Плохая идея

Тишина, Тишина

Из нашего окна

Нашего окна

Площадь чёрная видна

Все всегда говорят, что время лечит. Но почему даже после двух лет предательства так больно? Чуя не знает. Два года. Два. Он считал, что больше никогда не встретит Дазая. Никогда не поговорит с ним, больше не услышит его голос, который вечно ласкал уши. Да, Чуя даже признается сам себе, что голос у Осаму — сладок, как мёд. Но Дазай — гнилой человек. Об этом всегда нужно помнить. Никогда нельзя забывать о таких важных фактах. Осаму умеет завораживать, он хитрый, словно лис. Но Чуя больше никогда не попадет в этот плен. Н-и-к-о-г-д-а. ⋆˚࿔ ❦ 𝜗𝜚˚⋆ — Используй её. Ничего не будет. — шепчет голос в голове, пробирающий до самых костей. — Нет, нет, нет. — Чуя не хочет. Он не справиться. Не справиться без Осаму. — Ну же, Чуя. Дазай всегда был ерохвостом. — Хватит! Прекрати! — Чуя опустился на диван, тяжело дыша. Голос в голове становился всё громче, уговаривая, заставляя использовать порчу. Накахара хватается за голову, закрывая уши, как будто бы это могло помочь. — А-258. Используй её. Убей их всех. Этих мерзких паразитов, вечно болтающихся под ногами. Ну же, дай волю эмоциям. Позволь им взять вверх. Отдай мне власть. Будь хорошим мальчиком. — Голос умолял его. У Чуи были чувство, будто бы голос разносится по всей Йокогаме. Но нет, он был только в его голове. Только там, и нигде более. — Я не хочу. Они не.. — Чуя. Они хотят убить тебя. Они ненавидят тебя. Ты — всего лишь инструмент. — Голос хотел убедить Накахару, что он —вещь, и ничего более. Инструмент, который выкинут, как только тот станет бесполезен. — Я не инструмент! — Голос Чуи сорвался на крик — он начинал злиться. Вдруг, тишина стала совсем осязаемой. Голос затих, а комната погрузилась во мрак. Только сейчас Чуя заметил беспорядок, находившийся в комнате. — Эм, Чуя-Сан, с вами все в порядке? У нас через 10 минут собрание. — Негромкий голос Рюноске проник в комнату, прерывая тишину. — Всё в норме. Я, — Чуя замолк на пару секунд, — я приду. Из-за двери послышались шорохи и шаги, быстро уходящие прочь. Голос вернулся. ⋆˚࿔ ❦ 𝜗𝜚˚⋆ — Чуя, всё хорошо? Ты выглядишь ужасно в последние дни. Что-то случилось? — Кое поставила бокал с вином на стол, подходя, и осматривая её бедного мальчика. — Все в порядке. Обычные кошмары, ничего серьёзного. — Ложь. Ну конечно. А что ещё ему делать? Рассказать правду? А если Арахабаки прав? А если...Нет. Они не такие. — А семя сомнений-то прорастает. Опять. Опять Арахабаки. — Ох, Чуя.. — Озаки покачала головой, глядя на Накахару. — Ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью или советом. — Она заправила его выбивающуюся прядку за уши, качая головой. — Помни об этом. Накахара приветливо улыбнулся наставнице. Она всегда была такой заботливой для мафиози, всегда готова была принять и помочь. Но об этом ей лучше не знать. Это его дело и ничьё больше. — Конечно, Коё-сан, спасибо за беспокойство, всё правда в порядке. — Надеюсь на это. Если что, я всегда рядом. — Угу. ⋆˚࿔ ❦ 𝜗𝜚˚⋆ Собственная квартира как всегда встречает Накахару ужасным холодом. Отопление отключили не кстати. Босс, кажется, предлагал Чуе переселится в общение Портовой Мафии. Там и условия лучше, и до работы не далеко. Рыжий на пару минут даже жалеет что отказался. Но после вспомнил про нового соседа в голове. Нельзя что бы об этом кто-то узнал. Его быстро отстранят с должности исполнителя, если выяснится что он слышит какие-то голоса в сознании. Кстати о них, давно Арахабаки не слышно. Что-то он затих. Почти два не слышно. Оно и к лучшему, Чуя, смог в кое-то веки поработать в тишине. Вот только, на долго ли это? ⋆˚࿔ ❦ 𝜗𝜚˚⋆ Раньше Накахара искренне ненавидел обои в своей комнате. Они были противного, грязно-жёлтого цвета, с полосатым узором. Ему по-началу хотелось их сменить, но времени не было, да и нет. Поэтому они так и висят в его спальной комнате. В какой-то момент они ему даже понравились. Точнее, было интересно их разглядывать, отслеживать взглядом узор. А еслт долго на него смотреть, то прямые линии полосок начинали слегка плыть, забавная оптическая иллюзия. — Снова разглядываешь эту безвкусицу? И не надоело ещё? Ты жалок, А-2-5-8. Мы можем с тобой уничтожить весь этот мир, отомстить ему за все страдания! Тебе лишь достаточно сказать одну фразу... — хриплый, низкий голос отдавался в висках. Кажется, он звучит от куда-то справа, Чуя даже чувствовал присутствие чего-то рядом. Он туда не смотрел, знал что ничего там нет, продолжал разглядывать обои. — Ты же знаешь, я не стану этого делать. — Почему же? Разве не это гнилое человечество заставило тебя страдать? Разве не из-за них ты лишился шанса на счастливую жизнь?! Из тебя сделали ружьё, ты даже не человек. — Может быть... Но, я слишком человечен что бы быть набором цифр. — Тц,и снова ты цитируешь этого бинтованного. Хватит уже. Он тебя предал! — А ты пытаешься убить, помолчи. –– удивительно,но существо в голове действительно умолкло. В висках отдавалась пульсация лёгкой боли, но Накахара уже привык этому, это обыденность. Как и эти грязно-жёлтые обои. Правда, каждый раз они какие-то другие. Он всем своим нутром чует, что что-то изменилось, но вроде бы всё тоже. И всё таки, если включить фантазию, то разглядывать бумагу на стенах даже интересно. Вот, например, полосы –– это решётки, как в камере в тюрьме, а бутоны роз — заключённые. Они трясут металические прутья, кричат, бунтуют. Пытаются вырвать на свободу. Забавно. Правда, ночью немного пугает когда они без устали его разглядывают, он прям видит их, как они просят его помощи. Но ведь это ничего серьёзного,верно? *** Очередная миссия выполнена. Хотя Чуя назвал бы это полным провалом. Из-за его одной маленькой ошибки весь план рыжего пошёл к чертям, пришлось импровизировать. Задание-то он завершил, но мафия понесла потери, плохо, очень. Идти на ковёр к боссу ужасно стыдно, поэтому Накахара сидит у себя в кабинете, придумывая оправдания своему недочёту. — И правильно. ТЫ ошибся, это по твоей вине они погибли. Как и все остальные в принципе. Ты не замечал что все твои близкие всегда умирают из-за тебя? Тебе нельзя допускать просчётов. Ты даже не человек. Ты оружие, а оно должно стрелять метко и по врагу. Зачем кому-то пистолет отрывающий руки стрельца.— арахабаки так и шептал в голове, и шептал. Голос больше не кричит в голове, но молвит тихо, осторожно, режет лезвиями слов как в самых жестоких пытках Осаму, медленно и постепенно склоняя передать всю власть в его руки. Чуя пока держится, как может игнорирует едкие замечания голоса. Как ожидалось, отчитываться перед боссом по этому делу было безумно стыдно. По крайней мере Мори не ругался, просто принял этот факт. Зато Арахабаки гудел о ничтожности его сосуда. Сам же парень разглядывал ковёр в кабинете, слушая дальнейшие указания. Почему-то он никогда не замечал что узоры на нём похожи на руки. Или на какие-нибудь тентакли. Как у древних существ вроде Футакучи-онна. Они плыли, переплетались друг с другом. И... Накахара почти подпрыгнул, оборачиваясь назад, когда отчётливо почувствовал, даже увидел, как оно схватило его за руку, он видел бесформенное нечто с ярко красными узорами Порчи, держащее его. — Чуя, всё нормально? — обеспокоенный голос босса отрезвлял, возвращал в реальность, растворяя "это". — А? Да, всё хорошо. Просто показалось, ничего серьёзного. —Огай нахмурился, не нравилось ему это "ничего серьёзного" от Накахары. — Ты устал. Даю тебе три дня выходных, отоспись хорошенько. — Не стоит босс, я вполне могу работать дальше. — Это приказ. — строгий тон Мори не терпел препирательств, сразу заставляя проглотить всё своё недовольство. — Да, босс, будет выполнено. — Так-то лучше, свободен. Если что, говори незамедлительно. — Конечно, Мори-доно. До свидания. *** — Твой прекрасный план молчать начал раскалываться, Огай начинает подозревать. Что будешь делать, гений ты наш? — противный тон не прекращал гудеть в голове уже который час. Накахара просто пил чай, как к нему снова пробралась это тварь. Она раздражала. Хотелось блаженной тишины и спокойного сна. А получалось либо слушать Бога, либо занимать свою голову переводами текстов с французского, ведь всю работу у него благополучно забрали, даже бумажную. Впрочем игнорировать Божка он уже научился. — Посмотри на право, взгляни на меня. — Да что тебе... – глаза расширились в ужасе, он отклонился от этого так быстро, что стукнулся затылком о стену. Воздуха катостровически не хватало. Он не открывал глаз от этого существа, лишь отдалённо напоминающее фигуру человека. Оно было чёрным как смоль, извивалось, вытягивались касаясь даже потолка, пока не приняло лико Накахары. Точнее, того мальчика с лаборатории. — Это я – Чуя. Кашимура Чуя. Мы с тобой давно не виделись, А-2-5-8, кажется... Года два назад, верно? — мальчик приветливо улыбался, его голос нежный, ещё высокий для ребёнка. Паренёк подходил ближе, расставив руки в стороны, как для объятий. — Не подходи! Не трожь меня! — чашка полетела в плечо этой твари. На месте образовалась дыра, из неё потоками сочилась чёрная густая жидкость, вместо крови. — Ты не хочешь сейчас со мной общаться? Ну и ладно, у нас есть ещё много времени на разговоры.— С той же улыбкой парень и расстворился, оставив Накахару прибывать в неподдельном ужасе. ⋆˚࿔ ❦ 𝜗𝜚˚⋆ Интересно, сколько прошло времени с тех пор, как голос утих? Почему так тихо? 29 апреля. Сегодня день рожление Чуи Накахары. Сегодня ему исполняется двадцать лет. Юбилей. Хорошая дата. Но почему же он ничего не чувствует? Почему, глядя на своё отражение, он видит не настоящего себя, а того мальчишку из прошлого? Глаза пустые, взгляд поникший, а волосы растрепаны. День рождение не приносит ему никакой радости. Почему? ??????? Это, наверное, не очень хороший подарок. Но ничего лучше Чуя придумать не смог. Арахабаки почему-то злился, вопя о том, что Чуя — идиот. Ну зачем сейчас кричать? Сегодня должен быть радостный день. Телефон Чуи, который был всегда включён, сейчас выключен, а симка валяется где-то сломанная на полу. Лезвие готова, как и ванна. Чуя тоже готов. Остриё ножа врезается в кожу, пробивая и без того тонкую кожу насквозь. Чуя не останавливается : он ведёт дрожащая рукой вверху, останавливаясь лишь на секунду, и то ради того, чтобы сделать вдох. Алая струйка крови спускается по предплечью. Капли падают в воду, быстро растворяясь. Наконец-то Чуя чувствует облегчение : голос в голове, вопивший всё это время, наконец затыкается, а тело, что до этого момента казалось невероятно тяжёлым, становится таким лёгким. Взгляд затуманен, парень чувствует долгожданное облегчение. Он повторяет действия и со второй рукой. — Мне кажется, это была плохая идея, Осаму... – шепчет Чуя напоследок, пока глаза медленно, но постепенно закрываются, а тело обмякает. Почему именно Чуя?