивая книгу обратно в рюкзак. — Эй, здоровенная ты уродина! — крикнул Прутик чудовищу, оттягивая тетиву своей рогатки. Марси проворно подхватила с земли факел и со всех ног опрометью бросилась прямо к богомолу, попутно роясь в рюкзаке в поисках баллончика с лаком для волос. — Получай! — Камень из рогатки едва ли вообще хоть как-то побеспокоил монстра: он лишь привлёк его полное внимание. Выражение мордочки Прутика в один миг сменилось мгновенным и всепоглощающим сожалением. Марси вытащила баллончик и, подцепив большим пальцем крышку, сковырнула её, после чего яростно встряхнула своё оружие, с визгом затормозив прямо перед мордой богомола. Прутик издал вопль чистого ужаса, когда богомол отдёрнул назад свою когтистую лапу, готовясь обрушить сокрушительный удар прямо на него. Марси поднесла факел прямо перед струёй лака, а затем нажала на клапан до упора. Аэрозоль мгновенно воспламенился, исторгнув мощную струю огня, которая окатила и охватила всю голову твари ревущим пламенем. Чудовище пронзительно завизжало и вслепую рубануло вниз, едва-едва не задев Прутика. — А-а-а-а-а-а-а! — истошно заорала Марси; её чувство самосохранения наконец-то нагнало все остальные мысли. Богомол взревел от ярости, когда Марси метнулась вокруг его левого бока, продолжая до упора давить на кнопку лака для волос и не давая угаснуть своему импровизированному огнемёту. Броневое покрытие на спине богомола казалось значительно более толстым и прочным, поэтому она целилась в его ноги и менее защищённое брюхо. Марси споткнулась о случайный камень, выскочивший у неё из-под ног, и почувствовала, как когтистая лапа пронеслась буквально в сантиметре над её головой. Она продолжала кружить вдоль его бока, направляя струю огня на всё, что ещё не горело. По мере того, как огонь охватывал всё большую часть туши создания, его атаки становились всё более и более отчаянными и неистовыми. Большинство из них промахивались, но в какой-то момент Марси заметила удар, который должен был рассечь её надвое, и нырнула прямо под него. Когтистая лапа с глухим тяжёлым стуком врезалась в небольшое деревце, почти перерубив его насквозь. Марси кубарем покатилась по земле, снова пытаясь подняться, но всё бестолку. От удара баллончик с лаком вылетел у неё из рук и, дребезжа, откатился далеко за пределы досягаемости. Она вскинула взгляд на объятое пламенем существо, как раз когда оно высвободило свою застрявшую когтистую лапу и занесло её в воздух, оглашая округу пронзительным визгом грядущего возмездия. И в тот самый миг, когда оно уже было готово обрушить этот удар на Марси, раздался громкий скрипящий треск: подрубленное им дерево повалилось и рухнуло прямиком поперёк спины самого чудовища. Богомол попытался встать и подняться на ноги, но когда и дерево покрылось пламенем, чудовище не выдержало и пало под натиском нестерпимого жара. Марси встретилась взглядом с монстром в момент, когда его панцирь начал трескаться и лопаться под нарастающим жаром. Оно уставилось на неё с дикой, звериной яростью и негодованием, прежде, чем его взгляд окончательно остекленел. Спустя ещё мгновение она, вся дрожа, с трудом поднялась на ноги. Адреналин заставлял её сердце колотиться в груди как бешеное, словно сумасшедшее барабанное соло. Она обернулась лицом к рассеянной по поляне толпе лягушачьего народа. Её иссиня-чёрные волосы сияли, подсвеченные ореолом от разгорающегося позади неё погребального костра. Она нависала словно башня почти над каждым, кто остался на этой поляне; прерывистое, рваное дыхание сотрясало всё её тело, а её широко распахнутые глаза сияли сверхъестественным, ярко-зелёным светом. — В-все в поря-?.. Лягушки взорвались паническими криками ужаса, давя и толкая друг друга в стремлении поскорее удрать. — «Демон! Этот дух повелевает огнём!» — «Оно сожжёт нас всех дотла!» — «Спасайся кто может! БЕЖИИИИМ!» Не успела она и рта раскрыть, чтобы что-то добавить, как они все уже мгновенно рассеялись и исчезли среди густого подлеска. Марси лишь испустила тяжёлый вздох. Очередной потрясающий раунд дипломатии первого контакта от земной Марси Ву. Спустя несколько секунд единственными, кто остался на поляне, были лишь она сама, Прутик, Прыг-Скок и крошечный розовый головастик. Прыг-Скок пытался силой утащить Прутика прочь. Маленький головастик, сидящий у него на голове, смотрел на Марси с выражением полнейшего благоговейного трепета. Сам же Прутик просто молча таращился на неё широко распахнутыми от изумления глазами. — Прутик, ну же, пошли! Иногда кричать и убегать без оглядки бывает разумным! — наставлял его Прыг-Скок. — Ты только что спасла меня… — произнёс Прутик, обращаясь к Марси, а затем обернулся к своему отцу — или деду? — и заговорил снова, — Она только что спасла меня! Прыг-Скок остановился и замер, по-новому переоценивая Марси, а затем снова перевёл взгляд вниз, на Прутика. — Прутик, я начинаю подозревать, что раньше ты рассказал нам далеко не всю правду. Что именно произошло на самом деле? — Ну, я хотел доказать тебе, что я очень ответственный, поймав этого духа и тем самым защитив весь наш город. Но когда я выследил её — она оказалась просто вот этой девочкой. — Он указал рукой на Марси, и та лишь неловко помахала в ответ. — Она не была опасной, просто потерянной, голодной… и очень одинокой. И ещё страшненькой. Марси нахмурилась, услышав это. Она понимала, что здесь совершенно иные стандарты красоты и что она, по сути, настоящий пришелец, но всё равно. Слова ранят. — Так что, когда я услышал, что толпа приближается… я велел ей спрятаться, а когда появился богомол — я приказал ей бежать… но она не стала. Она осталась на месте, и в итоге спасла меня. — Прутик одарил Марси полной искренней признательности улыбкой, на которую она постаралась ответить тем же. — Но прости меня, пожалуйста. Я подверг тебя и Полли опасности. Может быть, я и правда просто безнадёжный растяпа и бестолочь. Выражение лица Прыг-Скока заметно смягчилось, когда он взглянул на Прутика сверху вниз, и он, припав на одно колено, опустился до уровня его глаз. — Прости меня, если мои ранние слова подтолкнули тебя ко всему этому. — Он мягко положил свою ладонь на плечо Прутика. — Я просто хочу, чтобы ты обдумывал всё как следует, чтобы ты сам в итоге не пострадал, — произнёс он с тёплой улыбкой. — У тебя очень доброе сердце, и очень светлая голова, когда ты только решаешь наконец-то воспользоваться ей по прямому назначению. И то, как ты защитил это создание, только лишний раз тому доказательство. — Прутик бросился в объятия, и Прыг-Скок тут же крепко обнял его в ответ. Марси, наблюдавшая за этой сценой, тепло улыбнулась и невольно потёрла свою руку, вспомнив те многочисленные времена, когда Энни получала травмы или влипала в неприятности, а её родители в равной степени утешали и за дело отчитывали её. Спустя несколько мгновений Прыг-Скок отстранился, и выражение его лица вновь стало суровым и строгим. — С учётом всего этого, это совершенно определённо создание из самого что ни на есть другого мира, и оно просто сыграло на твоих чувствах, чтобы заполучить и похитить твою душу. — Да-да, облапошило как последнего дурачка! — утвердительно подтвердил головастик. — Полли, а ну-ка напомни-ка нам, как именно Уолли говорил, что этот дух забирает свою жертву? — Ты должен добровольно назвать своё имя! — Маленький головастик смотрел на Марси с выражением напряжённого и пугающего благоговения. — А меня зовут… Недовольно поморщившись, Прыг-Скок поспешно зажал рот Полли своей широкой ладонью. — Спасибо, чрезвычайно признателен. — Он снова переключил всё внимание на Прутика. — Оно у тебя твоё имя спрашивало? — Ну, полагаю, что можно сказать и так, — промямлил Прутик. — И ты назвал этому созданию своё имя? — продолжал расспрашивать Прыг-Скок. — Честно говоря… да? Прыг-Скок издал протяжный, полный страдальческой муки вздох, снова в полный рост поднялся на ноги и передал Полли на руки Прутику. — Ладно, не волнуйся, я сейчас со всем этим разберусь. — Пожилой лягушонок — теперь-то она была в этой оценке полностью уверена — решительным шагом, распрямив спину, прошествовал прямо к ней. Марси внутренне собралась и приготовилась ко всему, не зная, чего именно ей теперь ожидать. — О могучий дух душ и пламени огненного, я смиренно взываю к тебе, — заголосил он, — прошу, сжалься и пощади моего несчастного внука. — Он рухнул на четвереньки, распластавшись в земном поклоне перед Марси. — У нас почти нет ничего стоящего для обмена, но я с радостью и немедленно предложу свою собственную душу в обмен на его. Марси нервно пощёлкала костяшками своих пальцев. Она подняла взгляд на Прутика, но тот лишь неопределённо и беспомощно пожал плечами в ответ. Тогда она снова посмотрела вниз, на распростёртого перед ней лягушонка, и решила быть просто предельно честной. — Итак, во-первых: Привет, меня зовут Марси. Я прекрасно понимаю, если вы не захотите называть мне своего имени сейчас. Но я не злой дух. И у меня также нет души Прутика, — поспешила она пояснить. — Но мне бы очень и очень не помешало какое-то место, где можно было бы остановиться на ночлег? Всего хотя бы на пару дней? — Это всё, что тебе нужно? — Прыг-Скок подозрительно посмотрел на неё снизу вверх. — Хм-м… метишь заполучить возможность собрать все остальные наши души, живя прямо среди нас. Хитро задумано… — негромко пробормотал он сам себе под нос. — Ладно, «Марси», по рукам, договорились: несколько дней отдыха в обмен на душу Прутика. Он протянул ей свою лапу. Марси на чистом инстинкте пожала её и только с большим опозданием осознала, что этим рукопожатием она лишь сильнее утвердила ошибочное представление старого лягушонка — Отлично, тогда давайте все вместе возвращаться обратно домой. Для нас, Плантеров, уже далеко не впервой привечать у себя под крышей разных демонов. Ни ты первая, ни ты последняя. Марси шла в нескольких шагах позади всех, не желая навязываться ещё больше и быть обузой. Прутик оглянулся на неё через плечо и широко, тепло улыбнулся Марси. Полли же, уютно устроившаяся в его руках, энергично жестикулировала, переводя указательный палец с Марси на саму себя, и беззвучно, одними губами произнесла слова: «Мы с тобой позже ещё обязательно поболтаем». Что ж, по крайней мере, ей больше не придётся коротать очередную ночь в той мрачной, сырой и грязной пещере.

***

Ну… это определённо была не пещера, это уж точно. Усадьба и дом Плантеров, по поводу которых у неё уже накопилась не одна тысяча самых разных вопросов, выглядели до невозможности мило, уютно и по-настоящему обжито. Подвал же, с другой стороны, выглядел ровно настолько же неприветливо и холодно, как и отношение к ней со стороны Прыг-Скока. Но по крайней мере, он дал ей подушку и спальный свёрток. — Так, вон тот шнурочек там, дёрнешь за него — так и зажгутся грибы… — произнёс Прыг-Скок, находясь в относительной безопасности у лестницы. — А? — Марси посмотрела на свисающий шнурок, похожий на верёвочку от потолочного вентилятора. Вот только этот шнурок просто вёл прямиком в никуда, к потолку. Она дёрнула за него, и с щелчком целый ряд грибов, растущих прямо из стен, начал испускать приятный, тёплый, разноцветный свет. — Но как это вообще может… — она озадаченно уставилась на шнурок. Она дёрнула за него ещё несколько раз, и свет грибов исправно включался и выключался с каждым рывком. Прыг-Скок понаблюдал за ней ещё несколько мгновений и лишь после этого заговорил снова: — Ну, так, значит, завтрак у нас ровно в семь утра, — произнёс он, — если тебе, конечно, вообще требуется питаться, — чуть слышно пробормотал он. Марси потребовалось несколько секунд, чтобы обработать смысл сказанного. — О, большое спаси… — Не успела она и договорить, как люк подвала с грохотом захлопнулся, оставив её в полной темноте, — …бо… — Марси сделала глубокий, судорожный вдох и снова щёлкнула выключателем, возвращая себе свет. Даже несмотря на то, что её разум буквально бурлил и кипел от жгучих вопросов о том, каким образом эта верёвочка, подсоединённая в абсолютную пустоту, могла каким-то чудом управлять грибами, всё её тело настойчиво, с вялой сонливостью твердило, что всё это вполне может и подождать. Она села и раскатала свой спальный свёрток лишь для того, чтобы обнаружить внутри маленький, приготовленный специально для неё сюрприз: крошечную плюшевую голубую птичку с кусочком свёрнутой бумаги, обмотанным вокруг её лапки. Она развернула бумагу и нашла внутри коротенькую записку:             «Я не считаю тебя злой, так что вот тебе друг на ночь!» Под текстом вместо подписи красовался маленький рисуночек с изображением каракули в виде Прутика. Марси тепло улыбнулась; это было крошечным, но приятным утешением. Она швырнула подушку на расстеленный свёрток, выключила свет, а затем немедленно споткнулась в кромешной тьме. Осторожно поднявшись на ноги, она снова включила свет, затем подтащила свою импровизированную постель поближе к заветному шнурку, выключила его и наконец улеглась. Она уставилась в потолок и сделала глубокий вдох, прежде чем наконец закрыть глаза. … Когда она уже начала уплывать в сон — её глаза резко распахнулись, и она щёлкнула светом, чтобы ещё раз взглянуть на оставленную записку. — Ага, ну так я и знала: это же определённо написанный английский язык! — Она потянулась рукой к своему блокноту и карандашу, чтобы сделать пометки в разделе «языка». «Раз уж я всё равно за это взялась, здесь ещё есть загадка с радикально разными размерами здешних насекомых. Некоторые из них точно такого же размера, как и на Земле, тогда как другие огромны и сопоставимы по габаритам с мегафауной! Если они не нарушают закон квадрата-куба, то они, должно быть, каким-то иным способом это компенсируют. Может быть, этот мир куда более богат кислородом? Больше растительной массы означает и больше калорий по всей пищевой цепочке. Вся эта долина, безусловно, выглядит очень пышной и буйной зеленью, но является ли и весь остальной мир точно таким же?» «А ещё эти грибы-светильники. Это вообще что: обычные лампы в форме грибов?» Она легонько ткнула один из них. «Нет, это самый что ни на есть настоящий гриб. Какой-то биоэлектрический контур? Всё вокруг меня выглядит так, будто его построили в средневековье. Какая-то шизо-технология?» Сон вполне мог и подождать. Ей просто необходимо было записать все свои мысли, пока они были ещё свежи и ярки. Это займёт у неё от силы всего пару минут…